Создатель. Становление попаданца

Полемия, Эльфира, наследуемое имение Брайда Мартин Брайд Ужин прошел просто великолепно. Давно я уже не испытывал такого наслаждения от еды. Не зря Летиция нахваливала Елизавету, она действительно очень хорошо готовит, да и женщина она вежливая. Дом на порядок отличался от моего родного имения. Шик и вкус чувствовался в каждом предмете интерьера. Когда я первый раз зашел в холл, меня поразила строгость, и в то же время изысканность в интерьере. Все стояло на своих местах. Шкафы, трюмо, тумбочки, кресла — все элементы были выполнены в одном стиле, дополняя собой общую картину. Правда, на полу лежал очень простенький ковер, который больше походил на дорожку, ведущую на второй этаж. На стенах висели картины, на которых были запечатлены какие-то исторические события. Под каждой из них была табличка с датой и местом. Прямо историческая галерея какая-то. На пустых местах между картинами были развешаны такие же ветви, которые я видел в Зазеркалье. Как потом мне рассказал Ральф, это ветви Эфиронии, которая с древних времен считается символом праздника Смены года. Они ее даже не наряжали, просто вешали на стены. Было видно, прислуга готовит дом к празднику. Летиция сильно суетилась. Еще до ужина она успела сходить на нашу ферму и узнать, как идут дела по исполнению «госзаказа». Затем на ужине она сообщила, что все идет по плану и послезавтра прибудет экипаж за товаром. Там же она рассказала мне и о необходимости нам присутствовать на праздновании Смены года. Новость меня не очень обрадовала, Летиция, как я понял, тоже была не в восторге. Но выбора у нас не было и за оставшееся время стоило подготовиться к данному мероприятию. После ужина, как и предполагалось, состоялось знакомство с прислугой, официальное представление, так сказать. Затем Летиция провела мне экскурсию по имению, показала рабочий кабинет графа Ланского. Вообще, Летиция показалась мне единственным адекватным человеком за все время моего пребывания в этом мире. Она создавала образ сильной, доброй, но очень наивной девушки, которая каждую секунду радуется жизни. Единственный раз, когда я заметил на ее лице ужас и страх, был в доме доктора Нила при появлении Аврония. Это как же надо издеваться над человеком, что при одном появлении Летиция спрыгнула со стула и спряталась за меня — совершенно незнакомого ей человека. Сейчас же она светилась от счастья и все время мило улыбалась. Эта улыбка была настолько искренней, что мне хотелось улыбнуться ей в ответ, однако, у меня это не всегда получалось. После «обхода» я поднялся к себе в комнату и просто лежал, обдумывая все происходящее. Но вот проблема, с чего бы я ни начинал раздумья, сводились они к одному — Летиции. Эта загадочная девушка однозначно запала мне в душу. От созерцания потолка меня отвлек стук в дверь. — Не помешаю? — в проеме показался Клифт. — Нет, — поднялся я с кровати, — заходи. — Хочу поделиться некоторыми соображениями с вами, — задумчиво сказал он. — Выкладывай. — Помните, перед Советом, я рассказывал вам о том, как мне удалось выкрасть документы? Так вот, мне казалось, что получилось так легко благодаря лишь моим способностям. Но сейчас я усомнился в этом. Все прошло так, как будто это была спланированная акция. Мне кажется, что кто-то знал о моем скором побеге и подбросил этот договор. — И ты говоришь мне это только сейчас?! Когда уже Совет пустил их в ход! — возмутился я. — На тот момент я был уверен в подлинности договора, — возразил он. — А сейчас думаю, что он липовый. Кто-то с помощью моего побега подкинул заведомо недостоверную информацию. — Тем самым отводя подозрения от себя? — Именно! И если это так, то жизнь владыки до сих пор под угрозой, а нас могут привлечь, как соучастников заговора против владыки. — Судя по всему, ты что-то задумал? — Только один человек знал о моем побеге, и от него же я узнал о договоре. Мне кажется, он замешан в этой махинации, — Клифт замялся, но потом, словно разобравшись в себе, продолжил: — Я бы хотел прямо сейчас отправиться к нему для подтверждения или опровержения моей догадки. — Как долго ты собираешься это делать? — поинтересовался я. — За несколько дней управлюсь и вернусь до Смены года, — решительно ответил он. — Если мои опасения подтвердятся, то покушение на владыку состоится именно на праздновании. Другого удобного случая пока не предвидится. — Хорошо, — согласился я, — вернёшься сюда же. Нам с Летицией необходимо быть на праздновании в качестве гостей, поэтому постарайся приехать до того, как мы туда поедем. — Я успею! — воодушевленно ответил он и быстро вышел из комнаты. Минут пятнадцать я так и просидел на своей кровати, обдумывая его слова. Действительно, все могло выглядеть так, будто мы были в сговоре с преступниками, а это уже никак не вписывалось в мои планы. Однако, Клифт мог вполне понадобиться Элии на каком-нибудь допросе. Как же ей сказать, что я его отправил куда-то? Но ведь она про него не упомянула, когда сказала мне и Летиции быть в имении. Значит, ничего страшного в этом нет. Кстати, об Авронии. Клифт высказал мне свои сомнения и насчёт него. Вряд ли такой холодный и расчетливый человек мог так опростоволоситься и назвать свое имя, нанимая убийцу. А вот Мирон показался ему подозрительным. Он поэтому ехал с ним из Лигарта, пытался «наладить контакт». Но ничего не