Преломление света

      Мы упустили Трёххвостого. Я сделала всё, чтобы мы оказались у нужного места в нужное время, как это должно было быть с Дейдарой и Тоби, ныне не существующим. Орочимару отправил за биджу команду Звука, как и было задумано. Цунаде — своих людей. После того, как все отступили, нам предстояло убрать отряд Анбу Конохи, имвеший задачу по запечатыванию. Всё так и случилось, и этот расчёт казался мне безупречным: Мастер Сасори, Дейдара и я — трио, никак не способное уступить в этом деле тандему подрывника и самозванца в оранжевой маске, игравшего в дурачка. Для захвата Трёххвостого должно было хватить и двоих из нашей команды в любой комбинации. Но мы облажались. И в большей степени — я.       Анбу Конохи были убиты, Хвостатый — потерян, попытки достать беглеца — предприняты, все до единой. Нам оставалось признать поражение и устраниться, надеясь, что злополучный Исобу снова проявится. Где-то, когда-то. Нисколько не жаль, что зверь не достался Акацуки, меня волновал факт провала. К несчастью, не только меня.       Сделав всё нам подвластное, мы отошли с приозёрья в ближайший посёлок, где и осели в гостинице. Так, чтобы Глаз Разума мог охватить территорию, где мы упустили цель. Решили понаблюдать какое-то время на случай, если Трёххвостый внезапно даст знать о себе в том же месте. Низкая вероятность, но больше зацепок всё равно не было.       Кагура Шинган работал в режиме нон-стоп. Битый час я сидела в гостиничном номере, в одиночестве, на футоне, уткнувшись носом в колени и качаясь вперёд-назад. Меня даже тошнило физически от перегрузок, немного трясло, как при жаре, а на плечах всё равно что скала. Стыд за позорный провал не позволял даже передохнуть. Чакра гражданских — как мерзкая каша, жидкая и без вкуса. К ней плюсом ещё и "комочки": эмоции спутников, местных, прохожих снаружи — в настолько огромном количестве всё это сливалось в сербурмалин, который мозолил Глаз Разума. Пришлось охватить свой предел на пространство, и масштаб неизбежно ударил по качеству. А заодно и по мне. Неожиданно — вспышка.       Я схватилась за голову. Внезапно меня оглушило: взявшись из ниоткуда, вдруг чакра ударила по затылку. Сильнейшая, жуткая, неоднородная. И не знакомая мне.       Я медленно обернулась. В оконном проёме, где красовался закат, сидел человек в оранжевой маске.       — Ну привет, Карин-чан.       В оцепенении я молчала, глупо уставившись на него. Этот визит не мог предвещать даже капли хорошего. Он и не предвещал.       — Невежливо не поприветствовать лидера, Карин, — заявил он и дал мне понять, что Кисаме-сан не смолчал.       — Простите, — еле произнесла я, усилием воли встав на ноги. — Мадара-сама. Я не пыталась прикинуться дурой. В этом он сам мог дать фору любому, если бы захотел.       — Паршиво выглядишь, Узумаки. Псевдо-Мадара вдруг спрыгнул с окна и в ту же секунду возник в двух шагах от меня. Я постаралась не вздрогнуть.       — Я мониторю Трёххвостого. Это непросто.       — Ой ли? Он вдруг отступил, но сразу же принялся меня обходить по кругу. Будто бы хищник, поймавший в ловушку глупую мышь.       — Куда делся Исобу, Карин? Я ощущала, насколько он зол, однако не повернулась на голос.       — Исобу исчез, Мадара-сама. Просто ушёл под воду.       — Как же так вышло, что цепи принцессы фуиндзюцу не удержали цель? Принцесса фуиндзюцу. Лестно.       — Я не могу объяснить, — честно ответила я. — Выходит, я не настолько сильна, как мы все полагали. Простите.       Он вновь оказался напротив меня. На пару секунд воцарилось молчание, но после в единственном видимом глазе вспыхнул его Мангеке:       — Камуи.        Всё завертелось, и меня засосало в его измерение. Как ни пытайся, вырваться невозможно.       — Не хочу, чтобы кто-то нам помешал.       — В чём же? — тихо спросила я, стараясь не показывать страх.       Ощущения странные. Пустота. Кагура Шинган не смог оценить масштаб измерения. Куда ни направь, не видно пределов, куда только ни посмотри, упрешься в хозяина гендзюцу. Здесь был только псевдо-Мадара, и он был везде, заполняя собой каждый метр.       Тотальная западня. Я даже не шевелилась, поняв, что бежать бесполезно. У любой техники есть слабое место — меня так учили, но я его не находила.       — Доверять подчиненным важно, — ответил мне Обито. — Но я предпочту проверить.       Мангеке вдруг распался на три томоэ, выбив из-под ног почву, и меня снова начало уносить. Я ощущала, как посторонний, незваный гость, проникает мне в голову и начинает копаться. Окружающий мир растворился, и картинки стали меняться одна за другой: Обито ворошил мою память, копался в чертогах разума. Лик моей матери, её смерть, лечение воинов Травы, экзамен на чунина в Конохе, Орочимару-сама, лаборатории Звука, поход на руины Водоворота, покорение Несокрушимых цепей, вербовка в Акацуки, миссии...       