Пиратская Сага

      Ранний вечер. Корабль встал на якорь недалеко от необитаемого острова, вблизи Антигуа. На небосводе солнце только готовилось уйти за горизонт. Пираты вели подготовку к высадке на берег, чтобы отметить победу. На палубе царило оживлённое веселье.       Капитан Крэйн уже переоделся в найденную одежду в уже бывшей каюте Дабса. Теперь, одетый как подобало капитану, он выглядел несколько элегантнее, не то, что раньше. Остиан накинул поверх кожаной жилетки куртку, имевшую броский бордовый цвет. Чёрные штаны затянул неплохим ремнём с большой медной пряжкой. Перед церемонией погребения он стянул сапоги с покойного капитана Эвана Дабса и прибрал к себе его изящную рапиру. К его удивлению, обувь идеально подошла к его ногам, что вызвало немалый восторг. Чего-то не хватало, и тогда он завязал под ремень пояс из красной шёлковой ткани, заткнул под него клинок, пистолет и два ножа. Найдя в рундуке капитана цирюльный набор, Остиан привёл в порядок небольшую седеющую бороду с усами и укоротил длину волос на голове. Не побрезгал и большой золотой серьгой, обнаруженной на полу, закатившейся за рундук. С таким нарядом теперь он точно был уверен, что команда вновь, безоговорочно, выберет его вожаком. Он слегка улыбнулся, свой авторитет среди морских братьев он ещё не подрастерял.       Довольный собой, он начал обживаться уже в каюте. Остиан поставил опрокинутый стол и зажал его ножки в специально предназначенных для этого пазах. Рядом подтянул небольшое капитанское кресло, в которое во время драки угодило несколько пуль, изрядно подпортив тому вид. Поднял с пола судовой журнал и, с интересом изучив его, коряво вписал новую строчку: «3 мая 1685. Корабль теперь принадлежит капитану…»       Открылась дверь, и в ней показался Уильям:       — Вы хотели меня видеть, капитан?       — Да, проходи, парень, — ответил Крэйн, сидя с важным видом.       — Вы прекрасно выглядите, сэр.       — Благодарствую. У меня для тебя кое-что есть, — Остиан встал из-за стола и подошёл к рундуку. Немного порывшись в нём, он вытащил несколько вещей. — Примерь эту рубашку. Вот тебе ещё кобура для пистолета и охотничий нож.       — Я… Спасибо, капитан, — растерянно проговорил Уилл, поражаясь неожиданности. — Вы очень щедры.       — Пустяки, я должен тебе за свою шкуру куда больше. Ты уже разговаривал с братом?       — Ещё нет, капитан.       — Я думаю взять его на берег, нечего ему в трюме сидеть. Ещё никто не сказал, что Остиан Крэйн плохо обращался со своими пленными! Вы можете с ним поговорить, ещё лучше уговорить написать властям прошение о выкупе. Руки его останутся связаны. Попытаешься освободить — оба останетесь на острове, закопанные по шею в песок! Ты всё понял?       — Да, капитан, — послушно ответил Уилл.       — Хорошо. Это мы обсудили. Где Одноглазый и Плешивый?       — В последний раз, когда их видел, Бэн общался в трюме с командой, а Райли занимался снабжением шлюпок провизией и выпивкой.       — Позови ко мне Райли. Можешь идти, Уилли.       Уильям кивнул и вышел. Не обнаружив Плешивого на палубе, парень спустился на нижнюю. Из пушечных портов пробивался свет. Уилл осмотрел так называемый лазарет, представлявший из себя небольшую каюту с двумя койками, взглянул в отсеки для пассажиров и побрёл дальше, спускаясь ниже. Глаза ещё не привыкли ко мраку. Он зажёг кремнём тряпичную труху. Маленький огонёк едва осветил путь. Стараясь не споткнуться, парень медленными шагами шёл вперёд, продолжая поиски. Где-то в глубине трюма до его уха донёсся едва слышный диалог между Райли и Бэном, напоминавший больше спор, чем спокойное общение. Он приблизился, но ещё был далеко, чтобы хорошо слышать.       Они что-то возбуждённо обсуждали под тусклым огоньком, плавно играющем на огрызке свечи.       — …Нам нужно это! — хрипел Одноглазый, пытаясь что-то втолковать Райли. — Как же ты не понимаешь? Тут что-то не так!       — Я в этом не участвую, — ответил Плешивый. — Это было моё последнее дело. Я ухожу!       — И что дальше? Говорю тебе, Морган нам поможет!       — Хера лысого нам, а не помощь! — вспылил Райли.       — Тише!.. Тут кто-то есть, — поспешил сказать Бэн. Увидев огонёк и силуэт крадущегося к ним в потёмках Уилла, он привычным хрипящим голосом спросил: — Тебе чего, парень?       — Райли, капитан тебя искал. Просил зайти к нему, — ответил Уилл, приближаясь к ним, всё ещё смутно разглядывая лица.       Ему показалось странным то, как Райли и Одноглазый недоверчиво посмотрели друг на друга после этих слов.       — Тогда не буду его задерживать, — не сводя глаз с Бэна, ответил Плешивый Райли. — Идём, Уилл. Я проведу, а то так и нос расквасишь.       Они быстрым шагом отдалились от Бэна. Уилл не видел его за спиной, но чувствовал, как он своим глазом неотрывно смотрит им в след из темноты. Они поднялись на оружейную палубу. Теперь парень мог разглядеть эмоции товарища. Уже не казалось странным, но Плешивый держал каменное лицо, как и всегда, будто бы того неприятного разговора и не было. Но выглядел он суровее обычного Райли. Они дошли до лестницы, когда Уилл решился спросить:       — Что-то случилось? Приятельским этот разговор не назвать…       Плешивый грубо остановил парня, прижав к вертикальному брусу.       — Что именно ты слышал? — строго спросил Райли. Выглядел он так, словно Уилл побрился его бритвой в паху.       — Ничего, — коротко ответил Уилл, смотря в глаза пирату.       — Ну, раз ничего не слышал, значит, ничего не слышал, — Плешивый стал мягче в лице и отпустил Уилла. — Не будем брататься с дьяволом.       — Ты выглядишь… расстроенным.       — Тебе показалось, — быстро ответил Райли. Потом он сделал глубокий выдох и немного помедлив продолжил: — Это касается старых дел с Бэном. Не бери в голову, приятель. Я всё равно выхожу из игры…       — Хочешь покинуть команду? — не поверил Уилл. — Но почему? Мы же только захватили корабль. Дела пойдут в гору, вот увидишь!       — Нет, Уилл, — прервал его Райли. — Я устал рисковать своей шкурой. За долгие годы хочу иной жизни — мирной.       Уильям понимающе посмотрел на товарища. Ему и в голову не могло прийти, что такой отчаянный рубака, как Плешивый Райли, будет желать спокойного быта где-нибудь на суше.       — И куда ты теперь? — с досадой в голосе спросил Уилл.       — Осяду в Санто-Доминго. Там у меня… дом. Я слышал, капитан хотел сделать остановку в лос-Кабальерос — там и сойду.       Уилл ничего не ответил на это. Плешивый заметил, как его товарищ стал хмур на лицо. Немного погодя, подбирая слова, Райли добавил:       — Слушай, парень, когда я был твоего возраста, пиратство стало для меня чем-то вроде свежего глотка воздуха. Тогда я тоже был молод и думал, что это путь в лучшую жизнь. Уже тогда мои руки были по локоть в крови. Но пойми, вся эта чёрная слава, монеты и бесконечные сражения, — он ткнул пальцем в грудь Уиллу, — утопят тебя в мертвецах. Придёт день и наступит момент, когда за пролитую кровь придётся платить кровью. Ни золото, ни алкоголь не заменят тебе спокойной жизни, когда будешь просыпаться в своём доме и знать, что ты ещё живой. Да, — он сделал паузу. — Живой, в отличие от тех людей, что ни раз прикрывали тебе спину, — Уилл молчал, думая над словами товарища. Райли тяжело вздохнул и отвёл взгляд в сторону. — Однажды ты и сам поймёшь. Хорошо, если осознаешь это, лёжа в обнимку с дорогой тебе красоткой, — он сурово улыбнулся, как умел, и, подбадривая, стукнул Уилла в плечо. — Навещай старину Райли, когда будешь в моих краях. Бутылку на стол всегда поставлю, — Уильям грустно улыбнулся и согласился короткими кивками головы. — Пойдём, парень, Крэйн не любит долго ждать.