получилось, Мирон старался избегать разговора с ним, что само по себе было странно. Размышления на эту тему загнали мои мысли в тупик, и я решил немного развеяться, пройтись по дому. Время было уже позднее, и мне казалось, что никого из «постояльцев» я сейчас не встречу. Но ошибся. Как только я повернул на лестницу, сразу же столкнулся с Мироном. — Добрый вечер, лер, — произнес он. — Добрый, — ответил я, рассматривая поднос в его руках. — Решил попить чая перед сном? — Нет, — как мне показалось, он прикрыл вторую руку подносом. — Лиза попросила отнести Летиции отвар для крепкого и спокойного сна. Она переживает за нее, а самой некогда принести, вот я и вызвался. — Похвально, — произнес я. — А мне бы не мешало чайку попить, пойду тоже к Елизавете схожу, может, у нее пирожки остались. На этих словах мы и разошлись. Как только я зашел на кухню, Рамин и Жаден, мирно беседовавшие о чем-то, испугано вскочили и уставились на меня. Возможно, прежние хозяева не появлялись тут в такое позднее время. Но я — это не они, пусть привыкают. Елизавета тоже не ожидала меня тут увидеть и в ту же секунду перестала замешивать тесто, видимо, для утренних пирожков. — Елизавета, — решил я немного разрядить обстановку, — мне бы чайку. — Чайку… — она не сразу осознала мою просьбу. — Ой! Конечно! Присаживайтесь! Я сейчас сделаю, — она тут же отставила миску с тестом и кинулась мыть руки. Два закадычных друга: истопник и дворецкий сразу же нашли себе какие-то неотложные дела и исчезли из кухни. Уже через минуту передо мной на столе стояла кружка с горячим ароматным чаем, а рядом с ней — тарелка с пирожками. — Кушайте, пожалуйста, — улыбнулась она. — Спасибо, — улыбнулся я в ответ. — Елизавета, присядь, пожалуйста. На сколько я знаю, ты давно в этом доме. Расскажи мне о графе Ланском. — А вы не помните его? — Нет. — Вы гостили у нас, но вам тогда было лет шесть, не больше. Наш граф был добрым и справедливым человеком, он всегда готов был выслушать и прийти на помощь. Очень жаль, что его больше нет с нами, — она тяжело вздохнула, — а тут еще и с Авронием такая история. Никогда бы не подумала, что он сможет причинить вред Летиции. — Мы частенько ошибаемся в людях. А вот Летиция очень тепло отзывалась о тебе. Очень хвалила выпечку, — указал я на пирожки, — и очень хорошо, что между вами сложились столь теплые отношения. Это дорогого стоит. — Очень приятно это слышать, — засмущалась она. — Летиция мне как дочка, поэтому стараюсь помогать ей во всем. — Она недавно испытала сильный стресс, хорошо, что ты помогаешь ей восстановить силы. Отварами поишь. — Какими отварами? — удивилась она. — Который сейчас Мирон отнес Летиции. Он сказал, что ты его сделала и попросила отнести его, так как сама занята. — Ничего я не делала и ни о чем не просила Мирона, — удивленно ответила она. — Но я его только что видел на лестнице с подносом! — Он шел не от меня, — уперлась Лиза. И тут меня осенило! Авроний, возможно, не при делах совсем. Я поставил кружку с недопитым чаем и сорвался с места. В запале своей молодецкой прыти я мгновенно забрался на второй этаж, иногда даже перепрыгивая несколько ступеней, остановился и осмотрелся. Где находится комната Летиции, я не знал и в спешке не спросил этого у Елизаветы. Очень опрометчиво с моей стороны. Придется открывать все двери по порядку. Некоторые из них оказались заперты, надо будет потом узнать, что за ними. По закону подлости, комната помощницы оказалась последней. Я резко дернул за ручку и быстро вошел в комнату. — Не пей!!! — крикнул я, заметив, как Летиция подносит чашку с отваром к губам. Она удивленно посмотрела на меня, но чашку все же поставила на стол. Мирон, сидевший напротив нее, сделал вид, что тоже ничего не понимает. — Ты успела выпить отвар? — взволнованно спросил я. — Н-нет, — ответила она. — И не стоит этого делать, не так ли, Мирон? — О чем вы? — он изобразил еще большее удивление. — Да ладно! — ухмыльнулся я. — Качественно ты окопался. Сидишь в тени и потихоньку убираешь конкурентов чужими руками. Хорошая идея, но вот только непонятно, чем тебе помешала Летиция? — О чем это вы? — она встала со стула и смотрела то на меня, то на него. — Зачем ты травил ее? Она ведь обычный человек, не маг! Для тебя, как представителя бихара, она совершенно бесполезна, — проигнорировал я ее вопрос и по-прежнему наседал вопросами на Мирона. — А ты совсем не глуп, Авроний явно ошибается на твой счет, — внезапно произнёс Мирон. — Очень жаль, что Клифт не смог исполнить мою задумку. Он решил затеять свою игру. Ну да ладно! Придется и мне изменить тактику. — Ты так и не ответил насчет Летиции! — напомнил я. — Она сама не подозревает, какой магией обладает. А мне бы пришлась по вкусу ее сила. Но это все лирика! Сейчас, между мной и моей целью стоишь только ты. Придется самому убить тебя, потом забрать себе все твои владения. После этих слов он взмахнул рукой, и в мою сторону полетела энергетическая волна. Кольцо, которое я забрал у Сталкера, активировалось, облачив меня в доспехи. Однако в силу близкого расстояния между мной и Мироном, до конца не успело заблокировать всю магию. Я получил удар и уже в светящихся доспехах улетел спиной в дверь, вышиб ее и упал на нее же. Резкая боль в области грудины сковала мои движения, я только смог повернуться на бок, затем принял полусидячее положение. Мирон