Создатель. Становление попаданца

Полемия, Эльфира, г.Лигарт Мартин Брайд Интересно, это у Мартина такая аура, влипать во все, что только можно, или у меня? Вот каков шанс на почти безлюдной улочке столкнуться с девушкой, получить пощечину и потом везти ее к доктору? Один на миллион, наверное. И он произошел именно со мной! Хорошо, что всю эту сцену увидел один из прохожих. Он услышал, что она назвала доктора Нила, и вызвался показать его дом. Без этого непонятно, как бы мы его искали. Пока мы ехали к доктору, девушка лежала на моих коленях, а ее милую головку я придерживал рукой. У меня появился прекрасный шанс рассмотреть ее поближе. Это была обычная юная девушка среднего роста и изящного телосложения. Из-под шляпки тянулись к плечам темные прямые волосы. Очаровательно смотрелась и челка, спускающаяся почти до глаз. Пухлые алые губы прекрасно сочетались с прямым носиком. Полностью завершить образ должен был румянец на щеках, но его почему-то не было. Девушка до сих пор была без сознания. Никакие известные мне манипуляции не помогли привести ее в чувства. И что же так сильно напугало это милое создание? Неужели моя «пташка» выглядит настолько угрожающе? Я взглянул на Сирта. Пока мы ехали, он, как ни в чем не бывало, сидел на спинке саней и разглядывал окрестности. — Вот особняк лера Нила, — сказал случайный попутчик, тем самым оторвав меня от размышлений. Савад подъехал к красивому двухэтажному особняку и остановился почти вплотную к дверям, слез и постучал в них. Дверь открыл долговязый мужчина, на вид которому было лет сорок. Если судить по волосам, то это был маг. — Чем могу быть обязан? — спросил он. — Нам нужен доктор Нил, — ответил Савад. — Тут девушка в обморок упала, а перед этим назвала ваше имя, — указал он на сани. — Летиция?! — сказал Нил, подойдя ближе. — Внесите ее в дом! Я сразу же взял девушку на руки и поспешил в дом. — Положите ее на диван, — указал он рукой на место. — Что с ней случилось? — Честно говоря, не знаю, — ответил я, уложив ее на указанное место. — Мне показалось, что она очень испугалась Сирта. — Сирта? — произнес Нил, приступив к осмотру. — Да. Это моя птица. — Сомневаюсь, — произнес он. — Летиция не из тех людей, которые при виде птиц падают в обморок. Доктор ладонями дотронулся до щек Летиции и закрыл глаза. Потом повторил манипуляции, но уже с ее руками. — Алона! — вдруг крикнул он. — Подойди! — и через секунду в комнату вошла женщина. — Быстро, принеси мой чемоданчик с инструментами из кабинета. Она только кивнула и ушла так же стремительно, как и появилась. Вскоре требуемый чемоданчик уже был у доктора. Он достал из него ватку, намочил жидкостью и поднес к носу Летиции. Но результата не последовало, что, как мне показалось, его совсем не удивило. Он снова полез в свой чемоданчик и на этот раз вытащил целый набор колбочек и какой-то чудаковатый инструмент. Очень скоро мы поняли, что это автоматическое приспособление для забора крови. Прокалыватель, если на земной лад. С его помощью он мастерски проколол кожу на пальце Летиции и собирал кровь в стеклянную трубочку. Затем перелил ее в пустую колбочку и стал поочередно добавлять в нее жидкости из других пробирок. Мы с интересом следили за его действиями. И вот на седьмой пробе кровь забурлила. — Она отравлена! — сказал Нил. Немного поразмыслив, он достал из чемоданчика очередной комплект пробирок и проделал с ними ту же процедуру. В этот раз результат он получил быстрее, уже на третьей пробирке кровь поменяла цвет и окаменела. — Уважаемые леры, прошу вас подождать, пока я более точно определю яд и сделаю противоядие. У меня к вам будет несколько вопросов. Алона, проводи гостей в трапезную и напои чаем, — не отводя глаз от Летиции, произнеси Нил. — Гарану и Винару скажи, чтобы немедленно шли сюда. — Слушаюсь, — ответила она ему и обратилась к нам. — Прошу за мной, леры, трапезная там. Мы незамедлительно последовали за ней. Если честно, я бы и от какого-нибудь Смачного супа не отказался, ведь последний раз я ел вчера. Но чай тоже пойдет, надеюсь, печеньки к нему тоже полагаются. Алона указала нам на места за столом и сказала, что скоро принесет чай. — Савад, — начал я, — думаю, самое время раскрыть карты. Почему ты сначала постовой, затем помогаешь нам бежать из тюрьмы, а сейчас и вовсе спасаешь мне жизнь? — Это долгая история, — ответил он. — Ничего! Я никуда не спешу. — Ну что ж. Попробую изложить все более кратко. Но сначала ответьте на мой вопрос. Откуда вы, Мартин? Сейчас я уверен, что вы не из этого мира. Магов с такими способностями у нас не существует! Мало того, что последний из бихар был казнен более двух столетий назад, так еще и способность к нескольким категориям магии. Кто вы, лер Мартин? Откуда вы к нам засланны? Ответьте мне на эти вопросы, и, скорее всего, я смогу ответить на ваши. — Почему вы решили, что я могу использовать различные категории