Я испугалась, что Учихе удастся залезть в мою прошлую жизнь, обнаружить всё то, что я из неё сохранила. Но нет. Он смог увидеть исключительно то, что мне довелось пережить в этом мире. Позднее я осознала, что эта часть памяти принадлежит параллельной реальности и оказалась ему недоступна, подобно тому, как я не способна засечь злополучного Зецу.       Он продолжал беспардонно листать страницы моей книги жизни, пока не нашёл, что искал. Провальная битва на озере и как ускользал Исобу.       — Вон оно как, — сказал он, внезапно прекратив просмотр моей памяти. Его голос звучал спокойно, но он отнюдь не был доволен тем, что получил подтверждение моих слов. Скорее наоборот. Я не ответила.       — Не забывай, что ты — мой человек, Узумаки. Орочимару, возможно, спустил с рук предательство. Я не спущу.       — Я вас не предавала, — прошептала я, стараясь сохранять спокойствие. — Если не доверяете, убейте хоть прямо сейчас. Мне терять нечего. Псевдо-Мадара лишь усмехнулся, зато внутри он кипел. Злился, чертовски злился. Я же стояла как статуя.       Мгновение спустя его кулак врезался мне в солнечное сплетение. Вышибло воздух из лёгких, я рухнула на колени. Попытка вдохнуть вызвала острую боль.       — Как ты допустила провал!? — рявкнул он, схватив меня за волосы и резко запрокинув голову назад.       — Я… не знаю, — выдавила я сквозь зубы.       Его видимый глаз вспыхнул гневом. Лже-Мадара был в бешенстве не за провал с Треххвостым, точнее, не только из-за него. Я знала, что он существует, хотя не должна была знать. А плюс ко всему, не особо держала язык за зубами. Он потянул меня за волосы и снова ударил, на этот раз в лицо. Кровь из носа хлынула на пол. Ещё удар, на этот раз в рёбра. Я слышала, как они хрустнули.       — Даже не защитишься? — произнёс он.       — Был бы смысл, — в ответ прохрипела я, выплюнув сгусток крови.       — Как скажешь.       Град из ударов посыпался с разных сторон. Я все равно не защищалась, только поставила блоки, пытаясь закрыть лицо. Биться с ним мне не под силу, могли помочь только цепи. Мне даже казалось, что в этом и был расчёт: увидеть, насколько они сильны и правда ли эта мощь могла уступить Исобу. Я твёрдо осознавала, что Псевдо-Мадара — мой враг. Врагам такого масштаба точно нельзя демонстрировать козыри. Я молча терпела, ощущая себя жалкой боксерской грушей.       Наконец Лже-Мадара меня отпустил, не сказав напоследок ни слова. Пространство вокруг завертелось, и я вновь оказалась в гостиничном номере. Избитое тело на дрожащих ногах сползло по стене, как тяжёлый мешок рухнув на пол. Сколько костей он переломал, я даже сбилась со счета. В горле стоял предательский ком от обиды, глупо и по-девчачьи наивно. До чего отвратительно быть беззащитной.... Стиснув зубы, я несколько раз ударила в стену затылком. В соседнем номере должен был быть мой напарник.              Через минуту он был в помещении. Войдя, Мастер Сасори меня осмотрел с удивлением:       — Что с тобой произошло?       — Лже-Мадара. Он приходил, напал… — простонала я. — Подайте мне руку, пожалуйста. Кукловод протянул мне ладонь с вопросительным взглядом.       — Не вашу, Мастер Сасори. Мою. Сама не могу, не шевелятся.       Напарник молча подошёл ближе. Его кукольное лицо не выражало ни капли сочувствия, только недоумение. Он опустился на корточки рядом и резким движением вправил предплечье. Сразу за ним — и второе.       — Ай-ай-ай, — я жалобно запищала. Сочувствие в нем не проснулось. Пока я страдала, он успел вправить нос, за что ему, в целом, спасибо.       Сустав оказался на месте, и я через боль смогла поднести руку к губам. Укус, и ещё один шрам: я начала заживлять переломы. Кости срастались, боль утихала, но оставался мерзкий осадок — не только на теле, но и в душе. Когда я закончила, кукловод выпрямился, сложил руки на груди и холодно произнёс:                    — Говори, что случилось.       — Он… — я судорожно вдохнула, пытаясь выдавить слова. — Он очень рассержен нашим провалом. Не верил, что я просто так упустила Исобу, залез в мою память, что-то искал… Когда он увидел сцену сражения, избил меня и ушёл.       Мастер окинул меня пристальным взглядом, затем вдруг коснулся моей головы. Второй же рукой он сложил пальцы в печатях, развеяв тем самым Железный Песок. Мне сразу же полегчало, будто бы сняли невидимые оковы. Внушенные воспоминания спали, и ко мне возвратилась картина реальных событий. И все те детали, которые Мастер подтёр.       — Мастер, мы что... — Я не верила собственной памяти. — Украли хвостатого зверя? Тот лишь ухмыльнулся в ответ.       Пазл сложился. С Треххвостым всё было не так.