тем временем направился в мою сторону. По взгляду не трудно было догадаться, что намерения у него явно не добрые. — Смотри-ка, подготовился! — сказал он мне. — Колечко какое-то надел. Но не надейся, оно тебе не поможет! Он попытался с разбега ударить меня ногой, но я увернулся и откатился. Сделал я это так, чтобы встать на ноги, иначе наш поединок перерос бы в обычное избиение. Собрав силу в кулак, создал и кинул в противника огненный шар, а затем и второй. Обе попытки не увенчались успехом. Мирон сделал так, как подобает истинному бихару — просто поглотил все мои старания. В ответ он швырнул в меня какой-то маленький шарик, похожий на уменьшенную версию бильярдного. Я успел только прикрыть лицо руками, как раздался хлопок, и взрывной волной меня откинуло метров на пять назад. Колечко Сталкера при этом стало как-то странно мерцать, а потом и вовсе погасло, забрав обратно светящиеся доспехи. Боль усилилась, но, стиснув зубы, я схватился за перила лестницы, к которой прилетел и снова встал на ноги. В ушах звенело от взрыва, глаза слезились, что мешало сфокусировать взгляд. Пока я боролся с этим, Мирон разогнался и толкнул меня на лестницу. Естественно, ничего не помешало мне скатиться кубарем по ступенькам. Несколько раз я хорошо приложился головой, но навыки, полученные на Земле сейчас сыграли важную роль. Инструктор нас обучал группироваться при падении на разных поверхностях. Одной из локаций для тренировок была заброшенная турбаза. Там-то мы и отрабатывали контролируемое падение на лестничной площадке. Кто мог подумать, что этот навык мне спасет жизнь даже после смерти. Приземлился я на ноги, но пришлось немного постоять на одной, так как вторую сильно ударил об одну из ступенек. Мирон стоял наверху и с интересом наблюдал за мной. — Ну прямо удивил, — громко произнес он. — Я думал, что тебя можно будет похоронить после лестницы, а ты вон стоишь целый и невредимый. — Я тебя еще сильно удивлю, — произнес я, рукой потирая удалённое место. — Сомневаюсь. Тебе со мной не совладать, — сказал он и медленно стал спускаться. — Ты всего лишь маг с защитным колечком, а я — бихар. И очень скоро я превращу тебя в глупца, который наложит на себя руки. — Это мы еще посмотрим! — сказал я, отходя назад и соблюдая дистанцию между нами. Еще не дойдя до низу, Мирон приподнял руки. Тонкая, еле заметная нить, почти мгновенно преодолела расстояние между нами и впилась в меня. По телу тут же пробежал озноб, каждая косточка в теле противно заныла. Не секрет, что Мирон хотел сделать со мной то, что я совсем недавно сотворил с магом Сталкера. Отличие было лишь в том, что я мог воспротивиться этому. Эта нить не отпускала меня, но и вытянуть магию тоже было невозможно. Это сильно разозлило Мирона, возможно, от этого в его глазах появился зеленоватый оттенок. Пока я пытался совладать с атакой, вверху на лестнице показалась Летиция. Она взглянула на нас, затем стремительно побежала по ступенькам вниз и накинулась на Мирона. Она запрыгнула ему на спину и стала дергать за волосы. Неожидав этого, Мирон прервал свою атаку и переключился на Летицию. Ему не составило особого труда скинуть ее с себя и отшвырнуть обратно к лестнице. Летиция упала неудачно. Она ударилась головой и потеряла сознание. — Кто ты такой? — Мирон повернулся ко мне. — Как ты можешь блокировать мою способность? — Ну вот! А ты говорил, что я тебя не удивлю, — произнес я, затем попробовал применить уже свою способность против него. С горем пополам у меня это получилось. Мирон опешил еще больше и, сгорбившись от неприятных ощущений, опустился на одно колено. — Так ты тоже бихар! — прохрипел он. — Вот в чем дело! Однако, хватка у тебя слабоватая. Спустя несколько секунд он приподнялся и снова применил свою способность. Мы оба оказались в патовом положении. Навредить друг другу мы не могли, но и освободиться от энергетической хватки противника было невозможно. Я ничего стоящего в такой ситуации придумать не мог, а вот Мирон сделал неожиданный ход. Он огляделся и остановил свой взгляд на вазе, которая стояла на столе в нескольких метрах от него. Вытянув к ней руку, он заставил ее парить в воздухе, затем швырнул в мою сторону. Если бы бросок был поточнее, то ваза прилетела бы мне в голову, а так она лишь чиркнула меня по уху. — А ты разве не знал, что мы обладаем телекинезом? — ухмыльнулся он, заметив мое удивление. — А я что, тоже так могу? — преодолевая неприязненные ощущения, поинтересовался я. — Откуда мне знать? Да и неважно уже это. Сейчас ты умрешь! Мирон снова посмотрел по сторонам в поисках нового предмета, но я нашел его быстрее. Мой взор привлекла массивная дверца шкафа, которая почему-то стояла отдельно. Я направил руку в ее сторону и попытался представить, что могу сдвинуть ее с места. В ту же секунду я почувствовал большой отток энергии, но дверца пошевелилась. Собрав все силы, я швырнул ее в Мирона. Тоже самое сделал и он, но в меня полетело большое ростовое зеркало. Мирон поздно заметил, что на него летит «мое увесистое послание» и успел только повернуть голову в ту сторону, как дверца всей своей площадью и массой врезалась в него. Сильный удар смел моего противника, пригвоздив его к стене. И, как мне показалось, я даже услышал хруст сломавшихся костей. А я ослаб настолько, что увернуться от летящего на меня зеркала точно бы не успел. И