***

      На небосводе только появлялись первые звёзды. Пираты уже сидели на берегу у костров, оставив на корабле с десяток дозорных, среди которых были Окунь и Бальтазар.       Окунь стоял у фальшборта и наблюдал за весельем на берегу. К нему медленной походкой подошёл товарищ и вручил бутылку рома:       — Не дрейфь, дружище! Скоро дела наладятся. На-ка, хлебни, пока никто не видит!       Окунь улыбнулся Бальтазару в ответ и сделал большой глоток:       — Когда нас сменят?       — Бенито говорил, что к двум часам Бэн пришлёт других ребят на вахту.       — Поскорей бы. Хочу тоже повеселиться, а не просиживать тут штаны, следя за пленниками! — сказал Окунь.       — Бенито сейчас внизу караулит пленных? — спросил Бальтазар, на что его товарищ молча кивнул. — Не волнуйся, он с Ярым Джимми хорошо следит за мундирами. А коль те надумают бежать из клеток, то парни сразу же разрядят в них два залпа картечи, — с ухмылкой сказал пират. — Пойду-ка, проверю нашего штурмана.       Бальтазар направился в сторону кормы, оставив товарища одного. Окунь снова бросил взор на берег.       На пляже у костров пираты разделись на группки. Кто-то играл в карты или пил, некоторые просто травили байки. В одном из костров жарилась пойманная кем-то черепаха.       Одноглазый собрал группу из новой команды и что-то с ними обсуждал. Уильям, не отрываясь, следил за ним, потом молодой пират вопросительно посмотрел на Плешивого. Тот глянул через плечо на Бэна и пояснил:       — Улаживает вопросы с новичками.       Капитан сидел, держа в руке бутылку. Он смотрел на огонь и слушал звуки разбивающихся о берег волн, треск костра и стрёкот, доносящийся из травы. Остиан был погружён в мысли о чём-то своём. Его раздумье прервало пересечение взглядом с Джейсоном, который в сорока шагах от костра сидел привязанный к пальме.       — Кого-то не хватает у нашей трапезы, — Остиан указал кивком головы в сторону пленника. — Отнеси ему поесть, парень. Вот, — сказал он, протягивая Уиллу жареную рыбу на палочке, только снятую с костра. Вдобавок к ней дал неполную бутылку рома. — Поговори с ним. Он сидит там один уже второй час, — капитан подмигнул. — Проку не будет, если пленник помрёт со скуки, а мы не получим выкупа!       Пираты захохотали, в то время как Уильям послушно встал, взял еду и понёс её к Джейсону. Пленник сидел, согнув ногу под себя. Увидев приближающегося Уилла, он встал и сделал навстречу несколько шагов — ровно столько, на сколько позволяла привязанная к рукам и пальме верёвка.       — Неужели пришёл меня проведать? — подавленной насмешкой спросил Джейсон. — Обнял бы… Да руки связаны.       — Не паясничай, Джей, — сказал Уилл, протягивая еду. — Тебе нужно подкрепиться.       Джейсон никак не отреагировал на слова брата, только обвиняющим взглядом дал понять, что еда его не интересует.       — Я не знал, что нам уготовлена такая встреча, — сказал на это Уилл.       — О, да! — перебил Джейсон. — Мне определённо стало лучше! И как же так вышло, что мой братишка снюхался с ворами, насильниками и убийцами? Браво! Поаплодировал бы, да руки…       — А разве среди солдат нет насильников и убийц? — осуждающе перебил Уильям.       Между братьями воцарилось молчание. Уилл поставил бутылку рядом с ним и аккуратно положил рыбу на лежавший неподалёку пальмовый лист.       — Помоги мне бежать, — тихо сказал Джейсон. — А вместе мы уже как-нибудь прорвёмся к кораблю, только передай мне нож…       — Это исключено, — прервал брата Уилл. Он беглым взглядом посмотрел в сторону костра: пираты пристально следили за ними. Уилл вернул взгляд к Джейсону и тихо произнёс: — Нам разрешили свободно общаться, но капитан дал ясно понять, что подобная затея обернётся смертью для нас. Они ещё не знают, кто твой отец. Пусть думают, что он старый артиллерист. Капитан будет просить за тебя выкуп у властей.       Джейсон с печалью посмотрел на Уилла. Эти слова его не интересовали уже. Он внимательно разглядывал сводного брата.       — Мой братец Уилли стал уже взрослым мужчиной. Ты сильно изменился… Сколько же мы с тобой не виделись? С моего восемнадцатого дня рождения?       — Да ну! — робкая ухмылка появилась на лице Уилла. — Помнишь, мы ещё после встретились и пили в борделе?       — Ах, да!.. Припоминаю… Потом я закончил обучение у офицера гвардии, и меня отправили в полк. Умели же мы веселиться!       — Как ты оказался на этом корабле? — спросил Уилл. — Мне казалось, ты пошёл по стопам своего отца, — он глянул через плечо на пиратов, — в пехоту. И почему ты до сих пор не офицер?       — Это было моё первое морское задание, после которого меня должны были повысить, — сухо ответил Джейсон. — Всё, что я знаю, — это только то, что мне было поручено доставить на Барбадос пиратского капитана после засады у Сен-Маартена…       — Засады? — оживился Уилл. — Что ты знаешь о засаде? Мне казалось это случайностью. Капитан шёл на встречу с каким-то посыльным… — замедлился Уилл, осознавая, что никакого посыльного могло не быть и вовсе. Его бросило в неприятное ощущение. Неужели уже тогда всё шло наперекосяк?       Они замолчали на минуту. Минуту, от которой у Уилла закружилась голова. Мысли лезли друг за другом, скапливаясь в ком. Джейсон ехидно улыбнулся, когда понял, почему брат так замешкался:       — Что и требовалась доказать, братец. Вас кто-то сдал… Кто-то из своих! Все пираты гнилые насквозь змеи!       Уилл вновь посмотрел на костёр. Райли всё ещё смотрел на них. Он взглядом дал понять парню, чтобы тот возвращался.       — Мне пора идти. Поговорим позже, — быстро прошептал Уилл. — Главное не натвори глупостей, Джей. Раз капитан дал слово — значит, он его сдержит.       Уильям направился к костру. С каждым шагом ему было не по себе от того, что и сейчас среди них может находиться человек, по вине которого пролилась кровь у Сен-Маартена. Он твёрдо решил для себя, что расскажет об этом Плешивому. У парня к Райли было множество вопросов, перегоняющих друг друга: «Знал ли он про засаду? А если не знал, то догадывался ли? А Одноглазый? И о чём они, чёрт подери, шептались с Бэном?» — парень не мог сконцентрироваться на них.       Капитан услышал приближающиеся громкие шаги Уилла, повернулся к нему и, проведя взглядом, прикованным к юноше, сказал:       — Выпьем за этого отважного парня! Благодаря его плану у нас появился корабль! — капитан Крэйн поднял бутылку рома.       — За тебя, Уильям Форц! — поддержал капитана Райли.       — Да! — дружно выкрикнули пираты у костра.       Уилл глянул через плечо на Джейсона. Брат всё ещё смотрел на него. Он взял бутылку связанными руками и с ироничной ухмылкой поднял её вверх. Уилл быстро вернул взгляд на костёр. Он присел по левую руку от капитана. Парню передали бутылку, но пить у него совсем не было желания. Вопросы требовали трезвости. Чтобы не вызвать подозрения, Уилл через силу отпил глоток. Его преследовал какой-то странный осадок, скрыть который он пытался за улыбкой. Но всё же недоверчиво бросал взгляд от пирата к пирату, пытаясь понять, есть ли среди них предатель. А может, он сгинул под пулями и ядрами англичан?       Языки пламени ярко освещали лица пиратов. Матросы травили байки и шутки, смеясь, выпивали ром. Они уже были достаточно навеселе. Только Уилл сидел напряжённо, что не смог не заметить капитан:       — Что случилось, парень? — тихо спросил Остиан. — Ты как медузу проглотил! — на что Уилл покачал головой. Капитан устало зевнул и протянул Райли найденную ранее на корабле цыганскую гитару. — Плешивый, а сыграй-ка нам что-нибудь, давно не слышал от тебя приятных уху мелодий.       Райли мигом облизал жирные от рыбы пальцы и с улыбкой взял гитару, что сопровождалось одобрительными возгласами пиратов. Он осмотрел её, постучал по деревяшке и подёргал струны. Чутко прислушавшись к звукам, сурово улыбнулся и приготовился играть. Грубые пальцы моряка стали с приятной осторожностью касаться струн. По пляжу понеслась мягкая мелодия. Это была не простая музыка, которая играла в тавернах, — это было нечто красивое и нежное, которое, казалось, не характерно для сурового вида пирата. Струны мягко колебались, издавая чудные уху звуки. Голубые глаза Райли наполнились тоской. Уиллу ещё не приходилось видеть товарища таким сентиментальным. Морской волк обращался с гитарой так нежно, будто бы в его руках находилась хрупкая девушка. Все, затаив дыхание, слушали мелодию и молча смотрели на огонь, словно в каждом сердце не стихал плач. Разбойники и убийцы, волокущие на себе бремя чёрного флага, не осмелились бы сейчас думать о чём-то ином, как об непрожитых жизнях. За каждым их них скрывалась своя история.       