Создатель. Становление попаданца

Мне бы очень хотелось думать, что мне снился прекрасный сон о том времени, когда я был молод, когда в моей семье царили любовь и гармония. Когда я приходил домой с работы, маленькие дети встречали меня с неподкупными улыбками. Их эмоции настолько чистые и беспристрастные, что важнее их не может быть ничего. Любящая жена и заботливая мама, в одном лице, уже приготовила ужин и сервировала стол. Эти мысли были в моей голове, когда жестокая действительность потихоньку вытягивала меня из мира грёз. Сна я не помнил, возможно, его и не было вовсе. Но семейная тематика моих размышлений создавала тепло в душе. Полностью проснувшись, попытался мысленно вернуться в тот период, но воспоминания были как в тумане. Я никогда не понимал тех, кто живёт «здесь и сейчас», они ценят в жизни каждое мгновенье. Но я так не мог. Это не значит, что я не пытался! Наоборот, я старался найти тот ежесекундный смысл жизни и моего присутствия в ней. Желание оградить от всего плохого себя и своих близких постоянно перерастало в наваждение. Очень часто мы с женой видели одну и ту же ситуацию по-разному. Например, банальное мороженое. Это любимое лакомство для детей. Но если жена видела в нем безобидную шалость и радость для ребёнка, то я думал, что оно обязательно должно привести к ангине или другому заболеванию, связанному с неправильным поеданием холодного. Этот пессимизм распространился на всю мою жизнь. Дом, работа, отдых — во всем я искал подвоха от судьбы. И часто оказывался прав. Мне стало грустно оттого, что моя жизнь прошла и остались только одни воспоминания, да и те размытые. Время пролетело и его не вернуть. Я приподнялся, сел на колени и хотел подбросить дров на тлеющие угли, но огонь вдруг вспыхнул сам. Был он не естественным, как будто полупрозрачным. Стремительно разрастаясь, он стал кружить вихрем и скоро подобрался ко мне вплотную. Я прикрыл лицо руками, в ожидании ожога, но его не последовало. Огонь продолжал свирепствовать уже во всей палатке, но все оставалось на своих местах и не горело. И уже через секунду эта иллюзия стала исчезать, концентрируясь в огненном силуэте. — Жалость — двоякое чувство! — услышал я голос. — Она может как поддержать, так и уничтожить! Это отличный инструмент в умелых руках. Этот голос исходил из силуэта, созданного бутафорским огнём. Вскоре передо мной стоял высокий, худощавый мужчина, на взгляд, лет сорока. Прямые длинные волосы были чёрные как уголь, а карие глаза уставились на меня и сверлили пытливым взглядом. Хорошего от появления неизвестной мне персоны я не ждал и попытался дернуться в сторону эльфа. Но ничего не вышло. Моё тело меня не слушалось, лишь голова сохранила свою подвижность. — Не нужно этого делать, Андрей Николаевич! Вам это все равно не поможет, — он улыбнулся и присел напротив меня. — Вас, наверное, интересует вопрос, кто я и откуда я знаю ваше имя? — Прям с языка снял! — огрызнулся я. Мне уже порядком надоели эти игры в «Угадайку». — Как вы думаете, какое у вас настоящее имя? Андрей или Мартин? Не знаете! Неужели ваш ангел-хранитель вам не сказал? Ай-яй-яй! Не такой уж он и ангел оказывается, — скривил он свое лицо. — Он хотя бы представился сначала, а не ёрничал, как вы. — Хм. Вы правы! — задумался он. — Этикет нужно соблюдать. Меня зовут Лориан, и я — тёмный покровитель этого мира, — на этих словах он ехидно улыбнулся и изобразил поклон. — Не скажу, что я вам рад, Лориан, — вздохнул я. — Что же вам нужно от меня, о покровитель? — Сущая мелочь! Я хочу знать, зачем вы здесь. Надеюсь, вы понимаете, что перемещение душ запрещено! — А вы как думаете, зачем я здесь? — решил я поиграть