вот в последний момент мне пришла в голову отличная идея. — Омилья! — крикнул я, а зеркало замерло передо мной в пяти сантиметрах. Дальше все было как всегда: зеркальная рябь, странное чувство невесомости, и вот я опять в Зазеркалье. Я открыл глаза и понял, что был уже здесь, тогда, в первый раз. Но осмотревшись повнимательнее осознал, что это не совсем так. Это была комната очень похожая на ту, но не она. Однако, весь пол, как и тогда, был устлан ковром с высоким ворсом. Озираясь по сторонам, я услышал дребезжание за спиной и обернулся. Прямо за мной стояла та самая мадам, которая уже видела меня полуголым за шторами. Мое внезапное появление сильно напугало ее, и от этого задрожали руки. В них она держала поднос, и вибрация передалась столовым приборам, дребезжание которых я и услышал. Закричать она не решилась, видимо, вспомнила мои угрозы на этот счет. — Где Омилья? — тихо, чтобы еще больше не напугать ее, спросил я. — Т-Там, — указала она на дверь в другую комнату. — Поднос для нее? — я прикоснулся к нему, чтобы звон прекратился. — Да, — ответила она. — Я сам ей отнесу, — мне пришлось приложить усилия, чтобы забрать поднос себе, ведь девушка в него достаточно крепко вцепилась. — Позаботьтесь, чтобы нам никто не помешал! Она на деревянных ногах развернулась и пошла к выходу. Я же направился к той двери, за которой должна была быть Омилья. Постучав в нее, услышал знакомый голос и вошел. В комнате было тихо и мрачно, несколько свечей горели лишь на столе. Владычица лежала на кровати спиной ко мне и даже не собиралась поворачиваться. Я подошел и уселся на краешек кровати, по-прежнему держа в руках поднос. — Может быть, чаю? — негромко сказал я. — Было бы неплохо, — оживилась она. Не нужно было быть врачом, чтобы понять состояние Омильи. Движения были плавными, без резкости, а бледность лица можно было без проблем рассмотреть даже при таком плохом освещении. — Я очень рада вас видеть, Мартин, — она немного приподнялась, подложила подушку к стене и облокотилась на нее, заняв полусидячее положение. — Если брать во внимание прошлый мой визит, то я бы так не сказал, — ухмыльнулся я. — Вы правы, — опустила она взгляд, — я должна перед вами извиниться. Наговорила много того, чего не стоило. Мне правда стыдно за свое поведение. На самом деле, я очень ждала вашего появления. Вы мой единственный шанс выбраться отсюда. — Вы ведь даже не знаете, что своим визитом к вам я спасаю себе жизнь, — поставив поднос на столик, я налил чай в чашку и передал ее владычице. — О чем вы? — После каждого визита к вам, используемое зеркало пропадало. И прямо сейчас двухметровое ростовое зеркало летит прямо на меня. Никаких шансов увернуться от него нет. Надеюсь, что ваша магия уничтожит и его. — Рада помочь вам, Мартин, — улыбнулась она. — Однако ж, не представляю, что нужно сделать, чтобы в вас запустили столь интересным предметом. — Семейные разборки, — махнул я рукой. — Как я понимаю, сейчас мы должны разговаривать отнюдь не о моих проблемах. Вы ждете от меня помощи, но проблема в том, что я не знаю, как это сделать. Все мои визиты к вам так или иначе связаны с ритуалами. Но что я должен был в них подметить? — Все просто, Мартин. В той книге должен быть ритуал, который способен меня освободить. К сожалению, я ее не дочитала при жизни, а сейчас не могу этого сделать, потому что все это, — она описала свободной рукой круг в воздухе, — всего лишь воспоминание. Отсюда я больше ничем не могу вам помочь. — Вообще-то, можете! Для ритуала мне нужны аделиды. У меня есть только один, аделид Вызова. Надеюсь, вы помните Зафиру? — Зафира. Как я могу забыть ее? — владычица снова опустила взгляд, будто ей стало стыдно за что-то. — Она вчера была у меня. Разговор был не из простых. Мне жаль, что понадобилась такая жертва. Но мы все, рано или поздно, чем-то жертвуем. Такова жизнь. Вот и мой жизненный путь подходит к концу, а я, будучи владычицей, осталась совершенно одна, — Омилья подняла взгляд. — Но сейчас не об этом. Что вы хотите узнать об аделидах? — Мне нужны аделиды Возрождения и Поглощения. Где мне их найти? — Я только могу сказать, у кого находится аделид Возрождения. Он у графа Лионда Фирта. Если ничего с ним не произошло за эти годы, то в ваше время он еще жив, как и Зафира. Но позвольте вас предупредить, он настолько эгоистичен, что вряд ли отдаст аделид добровольно. — Где же мне его найти? — На сколько я знаю, его владения расположены недалеко от портового города Фодаг. Возможно, за эти столетия что-то могло измениться. Простите, но о втором аделиде я ничего сказать не могу, но очень надеюсь, что вы найдете и его. — Найти маленький камешек в огромном доме будет очень сложно, — вслух сказал я больше самому себе, ведь если Фирт не захочет отдавать аделид, придется его забрать. — Именно поэтому вы сегодня здесь. У меня есть браслет, который поможет вам отыскать любой аделид, если он находится неподалёку. Но, если я вам его отдам, цель воспоминания будет достигнута, и вы сразу исчезните. А мне этого очень не хочется. Омилья с трудом достала из прикроватного шкафчика браслет и перебирала его в руках, не решаясь отдать. В этот момент за дверью послышался стук, и Омилья резко взяла мою руку и вложила в нее браслет. — Мартин, вы моя единственная и последняя надежда, — как только она договорила, сразу же отдернула руку.

