Пиратская Сага

      Морская вода брызгами попала на лицо. Уилл закрыл глаза. Он в портовом пабе. Кажется, это никогда не изменится: широкоплечие матросы играют в карты, ругаясь, просаживая жалования. Помещение насквозь пропахло рыбой, потом, табаком и перегаром. Сам он сидит за стойкой и, ни с кем не говоря, лакает дешёвый грог. Месяц как списан на берег. Торгаш-скупердяй не доплатил, возможно, надеялся, что паренёк не умеет считать, но теперь-то где его найдёшь? Конечно, Уилл пробовал искать работу на суше, но платили мало. Деньги подходили к концу. Сейчас вглядывался в дно кружки через алкоголь. Хоть бармен не лез с расспросами, и спасибо на этом. Один из крупных матросов толкнул плечом парня, заставив выронить посуду. Грог расплескался по стойке. Уже тогда Уилл понимал, к чему это ведёт. Не известно почему, но у таких верзил всегда чешутся кулаки намять кому бока, когда они напьются. Не желая драки, Уильям встал и потопал к выходу, но на его пути, будто невзначай, возникли ещё двое. Человек за стойкой поддел тем, что хотел угостить парня, и, сделав обиженный вид, решил дорыться до потрёпанной одёжки. Поначалу это, потом грязная шутка про мать. В своей манере молодой человек ответил колко про отца обидчика и сношение того с козой, за что в него сразу же полетела бутылка. Она разбилась рядом, осыпая ладонь и пол брызгами стекла. Уилл перекатился и мгновенно вырос перед лицом мужчины, как можно сильнее кулаком врезав по нему и разбив нос. Безусловно, он бы надавал ещё, но его оттащили двое других, по сравнению с которыми он хилый котёнок. Прижали к стене и стали избивать огромными ручищами. Сначала били в живот, от чего сковывало дыхание, потом по лицу. Они держали его за руки, пока бугай с разбитым носом толстыми пальцами давил голову к кирпичной кладке, а второй хотел бить, когда ему препятствием стал чей-то захват. Голубоглазый моряк держал детину, напрягая свою мышцу. Казалось бы, что этот человек сейчас же с лёгкостью сожмёт и раздавит руку бугая. Он заглянул задире в глаза.       — Парень со мной, — строго проговорил мужчина, на его лице возникла ухмылка. — Знаешь, кто я?       — Да… сэр, — пролепетал моряк, осознавая, что за человек перед ним. — Плешивый Райли…       Уилл открыл глаза. Они неслись на шлюпке, готовясь захватить «Сабрину». Моллюск и остальные набросились на вёсла. Джейсон в полусогнутом положении держал перед собой аркебузу. Его плечи напряжены, и это было заметно. То, как согнута его спина, говорило о многом — парень точно выстрелит в неприятеля. Два пистолета Уильяма торчат из-под ремня и грозятся страшно палить в случае драки, а израсходует пули — в ход пойдут кулаки и клинок. Они гребли вёслами.       Единственный план группы состоял в том, чтобы как можно быстрее ворваться на палубу корабля. Огневой обстрел сбавит желания выживших вступать с ними в рукопашный бой. Шлюпка шла по волнам быстро, оставалась незамеченной вахтовым с корабля. Матросы, будучи отвлечёнными на пожар в гавани, не глядели в их сторону. Отдать должное Эдди — он навёл суеты.       Широкое каютное окно было открыто. В один момент из него показалась сначала черноволосая голова, а затем и торс. Штурвал взволнованно подзывал гребцов рукой, пока его товарищ скидывал им канат.       Лодка ударилась о рулевое перо, издав тихий треск. Моллюск схватился за узел и накинул его на уключину. Теперь оставалось только подняться в каюту.       — Живей, живей! — подгонял Билл. — Наш побег засекли! Баррикада долго не протянет… — из глубины каюты слышались удары об дверь, сопровождаемые руганью. Били с такой силой, что явно хотели сорвать с петель. Заметив в лодке знакомую шляпу, он удивился: — Лопни моя печень, если это не Гриф сидит в шлюпке!       — А то! — тихой радостью отозвался Соломон, взмахнув шляпой, поднимая к верху ружьё. — Неужто живой Билл Штурвал?       — Ещё живой, — ответил мужчина, недоверчиво оглянувшись на дверь.       — Сколько их там? — спохватился Уильям, протягивая ружья.       Штурман ещё раз бросил беглый взгляд на барабанящую дверь:       — Три лба, не меньше!       Расстояние от окна капитанской каюты до лодки было метров пять, а то и выше. Штурвалу пришлось чуть ли не полностью высунуться из рамы, в то время как второй беглец держал его за поясницу и ноги.       — Не выйдет! — сказал парень, когда понял, что рука Билла никак не дотянется до дула ружья. — Через каюту отдыха!       — Прикрою, — прошептал Джейсон, подтолкнув Джимми. Они оба направили стволы вверх, и если бы кто в сию минуту показался с кормы — они в то же мгновение его изрешетили.       — Гриф, подсади.       Соломон и Альваре встали, подставив свои спины, на которые сразу же вскарабкались Уилл и Томас. Схватившись за канат и упираясь ногами в корпус, они поочерёдно залезли в помещение. Перепрыгнув через раму, молниеносно примкнули к столу, укрываясь за ножками и стульями, держа наготове пистолеты. Проход был пуст, видно основным силам противника было не до отдыха. Такой вывод Уилл сделал, исходя из того, что сейчас их никто не обматерил из темноты, а тем более не открыл пальбу.       — Чисто, — высунулся Моллюск, подавая сигнал группе.       Пока Уильям прикрывал его, Том помогал забраться Грифу. Джейсон и Джимми Две куртки принялись как можно быстрее передавать снаряжение им.       