с покровителем. — Прям теряюсь в догадках. Зачем же всевышний прислал в этот мирок душу столь высокого уровня, да ещё и в человеческом обличии? — он задумался. — Наверное, пакость для меня придумал. После каждой фразы он посматривал на меня и ждал какой-то реакции. Но я был безмятежен, мне нечего было скрывать. Я понятия не имел, что я тут делаю! И что это за мир, я тоже не знал. — Андрей Николаевич! — его голос стал грубее. — Разве вы не понимаете, что за такое преступление я могу вас убить прямо здесь и сейчас? Для вас же будет лучше, если я узнаю правду. — Ну вот, когда узнаете её, расскажите мне, а то надоело сидеть тут как дурак и не понимать, что происходит, — вспылил я. — Дерзим, значит! Что же вы скрываете, если даже угроза смерти вам не страшна? — Вы что-то говорили о моем настоящем имени! — я решил сменить тему. — Что мне должен был сказать о нем хранитель? — О, земная жизнь. Был я у вас в гостях лет двести назад. Красивое место, и несносные люди. Хоть убейте, не понимаю, как такое место можно было доверить такой расе, — он некоторое время молчал, собираясь с мыслями. — Судя по всему, вы не знаете, что Земля и Полемия относятся к мирам третьего сорта. Не смотрите на меня так, Андрей Николаевич, сейчас все сами поймёте. Души не все одинаковые, многие века скитаний по мирам оставляют на них свой след. Некоторые становятся тёмными, например, у убийц и насильников, другие же светлыми. Но Земля и Полемия — это распределители. Души получают ещё один шанс на жизнь для окончательного определения. Пройдя этот путь, они становятся либо тёмными, либо светлыми и, соответственно, служат либо всевышнему, либо мне. Но ваша душа — исключение. И я не могу определить, что в вас особенного, так как душа мне не принадлежит, однако, её сила наводит меня на определённые выводы. — Как же… — начал было я задавать вопрос, но покровитель меня прервал. — Не перебивайте меня! Помните про этикет. Так вот. Земная жизнь стирает все воспоминания о прошлых скитаниях, все начинается с чистого листа. Вот и вы думаете, что вас зовут Андрей, а имя в этом мире — лишь псевдоним. Но нет! У души тоже есть имя, его знает лишь хранитель. И именно оно истинное. Интересно, почему же от вас его скрывают? — закончил он свой монолог. — Да, теперь и мне самому интересно, кто же я такой, что для разговора со мной пришёл сам дьявол. Я так понимаю, не царское это дело доклады перед челядью рассказывать, — прорвало меня. — А тут не рядовой случай. Вы попали ко мне не по распределению, а были засланы в мой мир с какой-то целью, — он встал, прошёлся по палатке, раздумывая о чем-то. — И если я не узнаю, зачем вас сюда прислали, то мне придётся вас убить, тем самым отправив к вашему хозяину. Но есть одна проблема. Я не могу вас убить своими руками. К сожалению, и у нас есть законы. Но я могу сделать так, что вы не выживите тут, — он ехидно улыбнулся. — Всякое может случится с вами в этом мире. Кстати, вы сейчас находитесь в лесу, который кишит монстрами. Но заклинание ведьмы их сдерживает, точнее обманывает. Они думают, что вы — одни из них. Умно, очень просто и практично, но не дальновидно. Допустим, что в лесу появится другая тёмная сила, ну, например, мертвяки. Эта защита будет бессильна перед ними. Я не знал, что ответить ему на это. Видимо, он хотел, чтобы я умолял его сохранить мне жизнь, но не на того напал. Как ни странно, появление такой высокой персоны, лишь убедило меня в правильности выбранного пути. Однако, я по-прежнему не знал, как мне быть дальше. Какая задача на меня возложена? Что ещё за уровень души, и почему он у меня высокий? Кто же я такой? Пока я размышлял над