***

Никогда бы не подумал, что в этом доме есть подземелье. И еще больше меня удивил тот факт, что в нем нашлась большая клетка. Жаден сказал нам о ней, когда мы стали думать, куда поместить Мирона. Он крепко получил дверцей от шкафа и до сих пор находился в отключке. А его атака успехом не увенчалась, зеркало до меня не долетело, спасибо Омилье. На шум сбежалась вся прислуга, ну и Ральф с копьем. Побежав к Летиции, я приподнял ее и привел в чувства. Она попыталась встать, но у нее это не получилось, при падении она ударилась не только головой, но сильно ушибла ногу. Вид у помощницы был обеспокоенный и растерянный, ей нужен был покой. Я на руках отнес ее в комнату и положил на кровать, заверив, что она в полной безопасности. Вернувшись на «поле боя», увидел, что Ральф приставил острие копья к шее Мирона и пристально следил за ним. Он поступил правильно, ведь оставлять такого могущественного бихара без присмотра было просто преступлением. Почти сразу же возник вопрос о том, где его запереть. Тут Жаден и сообщил о подземелье и клетке, в которой граф иногда держал диких животных. Мы с Ральфом перенесли туда Мирона и заперли в этой клетке. Но даже так он был опасен, благодаря своим способностям он мог спокойно выбраться. Тут Ральф удивил меня в очередной раз, он принес какую-то золотистую нить. Я хотел было взять ее и рассмотреть поближе, но он не дал. — Что это? — возмущенно спросил я. — Чудо селекции ботаников Сада Владык. «Агония». Во многом благодаря этому цветку бихары были истреблены. Она блокирует их способности. Изначально использовалась сама Агония, но она была слишком нежным растением и часто не выдерживала транспортировки. Со временем нашелся способ этого избежать. Из усов растения научились плести прочную нить, сохранившую способность блокировки. Поэтому вам лучше держаться от нее подальше. — Эту информацию ты на учебе почерпнул? — удивился я внезапной лекции по ботанике. — Не совсем, — он привязал один конец нити к прутку решетки, затем, разматывая ее, обтянул ею клетку. — Зафира дала этот моток и попросила не тратить его за зря. Но ведь сейчас есть необходимость, не так ли? — Так, Ральф, так! — поддакнул я, наблюдая, как он завязывает узелок. — Но что ему помешает порвать эту ниточку? — Природа, — спокойно ответил он. — Не переживайте, если Мирон не глуп, то никогда к ней не прикоснется. — Что ж, поверим тебе на слово. Сообщи, когда он придет в себя. Нам есть, о чем поговорить. — Но он так до утра может пролежать! — возмутился Ральф. — Я не прошу тебя караулить тут. Время от времени проверяй его, и когда он очнется, сразу сообщи мне, — я развернулся и пошел к лестнице. — Хотя, если я буду спать, не тревожь, разговор и до утра подождет. Поднявшись в холл, я увидел прислугу. Жаден и Рамин убирали крупные последствия нашего с Мироном поединка, а Амайа за ними подметала. — Вечером не стоит наводить порядок и особенно подметать. Примета такая, — обратился я к ним. — Оставьте все до утра. Работы тут же прекратились, а я пошел дальше, на кухню. Лиза сидела за столом и о чем-то думала. Услыхав шаги, она повернула голову и встала. — Елизавета, налей чаю и пирожков положи на поднос, — попросил я ее. — Вы хотите в покоях покушать? Так зачем же самому брать поднос? Скажите, что принести. Я соберу, а Амайа сразу принесет, — она суетливо загремела столовыми приборами. — Нет. Не надо. Я сам справлюсь, — настоял я на своем. Дальше возражать не имело смысла. Я сел на стул и специально отвернулся от нее, чтобы дополнительно не нервировать ее. — Может, всё-таки прислугу позвать? — спросила она, поставив поднос на стол. — Нет. Я же сказал, что сам отнесу. — Лер Мартин, — окликнула она меня, когда я уже почти вышел из кухни, — простите мое излишнее любопытство, но скажите, в чем провинился Мирон? — Вы потом с Летицией пошепчитесь об этом, — сказал я и вышел к лестнице. Поднявшись на второй этаж, я уже знал, где находится комната помощницы и целенаправленно пошел в ту сторону. Дверь, выбитая недавно моим телом, так и лежала на полу. Я невольно погладил ребра, которые сразу заныли от воспоминаний начала боя, когда часть удара пришлась именно по ним. — Не помешаю? — постучал я по косяку вместо двери. — Нет, конечно, — улыбнулась Летиция, — проходите. — Я тут тебе чаю принес, — поставив поднос на стол, заметил настороженный взгляд Летиции. — Не беспокойся, этот чай точно без яда. Сам проверил. — Спасибо вам, Мартин, — засмущалась она. — Если бы не вы, Мирон бы добился своей цели. — Вот только какая у него цель мы не узнали. Он толком так и не сказал, почему хотел тебя отравить. Но это поправимо, придет в себя, поговорим. — Я была уверена, что это Авроний меня травил. Я же видела его в том подвале. Это точно был он. — Нам надо сообщить об этом Элии Угстер. Пусть она разбирается с этим. Возможно, Авроний в сговоре с Мироном, — я встал, заложил руки за спину и прошелся по комнате. — Как