магии? — спросил я ради того, чтобы понять, не блефует ли мой собеседник. — Да бросьте! — откинулся он на спинку стула. — Я же видел, что вы сделали с решеткой тогда, в тюрьме. Только очень сильный маг-созидатель может так подчинить себе металл за такое короткое время. — Ну тогда вы должны быть в курсе, что я там был не один, со мной был Ральф. Он ведь, теоретически, мог это сделать. — Не смешите меня, — отмахнулся он. — Он до сих пор так и не понял, как пользоваться магией. А тут речь идет об огромных магических способностях. — Возможность внешней помощи, я так понимаю, вы тоже не рассматриваете? — Может хватит меня проверять? Вы сами хотели поговорить по душам, а теперь строите из себя дурака, — он секунду подумал, встал, схватил металлическую вилку со стола, подошел ко мне со спины и приставил ее к моему горлу. — Вот сейчас и проверим, прав я или нет. Его действие отозвалось сильной болью в шее, и мне даже показалось, что он проткнул мне кожу. Но боль сразу утихла, несмотря на то, что рука Савада оставалась на месте. Параллельно этому я заметил появившееся возмущение в моем теле. Оно мелкой дрожью прошлось по спине. — Вот. Что и требовалось доказать! — он отодвинул свою руку и показал мне вилку. Увиденное меня ошарашило. Зубцы вилки были оплавленны, будто их положили на раскаленную печь. Но еще пару секунд назад это была обычная вилка, без каких-либо изъянов. — Думаю, дальше отпираться не имеет смысла, — Савад положил прибор передо мной и вернулся на свое место. — Стресс помогает магии раскрыться, что мы сейчас и наблюдали. Вы маг-созидатель! А еще вы можете управлять стихиями. Это уже не нормально для нашего мира! Так ответьте мне на вопрос: откуда вы? В этот момент зашла Алона и поставила чай. За ней следовал юноша, в руках которого виднелась тарелка с булочками. Этот факт я заметил не сразу, впечатление от эксперимента Савада приглушило мой аппетит, и лишь тонкий приятный аромат выпечки смог поставить все на свои места. Отбросив наш разговор на второй план, мы принялись набивать свои желудоки. Алона посмотрела на это дело, развернулась и вышла. — Продолжим? — хитровато спросил Савад. — Непременно, — ответил я, дожевывая последний кусочек булочки. — Теперь я жду вашего ответа! — Что ж. Тогда слушайте. Вы правы, я не здешний и прибыл с Земли. Не знаю, знакомо вам это место или нет. Несколько недель назад я «заново родился» в этом теле и до сих пор не понимаю, чего от меня хотят. Само мое появление здесь побудило одного местного «босса» натравить на меня киллера, от которого вы меня спасли. Вот, собственно, и все! — Ну теперь стало более понятно, — задумался Савад. — И что же вам понятно? Поделитесь информацией. — Под «местным боссом» вы, скорее всего, подразумеваете Лориана? — уточнил он. — Совершенно верно! — кивнул я. — Достаточно скверный типчик. — Откуда вы это знаете? — удивился он. — Имел честь с ним пообщаться, — мне сразу вспомнился результат того разговора. — И уже через десять минут мне пришлось воевать с толпой мертвяков. — Интересно, — призадумался он. — Вы один из тех немногих, которые остались в живых после такой встречи. И каков же он? — Слишком много вопросов, Савад! Не пора ли и вам ответить на мои, — возмутился я. — Хорошо! Не знаю, известно вам или нет, но вы не единственный посланец с Земли. Несколько столетий назад Омилья развязала войну, результатом которой стало великое переселение эльфов. Но мало кто знает, что параллельно шла еще одна война. С Лорианом, — он огляделся по сторонам, убедился, что рядом с нами никого нет и продолжил, — Мой пра-прадед воевал против эльфов. И однажды, преследуя почти разбитый отряд в Дубовом лесу, он и его люди наткнулись на старую хижину. В ней они нашли молодую эльфийку без магического дара. Выполняя приказ, они схватили ее и хотели отвести к остальным пленным, но у них ничего не получилось. Эльфийка, подчеркиваю, без магических способностей, вдруг смогла применить магию. И совсем необычную. Она создавала молнии! Уже больше восьми столетий никто не встречал магов с этой способностью. Несмотря на все попытки отряда противостоять ей, итог был плачевным. Из всех выжил только мой прадед и то, по чистой случайности. Ничего противопоставить он этой магии не мог и смирился со своей участью. Но она его убивать не стала, напротив, эльфийка попросила помощи. Дальше были скитания, борьба за выживание и, наконец, адепты ордена Противостояния, — на последних словах он сделал акцент. — Знаете, кто это такие? — Нет, — ожидаемо для собеседника ответил я. — Оказалось, что долгое время между Лорианом, который в вашем мире известен как дьявол, и Всевышним шло противостояние за эти два мира. Я имею в виду Полемию и Землю. Они постоянно переходили из рук в руки. От этого устали не только люди, но и сами боги. Точку в переделе поставил договор, по которому Земля осталась подвластна Всевышнему, а Полемия — Лориану. — Откуда вам известно, как его имя в моем мире? — удивился я. — Записки Налины. Той эльфийки, которую встретил мой прадед. Она перед своей гибелью оставила их у адептов. — А как она погибла? — Лориан узнал о девице с необычной магией и смог переманить на свою сторону одного из адептов. Он-то и вонзил во время боя со свитой Лориана клинок ей в сердце, — Савад выдержал паузу. — Та схватка была скоротечной, но и ее хватило, чтобы понять, насколько эта магия сильна в умелых руках. К сожалению, Налина была наивна и доверчива. Это ее и подвело. После этого Лориан организовал настоящую охоту за адептами и уничтожил почти всех. Но те, кто выжил продолжили начатое дело, и перед вами сидит один из адептов этого ордена. — Что это за орден такой? Откуда он взялся? — спросил я. — Лориан не собирался мириться с разделом, но сам ничего сделать не мог. Когда был заключен договор, боги обменялись предметами — калистами. Эти предметы до сих пор служат барьерами между мирами и не пускают своего хозяина. Например, Всевышний отдал Лориану калист Примирения, который не пускает его в наш мир. В ответ на это Лориан передал ему калист Тьмы, и теперь ему закрыт путь в земной мир. — Откуда вам все это известно? — недоумевал я. — Дослушайте меня и все поймете! — остудил мой пыл Савад. — Как я уже сказал, Лориан не собирался следовать договору, но и нападать самому не имело смысла, ведь калист Тьмы не позволил бы ему попасть в земной мир. Однако, он вполне мог перенести на Землю душу, которая должна была вселится в человека, разыскать калист и уничтожить его. Но абы кого послать на такое ответственное задание было бы глупым, поэтому он основал орден Тьмы. Его задача состояла в отборе кандидата на это задание. — Этакий спецназ Дьявола, — сказал я. — Мне не знакомо это слово, — уставился на меня Савад. — Это не имеет значения. Продолжайте. — Так вот. Эта миссия была возложена на Паррона, эльфа, который всегда отличался безумной жестокостью во всем. Но у него была одна слабость — его сестра. Он в ней души не чаял и позаботился о том, чтобы она не пострадала от междоусобных войн, которые, кстати говоря, разжигал именно Лориан. Он играл правителями как пешками. Сестра Паррона ослушалась брата и сбежала. Вскоре он узнал, что она погибла в одной из деревень, которую дотла сожгли отряды ордена Тьмы. Им обуял гнев и жажда мести. Все адепты, которые находились в тот момент в храме были зверски убиты безутешным братом. На какое-то время пропал и он сам. Как выяснилось потом, он жил отшельником в лесах Ратонии. Возможно, в этот период у него и родилась идея о создании ордена Противостояния. Он основал его, собрав вокруг себя узкий круг магов, для одной лишь цели — уничтожить Лориана. И он прекрасно понимал, что никакому ордену это не под силу без помощи Всевышнего, которого в Полемию не пускал калист. Когда Паррон проходил подготовку, он узнал, как можно разрушить его. Нужна магия молний. Проявление чистой, первородной энергии. Именно поэтому Лориан каким-то образом смог установить запрет на эту магию в Полемии. Он понимал, что если калист утратит свою силу, его власти над этим миром придет конец. Тогда же он узнал и о возможности создания аделида. До сих пор не понятно, как он и его соратники смогли создать аделид Обмена, известно лишь то, что Паррон погиб во время ритуала. Однако, его дело продолжили другие адепты, они смогли призвать в этот мир земную душу. Она вселилась в Налину и одарила ее магическими способностями. Что было после, я уже вам рассказал. Что ж получается: Бог меня послал в этот мир, чтобы я избавил его от Лориана? Тогда понятно, почему он так рвался узнать, для чего я в этом мире. Странно, но я же не обладаю никакой магией молний. Или я просто не знаю, что она во мне есть? — А Сталкер, получается, один из адептов ордена Тьмы? — Нет. Лориан нашел способ вербовать людей. Так как он сам не имеет возможности это делать, скорее всего, ему кто-то помогает. Возможно, он все-таки подготовил кого-то и отправил на Землю. Так Сталкер и появился тут, но в ордене он не состоял, — ответил Савад. — Что представляет собой этот калист, и где он находится? — поинтересовался я. — Это нам неизвестно, — он вздохнул, — никто никогда его не видел. «Дичь какая-то происходит», — подумал я. Если Лориан готовит своих бойцов для «похода» в земной мир, то Всевышний без какой-либо подготовки взял и швырнул меня сюда. Справляйся, типа, сам. Хоть бы пояснил, для чего я тут нужен, а так приходится всю информацию по крупицам собирать. — Прошу прощения за то, что заставил вас ждать, — в дверях показался доктор Нил. — Ничего страшного, — ответил я. — Мы с пользой провели это время. Как себя чувствует Летиция? — Я ввел ей противоядие, — он ответил и присел на стул. — Меня сильно волнует ее состояние. Она сильно истощена. Вот только истощение это не физическое, — он задумчиво уставился на стол, — а