Слишком слабый

- Что? – его глаза округлились. Он действительно начал выделять феромон. Но почему так быстро? Я знаю, что первые течки у омег нерегулярны, но два дня подряд даже для новичков слишком часто. Его ноги начали подкашиваться, взгляд стал каким-то рассеянным. Я подхватил Ойкаву за плечи и усадил на пол, облокотив о стол. - С тобой все в порядке? – он посмотрел на меня. Его веки слегка опущены, пульс учащенный, щеки налились румянцем. Вдруг он обхватил мои лицо своими ладонями и накрыл мои губы своими. Я хотел отпрянуть, но он держал меня достаточно крепко. Мгновение спустя Ойкава сел ко мне на колени, продолжив поцелуй, он провел языком по моим губам, пытаясь их открыть. Ткань его брюк натянулась и я почувствовал, как набухает его пах. Что? Я сразу же стянул его с себя, а сам отполз в сторону. Что делать? Подавителей нигде нет, а без контакта с альфой его состояние может затянуться на слишком долгий промежуток времени. Ойкава уже успел подползти ко мне, он начал целовать мою шею и потираться пахом о бедро. Черт. - Ива-чан, - с его губ сорвался тихий стон, - Ива-чан… Я повалил его на пол и начал расстёгивать брюки. Стянув их, увидел, что он уже весь мокрый, затем я ввел один палец, от чего он немного вздрогнул. От каждого движения исходили хлюпающие звуки, голос Ойкавы становился громче, он стонал мое имя и просил не останавливаться. Когда он стал более расслабленным, я осторожно ввел еще один палец, а второй рукой накрыл его член. С него уже сочилось, я провел рукой по основанию и сразу же ускорился. Он сдавленно застонал, прикрывая рот тыльной стороной ладони. Ему очень нравилось. Будь у меня третья рука, я бы закрыл ему рот, хоть в этом крыле сейчас вряд ли кто-нибудь будет проходить, но нас могли услышать. Ойкава двигал бедрами навстречу, насаживаясь на мои пальцы, его дыхание сбилось и стало очень шумным. Чем дольше я продолжал, тем больше он сжимался внутри, я ускорился, отчего Ойкава со всхлипом кончил прямо на край своей рубашки. Я осторожно вытянул пальцы, наблюдая, как он жадно хватает ртом воздух, уголки его глаз немного влажные, а кожа покрылась легкой испариной. - Ойкава, я проведу тебя в комнату, запрись там, я уберу здесь. Не впускай никого, от тебя еще исходит феромон, - он бы хотел что-то ответить, но слишком ослаб и просто кивнул. Я протянул ему носовой платок, чтобы он смог почиститься, после чего он оделся. До его комнаты мы шли в тишины, видно было, что он еще не до конца пришел в себя, хорошо, что я решил его провести. После прощания, я вернулся в кабинет и продолжил уборку.