Уилл вслушивался. Хоть он сейчас и держал палец на спусковом крючке — стрелять было опасно. Единственный громкий звук нарушит все планы, и на корабле начнётся кровавая перепалка. Очень уж не хотелось, чтобы шальная пуля угодила в него или в товарища.       Наконец-то в кают-компанию забрались Джейсон и Джимми. Захватчики прислонились друг к другу ближе, направляя аркебузы в темень.       — Джей, — Уилл отслонился от стола и, пятясь, приблизился к раме. — Ты и ребята — по низу. Как мыши. Затыкайте, кого встретите, а чтоб наверняка — саданите прикладом промеж глаз. Гриф, за мной!       — Есть, — с военной выдержкой ответил Джейсон. — Вы двое, — приказал он Альваре и Моллюску, — проверьте каюты. Мы держим палубу.       Уилл и Соломон взяли с собой по ружью в свободные руки. Парень высунулся и одно за другим протянул их Биллу. На этот раз получилось. Юрко перехватив их, Штурвал подтянул оружие к себе и на пару с товарищем приготовились затащить парней к ним.       На этот раз Уилл подсадил товарища. Худощавый Гриф оказался тяжелее, чем думалось. Под его весом взвыла спина. К старым синякам на ней добавились ещё и новые после падения с лестницы. Под ступнями мужчины они отозвались неприятным спазмом.       Руки сверху помогли Грифу, затягивая его в каюту. Подняв голову, Уилл только и увидел, как башмак того скрылся за рамой. Сплюнув себе на ладони, парень схватился за канат и пополз. Выше ему помогли Соломон и Штурвал.       Парень перевалился через раму и сразу же вскочил, косясь на дверь. Под ударами нескольких человек она стремилась вылететь к чертям, но капитанский рундук хорошо сдерживал её, а перевёрнутый стол защитил бы от выстрелов. Безымянный мужчина держал дверь на прицеле мушкета.       Дуло в его руках заметно ходило то вверх, то вниз. И качка здесь не причём. Ворвись сейчас к ним пираты, и из-за своего страха он бы скорее промахнулся или пальнул себе в ногу, чем дал отпор. Уилл точно б забрал у него ружьё, не стой тот так далеко.       — Уже с дюжину минут барабанят, — прошептал Билл, глядя на дверь. На всякий случай взвёл курок мушкета.       — Ну так пусть зайдут, — смело выдал глухим голосом Гриф, наставляя ружьё. — Вот мы им сейчас…       — Нет, — шёпотом остановил его Уилл, схватив ладонью дуло и уводя его вниз, — они не знают, что мы тут. Пусть удивятся.       — Уроем, суки! — послышались голоса, а затем последовал такой сильный удар, словно в дверь влетели всем телом. — Кэп вернётся да пальцы вам переломает! А ну, выходь сюды пока целы! — брань сливалась с ударами.       — Не вернётся, — прошептал Уилл, вытаскивая пистолеты.       Гриф прислонился к косяку, готовясь ко встрече гостей:       — Вы двое, к рундуку! Как зайдут, валим на пол и затыкаем.       Дверь снова ударилась, на сей раз издав треск. Ещё немного и раскололась бы. Парень прицелился и кивнул. Штурвал и его товарищ гуськом подбежали к рундуку.       — Помилуйте, мы открываем! — притворно, но дрожа, пролепетал мужчина, и они на пару с Биллом упёрлись в рундук, отталкивая его.       Дверь вылетела с такой силой, что и прихлопнуть могла. В каюту сразу же вбежали двое с тесаками, третий не успел. Гриф сработал хорошо, подставив подножку первому, что тот сразу же угодил на кулаки Уилла, второму же стрелок хорошенько съездил прикладом по голове, роняя того на пол. Третий не успел и опомниться, как из каюты вылетели Билл Штурвал с товарищем и, отпинав его, затолкали в рот кусок ткани. В скором времени все трое оказались на полу под дулами.       — Ни звука! — негромко приказал Уильям, приставляя к голове пирата пистолет. — Только пикни, и я…       Он замялся, узнав этот распухший нос. В глазах сверкнула молния. Он не знал, понимает ли этот человек, что его жизнь сейчас может прерваться так же вероломно, как он забрал у Плешивого Райли. Уилл чуть не спустил курок, когда увидел в испуге глаз осознание. Уже не было сомнений — они узнали друг друга. И чёрт бы соврал, коль они сейчас не видели одно и то же — тот зловещий вечер!       Ещё секунда, и пальцы сами надавят на спуск… Ещё мгновение, и мерзавец ударит Райли… Ещё немного, и смерть окутает холодным плащом.       — Пожалуйста, не надо! — испуганно произнёс человек, поднимая руки, пытаясь закрыть лицо. Он был немного старше Уилла. Может, двадцать семь. Возможно, до резни на пляже у него был красивый греческий нос, сейчас же это была слива. В тускло-зелёных глазах ничего, кроме страха. Уилл уже тяжело себя контролировал, стиснув зубы. Дуло зловеще задрожало, точно из него сейчас вырвется пламя, а пуля пробьёт череп.       «Блаженны милостивые, — вспоминал стих из библии Уилл, пытаясь утихомирить свой гнев, — ибо они помилованы будут… Помилованы будут!»       — Прошу!       — Молчать!..       Уилл ударил лежачего рукоятью по виску. Человек, взвизгнув, потерял сознание и обмяк, уронив руки себе на лицо. Парень вскочил, взглядом всё ещё пребывая в расплате.       «Тебе повезло, — подумал Уильям. — Сегодня я уже утолил жажду мести».       — Эй? — вернул его в этот мир Соломон. — Не мешкай!       Парень огляделся, Штурвал и его друг уже связали руки своему заложнику. Пират, извиваясь червём, мычал.       — Не закричит, — утвердительно произнёс Билл.       Своему пленнику Гриф давил не только голову мушкетом к полу, но и болезненно поставил колено на шею. Нужды в таком жёстком контроле не было, человек ещё после удара потерял сознание.       — В кучу их! — приказал Штурвал, полностью вернув Уилла к ним. — Хорошо, если их подмога сейчас не прибежит…       — Коль так, нюхнут пороха, — отозвался Уилл. — Гриф, останься. Схоронись за столом, а мы идём дальше!       Он прислонился к стене. Между входом в каюту и выходом на палубу было небольшое помещение, рядом с которым располагался кабестан. У входа на гвоздях висели плащи, верёвки и парочка ремней. Был ещё один ряд дверей, который выводил на палубу. Дверь была приоткрыта, и Уилл поспешил её подтянуть к себе. Парень выглянул через бойницы.       Два пирата у мачты и четверо у борта пребывали в полнейшей растерянности. В каюте заперлись беглецы, а в порту пылает шхуна. Взор Уильяма попал на ещё одного матроса, который спускался по трапу на нижнюю палубу. Люди были встревожены. Это был лишь вопрос времени, когда четыре лба направятся проверять каюту.       К парню подскочили Штурвал с товарищем.       — Дрянь! — прошептал Билл, выглядывая через бойницу. — Придётся отстреливаться.       Уилл немного поразмыслил, выжидая момент. Он не был уверен в том, нет ли матросов на шканцах. Выскочить из укрытия и получить пулю в спину — идея откровенно плохая.       Заподозрив пропажу матросов, один из тех, кто был у борта, толкнул в плечо другого. Быстрыми шагами они направились в сторону каюты.       — Заставим их передумать, — твёрдо произнёс Уилл, поднимая кверху пистолеты. — Запрёмся здесь и будем отстреливаться, пока вторая группа не придёт нам на помощь.       Где-то на орудийной палубе раздался крик, затем выстрел и после послышалась ругань оглушённого Альваре. Пираты встрепенулись, повернувшись лицами к трапу на нижнюю палубу.       — Планы изменились, — прокричал Уилл, и с этими словами он выбил ногой дверь. — Огонь!       Он тут же разрядил два выстрела в двоих ближних пиратов. По крикам, стало быть, в кого-то попал. Но не убил. Он вновь укрылся за стеной.       За ним прогремел выстрел от штурмана. Стрелял, не целясь, прикрывая Уилла. Взятые врасплох пираты разбежались в стороны. Часть из них направилась к нижней палубе, но оттуда их встретил залп из мушкета. Один свалился замертво, а с трапа на верхнюю палубу с громким криком выбежала тройка.       — Ни с места! Перестреляем! — грозно выкрикнул Джейсон, приседая на колено и целясь в противника. Его опыт облав заставлял быть убедительным. Да и сложно не убедить, когда в руках ружьё, грозящееся проделать дыру в брюхе. — Бросить оружие!       От такой резкой и неожиданной пальбы пираты струхнули не на шутку. Один из них даже перепрыгнул фальшборт и плюхнулся в воду. Альваре бросился за ним, чтобы пристрелить беглеца, но его руганью остановил Джейсон:       — Оставь! Держи этих!       Штурвал выхватил у друга ружьё и вместе с Уильямом выбежали на палубу, поддержать троицу. А через считанные секунды между ними пролетела пуля. Стреляли со шканцев. Мужчины ещё никогда в жизни не были так рады плохой меткости пистолета. Кувырком Уилл укрылся за трапом к капитанскому мостику. Джимми Две куртки прикрыл его, дав залп по стрелку. Парень не видел, только слышал вскрик, а значит, пуля настигла цель.       — Стоять! — приказал Уильям, вбегая на капитанский мостик. — Убью! — бросил угрозу он, выхватывая клеванг.       Из каюты выскочил товарищ Штурвала и взбежал по второму трапу к нему на подмогу.       — Морды в пол, суки! Я контуженный и буду стрелять!       Заметив раненого у штурвала, он прижал его ногой к полу.       «Чем ты стрелять собрался, дурень? — мысленно одарил его Уилл. — Твой мушкет разряжен!»       В этот момент за их спинами вторая группа, запугивая аркебузами, заставила пиратов столпиться в кучку и встать на колени. Матросам ничего не оставалось больше, как поднять руки и сдаться. Негр устрашающе обещал прикладом раскроить макушку тем, кто окажет сопротивление. И даже если бы пираты и успели отойти на нижнюю палубу или трюм — долго бы не протянули. Ещё в шлюпке захватчики обговорили это, и в случае такого они бы снялись с якоря и ушли в море. А осаждённые рано или поздно бы сдались за нехваткой провианта. Теперь же корабль под их контролем.       — Эй, Уилли, — раздался голос Соломона из каюты, — у вас там всё пучком?..       — Да, Гриф! — отозвался парень, держа на острие пирата. — Веди тех сюда! — Уильям кивнул Штурвалу, и тот подбежал на подмогу к каюте. — Вниз! — приказал он пирату, но от нерешительности того повысил голос. — Живо!..       Они спустились на палубу и толкнули двух пиратов к остальным. Оглядев бойцов, Уилл не досчитался одного.       — Где Моллюск?       На лице Джейсона проскользнула малая улыбка, когда он увидел, как из каюты вышли двое пленных под дулом Грифа, третьего волок за ноги Билл. Тогда он громко и выразительно позвал:       — Эй, гребешок, выходи, мы скучаем!       Меньше чем через минуту на верхней палубе появился Томас, выводя двоих связанных матросов на свет.       — Красавцы! — широко улыбнулся он, отвесив подзатыльник медленно шедшему.       — Ты же говорил, что с вами четырнадцать! — удивившись, упрекнул Уильям штурмана.       Тот взглянул на пятерню и, быстро пересчитав пальцы, развёл руками в сторону:       — Ошибся, — он подошёл ближе к парню и, улыбнувшись, добавил: — Слушай, дорогой, ты совесть-то имей, а? Я с дружком несколько дней свет не видывал!       