душевное, я бы даже сказал, магическое. — Но она же не маг, — оживился Савад. — Знаю. И сам не понимаю, как это возможно, — мгновенно ответил Нил. — А самое интересное, что яд, которым она отравлена, очень редкий и специфический. Его использовали бихары перед тем, как вытянуть силу из мага. — Но они уже давно вымерли, — Савад непонимающе уставился на Нила. — После Великого Гнева не встречалось ни одного представителя этой расы. — Но факт остается фактом! — возразил Нил. — Фиториум — узкоспециализированный яд, использовался только для подавления магического сопротивления. Иногда его называют «Нежным клинком». Больше он ни для чего не годится. Считаю полным бредом поить им неодаренного человека. — Скажите, лер Нил, — обратился я. — Чисто теоретически, его может создать любой, не обязательно быть бихаром? — Конечно, — с насмешкой ответил он. — Вот только для чего? Договорить нам не дал женский крик. Мы с Савадом переглянулись и вопросительно уставились на Нила. — Летиция! — после секундного замешательства выпалил он и сорвался с места. Мы с Савадом побежали за ним. Нил привел нас в большое светлое помещение. У стен стояли столы, стеллажи и шкафы. Почти все они были заполнены врачебными инструментами, некоторые из которых больше напоминали орудия пыток. Поразило количество разнообразных колбочек и бутылочек с непонятными мне надписями. В центре комнаты стояла кушетка, скорее всего, на ней доктор проводил операции. В углу стоял небольшой диван, на котором сейчас находилась Летиция. Она вжалась в угол и с ужасом смотрела в одну точку. По щекам текли слезы, и при каждом вздохе Летиция монотонно всхлипывала. Наше появление никак не повлияло на ситуацию, и только когда доктор сел напротив ее, она очнулась. — Доктор Нил! — она кинулась к нему на шею. — Помогите мне! Они… Они преследуют меня! Помогите мне, доктор Нил. — Кто вас преследует? — даже не пытаясь освободиться от цепких объятий, спросил он. — Я не знаю, — сказала она и зарыдала с новой силой. — Это он… он похитил меня, держал в каком-то подвале, заставил выпить что-то… — Успокойся, Летиция! Тут ты в полной безопасности. Расскажи толком, о ком ты говоришь? — Нил оторвал ее от себя и держал обеими руками за плечи. — Авроний! — вдруг выпалила она. — И птицу, наверное, тоже он прислал. Надо же, какой маленький этот мир. Если верить словам Клифта, то человек, который нанял его убить меня, назвался Авронием. Очень странное совпадение. — О какой птице ты говоришь? — спросил ее Нил. Но она ничего не ответила, подняла руку и указала на окно. Ее взгляд снова наполнился ужасом. Я взглянул в окно. Там на карнизе сидел Сирт и беззаботно рассматривал окрестности. Почему Летиция думает, что это птица Аврония? — Прошу прощения, — сказал я, подойдя ближе, — но это мой кречет. Летиция вдруг заметила, что в этой комнате, кроме доктора Нила, есть еще и мы. Она вопросительно смотрела то на меня, то на Савада, который тоже не понимал, откуда взялась эта птица и почему она следует за нами от рынка. — А дракон тоже ваш? — тихо спросила она. — Какой дракон? — удивился я. — Никаких драконов я не видел. А вот кречет мой. — Мне кажется, что вы говорите неправду, — Нил посмотрел сначала на меня, затем, на кречета. — Эта птица подчиняется только… — Владыкам! — перебил я его. — Да, да. Я это знаю. Но этот кречет мой, — я взял кусок плотной ткани, лежащей на стеллаже, обмотал ею руку, подошел к окну и, чтобы раз и навсегда исключить это недоверие, распахнул створки окна. Кречет тут же взмыл в воздух и залетел в комнату. Вот только зря я обматывал руку, в надежде, что мне будет не так больно, когда он всадит свои когти. Эта беспардонная курица всем своим весом приземлилась мне на плечо. Я еле сдержался, чтобы не закричать от боли, а вот Летиция, поняв, что Сирт стремительно приблизился, жутко завизжала. — Я же говорил, что это мой кречет и бояться его не стоит, — сказал я, когда Летиция успокоилась. Долго терпеть острые когти на своем плече я не смог, поэтому попытался скинуть птицу, за что и получил крылом по лицу. Тем не менее своего я добился, Сирт взвизгнул и уселся на кушетку, продолжая притягивать к себе внимание всех участников разговора. — Простите, Летиция, — встал я между ею и кречетом. — Вы упомянули имя Авроний. Не могли бы вы поподробнее рассказать мне о нем. — Это управляющий в имении графа Ланского, — пояснил доктор. — Да, — вытирая слезы и с опаской озираясь на кречета, сказала Летиция. — Но только имение уже принадлежит Мартину Брайду. — Кому, простите? — переспросил я, не веря своим ушам. — Мартину Брайду, — ответила она. — К нам приезжал его представитель, Иллай, кажется. Прошу вас, — обратилась она к Нилу, — дайте одеяло, мне очень холодно. — Это такой чудаковатый мужичок в странном пиджаке? — закрывая окно, спросил я. — Смею предположить, что с ним приезжал и эльф, не так ли? — Верно, — она удивленно