Уильяму показалось, что весь мир затих и слушает. Тревога отступила от него. Струящаяся мелодия убаюкивала, словно колыбельная. Парень глядел на угольки, пересыпая из руки в руку песок. Почему-то именно сейчас эти маленькие огоньки, напоминали ему человеческие жизни. Одни были яркими, другие угасали, не успев разгореться.       Остиан Крэйн сидел рядом. Он на несколько секунд позволил себе положить левую руку на плечо юноши и глубоко набрал воздуха в грудь. Казалось, капитан растроган. Потом он сделал привычный строгий вид и, убрав руку с Уилла, взял этой же рукой бутылку, стоявшую под ногами парня. Уильям уловил, что и капитан сейчас думал о чём-то наболевшем.       Мрачным был не только Остиан: к их костру направлялся Одноглазый. Он шагал неспеша, слово не хотел прерывать игру, а когда подошёл и встал за спину Райли, он положил морщинистую руку на плечо товарища. Его лицо было наполнено мрачностью, точно бы он знал что-то плохое, известное только ему.       Уилл потерял счёт времени. Молодой пират перевёл взор на Плешивого — он был полностью сосредоточен на струнах.       Мелодия становилась мягче и тише. Тише и тише, пока совсем не смолкла. В завершение Райли аккуратно провёл большим пальцем по струнам. Он отложил гитару в сторону. Пираты стали аплодировать и нахваливать морского волка.       Одноглазый похлопал рукой по плечу друга и тяжело вздохнул. Выждав немного, он уставился на капитана и прохрипел:       — Остиан, нужно поговорить наедине, — медленно сказал Бэн и указал кивком головы в сторону джунглей. — Прогуляемся… Это важно.       Капитан молча посмотрел на Бэна. На несколько секунд отвёл взгляд в сторону Райли и остановился на голубых глазах товарища. Не издавая ни слова, они поняли друг друга. Остиан одним глотком допил ром и отбросил бутылку в сторону.       — Ну, пошли, — сказал Крэйн, поднимаясь. Он остановился и посмотрел в глаз Бэну: — Коль важно…       Одноглазый и Крэйн молча пошли в сторону джунглей, в скором времени они скрылись за огромными листьями тропических растений. Провожая их взглядом, Уилл вновь почувствовал беспокойство. Оно возросло сильнее, когда через несколько минут с соседнего костра двое пиратов взяли ружья и направились в заросли настрелять дичи. Парень их знал — это были Томми Моллюск и Джерри Крысолов. Их клички говорили сами за себя, на вид самые настоящие пираты: Моллюск косил на один глаз, а у Крысолова были выбиты зубы, за исключением двух гнилых, так похожих на клыки. Уилл был знаком с их скверным характером, создавшим им даже в среде пиратов скверную репутацию, да и к тому же они сидели в тюрьме среди висельников, но каким-то чудом бежали.       Парень понял, что никого это так не насторожило, как насторожило его. Он вопросительно посмотрел на Райли, тот не отрывал взгляда от товарища:        — Сходи-ка и ты, подстрели какую пташку, — сухим голосом проговорил Райли и протянул пистолет.       Парень знал Плешивого, как проницательного человека, оттого тревога внутри достигла пика. Уильям взял пистолет и направился к джунглям.       — Удачной охоты, — услышал он вслед.       На своём пути через листву Уилл старался не шуметь. Шёл медленно, осторожно опираясь на каждый шаг, перенося вес на носки. Он смотрел под ноги, отводя большие листья с его пути, прислушивался к звукам джунглей, скрытых во мраке. Блуждал так порядка пятнадцати минут среди кустов и паутин, переходя от дерева к дереву. Уилл подумал о том, что уже потерял следы, как вдруг наткнулся на сломанные ветки и отпечатки ног, продавленных подошвами на почве.       — Почему же они отошли так далеко от берега? — шёпотом спросил он сам у себя и выдвинулся по следам. — У меня плохое предчувствие на счёт этого.       Примерно через полсотни метров до него донёсся спор Остиана и Одноглазого:       — Да ты, никак, болен! — раздался возбуждённый голос капитана. — Пойми, я не могу отдать тебе половину! Только четверть!       — Нам нужно к Моргану! — грубо ответил ему Бэн. — Только он сможет всё исправить.       — С ума сошёл на старости лет?! Нельзя! Вы с Райли и так привлекли много лишнего внимания. А ведь и я, и Морган тебе говорили не вести дел с цыганами, а тем более с этим грёбанным порошком!       Они ненадолго замолчали. Уилл медленно прильнул спиной к дереву. Когда он осторожно выглянул из-за листвы, Остиан и Одноглазый стояли от него в двадцати шагах на небольшой поляне. Бэн взбудоражено вертелся на месте, затем остановился и с подозрением спросил:       — Тебе не кажется это странным? — хрипло протянул он. — Вначале пошёл слушок о предателях в братстве. Опосля меня и Плешивого чуть не прикончили наёмные убийцы. Следом настигла ликвидация, опять же, моих с Райли вкладов, твои не тронули. Да? После к тебе приходит человек от Моргана, которого ни я, ни Плешивый и в глаза не видали, даёт тебе письмецо о встрече с каким-то горбатым хером в бухте Сен-Маартена, — Бэн развёл руками в сторону. — Где нас принимает английская эскадра! Почему у острова, где только рыбацкие поселения, нас ждало, сука, пять военных кораблей? Поди, совпадение…       — Ты на что намекаешь?! — вскрикнул Остиан.       — А не снюхался ли ты с мундирами, а?       — Да что ты такое мелешь?! Чтобы я, да с солдатами спелся? Ещё раз такое скажешь, Бэн, и я не посмотрю, что знакомы давно. Дам в морду, да так, что и на второй глаз ослепнешь! — выругался Остиан, а затем поменялся в лице, осмотревшись. — Мы ведь тут не спроста одни… Да, Бэн? — тихо сказал капитан, осознав, что затеял его друг.       Бэн хмуро улыбнулся и насвистел мелодию.       — Вы тут не одни, капитан, — ответил показавшийся из кустов Моллюск в сопровождении Джерри с ружьями наперевес.       Уилл снова прильнул к дереву, взводя пистолет. Его дыхание участилось, тело сначала кинуло в дрожь, а потом жар разошёлся по венам, отдаваясь дрожью в пальцах. Парень уже твёрдо знал: придётся стрелять. Но в кого?       — На пикник собрались, парни? — с тяжестью спросил капитан, не ожидая услышать ответ.       — Мы с парнями посовещались, — ответил за них Бэн. — Теперь я капитан.       — Так вот оно что! — последовала грубая насмешка от Остиана. — Как это я сразу не допёр? Одноглазый капитан Бэн, значит… А сейчас, никак, убивать меня будете? — Крэйн осмотрелся. — А что? Хороша полянка!       — Отдай мне дневник, — призвал Бэн. — И я позволю тебе остаться в команде или сойти в порту! Мы отправимся к Моргану, он рассудит. Не упрямься, прошу!       — Не за что меня судить! Я перед своей командой чист. Не видать тебе моего тайника, как своих ушей!       — Отдай дневник! — повышая голос и хрипя от злости, приказал Одноглазый. — Иначе его придётся забрать силой!       — Чёрта с два, Бэн! Ты же знаешь, я не из пугливых, — ответил капитан.       Бэн озлобленно сплюнул под ноги.       — Осёл упрямый! — он подошёл к Остиану и силой вручил ему что-то в руку. — От членов Берегового братства…       Крэйн разжал кулак и увидел:       — Чёрная метка, — с досадой проговорил капитан. — Уж не думал, что получу её от тебя, старый друг! — пока Бэн стоял к нему спиной, Остиан потянулся к пистолету, в надежде успеть его выхватить и защитить себя.       В этот момент Уилл нашёл в себе мужество и выскочил из-за ствола, целясь в пиратов. Ближе всех стоял Моллюск. Парень грозно выкрикнул:       — Не двигаться! Иначе…       Пираты повернулись к нему, но всю пятёрку отвлёк неожиданно раздавшийся выстрел со стороны пляжа, эхом донёсшийся до них. Разлетелись птицы. Понимая, что сейчас отличный момент, Одноглазый быстро схватил нож и подло ударил Крэйна в бок. Раздался болезненный хрип. Остиан, еле держась на ногах, повис на руке Бэна, так что их головы чуть ли не соприкасались.       — Прости, брат, — дрожа от злости, прошипел Бэн и вогнал нож глубже. По руке стекла алая струйка крови.       — Капитан!.. — выкрикнул Уильям и выстрелил в Бэна. Раздался крик.       Парня охватила ненависть, но, когда дым рассеялся, она сменилась испугом: Крэйн лежал на земле у ног Одноглазого, а тот ошарашенно смотрел на Уилла. На левом виске Одноглазого была свежая рана, из которой к уху стекала кровь. Бэн сам не понял, что случилось, и дрожащими руками дотронулся до увечья. Они ошарашенно смотрели друг на друга.       Подступал к горлу ком. Уилл неуверенно попятился спиной и споткнулся об корень. Треск сухих листьев вернул Бэна и Уильяма в себя. Поняв, что сейчас пираты примутся и за него, парень вскочил и побежал к берегу. Ему даже не пришло в голову вступить в бой, инстинкт внутри велел бежать. Вслед за ним прогремело два выстрела. Пули, свистя, врезались в стволы деревьев, заставив его бежать быстрее.       Он мчал. Перепрыгивал поваленные деревья, спотыкался, снова вставал и нёсся дальше. Листья и ветки били его по лицу. Его сердце панически билось в грудной клетке, а в голове всё ещё виделся тот удар ножом, прервавший жизнь капитану. Он бежал и ничего не слышал. Не слышал встревоженных птиц, испуганно взлетающих с деревьев, не разбирал и громкого стрёкота цикад. Все шумы слились воедино в голове, издавая звон. Уилл ощущал только, как бешено стучало сердце. В один момент он снова споткнулся, на этот раз болезненно ударившись ногой об камень. Кряхтя поднялся и продолжил бежать. Среди деревьев уже виднелся берег. К шуму в голове добавились и звуки драки. Уилл рывком выпрыгнул из леса. Не успев отдышаться, он увидел резню на пляже. Крики, лязги клинков и ругань заполнили побережье. В этом месиве нельзя было понять, кто есть кто. Он упал на колени. Парень стоял и не мог ничего поделать. После такого забега он сильно ослаб. Уильям заметил, как среди этой круговерти в его сторону кто-то бежит.       — Уилл! — окликнул его зовущий голос Райли. Он подбежал к нему и, скользя по песку, схватил парня. — Крэйн? Где Крэйн?       — Он… Его… — дрожа, промычал Уильям.       — Чёрт!.. — закричал Плешивый, поняв Уилла с полуслова. — Блять!.. Ах! — выругался он, хватаясь за волосы. В голосе слышалась подавленность и безнадёжность. Он резко вскочил. — Живее к шлюпкам!..       Пока он помогал Уиллу встать, к ним подбежал массивный пират с топором и ударил древком в челюсть Райли. Плешивый схватился рукой от боли, выплёвывая на песок вязкую окровавленную слюну.       Уилл пнул ногой напавшего на них пирата, отвлекая на себя внимание. Парень выхватил корд, но оцепенел от страха перед огромным топором. Пират дерзко, одним взмахом, выбил корд из рук Уилла. Он страшно замахнулся на парня, но на помощь пришёл Райли. Морской волк ловко сделал перекат и остановил удар саблей. Ударив в пах ногой, он проскочил под рукой пирата и уколол того в шею. Быстро вытащив клинок из шеи оппонента, Райли разрубил ему ключицу. На лицо Уилла попали брызги крови. Снова оглушило хрипящим криком. Последовал хруст костей, и Райли достал саблю. Пират, пытаясь безуспешно зажать артерию, завалился на песок.       — На кой чёрт я тебя тренирую, если ты впадаешь в ступор, как девица?! — вскричал Райли, выплёвывая кровь. После передал Уиллу свою саблю, а сам подобрал топор. Он взял товарища под плечо. — Давай, парень, лодка недалеко.       Они прошли метров девять. Уильям заметил, как сопротивление стремительно подавлялось. К отбивающимся людям всё больше и больше сбегалось пиратов. Вот и к ним сейчас неслись двое, размахивая оружием.       Пытаясь защитить Уилла, Райли оттолкнул его на песок и вступил в бой с двумя противниками. Один из них замахнулся, но Плешивый остановил руку того, ударив топором навстречу замаху. Обрубок с клинком отлетел в сторону. Сопровождая оглушительным криком, горе-воин упал на колени, дико вопя, пытаясь зажать культю. Фонтанчик крови заливал всё вокруг. Тем временем Райли уже расправился со вторым пиратом и сильным ударом в спину прервал мучения искалеченного, оставив в нём застрявший топор.       