Уилл приблизился к одному из пленников и схватил того за грязную рубаху. Притянув к себе, пристально прожёг взглядом.       — Ещё люди есть?       — Нет, — боясь его, пролепетал человек.       Уильям отпустил мужчину и с неким облегчением выдохнул. Окинув взглядом палубу и пленных, он посмотрел на пристань Тортуги. Полыхающий «Крэдит Крэндл» уже кренился на левый борт, а дым, вырываемый из него, окутал гавань. Капитаны снимали свои корабли с якорей и уводили их в сторону от тонущей шхуны.       — Мы взяли красотку! — выкрикнул Уилл.       Его голос звучал так легко и звонко. Группа одушевлённо поддержала парня. Мачты и такелаж скрипели, волны плавно раскачивали корабль. Вспоминалась та неделя, когда весёлые смешки и радостный крик команды и спасённых пленников проносились среди корабельного гласа после захвата. Сегодня остатки этих людей стояли на коленях перед ними. По телу Уилла прошла дрожь, словно Плешивый Райли и капитан Крэйн сейчас стояли за его спиной, и один из них дотронулся до плеч, заставив его невольно обернуться.       Дыра в палубе, растёкшаяся кровь по доскам и их контраст с красиво окрашенными перилами да резными фигурами тогда и сейчас завлекали внимание. Красота и уродство корабля. На мгновение парню показалось, что умей бы носовая фигура девушки пускать слёзы, она бы плакала за павших. Но та лишь прижимает цветок к груди и безмолвно смотрит в море.       Ещё раз окинув товарищей взглядом, он не смог не улыбнуться. Все семеро живы, а предатели окружены. Бэн пал. Не упокоенные души моряков смогут обрести покой, навеки уйдя в морскую пучину.       — Как же нам теперь поступить с вами? — взглядом пронзая пленных, вырвалось у него. Уильям зашагал, выпуская ругань на каждый шаг. — Предатели. Крысы. Отступники… Может, вас пристрелить и порезать, как вы резали на острове? Слишком просто! Бросить в мешок да за борт! Именно так вы поступили с пленными солдатами моего брата, да? — продолжал он, указав пальцем на Джейсона. — Не-е-ет!.. — нарочно протянул. — Мы вздёрнем вас на реях, в назидание другим! Пусть ваши тела, раскачиваясь на ветру, играют музыку для наших ушей! Как думаете, парни? — развернувшись к товарищам, грубоватой насмешкой спросил он. — Хватит ли на всех верёвки?       — На всех точно хватит! Ха-ха! — поддержал его Моллюск. — Пусть сами накинут петли на шеи да спрыгнут вниз! Вот будет потеха! — он высунул язык, пародируя удушье.       Остальные громко захохотали, пытаясь навести своим смехом ещё больше паники. Но не Джейсон. Пиратский юмор всё ещё оставался ему непонятен, а сдержанная растерянность не покидала лица. Чтобы не подать виду, он приподнял приклад повыше. Только бегающие глаза выдавали не понятую им шутку.       — Помилуйте! — взмолившись, бросился к ноге Уилла один из пиратов.       — Заткнись, тряпка! — грубо выдал другой. — Цыплёнок блефует. У сопляка кишка тонка выпотрошить даже крысу! — произнёс он, и к ногам парня полетел харчок.       Лицо Уильяма поменялось в цвете. Он подошёл к смельчаку и, схватив того, приставил к горлу клинок.       — Этот сопляк уже сегодня выпотрошил одну крысу! И звали её Бэн! — он угрожающе надавил лезвием. — Узнаёшь?!       Они смотрели друг другу в глаза. Матрос не боялся его.       — Взялся, так режь… — бросил пират, и Уилл осознал свою ошибку.       Теперь он пребывал в неприятном положении. Ни перед пленниками, ни перед друзьями нельзя показывать слабость. Он не хотел убивать. Но теперь его и отпустить не мог. В мыслях Уилл проклинал свою несдержанность и к чему это привело. Но одно дело поквитаться с предателем, другое дело, глядя в глаза, резать глотку безоружному. На них смотрели все, и отступиться нельзя.       Уильям ударил пирата рукоятью сабли в ямочку над губой. Человек, запрокинув голову, брызнул кровью из носа. Подтянув его к себе, парень пнул коленом в печень и швырнул на палубу. Корчась от боли, матрос пальцами нащупывал доски, отползая чуть дальше от Уилла.       — Мы не убьём вас, — вырвался металлический выкрик у парня, затем он спокойнее добавил, — сегодня… Может быть, убьём завтра! — он развернулся к пленникам, метая молнии. — Всё зависит от вас! Вы отправитесь в трюм и будете помогать нам, иначе вас ждёт смерть! И если будете плохо работать, каждый день будем отрезать по пальцу и прибивать их к мачте! А когда не останется пальцев, отрежем языки, затем выжжем глаза! Оставим уши, и только тогда вышвырнем вас на берег, чтобы вы день за днём слышали, как над вами смеются дети! Я понятно выражаюсь?!       — Говоришь, как пират, — отхаркивая кровь, прошептал человек, развернувшись к Уиллу лицом. Алая струйка ручейком текла вниз к губам. — Но перед нами юнец. Говоришь, порешил Бэна? Стало быть, теперь метишь в капитаны? И почему же нам стоит тебя слушаться?       Уилл вновь схватил пирата за рубаху.       — Потому что иначе я вас убью. Проткну, как Одноглазого. Или, может быть, кто-то из вас, солёных медуз, готов сейчас же мне бросить вызов? Мне, человеку, убившему вашего вожака на правах чёрной метки? — он швырнул матроса к остальным пленникам. Некоторое время Уилл смотрел в их лица. Немного успокоившись и понизив голос, добавил: — И если кто-то хочет примкнуть к нам, пусть это сделает сейчас… Остальных швырнём в трюм и дай бог не продадим на плантации!       