нога? Болит? — Уже нет, — улыбнулась она, — даже наступать могу. Она осторожно встала и, немного прихрамывая, сделала несколько шагов, затем присела на стул. — Почему ты кинулась на него, тогда, в холле? Ведь понимала же, он может убить тебя. — А что мне оставалось делать? — она взяла кружку с чаем, сделала несколько глотков. — Когда вы начали его обвинять, мне это показалось полным бредом, но после того, как Мирон применил магию, я испугалась. Мысли в голове окончательно запутались. Если все сказанное вами правда, и если он убил бы вас, то меня уже ничего бы не спасло. Я вдруг поняла, что безопасно только там, где есть вы. Страх сменился отчаянием, и я сделала первое, что пришло в голову — помчалась к вам на выручку. Об остальном я просто не думала. Со стороны двери в коридоре послышались шаги, и через несколько секунд показался Ральф. — Мирон очнулся, — сообщил он. — Отлично! — ответил я. — Вот и пришло время расспросить его. — А мне с вами можно? — вскочила с места Летиция. — Я не помешаю, просто буду слушать и все! — Можно, — подумав, ответил я. — Тебя это тоже касается. Когда мы вошли в подземелье, Мирон даже глазом не повел. Он сидел на полу и смотрел в одну точку. Я взял стул, стоящий у стены, проверил его на прочность и стряхнул пыль. Поставив его недалеко от клетки, предложил Летиции присесть. Разговор мог сильно затянуться, а с больной ногой долго не простоишь. — Мирон, — окликнул я его, — может, после того, как помахали кулаками, поговорим? — О чем мне с тобой говорить? — ухмыльнулся он, по-прежнему всматриваясь куда-то в стену. — Ты предатель! Служишь этому гнилому обществу. А ведь оно пачками избавлялось от таких, как мы. — Ты хотел убить меня из-за того, что считаешь меня предателем? — возмутился я. — Не знал я тогда, что ты бихар. — Тогда почему? — Имение! — вздохнул он. — Мне нужно было это имение. Я знал, что у графа нет наследников, кроме тебя. Если бы ты тогда сдох в лесу, я бы смог забрать его себе! — Графа с графиней тоже ты убил? — гневно воскликнула Летиция, затем осеклась и уставилась в пол. — Граф, — Мирон с презрением произнес это слово. — Не трогал я его. Он сам виноват, меру знать надо. Выпил лишнего, вот и угробил не только себя, но и жену. Дурак! — Как бы ты присвоил себе это имение? Кто бы тебе его отдал? — продолжил я. — Это неважно, — вздохнул он. — Важно то, что я недооценил тебя, и как результат — проиграл. Вот опять сижу в клетке и жду своей участи. Все, как тогда! И даже Агонию раздобыли где-то. Молодцы, подготовились. — Что значит «опять» сижу в клетке? — спросил я, поправляя на запястье браслет, подаренный Омильей. Этот аксессуар вел себя очень странно тогда, когда я подходил ближе к клетке. Появлялось еле заметное, но раздражающее воздействие на меня. Сначала я не обращал на это внимания, но сейчас это уже не на шутку раздражало меня. Этот браслет должен как-то связать меня с аделидами, но пока что он только испытывает мое терпение. — Я уже был в подобной ситуации, и ее последствия останутся со мной до конца жизни! — он неспешно снял перчатки, и нашему взору открылись шрамы от ожогов. — Я был еще совсем юнцом, когда осознал, кто я и какой силой обладаю. И, естественно, сразу обуздать ее не смог. На тот момент каждая собака знала, как обезвредить бихара, ведь во время истребления из нас сделали ужасных монстров. И вот после неудачного эксперимента я попал к одному графу, сын которого погиб от рук бихара. А тут я — прекрасный объект для мести. К тому же нас начали выискивать и убивать. — Как ты можешь это помнить, ведь война с бихарами была более двух столетий назад? — не выдержал Ральф. — Война??? Не-е-ет. Это была не война. Нас просто истребляли! Выискивали, давали награду за любую информацию о нас, а когда находили — убивали! И вот когда-нибудь, — он посмотрел мне прямо в глаза, — я выберусь из этой клетки и продолжу свое дело. — То есть ты просто мстишь! — ухмыльнулся я. — Вот оно что. А я-то думал, голову ломал, почему меня хотели убить. Оказывается, все банально! И сколько жертв на твоем счету? — Не твое дело! Но можешь собой гордиться, ты единственный, кто оказал мне хоть какое-то сопротивление. Все остальные до последнего не понимали, что с ними происходит. — Ну допустим, со мной все ясно, — подошел я ближе к клетке, отчего браслет на руке прямо взбесился, все сильнее обжигая запястье энергией. — Зачем ты Летицию травил? — Ты как будто вчера родился, — посмотрел на меня Мирон. — Про телекинез не знал и вот сейчас вопросы глупые задаешь. Каждый бихар способен чувствовать магию. А от нее исходит какая-то особая аура, неужели не чувствуешь? — Нет, — ответил я, взглянув на Летицию. — Какой-то ты ущербный. И, наверное, даже никогда не забирал энергию магов? — Было дело! — Ну и что ты тогда почувствовал? Дай предположу — наслаждение. Превосходство победителя над побежденным. Прилив жизненных сил, — он прошелся по