посмотрела на меня. — Откуда вам это известно? — Я и есть тот самый Мартин Брайд, — ответил я, затем повернулся к Саваду. — Мы успеем сегодня вернуться в мое имение? — Безусловно успеем. Но, позвольте узнать, зачем нам сейчас туда ехать? — ответил он. — Остались нерешенные дела, — отмахнулся я. — Летиция, вы живете в этом имении? — Да, — растерянно ответила она. — Я помощница управляющего. — Очень рад нашему знакомству, хоть оно и было очень необычным. Лер Нил, вы сможете присмотреть несколько дней за Летицией? — Конечно смогу, — ответил он, — тем более ей еще несколько раз надо будет дать противоядие. — Какое противоядие? — спросила Летиция. — Вас отравили, — пояснил доктор, — но переживать не стоит. Вы пришли в себя, значит, противоядие действует, но пару дней лучше находиться под моим наблюдением. Алона подготовит вам комнату. — Это Авроний меня отравил? Но зачем? Что я ему сделала? Вопросы посыпались как камнепад. Но нам медлить нельзя было. Я мотнул головой, напоминая Саваду, что нам пора ехать и поспешил к дверям. Сирт понял нас без слов и пустился вслед. *** Дорога домой хоть и была многочасовой, но я ее почти не заметил. Я за один разговор с Савадом узнал больше информации, чем за две недели ранее. Всевышний задумал моими руками изгнать дьявола из этого мира. Но как мне это сделать, если я даже не знаю, как воспользоваться магией молний. Да и что я ею должен уничтожить? Как выглядит этот калист? Я только узнал, для чего я в этом мире, а вопросов опять прибавилось. Сейчас я уже ориентировался в дороге и мог определить, долго нам до моего имения или нет. Еще минут двадцать потерпеть, и я буду дома. Хотя, домом это можно было назвать только условно, я до сих пор не смог привыкнуть к этому миру. Скорее всего, нужно время для этого. Вот наконец показался поворот к моему имению, и Савад сбавил ход. С моей последней поездки тут ничего не поменялось: все те же ухабы. Я, если честно, до сих пор не понимаю, как в темноте можно ориентироваться по такой дороге. Фонарь, установленный на специальное место, освещал не более метра трассы. Я бы давно уже улетел в сугроб. Вот интересно, Лориан, исключив магию молний, убрал и возможность генерировать электричество или это между собой никак не связано? А может, еще и время не подошло? В любом случае, ехать при нынешнем искусственном освещении совсем неудобно. Вот мы, наконец, подъехали к воротам моего имения, из которого меня недавно так бесцеремонно похитили. Как только я это вспомнил, злость и досада заиграли новыми красками. Спрыгнув, я сразу же направился к воротам и дернул несколько раз за шнурок. — Кто там? — дверь отворилась и показался Ратир. — Это я, Ратир. Отворяй ворота и побыстрее, — крикнул я. На этот раз он меня признал и принялся выполнять указание. — Доброго вечера, ваша светлость, — чуть ли не кланялся он. — Нам вчера сказали, что вы уехали надолго. — Обманули тебя! — сказал я, наблюдая, как Савад заезжает во двор. — Никуда я не уезжал. Грив и Клифт в имении? — Да, ваша светлость. — Хорошо, — сказал я и направился к Саваду. — Заходите в дом, я распоряжусь, чтобы вас обслужили. — Спасибо, — ответил он, спрыгнув со своего места. — Но мне бы очень хотелось знать, для чего мы так спешно приехали сюда. — Ненавижу предателей! — немного подумав, ответил я. — И церемониться с ними не собираюсь. Я к Сталкеру попал по милости своего управляющего, теперь пришло время расплаты. — Вон оно как, — оживился он, — а можно мне понаблюдать за процессом? — Вы не очень похожы на человека, который любит смотреть на расправы, — съерничал я. — Но если вам и вправду это интересно, то оставайтесь здесь. Шоу не обещаю, но будет поучительно. Не дожидаясь ответной реплики, я отправился в дом. В холле мне навстречу попались Клифт и Белатрисса. Они хотели мне сказать что-то для приветствия, но я не собирался сюсюкаться с ними и их опередил. — Где Грив? — спросил я. — У себя, — ошеломленный моим напором, ответил Клифт. — Мы только от него. Он нам сказал… — Это все потом! — перебил я его. — Запряги лошадь и приготовь крепкую веревку, — сказал я и, не раздеваясь, направился вверх по лестнице. — Но… — Без вопросов, Клифт. Просто сделай, как я сказал, — на ходу выпалил я. Покои Грива находились почти сразу у лестницы. Я быстро преодолел ее и ворвался в комнату. Управляющий от моего неожиданного визита выронил из рук бокал, который упал на пол и разбился. Надо отдать должное Гриву, он быстро собрался с мыслями, но вот речь сильно хромала. — Э-э. Лер Мартин?! Как неожиданно, — начал он. — А ты уже и не ждал меня, наверное? — сказал я, медленно шагая ему навстречу. — Что вы имеете в виду? — он попытался показать свое недоумение. — Вот гад! Он еще и дурачка включил! — О чем вы говорите? — продолжал он. — Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю! — закричал я. — Разве не ты меня позвал в тот дом, где меня