этим, покровитель несколько раз прошёл мимо меня, расхаживая по палатке, затем остановился. — Ладно, дорогой гость, время неумолимо. У меня ещё куча работы: собрания, казни. В общем, обычная «царская» работа. А вас, за ваше молчание, уже через пол часа не будет на этом свете, я позабочусь об этом, — глаза его засветились красными огоньками, и через мгновение он исчез, а я остался сидеть, скованный неведомой мне силой. *** Почему-то я думал, что магия покровителя должна была исчезнуть вместе с ним, но нет. Я все ещё сидел в той же самой позе и отчаянно пытался докричаться хоть до кого-то из моих сопалаточников. Все это было безрезультатно, они меня не слышали. А время шло. Почему-то сильно зудели зубы. Видимо это побочный эффект от магии тёмного владыки. Языком я обследовал все зубное пространство и удивился. Новое молодое тело досталось мне с идеальными зубами, не то, что в прошлой жизни. Молодость была там бурная, насыщенная на события. Послевоенное время отличалось своей суровостью. Народ восстанавливал разрушенную страну и параллельно создавал новое вооружение для всем известной гонки. С жизнями и здоровьем людей никто не считался. И уж тем более никто не думал о сохранении чьих-то зубов. В результате, мои зубы стали болеть уже в юные годы. Лечение было одно — клещи зубного врача. Так я и лишился большинства зубов, пришлось вставлять… «Тебя убить хотят, а ты о зубах думаешь!.. Скоро они тебе не понадобятся!» — прозвучал в моей голове внутренний голос. С ним нельзя было не согласиться. И вдруг зуд с зубов распространился на весь скелет. Каждая косточка ныла. Но двигаться по-прежнему я не мог. Сразу с нескольких сторон послышался хруст снега и странные голоса. Звуки были все ближе и ближе. Страх во мне тоже нарастал, сердцебиение отдавалось в ушах. Я все надеялся, что кто-нибудь проснётся и разбудит остальных. Параллельно старался привести в чувство свое тело. Но ничего не получалось. Я не знал, что делать дальше. И вот они дошли до нас. С противоположной стороны от меня в палатку вонзили нож и медленно опустили его до самой земли. В сделанную прорезь стал проникать морозный воздух и комки снега. Затем появились руки с тем самым ножом. Они раздвинули края порезанной палатки и открыли мне всю «красоту» полуистлевшего тела. Свечение в глазах напомнило тот свет, который был у покровителя перед исчезновением. Часть лица просто отсутствовала. Свисали лохмотья, и не понятно было, тряпки это или куски мяса. Некоторые части скелета были открыты, и через них было видно внутренние органы. Еле заметный свет от углей накладывался на это безумие и становилось ещё страшнее. Осмотрев палатку, мертвяк заорал настолько внезапно, что от испуга и я закричал. Ужас пронёсся огнём по моему телу, и от этого я не сразу понял, что мои кисти отошли от магии. В следующую секунду мертвяк ринулся на меня, явно с враждебными намерениями. Он пролез в дыру и споткнулся о трость Ральфа. Весь этот «ужас во плоти» грохнулся на импровизированный пол, а лицо попало прям в угли. Раздалось характерное шипение и отчаянный рев. «Не такие уж они и мертвецы, раз чувствуют боль!» — отметил я. Падая, нежданный гость задел котелок, раздался грохот пустой посуды. Эльф тут же проснулся и приподнял голову. Спросонья он ничего не мог понять, а я изо всех сил кричал ему, но он по-прежнему меня не слышал. Он просто вертел головой то на меня, то на прорезь в палатке и протирал руками глаза. И увидев, наконец, мертвеца, произвольно дернулся в сторону колдуньи. Но с той стороны уже тоже появилась дыра в палатке, и уродливая морда просунулась внутрь. Опешивший Ральф застыл в ступоре. Он явно раньше с ними не