От такой картины Уиллу скрутило желудок, и он выблевал всё.       — Чёрт, только не вырубайся! Слышишь?       Райли в спешке взял Уилла под руку. Он что-то кричал ему, пытаясь привести в чувства, и даже отвесил пощёчину. В это время их окружало всё больше и больше пиратов. Плешивый выхватил саблю из ослабленной руки Уилла и бросился на ближайшего к нему противника. Как опытному фехтовальщику, ему не составило труда быстро изрезать нападавшего. После он сразу же с яростью накинулся на ещё двух пиратов. Те оказались куда проворнее, чем первый, и, пока один успевал блокировать удары озверевшего Райли, второй пытался зарезать Плешивого. Тут-то Уилл и вспомнил про нож, подаренный капитаном. Он достал его и крикнул другу:       — Хватай!       Плешивый, юрко извернувшись от удара, поймал нож и ударил им по шее одному из нападавших. Но не успел атаковать второго, как тот нанёс колющий в ребро. Райли взвыл, сжав зубы. Очень зря пират подумал, что на этом всё кончено с морским волком, Плешивый с буйством загнал тому в глаз нож, заставляя отпустить его с клинком в брюхе. Райли упал на спину. Зажав лезвие, злобно вытащил и отбросил в сторону оружие.       — Райли!.. — вскричал Уилл и подбежал к другу. — Райли, ты как?.. О, чёрт, держись!       — Проклятье… — тяжело дыша, прохрипел Плешивый, зажимая кровь. — Помоги встать…       Уилл поднял товарища, и они неважно поплелись к лодкам. Они уже были неподалёку от шлюпки, когда за спиной раздался выстрел. Пуля прошла навылет через правое лёгкое Райли. Они упали.       Пираты бежали к ним. Уильям, сжимая песок, попытался подняться и помочь товарищу. Плешивый стоял на коленях, отчаянно зажимая грудь. Несмотря на всю боль, Райли не кричал. Он держался стойко, болезненно хрипя, испуская кровь. Уилл видел, как за спиной Райли бежал пират с разбитым носом.       — Райли… — тихо произнёс Уилл. Всё дыхание было скованно. Плешивый издал кровавый кашель. По его щеке скатилась одинокая слезинка. Пират нанёс удар. — Нет!.. — раздалось протяжное из груди Уилла, когда тело друга камнем упало на песок. Он закричал, захлёбываясь в истошном крике. Всё тело парня заполнилось слабостью и беспомощностью.       Его прервал удар по голове от другого пирата. В ушах раздался шум, и Уилл упал на бок. Перед тем, как веки закрылись, он отчётливо видел голубые глаза Райли в застывшем взгляде.       Уильям пришёл в себя уже, когда бой и крики стихли. Он едва смог поднять веки. Тяжёлые шаги и знакомый хрип заставили перевернуться на бок. Над ним стоял Бэн. Всё кружилось. Картинка двоилась в глазах, а в ушах продолжало звенеть.       Одноглазый стоял к нему спиной и смотрел на мёртвого Райли.       — Плешивый, — эхом прозвучал мрачный голос Бэна. — Райли… Покойся с миром, друг.       Пират печально вздохнул и, развернувшись, увидел смотрящие на него глаза Уилла. Бэн даже вздрогнул, не ожидая увидеть парня живым. Они уставились друг на друга долгим взглядом. Уильям беспомощно лежал перед величественно стоявшим стариком. Бэн казался ему хищником, что в мгновение ока возьмёт да проглотит свою жертву. Но в его глазе отчётливо виделось уныние, он искренне горевал. Они смотрели друг на друга, не отрываясь, на протяжении долгой минуты, сопровождаемой хрипом совместно с криком других пиратов. С его раны на виске медленно скатилась капля крови и упала рядом с Уиллом. Бэн встревоженно дотронулся до виска. Жгучий взгляд с окровавленных пальцев переместился на парня. Бэн поднял голову и, грубо взмахнув рукой, отдал приказ:       — Грузитесь в шлюпки. Пора уходить.       В последний раз Одноглазый посмотрел на Уилла и безразлично развернулся, оставив парня одиноко лежать на песке. Последние силы покидали тело Уильяма, глаза уставились на отдаляющегося Бэна, пока на смену тому не пришла темнота.