поджидали? Колись, тварь! Что тебе обещали за это? — Да я правда не понимаю, о чем вы говорите, — промямлил он, глядя куда угодно, но только не мне в глаза. — Ах ты не понимаешь! — я не удержался и, подбежав, врезал ему. Оппонент оказался слабоват, одного удара хватило, чтобы он свалился на пол и заскулил. — Говори, гнида! Я хочу знать, что тебе за меня пообещал Сталкер. Говори! Злость переполняла меня. В этот момент я был готов убить его прямо тут, но решил успокоиться и использовать план «Б». Да, несмотря на свой гнев, я обдумал несколько вариантов развития событий. Один из них, а именно фактор моего неожиданного появления, не сработал. Хотя, результат был, Грив молчал, но был напуган. Мне нужно было удостовериться, что именно он предал меня, он должен был сам признаться в этом. Но, так как управляющий молчал, мне нужно было ему помочь. Я схватил его за локоть и заставил подняться. Взгляд у него изменился, стал одновременно злобным и насмешливым. Понятно было, что в таком состоянии он ничего не расскажет, пришлось действовать жестче. Вытолкнув его из кабинета, я под руку повел его по лестнице. Внизу стоял Ратир и с любопытством наблюдал за происходящим. — Ратир, — рявкнул я, — скажи всем, чтобы немедленно вышли во двор! Поняв по моей интонации, что спрашивать себе дороже, он пошел на кухню. Я же вытолкал управляющего на улицу, где уже были Клифт и Савад. Лошадь стояла от них неподалеку. — Держите этого, чтобы не убежал, — толкнул я Грива Клифту, а сам взял веревку и связал ему руки. — Ты мне точно ничего сказать не хочешь? — я спокойным тоном спросил управляющего. Но он молчал. На улицу из имения стала выходить прислуга. Кто-то успел надеть зимнюю одежду, кто-то нет. Видимо, Ратир во всех красках передал то состояние, в котором я сейчас находился, и никто не решился заставлять хозяина ждать. — Итак, — начал я, когда убедился, что вся прислуга меня слышала, — я собрал вас тут не просто так. Как вы знаете, совсем недавно на меня покушались. Я был ранен, но выжил. И вот, не далее чем вчера вечером на меня снова было совершено покушение. Один из вас заманил меня в ловушку, где поджидали головорезы. Тихо! — отреагировал я на появившийся среди прислуги говор. — Потом будете перемывать косточки, обсуждая услышанное и увиденное. Грив, — обратился я еще раз к управляющему, — может, ты все-таки скажешь, почему ты меня предал? — Но он по-прежнему молчал и смотрел вниз. — Похоже, ты мне не оставил выбора! Я взял другой конец веревки, запрыгнул на лошадь и потихоньку поехал. Видимо только сейчас Грив понял, что я хочу с ним сделать. Ворота были открыты, поэтому я направился именно туда. Изначально, мне казалось, что самой ситуации должно было хватить управляющему для того, чтобы он сознался в содеянном, но ошибся. Грив молчал и испуганно озирался по сторонам, надеясь на то, что я не приму каких-либо действий. Веревка длиной была не более десяти метров и после начала моей езды быстро натянулась, заставляя Грива почти бежать за лошадью. Я проехал так метров сто, остановился и слез с лошади. — Ну что? Не передумал еще в молчанку играть? — спросил я, но в ответ Грив лишь ухмыльнулся. Тут мной овладела ярость. Какая-то дрянь предала меня, а теперь еще и ухмыляется. Я сорвался с места, не заметив, что Грив поменялся в лице, вскочил на лошадь и погнал ее вовсю. Что творилось с управляющим, пока я гнал лошадь, не знаю, но веревку мотало из стороны в сторону, чувствовались частые рывки. Метров через пятьдесят я остановил лошадь, от чего Грив по инерции врезался в сугроб. — Я скажу все! — стоная и отплевываясь от снега, прокричал он. Это заставило меня прекратить издевательства и успокоиться. Сам факт того, что Грив заговорил, подтвердил все мои домыслы. Теперь я на все сто был уверен, что он соучастник. — Лер Мартин! — услышал я голос Ральфа, бегущего со стороны имения. — Стойте! Так нельзя! — в его руках блеснул нож, которым он перерезал веревку. — Знаю, Ральф. Но по-другому тоже нельзя! — ответил я. — Веди его ко мне в кабинет, он все расскажет. Разговор на этом закончился, и я поскакал к имению. Прислуга по-прежнему стояла у дверей. На лицах некоторых из них читался страх, поэтому пришлось разрядить обстановку и объяснить людям, что к чему. — Хочу внести немного ясности, — спрыгнув с лошади и подойдя ближе к прислуге, сказал я. — Скорее всего, все, что сейчас произошло с Гривом, вам покажется жестоким. Возможно, так оно и есть. Но, — замялся я, подбирая нужные слова, — он это заслужил. Если бы не помощь вот этого человека, — я указал на Савада, — то я бы сейчас с вами не разговаривал, а лежал бы где-нибудь мертвый в снегу. Грив предал меня, заманил в ловушку, из которой я сам бы не выбрался. Отсюда хочу сказать следующее. Каждый, кто служит мне верой и правдой, может вполне рассчитывать на мое милосердие, понимание и покровительство в конце концов. Я многое могу не