встречался. В это время первый «гость» встал на ноги, доковылял до меня и занёс над собой нож. Лезвие блеснуло от его красных глаз, а я мысленно попрощался с жизнью. И все бы кончились плохо для меня, если бы не стрела, внезапно прилетевшая сквозь прорезь. Она угодила прямо в голову мертвеца. Огонь в его глазах медленно потух, и он свалился прямо на внучку Зафиры. Та в свою очередь проснулась и, увидев какое «счастье» на неё свалилось, так завопила, что даже мертвяки замолчали. Эльф пришёл в себя, схватил трость-копье и методично втыкал его во второго мертвяка. Звук боя и крик внучки разбудил Зафиру. Она очень быстро поняла, что к чему, и сразу принялась что-то нашептывать, жестикулируя руками. — Нет, нет! Только не феникс! — крикнул эльф, понимая жесты ведьмы, но было уже слишком поздно. *** Не прошло и трех секунд, как я улетел в снег лицом. Спасибо фениксу Зафиры. Она создала эту огненную птичку, но опять не угадала с размером. Я приподнялся, приложил к носу снег, так как с него пошла кровь из-за «ласкового прикосновения» крыла. И только сейчас понял, что магия покровителя меня больше не сдерживает. Оглянулся назад. Птичка все ещё была там и размахивала крыльями, ее огненный раскрас осветил место боя. И только теперь стал понятен масштаб происходящего. От палатки остались одни лохмотья. Ральфу тоже досталось, он отлетел в обратную сторону от меня и пытался вылезти из сугроба. С разных сторон к нам лезли мертвецы, вооружённые ножами. Один из них болтался в клюве огромной огненной птички. Я думал, у них нет мозгов, и они бездумно нападают на все живое. Но я ошибался. Уяснив, что феникс им не по зубам, они его обходили стороной и нападали на нас с Ральфом. Эльф быстро сообразил, что без головы они становятся безобидными. Ловкие движения копья возвращали нежданных гостей туда, откуда их призвали. Я достал свой чудо-кинжал и тоже приготовился к бою. Кровь с носа течь почти перестала, а вот плечо болело. Часть удара крылом пришлась именно туда. К моему счастью, до меня дошло всего пару мертвяков, с которыми я легко справился мечом. Взмахивая им, боялся, что опять появится энергетическая волна, но её не было. Так и не разгадав секрет её активации, лишил головы одного монстра. А голову второго пришлось разрубить пополам. Остальные мертвяки не доходили до меня из-за непрерывного обстрела из лука или арбалета. Огненные стрелы с интервалом, примерно, раз в секунду втыкались в черепа бездушных зомби. Попав в цель, они взрывались, гася уже примелькавшиеся огоньки в глазах. Я непроизвольно посмотрел в сторону, откуда летели стрелы. Между деревьев на бугорке виднелся силуэт мужчины. Темнота не дала рассмотреть его более детально. Лишь всполохи огня от стрел иногда освещали его лицо, но этого явно не хватало. От рассматривания меня отвлекали ещё двое кандидатов на отправку домой. Они стремительно приближались. По привычке я взмахнул мечом и рассек воздух. Энергетический вихрь опять сработал совсем неожиданно. Я отлетел в противоположную сторону, но не далеко. Меня остановило дерево, крепко ударив по затылку. Немного помотав головой, посмотрел на нападающих мертвяков. И опешил! Их просто разорвало на куски, какие-то части их тела закинуло на ветки деревьев. И вдруг все погасло. Феникс прекратил свое существование, теперь какой-никакой, но свет, давали только стрелы незнакомца. Ко мне подбежал эльф, даже при таком освещении его трудно было спутать из-за острых ушей и копья. — Если ведьма останется жива, то я её сам убью, — прокричал он. — Зря ты злишься на бедную старушку, Ральф! Если бы не она и её птичка, пошинковали бы нас в палатке, — возмутился я. — А вот это