Люди молчали. Несколько минут переглядывались друг с другом. Первым вскочил трусоватый пират, просясь в команду. Уилл одарил его презренным взглядом. При первой же возможности этот человек вновь сменит сторону или сбежит. Но выбирать не приходилось, парень кивнул ему. Ещё через минуту вторым встал старик Кэзбет. Старые кости с тяжестью поднимались с колен, что рядом стоявшему Альваре пришлось подать ему руку. Хороший пушкарь всегда будет полезен на артиллерийской палубе. Кто-кто, а он-то порох нюхал. Для Уилла до сих пор оставалось загадкой, как такого хорошего человека смог переманить Бэн.       За Кэзбетом поднялся Рауль — пленник, которого спасли при первом захвате. Уильям помнил только, как его зовут, но по ухмылкам Грифа и Билла понял, что те знали его. Больше никто не встал.       — Ты думаешь, что тебя окружают надёжные люди, — пробубнил пират. — Взгляни на их морды! Моллюск, не ты ли со своим дружком нас зазывал помочь Бэну? Что б твои потроха отсохли!       Эта речь заставила Томаса прикусить губу, и спрятать взгляд. Группа мимолётно посмотрела на него.       — Да эта мразь нас порезала! — оправдываясь, выкрикнул Том. — Он бы и от вас потом избавился, доберись вы до тех побрякушек Крэйна!       — Моллюск! — в один голос крикнули на него Уильям и Джейсон. Томас понял, что сморозил лишнего. И спрятал лицо за ладонью.       — О, так вы тоже охотитесь за тайником! — насмешкой выдал пират. — Удачно вам вскрыть друг другу глотки, а оставшемуся выблевать шпангоуты!       — Томас — мужик свой! — вступился за товарища Соломон. — Хотел бы, так давно нас порешал! А ты, Хэнк, чушь не мели, а то прокляну по рецепту бабушки! Да так, что ссать будешь сидя! — грозясь кулаком, выругался на своём диалекте Гриф и добавил что-то на цыганском.       Не известно, что он сказал, но пирата это заставило замолчать. После такой бурной речи молчали не только пленники.       — Командир, — обратился Альваре, стоявший позади парня. Прикусывая большой палец, он смотрел, как из ноги пленника сквозь ладонь капает кровь. — От раненого прока не будет.       Правда в его словах была. Выйти в море без врача, и эти люди скончаются быстрее, чем сменится неделя. Через минуту раздумий мужчина вскинул ружьё и направил его на одного из раненых.       — Отставить! — не прерывая взгляда, спокойным голосом остановил его Уилл. — Готовьте шлюпку. Раненых отпустим на берег. Остальных в трюм! — он отвернулся от них и прошёл несколько метров, поднимаясь квартердек. Почему-то именно возвышаясь над палубой, он чувствовал прилив сил. Он величественно смотрел вниз, державшись руками за перила.       — Да будет так! Альваре, Гриф, перевяжите раненых. Моллюск и… ты, — тыкнул он пальцем в дружка Штурвала.       — Рамзи, — неуверенно поправил человек.       — Да, вы готовите шлюпку и высаживание истерзанных на берег, — словно поняв, что этого недостаточно, он возвысил клинок над головой. — Уже скоро нас ждёт нажива, ребята! Расправим крылья красотке. Пусть ветер поднимет ей платье! Идём на восток!       Люди поддержали его, вскинув оружия вверх. Они смотрели на него с уважением. По правому плечу пробежали мурашки. Теперь он стоит на капитанском мостике и ведёт людей за собой.       И это ему нравилось.

***

      Крики чаек, шум волн и запах… Запах? Вонь гари и смол. Недалеко от гавани мельтешили лодки. Люди в них старательно быстро поднимали уцелевшие припасы и плавающие бочки с «Крэдит Крэндл». И никто даже и не собирался сбить пламя. Казалось, что все уже смирились с участью, ждавшей её. Мачты, объятые огнём, свалились как полчаса назад, заставив корабль сильнее накрениться на борт. Через час, а может, два «Крэдит Крэндл» полностью погрузится в пучину океана, а её обломки уже вечером выкинет волною на пляж. А если то случится раньше и корпус не успеет догореть или расколоться, тогда само море прибьёт её к берегу, где через месяц-другой какой-нибудь предприимчивый делец обустроит в ней трактир, и будет подавать гостям выпивку. А может, она станет достопримечательностью среди ребятни? Дети будут скакать по скелету корабля, словно тот какое-то морское существо. Обломки станут пристанищем крабов.       Бриг шёл плавно по ветру на марселях. Но даже с ними пришлось повозиться. Уильям стоял на капитанском мостике и наблюдал за гаванью. Он отёр лицо ладонью и бросил беглый взгляд на Билла. Мужчина с какой-то детской радостью крутился у штурвала, приходя в восторг от того, что снова держит его. Парни на палубе сбрасывали за борт три тела: традиционно замотанные в парусину мертвецы, к туловищам которых были привязаны книппеля.       Всплеск. Волна окутала в своих объятиях, забирая тело на дно.       Из раздумий Уилла вырвали шмякнувшиеся у ног сапоги.       — Кажется, это твои, — сказал Джейсон, поднимаясь по трапу, — больше не теряй.       На лице Уилла появилась мелкая улыбка. Благодарно кивнув, он наклонился, подбирая ботфорты, и быстро просунул в них босые ноги. Были ещё мокрые. Поёрзав пальцами, он смирился с сыростью и вновь отвернулся к гавани. За его спиной послышался смешок Джейсона. Он мягко толкнул его в плечо:       — Мы сделали это, брат!       Уилл промолчал. Не верилось ли ему самому? Да, чёрт возьми! День был насыщен. Джейсон встал рядом. Чтобы чем-то занять руки, он достал монетку и стал перебирать ею между пальцев.       — Уже листал журнал?       — Ещё не успел, — покачал головой Уилл. Их молчание затянулось, когда парень продолжил. — Я столько раз проклял тот роковой час, когда придумал план захвата на берегу Антигуа, а теперь я вновь стою здесь, на квартердеке. Сколько всего произошло! И во многом моя вина. Уже больше полусотни душ, — он осёкся, глядя на гавань, — а то и более погибло из-за этого брига и треклятого тайника!       — Ты наступил на грабли. Кто мог тогда сказать, что всё так обернётся? Что теперь тут думать, братец? Корабль у нас, берём тайник и на Барбадос, пока, — из его уст хотело вырваться что-то ругательное, но оно так и осталось не озвученным, пока Джейсон косился на палубу, — вновь не подняли бунт. Верну бриг, откуплюсь монетами из тайника и здравствуй офицерский чин! А ты… — он вновь остановился, подбирая слова, — всегда сможешь потратить свою долю на что-то там тебе нужное!       Уилл молчал. У него дёрнулся уголок губ. Словно его поймали на чём-то неблаговидном. Джейсон медленно перевёл глаза на шхуну, точно пытаясь уследить, куда направлен взгляд брата. Не найдя в этом ничего увлекательного, он вернулся к лицу, краем глаза заметив, как на шее Уильяма проступил пот, а ладони сильнее сжали фальшборт.       — Послушай, Джей, — начал Уилл, — ты никогда не думал о том, если бы ты имел один шанс… Одну возможность заполучить всё. Изменить жизнь… Ты бы воспользовался этим или оставил всё, как есть?       — Что? Что ты… — не понял его Джейсон, но потом, увидев огонёк в глазах брата, прочитал в них, что к чему. — Нет… Нет! Да ты одурманен! — не сумев совладать с эмоциями, проворчал он, крепко сжав монету.       — Per aspera ad astra, — прошептал на латыни Уилл. — Такой шанс выпадает только однажды! И упустить его будет ошибкой жизни…       — О, нет-нет! Нет! — повышая голос, заскрежетал зубами Джейсон. — Знаешь, что? — перебил он его, крутясь на месте и тыкая пальцем. — Иди к чёрту с такими шутками, Уилл! Слышишь? Ты понимаешь, что со мной сделает губернатор Бриджтауна? Мне нужен этот корабль! — выкрикнул он, ударяя кулаком себя в грудь. — Это измена!       — Я хочу чего-то достичь в этой жизни, — спокойно продолжал Уилл. Он вытянул перст и смотрел на взъерошенного Джейсона. — Всего лишь один шанс! Это дар судьбой! Это путь в новую жизнь, братец, где мы станем королями своих грёз! Подумай только!..       — Нет!       — Ты единственный, кто выжил из команды! А судно могло пропасть в шторм. Только твоя ложь может стать правдой. Ты единственный уцелевший, кто знает, что случилось на самом деле. Идём на Ямайку! У нас будут деньги и свой корабль! Это наш путь в богатую жизнь, брат!..       — И слышать не хочу! О, чёрт! Да ты надышался гарью!       — Нет, я в здравом уме! Не кажутся ли тебе самому смешными твои слова? Подумай, в их руках был знаменитый пират, но вместо того, чтобы повесить его на рее, солдаты конвоем везли на Барбадос! А значит, он был для них важен. А чем он мог быть интересен властям, как не тайником?.. Ну же? Засада у Сен-Маартена? Готов поспорить, это всё было ради тайника. Губернатор погладит тебя по головке, как хорошего мальчика. А ты так будешь служить кому-то, кто выше тебя! — он схватил брата за плечо и заставил смотреть в глаза. — Это наш шанс… — он взял с его руки монету.       Их лица держались близко друг к другу, так что можно было разглядеть на лбу Джейсона проступивший от ярости пот. Сводный брат сделал короткий жест в районе шеи.       — Если нас поймают, приговор вынесут политики. Никто не заступится за нас.       — Пусть в наших жизнях будут шансы и риски.       Уилл мягко подтянул его за затылок, и они соприкоснулись лбами. Это немного успокоило Джейсона, но всё ещё недовольное дыхание вырывалось из глубин. Уилл протянул между ними монету.       — Его величество — будь по-твоему. Герб — я забираю корабль себе, и ты больше не скажешь ни слова на этот счёт! — Уилл дал понять взглядом, что спорить с ним бесполезно. — Уговор? — Джейсон молчал. Его серые глаза нерешительно смотрели то на Уильяма, то на монету, а его дыхание постепенно приходило в норму. — Твой бросок.       С этими словами Уильям вручил серебряник брату.       Джейсон не сразу осмелился его бросить. Он молчал. Дыхание взволнованное, но не быстрое. Его пальцы крутили монету, не решаясь какой стороной бросить. Глубокий громкий вдох. И монетка полетела над их головами.       Она, вращаясь, взмыла к небу, быстро набирая высоту. Метр с лишним, и, на несколько секунд зависнув, так же вращаясь, полетела вниз, где её перехватил Джейсон. Парень сжал кулак и прислонил к груди. Обменявшись взглядами с Уильямом, он медленно отнял руку от туловища и разжал пальцы, пока не показался реверс.       Герб.       Хоть Джейсон и смог сдержать проклятия, но всё же со злостью запустил монету в сторону. Она звоном ляпнулась о доски палубы, и прокатилась по ним, пока сапог Грифа не остановил её. Соломон нагнулся и, подобрав монетку, улыбнулся ей и довольно сунул в карман.       — Твоя взяла… — прошептал Джейсон, безразлично склонившись над бортом и спрятав голову в руки. Он поднял лицо и пустым взглядом уставился на море. Видя отчаянное положение брата, Уилл положил ему ладонь на плечо. Через долгие минуты молчания парень выдохнул и произнёс: — Корабль твой.       Уильям взглянул на море. Полной грудью вдохнул морской бриз. Всё ощущалось иначе, хотя и ничего не изменилось. Пьянило. И запах досок, и моря, и гари слились воедино. Но сейчас он отчётливо чувствовал их аромат.       — Это что-то новое, брат… — прошептал парень, он сжал сильнее руками фальшборт. — Я ещё не капитан, но уже знаю, — его взгляд был наполнен решительности, — что не отдам свой шанс. Прорвусь через преграды и невзгоды. Но красотку — не отдам.       Джейсон отвёл глаза и вновь вернул их на волну.       — Её будут искать…       — Нет, Джейсон, — сказал уверенно Уилл. — Сабрина затонула в шторм, похоронив собой множество людей. Это совершенно другой бриг.       — Стало быть, кораблю нужно новое имя?       Джейсон приподнялся и повернулся к брату лицом.       — Имя? — переспросил Уилл и окинул взглядом палубу. — Даже и не знаю. Такой корабль нуждается в хорошем имени, подходящем для него. Он так прекрасен и чарующий. Когда впервые увидел его, рассекающим волны, я не мог отвести взгляд, точно бы это прекрасная дева с чёрными бровями. Он такой восхитительный и манящий, словно… — парень на секунду замолчал. Его глаза налились блеском, и шёпот сам вырвался из уст. — Мечта.       Воцарилась тишина. Джейсон хмыкнул.       — Мечта? — удивившись, сказал Джей и на время замолк. — Звучит, — буркнул он, а затем поднялся и выпрямил спину. — Только не забывай, братец, что мечты — сладки, как сны. И не все из них приводят, куда должны были вести. А бриг? Он с характером, — он остановился и, пристально взглянув в глаза, продолжил, — ты станешь уже четвёртым капитаном за такой короткий срок.       После этих слов Джейсон развернулся и спустился по трапу на палубу, оставив на капитанском мостике Уилла и Штурвала.       — Надеюсь, последним! — уже с палубы донёсся его голос до Уильяма.       Парень долго не отрывал взгляда от моря, прислонившись к фальшборту. Он ещё не выбран в капитаны командой. Ещё юн и неопытен. Но уже познал ответственность за людей. Уилл выпрямил спину. Всегда было интересно, каково это Дайсону держать осанку, не задумываясь над ней. Поначалу было неприятно продержаться так с три минуты. Но потом, казалось, он скинул с себя огромную тяжесть и теперь больше не может сутулиться. Он повернулся лицом к Биллу. Штурвал, слышав весь спор, сейчас наблюдал за ним и одарил улыбкой:       — Капитан!       Уилл сделал пару шагов — они показались иными, не такими, как прежде. Твёрдыми. Уверенными. Даже влажные сапоги сейчас не могли повлиять на походку. Продолжив приближаться к рулевому колесу, он пообещал себе, что теперь всегда будет так идти, независимо от обстоятельств. Под венец или виселицу — шаг будет твёрдым.       Улыбка Билла не сходила с заросшего лица, он отошёл в сторону, дав возможность Уильяму ощутить в руках штурвал. Парень крепко взялся ладонями за рукоятки. Крепко, но нежно. Словно девушку обнял, к которой наконец-то нашёл сил сказать о любви. Его биение сердца жарким огнём отдалось по телу приятной дрожью. Улыбнувшись, он вновь повторил:       — Мечта.

***

      — Вижу шлюпку!       Уилл оторвал голову от стола, по которому, задумавшись, вёл пальцем, встречая все рубцы и царапины. Это было скучное занятие — вчитываться в судовые записи. Листая писанину предыдущего капитана, он так и не нашёл ответы на вопросы о засаде у Сен-Маартена.       Он вскочил со стула и быстрым шагом подошёл к двери. Приоткрыв её, он ненадолго остановился, окинув взглядом, хорошо ли он закрепил стол в пазах, а затем вышел на палубу.       Заметив его, Альваре, будучи на марсе, пояснил:       — Это Эдди! Левый борт!       Уильям подбежал к вантам и, ухватившись за них, встал на фальшборт. Отсюда хорошо было видно приближающегося Эдварда. Тот казался ближе, чем на самом деле. Некоторое время он вёл шлюпкой по кругу, явно высматривая бриг. Вдруг он резко повернул, развернувшись носом к кораблю, и ненадолго замер. Пересев, он погрёб в их сторону.       — Фок-реи левый борт! — скомандовал Уилл, спрыгнув на палубу. — Навались на канаты, ребята! — несколько человек подбежало к канатам и помогло парню направить реи. — Эд, ты как? Мы идём к тебе! Не отставай. Левей! Вот так!       Меньше, чем через семь минут, шлюпка стукнулась об оснастку брига, Джимми и Гриф подали канат и помогли Эдварду перевалиться через фальшборт.       — Захватили! — обрадовавшись, выкрикнул Эдди, хватая за плечо Грифа. — Ай, молодцы! Держи подарок! — он передал ему ручную мортиру. Не ожидая её веса, Соломон аж покачнулся на месте, что моментально вызвало насмешку Эда.       Команда его обступила.       — Ну, и устроил же ты в порту! — похвалил его Джимми.       — А мне думалось, — воскликнул Уилл, — что ты подашь менее… яркий сигнал.       — Во-во, а как шандарахнуло, я аж чуть за борт не свалился! — заглушил Моллюск.       — Точно сумасшедший! Поди, немного переборщил, — усмехнулся Джейсон. — Но как в порт нагрянем, с меня выпивка! Верно, братец?       — Я, собственно, на это и надеялся! — отшутился Эдвард. — Коль знал бы, что дела обстоят так — сжёг бы ещё парочку галеонов!       — Ты был в каюте? — спросил Уилл. — Но как же ты туда прошмыгнул? Я ещё с суши видел там множество вахтовых!       — Как? А вот как! Пошёл к ростовщику, взял денег в долг, а на них нанял красоток, страстных, да сказал им грести на лодке к шхуне и платья повыше задирать! Ха-ха! А я тем временем с другой стороны зашёл. Ты не думай, что я простачок. Я птица высоких полётов! — важно произнёс Эд.       