замечать, понимаю, что не все бывает хорошо в жизни и некоторые вещи могут произойти сами собой, но запомните раз и навсегда: предательство я не прощу! И чтобы в будущем не получилось как сейчас, даю вам выбор. Возможно, среди вас есть люди, которые думают, что я никчемный граф, и которые не хотят служить мне. Таких людей в моем окружении быть не должно. Поэтому, я дарую свободу каждому, кто собирается уйти. Но если вы решите остаться, знайте, я буду доверять вам, как самому себе, и если произойдет ситуация, подобная сегодняшней, наказание будет намного суровее. Я прошу тех, кто собрался уйти, обозначить себя. Прислуга начала оживленно переглядываться, но никто не отважился подать голос. Лишь лошадь, которая несколько минут назад таскала Грива, невзначай фыркнула у моего уха. — Ну что ж! — сказал я. — Я так понимаю выбор сделан, и вы все остаетесь в имении? — Да, ваше сиятельство, — ответил Ратир. — Мы добросовестно служили вашему папеньке. И можете быть уверены, мы верой и правдой будем служить вам, ваше сиятельство. Ну что вы молчите? — обратился он к остальным. — Я правильно говорю? С разных сторон посыпались одобрительные возгласы. Народ высказал свое мнение, коим я был вполне доволен. Сзади послышались шаги. Я обернулся и увидел, как Ральф ведет Грива. Только сейчас я смог рассмотреть, насколько сильно пострадал управляющий. Помимо разбитой губы, были кровавые ссадины почти на всем лице. Рассеченный лоб до сих пор кровил. Одежда с одной стороны была разорвана в лохмотья. На эту же сторону Грив заметно прихрамывал. Прислуга молча проводила их взглядом аж до самой двери и только потом начала перешептываться. — Ну, теперь, когда мы решили этот непростой вопрос, пора перейти к более насущным проблемам. Сегодня у меня выдался непростой день. Я устал от поездки и сильно голоден, поэтому прошу вас через полчаса приготовить ужин. Не смею вас больше задерживать, так как у каждого из вас есть свои обязанности. Прислуга тут же направилась в дом, и, когда за последним закрылась дверь, я услышал хлопки. Это мне аплодировал Савад. — Браво, лер Мартин, — восхитился он. — Я бы точно не смог так умело поставить на место прислугу. И ваш управляющий пришелся к месту. Показательная порка — лучший способ для поддержания порядка. — Вы явно переоцениваете мои возможности, Савад, — отмахнулся я. — Грив сам виноват в том, что произошло. А этот «спектакль» — чистой воды импровизация. Давайте не будем терять время, скоро будет готов ужин, а мне еще надо допросить управляющего, — сказал я и направился в дом. В холле никого не было, возможно, прислуга после произошедшего старалась не попадаться мне на глаза. И лишь Ратир вышел к нам и принялся развешивать нашу одежду. Мы поднялись ко мне в кабинет, где уже нас ждали Ральф и Грив. — Ральф, обработай ему раны, — сказал я, осмотрев управляющего. — Хорошо, — сказал он, передал веревку Клифту и вышел из кабинета. — Никуда он бежать не собирается, — обратил я внимание на связанные руки, — не так ли Грив, — на что он лишь кивнул головой. — Клифт, развяжи его. — Как скажете, — принялся он развязывать узлы на запястьях управляющего. — Итак, Грив, — сказал я, — жду твоего рассказа. — Что вы хотите знать? — спросил Грив. — Начнем с малого: кто тебя надоумил заманить меня в этот дом? — Вы же знаете ответ, — начал ерничать он. — Я хочу услышать его от тебя, — сказал я, повысив голос. — Или мне стоит опять повторить поездку на лошади, чтобы ты стал разговорчивей? — Ко мне подошел какой-то бугай и поинтересовался вами, затем, предложил денег за то, чтобы я вытащил вас в укромное местечко, — ответил он. — Старый заброшенный дом отлично подошел для этого. Но никакого Сталкера я не знаю. Больше мне нечего сказать. — Как это нечего? — возмутился я. — Расскажи, например, чем я тебе так насолил, что ты готов связаться с бандюгами, которые хотят меня убить, — но Грив опустил голову и молчал. — Кстати, в какую сумму ты оценил мою жизнь? — в ответ все то же молчание. — Колись, тварь, где деньги! — я не стерпел и наотмашь врезал ему. — В шкафу. В моих покоях, — жалобно ответил он. В это время зашел Ральф с чемоданчиком похожим на нашу аптечку и поставил его возле Грива. Следом за ним шла Зафира. — Можно приступать? — спросил Ральф. — Можно, — ответил я. — Все, что меня интересовало, он уже рассказал. Клифт, пошли со мной. Мы вышли из кабинета и направились в покои управляющего. На мое удивление, шкафов оказалось три! В первый раз я не обратил на это внимания, да и не за этим я сюда заходил. Вообще, комната управляющего выглядела побогаче, чем моя. Видно было, что все деньги проходили через Грива. — Ну что, начнем осмотр, — сказал я и принялся вышвыривать все вещи из первого попавшегося шкафа. Он оказался полупустой, поэтому я справился быстро, но ничего не нашел. Вот второй шкаф оказался полностью забит шмотками, пришлось повозиться, чтобы его