спорный вопрос. Мне от этой курицы больше досталось, чем от мертвяков, — показал он ушиб на лице, но я его не увидел, темно было. — Бей своих, чтобы чужие боялись! Знаешь такую поговорку? — произнёс я, пока эльф помогал мне встать. — Нет. Но теперь буду знать! — сказал он и тут же ринулся навстречу подбегающей нечисти. Я нащупал меч в снегу и поковылял на помощь другу. Стрелы по-прежнему трассировали в разные места, а мертвяков не становилось меньше. — Кто это там на опушке стоит и стрелами всех поливает? — спросил я эльфа, подойдя к нему почти вплотную. — Не знаю, но догадываюсь! — произнес он это с особым усилием, раскраивая очередную черепушку. Я же ничем не мог ему помочь. Моя правая кисть была травмирована, плечо болело, а нос стал опухать. Тем временем раздался необычный вой от пролетающей стрелы. Она взмыла вверх, под самый купол из лиан и взорвалась. Тысячи огненных осколков устремились вниз, массово уничтожая мертвяков. Для нас, живых, этот «град» был безопасен, мы это поняли, когда в нас попало не менее десятка этих осколков, а вот мертвяки загорались, и через несколько секунд, в лесу не было никого, кроме нас и неизвестного мне человека. — И почему же он сразу так не сделал? — возмутился я. — Не знаю. Меня больше интересует вопрос, откуда взялись эти твари. Почему не сработало защитное заклинание Зафиры? — вслух размышлял он. — Кстати, надо её проверить, предполагаю, что она опять валяется в бессознательном состоянии от истощения. И мы пошли к нашей палатке. Шли почти наугад из-за кромешной тьмы. Эльф дошёл первым, что-то достал из завала. Послышался звук рвущейся ткани и хруст палки. Его замысел стал понятен через минуту, он создавал импровизированный факел. Пошуршав в сумках, он что-то налил на ткань и чиркнул чем-то. Посыпались искорки, зарождая новый огонь. Теперь, уже быстрее, он сделал второй факел и отдал его мне. — Нам нужен костёр, без тепла и света нам долго не протянуть, — намекнул он мне, что надо сделать. — А я пойду посмотрю, как там наша создательница фениксов. И он монотонно побрел в ту сторону, где последний раз видели птичку. Далеко идти ему не пришлось. Зафира лежала, находясь в уже обычном для неё состоянии. Рядом сидела её внучка, и даже при недостатке освещения было понятно, насколько она напугана. «Бедный ребёнок! Такие ужасы могут подорвать её психику», — подумал я. Это никак не сравнить со смартфонным детством детей из моего мира. Откинув эти мысли, принялся сооружать костёр. Щепками и дровами мы запаслись заранее, опять же благодаря фениксу, но они были раскиданы повсюду. Пришлось немного походить, собирая все в кучу. И уже совсем скоро я разжигал факелом костёр — источник света и тепла. Ральф в это время пытался привести в чувство ведьму, но у него не получалось. — Надо подготовить лежанку у костра! — крикнул он мне. — Зафира потратила много сил и даже не думает приходить в себя. Ей нужен отдых. К моему удивлению, на эту просьбу откликнулись внучка ведьмы. Вилена быстро перешерстила взглядом доступное пространство и кинулась собирать тёплые тряпки и вещи. Я подтянул меховые ковры ближе к костру и уведомил эльфа о готовности принять пациента. Ральф поднёс её и уложил, затем пошарил в одной из сумочек и достал пузырёк. — Сейчас мы быстро приведём её в чувства! — улыбнулся Ральф, откупорив бутылочку. — Пожалуйста, спасите мою бабушку! — раздался детский голос, а мы с эльфом опешили. Никогда прежде она не говорила, и на тебе. В пузырьке было что-то наподобие нашатыря. Резкий запах трудно было не почувствовать. И он сделал свое дело, ведьма очнулась, замотала головой. Откинулась на импровизированную подушку и что-то