Ненадолго группа замолкла, неловко переглянувшись. Удивляла простота плана и решительность Эда. И как же самим такого в голову не пришло?       — Хорошее вложение капитала… — поддал Джейсон, вдумчиво разгладив рукав доломана.       Группа вновь гортанно засмеялась.       — Как же ты вернёшь эти деньги, пройдоха? — посмеиваясь, легонько стукнул его по плечу Моллюск.       — Свои секреты. Скажем… за счёт нанимателя.       — Ты Ройса-то нашёл? — спросил Уилл, и через секунду Эдвард резко изменился в лице. Вытянулся, опять стал похож на кирпич. Точно скульптура! Мужчина отвернулся и посмотрел на догорающий корабль вдалеке. Вместо ответа он издал грубое мычание. — Мне жаль…— попытался извиниться Уилл за свою глупость, но Эдвард перебил его:       — Брось, — прозвучало как-то грубо. Он ещё с минуту молчал, уставившись на черпавшего бортом воду некогда морского друга. — Уверен, Тэд оценил бы, что я не позволил больше никому пачкать своими подошвами его «Крэдит Крэндл», — он склонил голову, сжав обеими руками фальшборт. — Все мы станем кораблями. Нам могила — океан.       Его не хотелось прерывать, но он сам неожиданно повернулся и, усмехнувшись, достал из-за пазухи бумажные свёртки и протянул Уиллу.       — Карты. Хорошие. Архипелага и Кубы. Покойнику они не пригодятся. Отдайте лоцману.       Уильям мало что смыслил в картах. В детстве они часто с Джейсоном проникали в кабинет его отца. Хоть мистер Браун и запрещал подходить к его столу, им нравилось изучать его карты, водя по ним пальцами, представляя зарытый клад.       Уилл принял карты, поблагодарив мужчину. Взгляд Эда снова повеселел. Он вернулся лицом к группе.       — А вы, шелудивые псы, как захватили бриг?       — О, сейчас расскажу! — Моллюск в одно движение рукой обнял плечи Эдварда, развернув того к себе. — Пришлось немного пострелять…       Их группка, шагая, отдалилась к мачте. Каждый шёл и хвалился о своих заслугах, перебивая другого. Уилл решил не следовать за ними. На него напала сильная усталость, и всё, чего парень сейчас желал, — это безмятежно поспать. Поразмыслив о том, что он никогда не дремал в капитанской ложе, Уильям направился туда. Перед тем, как скрыться с глаз, он спросил Штурвала, знает ли тот о расположении некого старого кладбища, и, услышав утвердительный ответ, он попросил держать курс туда.       Новый капитан ещё не был выбран, и понежиться в его кровати хотели бы многие. А потому, чтобы никто не мешал, Уилл подпёр дверь и погрузился в сон.       В следующий раз поговорить с Эдвардом удалось после пробуждения. Казалось, только закрыл глаза и прошло пятнадцать минут, но парень спал почти три часа. Привстав с кровати, Уильям не ожидал увидеть того сидящим за капитанским креслом.       — Что ты…       — Крепко спишь, — улыбнулся Эдди, заметив удивлённые глаза парня. За окном стемнело, свеча на столе освещала уже привычные квадратные черты небритого лица.       — Но как… — он хотел спросить, как он здесь оказался, озираясь на подпёртую дверь, но голос снова перебил.       — Ловкость рук, — на опережение сказал Эдвард и вернулся взглядом к раскрытому журналу.       Уиллу не хотелось и в третий раз задать предсказуемый вопрос, потому он спросил:       — Коралловый?       Эдвард поморщил бровь и откинулся в кресле. Через мыслительный процесс в его глазах звучал вопрос, и он выдал:       — Что коралловый?       — Дешёвый, не особо интересный, — выкрутился на ходу Уилл. — Что-то там нашёл интересное? — парень украдкой бросил взгляд на журнал.       — Да, — хитро ответил Эдвард и достал дневник. — Например, тайник Крэйна, про который ты забыл упомянуть. — Уильям отвёл глаза в сторону, закидывая руку на затылок. — Не притворяйся, что запамятовал! — строгим голосом прервал его Эдди, а затем пристально посмотрел на него. — Отложи эти дурачества для кого-то другого, — медленно произнёс он. Их взгляды пересеклись и застыли. — Уилл, мы можем друг другу доверять?       Мужчина презрительно скривил губу в ожидании ответа. Парень догадался, что для его собеседника проникать и читать чужие бумажки — плёвое дело. Перед ним сидел не кто иной, как шпион. И даже если врать, ложь будет им раскрыта. Только кому он служит?       — Да, — наконец-то ответил Уильям.       — Хорошо. Тогда догадываешься, чей там общак?       — Примерно.       — О-о, вряд ли, — качнул головой Эдвард. — С другой стороны троих из четвёрки уже нет в живых…       — Кто четвёртый? — спросил Уилл.       — Этого тебе лучше не знать, — съязвил Эдди.       — Понимаю. Хочешь в долю?       — Не совсем, — Эдвард закусил губу. — Я слишком умён, чтобы соваться туда, а тем более копаться в костях. Я хочу вернуться домой, к жене и сыну. А ты хочешь стать капитаном, — заметил мужчина.       — Возможно, — согласился Уилл, хотя поначалу ему и хотелось, отнекиваясь, запротестовать. — Что хочешь предложить?       Эдвард захлопнул книжку.       — Ты идёшь за манящими тебя цацками, да разведаешь, что да как. А я присмотрю за кораблём. Договоримся на долю мне, и ребят моих не обидь. Но заклинаю тебя: четверть не трогай! И каждому своё будет. Уговор? — он протянул дневник Уиллу.       Недолго поразмыслив, парень встал с кровати и медленным шагом приблизился к столу. Мужчина наблюдал за ним через полуприкрытые веки. Подойдя ближе, Уильям с наигранной развязностью придвинул книжку к себе.       — Договорились.