опустошить. Но это принесло свои результаты. На глаза мне попался небольшой мешочек. — Нашел, — сказал я, открыв его. — Не думаю, что за голову графа дали ли бы такое мизерное вознаграждение. А вот это, — указал он на нижнюю полку своего шкафа, — вполне на него похоже. Я с интересом взглянул туда. Там стояла среднего размера шкатулка. Клифт открыл ее, и мы обомлели. Она была до верха набита золотыми монетами. Мне даже предположить было сложно, какова их ценность. — Считать времени нет. Бери шкатулку и пошли обратно, — сказал я и направился к выходу. Дверь в мой кабинет была приоткрыта, и оттуда доносился разговор между Гривом и Зафирой. -… вот если бы ты все сразу рассказал хозяину, не пришлось бы тебе сейчас терпеть боль, — говорила она ему. — Что тебя заставило сделать этот шаг? — Злой он, — ответил Грив. — Он и до поездки меня ни во что не ставил, постоянно унижал, а сейчас и вовсе все грехи на меня списал, будто я деньги у него ворую. — А это не так? — Ну было немного! — чуть погодя, ответил он. — Девушка мне одна приглянулась из соседнего графства. Дочка Дворецкого, Финнара. Я, как положено, приехал к ним просить ее руки, да узнать выкупную. А граф этот жаднющим оказался, такие деньги запросил, что мне и за год не собрать при своем жаловании. Вот я и решил копить. Иногда у хозяина заимствуя немного. А тут бугай предложил денег за мою услугу, ну я и не удержался. — Эх, дурачок ты, Грив. Можешь и этого сейчас лишиться. Придет хозяин, моли его о пощаде! Простить, может и не простит, но оставит тебя в имении. — Не простит, — сказал он с тревогой в голосе. — Злой он. Да и насолил я ему сильно. Продолжать разговор они не стали, поэтому нам стоять у своих дверей и подслушивать не имело смысла. Топнув несколько раз, имитируя подход, я распахнул дверь, и мы вошли. Ральфа и Савада тут не было, лишь Зафира суетилась с чемоданчиком. — Ну что? Жить будет? — спросил я, кинув на стол мешочек с золотом, и сел на свое кресло. — Ничего серьёзного, — ответила мне она, — ушибы да ссадины. Заживет через несколько дней. — Спасибо, Зафира. Оставь, пожалуйста, нас. Поговорить нам с ним надо. — Хорошо, лер, — ответила она и уже у выхода добавила. — Только, прошу вас, не бейте больше его, — она развернулась и вышла. — Что из этого — вознаграждение за мою голову? — спросил я Грива, на что он виновато кивнул в сторону шкатулки. — И сколько там? — Должно быть семь тысяч золотых, — пробубнил он, — но по факту, не знаю, не пересчитывал. — Куда собирался потратить такие деньжищи? — заведомо понимая, что ответа не последует, спросил я. — Сколько просят за твою Финнару? Мой вопрос явился для него полной неожиданностью. Он удивленно взглянул на меня, но потом, видимо, догадался, что я услышал их разговор с Зафирой. — Пять тысяч золотых. — Ничего себе у них расценки, — удивился я. — Значит, за голову графа — семь тысяч, в за прислугу пять! Значит так, Грив. Как ты понимаешь, управляющим тебе не быть! Но и гнать я тебя не стану. Что ты собирался делать, когда выкупишь свою принцессу? — Просить вас принять ее в качестве прислуги, — несмело произнес он. — Ну ты и жук, Грив, — ухмыльнулся я. — Мало того, что деньги мои крадешь, так еще и лишний рот притащить в дом хочешь. — Она способная! — вдруг подорвался он. — И кушать варить может и по хозяйству помогать. — А она-то хоть согласна? Может, ты ей даром не нужен. — Любим мы друг друга, — засмущавшись ответил он. — Ну, допустим. Сейчас-то что ты собираешься делать? — Не знаю. — Ну раз ты не знаешь, будешь делать так, как скажу я. Сейчас ты идешь в свою комнату и не показываешься мне на глаза до завтрашнего утра. Сразу после завтрака ты мне представишь план своей жизни на ближайшие пару лет: я хочу знать, чем ты и твоя избранница будете мне полезны. Если меня это устроит, Клифт отдаст тебе пять тысяч золотых, а я дам добро на проживание в моем доме. Тебя это устроит? — Конечно! — воодушевился он. — Но советую тебе хорошо подготовиться, нахлебники мне не нужны. Ты меня понял? — Да, лер Мартин. Можно я пойду? — Иди, — ответил я и, когда Грив подошел к дверям, добавил: — Кстати, Грив, смею напомнить, что не потерплю в своем доме, не только нахлебников, но и предателей. Он все понял, но отвечать ничего не стал, просто вышел из кабинета. Почти сразу после его ухода показалась Ноэль, сообщила, что ужин готов. — Отлично! Скажи, что мы через пять минут спустимся и чтобы на столе все уже было готово. И первое, и второе блюдо. А, главное, чтобы рядом с трапезной никого не было. Пусть все разойдутся по своим покоям и нос в коридор не показывают без моего разрешения! Все поняла? — Да, хозяин, — ответила она и закрыла дверь. — Клифт, найди Зафиру и скажи ей, что я хочу ее видеть на ужине. — А шкатулку куда? — Оставь тут. Он сделал так, как я сказал, и вышел, а мне необходимо было посидеть в тишине, морально подготавливая себя к серьезному разговору.