невнятно пробурчала. Девочка села перед ней на колени и больше не отходила. Нас отвлекли чьи-то приближающиеся шаги в темноте. Ральф тут же схватил свое копье и встал в боевую позу, а я потянулся в карман пиджака за кинжалом. — Вы не против, если я присоединюсь к вашей компании? — раздался голос из темноты, подходя все ближе. Ещё несколько шагов и пламя от костра осветило таинственного незнакомца с луком в руках. По нему можно было судить, что это тот человек, который помогал нам методично истреблять нечисть. Ральф молча уставился на меня, видимо ожидая моего решения. — Назовите свое имя! — потребовал я. — Меня зовут Клифт. Мы заочно знакомы с вами, лер Мартин. — Как это? — не понял я. — Именно моя стрела пронзила вас несколько дней назад, — он сделал паузу, подошёл ближе и кинул мне под ноги какой-то мешочек. — Это плата за вашу смерть. Воцарилось молчание, и лишь костёр упорно пытался его нарушить потрескиванием. Я не знал, что и думать. Перед нами стоял рослый мужчина, с чёрной коротко стриженной бородой. На голову был накинут плотный тёмный капюшон, скрывающий волосы. Кожаная куртка походила на байкерскую, большое количество всевозможных металлических заклепок составляло какой-то общий рисунок. Поверх неё виднелась система ремней, удерживающих колчан на спине. Наколенники тоже были из кожи, но сильно потертые. Складывалось впечатление, что этот человек часто находился в засаде, стоя на коленях ожидая свою цель. Может, он и меня так же поджидал? — Зачем же вы здесь? Что вам нужно? — в растерянности спросил я. — Да просто промазал он однажды, — почти прокричал эльф, — и решил таким образом завершить начатое. — Не похоже на это! — возразил я. — Сегодня он неоднократно смог бы это сделать, но я до сих пор жив. — Я вам не враг! Если бы я хотел вас убить, то меня бы ничто не остановило, — начал Клифт, — однако, и на мне висела ответственность. Заказчик должен был убедиться, что вы мертвы. — Кому понадобилась моя смерть? — не надеясь, что он мне раскроет все карты, спросил я. — Лер Мартин! — начал он серьёзным тоном. — Я хочу предложить вам сделку. Вы, наверное, слышали об Отчаянных? — Да! — ответил эльф. — Группа бандитов и преступников. Им приписывают недавнее покушение на владыку. Сброд, одним словом. — Возможно и так! Ральф, если я не ошибаюсь? — обратил он внимание на эльфа. — Пускай будет сброд. Но именно Отчаянные были моей семьёй долгие годы. До недавнего времени. Мне в руки попали документы о предательстве нашего предводителя. Как известно, Отчаянные не смогли найти согласие ни с людьми, ни с эльфами и были вынуждены скитаться в Магическом лесу, — рассказывая, он сделал несколько смелых шагов в нашу сторону, что ещё больше напрягло эльфа. — Так вот! Наш предводитель вступил в сговор с одним высокопоставленным эльфом. — Ты все врешь! — прокричал Ральф. — Никто в здравом уме не станет с вами сотрудничать! — Даже если на кону пост владыки Эльфиры?! Не будь глупцом, Ральф. Предателей хватает везде. И среди вас они тоже есть! — Клифт вздохнул и перевёл взгляд на меня. — Лер Мартин! Разрешите мне подойти к костру и погреться, долгое ожидание изрядно меня потрепало, в том числе и холодом. Клифт был неприятен эльфу, тот аж кипел от злости. А мне нужна была эта информация, я должен был знать, кто заказал покушение на Мартина Брайда. Какая цель была у заказчика. Я отошёл на другое место и подкинул ещё поленьев в костёр, жестом показывая Клифту его место. Он без промедления воспользовался предложением, взял небольшую чурку и присел на неё. Разговор плавно перетекал в посиделки у костра, и стоять на ногах не было никакого смысла. Я последовал примеру