клетке, затем остановился напротив меня. — Вот поэтому нас стали убивать. Некоторые из нас не смогли сопротивляться самим себе и убивали ради наслаждения. За это пришлось заплатить огромную цену. — Ты хотел убить Летицию? — подвел я итог всему вышеизложенному. — Я не могу до конца контролировать свои способности и, скорее всего, она бы погибла. Зато, я впитал бы необычную энергетику, коей обладает только она. За всю свою долгую жизнь я не встречал подобной энергетики. Не знаю, почему ты ее не чувствуешь. — «За всю свою долгую жизнь»? — вдруг осенило меня. — И сколько же тебе лет? — Сто семьдесят пять! — довольно сказал он и посмотрел на мою реакцию. — Я почти не старею. — И ты не знаешь почему так происходит? — Нет, — спокойно ответил он. — И не желаю знать этого. Главное — я особенный, мне этого достаточно. — Я хочу предложить тебе сделку, — не долго думая, сказал я. — Цена твоей свободы — вот такая штучка, — я достал аделид Вызова и показал Мирону. — С чего ты взял, что он у меня есть? — удивился Мирон. — Ну вот ты мне и скажи, есть он у тебя или нет. Твоя свобода сейчас зависит только от тебя. Если Ральф хоть немного понимал, к чему я веду, то Летиция аж со стула поднялась, услыхав про его освобождение. Мирон тем временем задумался, что натолкнуло меня на мысль о правильности моей догадки. — И что, вот так просто отпустишь меня за этот камешек? — одновременно недоверчиво и заинтересовано спросил он. — Не совсем! Стражи узнают, кто ты и, скорее всего, будут тебя искать. Но у тебя будет время исчезнуть, ведь к инспектору с этими сведениями я поеду только завтра. Кстати, почему ты представился Авронием, когда нанимал убийцу? — Ну тут совсем все просто. Он стал догадываться о моих способностях, и твое убийство повесили бы на него. Одной преградой на пути к обладанию имением стало бы меньше. — Зачем тебе оно? Что в нем такого особенного? — Я тут родился, — с грустью ответил он. — Этот особняк построен позднее, на руинах моего дома. Нас выгнали отсюда. Мирон замолчал, думая о чем-то своем, а я ждал от него ответа. Все еще не было никакой уверенности, что аделид у него, но браслет по-прежнему обжигал руку при приближении к клетке. Да и только воздействием аделида объяснялось долголетие Мирона. — Ну так что ты надумал? — я прервал затянувшееся молчание. — Что это за вещица? — он вытащил из-под рубашки что-то вроде шнурка, на котором был закреплен аделид. — Зачем она тебе нужна? — Слишком много вопросов, Мирон. Я тебе предоставил выбор. Будь добр, скажи, что ты выбираешь? — Получается, ты меня освобождаешь, и я беспрепятственно ухожу отсюда в обмен на этот камушек? — недоверчиво произнес он. — Не совсем. Ты должен пообещать, что я больше о тебе никогда не услышу, и ты оставишь все попытки навредить мне, либо моим подданным. — Хорошо, — он кинул мне камень через решетку, — я согласен. — Вот и отлично! Но до утра я тебя не выпущу. Служанка принесет тебе еду прямо сюда. В глазах Мирона появился злобный огонек, но он больше не сказал ни слова. Нам оставаться в подземелье больше не имело смысла, поэтому мы пошли наверх. Летиции было сложно подниматься по крутой лестнице, мне пришлось ей помочь. — И вы правда намерены его отпустить? — спросила она. — Да, — невозмутимо ответил я. — Но ведь он опасен! — Не для меня! Если попробует сунуться ко мне, пощады не будет. Больше мы ни о чем не разговаривали. Я проводил ее до комнаты, пожелал спокойной ночи, а сам пошел в гостевую, которая по совместительству являлась моими покоями. От усталости я просто рухнул на кровать. Немного ныли ребра от недавнего магического удара. Я повертел в руках аделид Мирона. Плохо, что я не запомнил, как выглядят все аделиды, но вроде бы это был аделид Поглощения — один из трех, которые нужны были для совершения ритуала Возрождения. Если я думаю правильно, то мне осталось раздобыть еще один аделид. Отвлек меня стук в дверь. Ральф в свойственной ему манере вошел в гостевую. — Можно? — спросил он. — Заходи. — Это ведь аделид? — указал он на предмет в моей руке. — Да. Именно он. — Как вы узнали, что он у него есть? — Браслет, — приподнял я рукав. — Он сигнализирует мне, если аделид находится поблизости. Очередной подарок Омильи. Ты только для этого пришел? — Нет. Мне интересно, вы правда отпустите Мирона? — Конечно. Зачем он мне нужен? Все, что хотел, я узнал. Пусть катится на все четыре стороны. А Аврония надо будет вернуть в имение. Наехали на него, а он не причем. — Я понял, — он повернулся к двери. — Спокойной ночи, лер Мартин. — И тебе, — сказал я ему вслед. Интересная вещь, Аммановые кристаллы, вот только жалко выключателя нет. Вместо него приходится использовать плотную ткань, которая почти не пропускает свет. Еще интересней было то, что они источали какую-то уже знакомую энергию, но где я с ней сталкивался, вспомнить никак не мог. Размышления на эту тему окончательно выбили меня из сил, и я крепко заснул.