Клифта и ожидал дальнейшего посвящения в дела этого мира. Зафира иногда приходила в себя, просила воды. Внучка беспрекословно подносила ей фляжку. *** Первые лучики рассвета были видны в этом богом забытом месте, а мы все сидели и слушали рассказ Клифта. Из повествования мне стало известно, что некий предводитель бандитов решил пополнить свое денежное состояние и положение в обществе с помощью убийства владыки. Он вступил в сговор с кем-то из высокопоставленных эльфов, в обмен на право проживания в Эльфире. Кроме того, он получил бы хорошее вознаграждение. А самое главное, он должен был сдать всех участников Отчаянных. Другими словами, он предал своих соратников за деньги и место под солнцем. Тот эльф, после смерти владыки, получил бы возможность бороться за власть. И скорее всего, занял бы этот главный пост. Но покушение провалилось, исполнитель был казнён. Потерпев неудачу, заговорщики составили новый план, который был неизвестен Клифту. — В связи с этим у меня к вам, лер Мартин, есть деловое предложение, — продолжал он, — я могу назвать имя не только того эльфа, который предал владыку, но и человека, заказавшего мне вас. — Что же вам нужно взамен? — озвучил я назревший вопрос. — Как я понимаю, деньги вас не интересуют. — Да, вы правы. Деньги мне не нужны, — он сделал паузу, как будто решаясь мне что-то сказать. — Я знаю, что ваша семья занимает не последнее место в обществе, и к вашему мнению прислушиваются, — он опять замялся, будто не знал, как объяснить мне свою просьбу. — Смелее, Клифт. Мне нужна чёткая цена за вашу информацию! — решил я форсировать событие. — У меня есть семья! Я понимаю, что как только дам показания в Магическом совете, то меня сразу же арестуют. И до конца жизни я просижу в заточении, — он старался не подавать вида, но волнение читалось в его глазах. — Вы должны позаботиться о моей жене и сыне. У вас небольшое имение, но пристроить их вам не составит труда. Они живут в глухой деревне, которая вот-вот прекратит свое существование. Ничем им помочь я не могу. Если кто-то узнает, что они как-то связаны со мной, им не жить. Вдруг застонала Зафира, и разговор пришлось отложить. Я подошёл к ней, нагнулся. Её постоянная жажда навела меня на мысль, что у колдуньи жар. Приложил руку к её лбу, и моё предположение подтвердилось. Интересно, есть в этом мире аспирин или простуду лечат магией? И спросить я это у эльфа не мог, свидетелей было много. Моё замешательство заметил Клифт, быстро снял лямку сумочки с плеча и стал в ней копаться. Через пару секунд протянул мне какой-то свёрток. — Это Авитония. Её надо заварить и давать каждые полчаса. Мы с эльфом переглянулись. Он по-прежнему принимал все, что касается нового знакомого в штыки. Мне же выбирать не приходилось. Я взял свёрток, налил воды в котелок и подвесил над огнём. Следующие минут десять мы провели в молчании, переваривая полученную информацию. Я все пытался понять, кто такой Мартин Брайд. Судя по всему, у меня имелся какой-то маленький земельный участок, на котором были, как минимум, дом и конюшня. Моя фамилия была известна, и, как сказал Клифт, к нашей семье прислушивались. Получается, я какой-то помещик, что ли. — Скажите, Клифт, — начал я, — почему вы решили довериться именно мне? — Как я уже говорил, к вашему мнению могут прислушаться определённые круги общества. Меня же никто слушать не станет, просто посадят, и всё. Рисковать жизнью сына и жены я не могу. У вас им будет безопаснее. Когда речь заходила о его семье, и так еле заметная улыбка совсем исчезла с лица. В глазах читалась тревога и грусть. Он всерьёз переживал за их жизни. — Если я соглашусь на ваши условия, когда я