***

Сквозь сон я услышал истошный женский крик. Я вскочил с кровати, но крик прекратился, и у меня появились сомнения, не приснилось ли мне это. В комнате было темно, как и за окном, значит сейчас все еще ночь. Вдруг крик повторился. Это кричала Летиция. Я сразу же схватил подставку с кристаллом, скинул с него тряпку и побежал в ее комнату. Не сбавляя оборотов, я вбежал и увидел, что Летиция испуганно стоит на своей кровати, прижавшись к стене и придерживая руками халатик. По ногам прошелся холодный поток воздуха, который попадал через разбитое окно. На полу валялись осколки стекол. — Что случилось? — крикнул я Летиции, на что она только указала пальцем в сторону шкафа, который я уже прошел. Взглянув туда, я увидел два горящих глаза. Но, приглядевшись повнимательнее, я разглядел силуэт Сирта. Вероятно, он попытался сесть на карниз, но не рассчитал и разбил стекло. — Это же Сирт! Ты его испугалась? — обернулся я к Летиции. Она ничего не ответила, но птичку признала. Смахнув ладонями слезы, она сползла по стене и села на кровать. — Глупая птица! — воскликнула она. — Что ей от меня надо? Почему она постоянно ко мне врывается? — Не знаю, — ответил я, — но сейчас я его уберу отсюда. А вместо стекла пока подушку можно вставить, сейчас не до ремонта. Я уж было хотел вытянуть руку, чтобы Сирт перелетел на нее, как вдруг Летиция сорвалась с места, подбежала и прижалась ко мне. — Прошу вас, не оставляйте меня одну! — еле слышно сказала она и снова заплакала. Я ожидал чего угодно, но только не этого. То ли от холода, то ли от испуга все ее тело дрожало. У меня же захватило дух от внезапно прижавшегося молодого женского тела. Каждое ее вздрагивание передавалось мне и отзывалось мелкой дрожью уже в моем теле. Одной рукой я держал подставку с кристаллом, а вторую положил ей на талию и крепче прижал к себе. Гормоны во мне закипели, заглушая разум. Всхлипы от плача прекратились почти сразу, она плавно отодвинула голову с моего плеча и вытерла ладонью слезы. Не моргая, Летиция удивленно смотрела на меня, но руку с талии не отдернула. Со стороны коридора послышались шаги. Кто-то бежал в нашу сторону. Это был Ральф. В руках он держал копье. — Что случилось? — впопыхах спросил он. — Кто кричал? Мы с Летицией одновременно посмотрели в его сторону. — Эм, — все, что смог он произнести, заметив нас, — показалось наверное, — улыбнувшись, Ральф развернулся и вышел из комнаты. Я снова перевел взгляд на нее. Только сейчас я заметил, что ее халат был распахнут, и свет от кристалла падал на ночнушку. Полупрозрачная ткань плотно облегала ее грудь, подчеркивая всю красоту. Убрав подставку с кристаллом на стол, я осмелился прикоснуться к ее щекам, затем медленно проскользил пальцами по шее. Взгляд Летиции помутнел, дыхание стало прерывистым. Возможно, я выглядел точно так же, но за собой я этого не замечал. Все мое внимание было приковано к этой молодой красивой девушке, которая сейчас была в моих объятиях. Больше сопротивляться своим желаниям я не смог, мое новое молодое тело взяло верх над разумом. Я обнял ее еще сильнее, прижал к рядом стоящему шкафу и «впился» губами в ее алые губки. Мне все сложнее было контролировать руки. Они то и дело норовили ухватиться за самые интересные места. И, поняв, что Летиция не сопротивляется этому, а наоборот, ей нравятся мои прикосновения, дал им волю. Насытившись ее губами, я стал целовать шею, медленно спускаясь все ниже. — Нас тут могут увидеть, — еле слышно сказала она. — Тогда пойдем ко мне! — я взял ее на руки и аккуратно понес в свою комнату. — Там нас точно никто не потревожит. В данной ситуации никто из нас даже не подумал взять с собой Аммановый кристалл, поэтому пробираться пришлось в полной темноте. Летиция обняла меня и прижалась головой к плечу. Когда мы вошли в мои покои, я ногой захлопнул дверь за нами и осторожно положил девушку на кровать. Не дав ей опомниться, снова поцеловал ее, нежно сдавливая грудь руками. С трудом оторвавшись от ее губ, я спустился ниже. Летиция запрокинула голову назад, открывая для ласк свою тоненькую шейку. Но на ней я не остановился и быстро добрался до двух привлекательных холмиков, спрятанных под ночнушкой. Стянув лямки с плеч своей партнерши, я дал ей понять, что хочу раздеть ее окончательно, и она охотно поддалась мне. Сразу после этого я прильнул к груди и стал ласкать ее «бусинки», иногда покусывая их. Послышалось легкое постанывание, говорящее мне о том, что сегодняшняя ночь будет самой приятной, не только за время пребывания в этом мире, но и за последние лет тридцать земной жизни. А выспаться мы сможем и днем. Граф я или не граф!