узнаю имена? — Имя заговорщика вы услышите, когда моя семья будет у вас в имении. А вот имя заказчика я скажу вам на совете. Я надеюсь, что вы, лер Мартин, человек слова. Я доверяю вам самое дорогое, что у меня есть. И взамен, поклянусь служить вам верой и правдой всю жизнь! — слова эти он произнёс, глядя мне прямо в глаза. — Раз ты такой верный и правильный, почему тогда ты сейчас бросаешь свою, как ты сказал, семью? Ты также, как и твой предводитель, предаешь своих. Как же тебе верить? — выпалил эльф. — Ты не глупый эльф, должен понимать, что никаких гарантий я дать не могу. Жизнь расставит всё на свои места. А предательство моё таковым не является. Я лишь назову имена заговорщиков, а не всех из Отчаянных. Моя информация никак на них не повлияет. — Хорошо, — подвёл я итог, выслушав Клифта. — Допустим, я соглашусь на ваши условия, каков будет план действий? — Где находится моя семья, знаю только я. Через неделю смогу доставить их к вам в имение. Затем я сообщаю вам имя предателя. А дальше ваша часть сделки. Вы добиваетесь сбора совета, на котором я называю имена предателя и заказчика. Меня сажают в клетку за мои преступления, а моя семья живёт под вашим покровительством. Думаю, все честно. — Собрать совет не так просто, нужна веская причина, — пояснил Ральф. — А разве жизнь вашего владыки не является веской причиной? Второе покушение может увенчаться успехом, — ухмыльнулся Клифт. — За такую информацию не только совет соберётся, сам владыка приедет. Насколько я знаю, исполнитель никого не сдал и был казнён. — Кстати! — воскликнул эльф. — Мы совсем забыли о насущном. Кто знает, откуда взялись эти мертвецы? — Таких я раньше тут не видел. Данная магия мне не известна, — открестился Клифт. А я молчал, прекрасно понимая, что эльф от меня ответа и не ждал. Отвар для ведьмы был готов, я остудил его и отдал Вилене. Наказал ей каждые полчаса поить им бабулю. Она кивнула и тут же принялась исполнять. То, что мы выжили этой ночью, большая заслуга Клифта. Понятно, что у него в этом свой интерес. Но все-таки, если бы не он, задумка покровителя этого мира воплотилась бы в жизнь. Хотя эта властная фигура вряд ли оставит меня в покое, и мы обязательно ещё увидимся. — Как быстро этот отвар подействует? — спросил я. — Это сильное средство, снимает любой жар и его симптомы. Но, как быстро оно начнёт работать, я не знаю. Вам в любом случае нужно выбираться из этих мест как можно быстрее. Да и мне пора уходить, — Клифт поднялся, поправил одежду и добавил. — Я думаю, мы с вами договорились, и через неделю я буду у вас. Буду не один, а с дорогими мне людьми. Удачи вам, лер Мартин. Она вам пригодится. Ответного прощания ему не требовалось, он просто развернулся и быстрым шагом направился в противоположном от нас направлении. А мы молча смотрели ему вслед. В одном Клифт был прав на все сто - нам поскорее надо было выбираться отсюда. Как это сделать четверым на трех лошадях я не знал. Ральф мне битый час пытался втолковать, как мне стоит вести себя в моём имении. Рассказал, какая у меня прислуга, кто чем должен заниматься. Параллельно мы собирались в дорогу, на которую должно было уйти не более трех дней. Хотя состояние Зафиры могло усложнить нам путь. Её лоб по-прежнему был горячий. Температуру измерять было нечем, вряд ли в этом мире слышали о градусниках. Оставалось надеяться на действие чудо-отвара. Много времени ушло на создание волокуш для Зафиры. Всё время чего-то не хватало, то жердей, то веревок, но в итоге все получилось. Бессонная ночь тоже давала знать о себе, начала кружиться голова и ноги стали ватные. Вот только отступать было некуда, и мы отправились в путь.