Never Love Again

- Алисонька, я тебе на диване в зале постелила… - Лариса постучала в комнату дочери, где Юля с Алисой сидели на полу, скрестив ноги, и играли в какую-то игру на Юлиной приставке. Девочки нажали на паузу и обратили взоры на дверь - Пока так, а потом решим как быть! - Спасибо, теть Ларис! - улыбнулась Алиса - Мне и на полу у вас будет удобно! - Глупости какие! - отмахнулась женщина - Вы тут сильно не засиживайтесь! - она указала пальцем на дочь - У нас завтра много дел!!! - Алиска может со мной спать! - Юля перекинула руку через голову подруги и положила ее на поднятые плечи Алисы. - Чтобы ты ее испинала? - усмехнулась Юлина мама. Алиса посмотрела на Юлю и рассмеялась. - Ленка со мной два с половиной месяца спала и не жаловалась… - пробурчала Юля, утыкаясь в телевизор. Внезапно ей вспомнилось детство. Как она засыпала в машине. А потом кто-то нес ее на руках и клал в постель. А потом она просыпалась утром и автоматически понимала, что снова дома. Она тяжело вздохнула, откидывая голову назад. «Все на свете бы отдала, чтобы снова засыпать с Леной каждую ночь…» — подумала Юля. В голове всплывали рыжие образы, теплые рыжие руки у нее на пояснице. Мягкие рыжие губы на ее губах. Ей захотелось подогреть молоко, накидать туда спелых персиков, залезть в бочку с этим отваром и вымочиться так, чтобы с ее кожи никогда не смылся этот запах, и Лена всегда была на ней. - Юль, ты где там? - из раздумий ее вывела Алиса. Мама уже вышла из комнаты, а Юля и не заметила - О Ленке думаешь? - сочувственно вздохнула Алиса. - Угу… - промычала Юля, упираясь подбородком в коленки - О ком же еще… - она зевнула и опустила джойстик на пол - Алис! - глаза Юли широко распахнулись, она резко развернулась, оказываясь лицом к Алисе - Я прям не могу без вот этой нашей интимной близости… - она показала в воздухе руками какой-то непонятный клубок. - Волкова, у тебя гормоны играют… - хихикнула Алиса, толкая Юлю в плечо - Ужас какой-то… - Юлины брови были тесно прижаты друг к другу на переносице, но это не было сердитое выражение лица, скорее, больше задумчивое. - Да нет же, ну! - подпрыгнула Юля - Я не про секс сейчас! - она распахнула глаза, похожие на две яркие звезды, встала с пола и прыгнула на кровать, которая протяжно заскрипела - Это же не всегда о том, кому ты позволяешь прикасаться к себе. Я считаю, что у нас с тобой тоже своего рода интимные отношения… - Алиса села рядом на кровать и ошарашено вытаращилась на подругу - Общество обесценило понятие «интимность» - Юля вздохнула и бросила взгляд на окно, за которым все еще бушевал дождь, а потом на часы, показывавшие 00:43. Она легонько усмехнулась мыслям о том, что им больше не надо ложиться спать по часам. Не надо вставать по часам. Можно играть в приставку до самого утра. Можно пить с Алисой чай до самого утра. Можно думать о Лене до самого утра. Девочка прикусила уголок губ, задумалась на секунду и снова повернулась к Алисе - Интимно рассказывать кому-то о своих страхах и мечтах в три часа ночи. Интимно отдавать кому-то все свое внимание, когда еще десять человек вокруг хотят получить его от тебя. Интимно…. - она сделала глубокий вдох, подтягивая свое падающее сердце на место - Это когда всю тебя занимают мысли об одном единственном человеке, даже если ты очень-преочень занят… - брюнетка поджала губы, думая о Лене. Странное было чувство. Воспоминания накатили, откуда ни возьмись. Казалось, будто она сходила с ума от непонимания, где же эта память пряталась столько времени. Она встала с кровати и принялась расхаживать по комнате огромными шагами, пытаясь превратить в слова бегающие по ее голове мысли. Она ходила и ходила взад-вперед, пока не перестала слышать свой собственный голос, заглушавший биение ее сердца. Она продолжала говорить себе: «Следует понимать: если Лена может так сильно и так страстно меня любить, то так же сильно она может и сгорать от тоски и одиночества в разлуке со мной…». Юля остановилась и посмотрела на Алису в полной растерянности.

***

      Лена вылезла из душа и поплелась в свою комнату. С каждым разом ее шаг становился короче, оттягивая тот момент, когда она окажется в кровати. Одна. Ей было больно осознавать, что Юля не прыгнет рядом, не будет, словно щенок, ползать на четвереньках по постели, выдергивая простыни из под матраса, не посмотрит на нее с нежностью, не погладит по щеке, не будет блуждать своими холодными пальчиками по Лениному телу в поисках участка, которого она еще не касалась, не поцелует. Лена коснулась пальцами своих губ, не в силах сделать вдох. Пожелав родителям спокойной ночи, ей кое-как удалось сдержать рыдания до кровати. Там она легла и подвинулась на матрасе, ожидая Юлю. Она положила руку на ту половину кровати, где обычно, раскинув ноги, спала ее Юля. Спустив ладонь вниз по простыни, она вспоминала, как в один из дней Юля заляпала свои шорты зубной пастой и была вынуждена быстро их застирать. Прибежав к ним в комнату, она стащила с себя мокрые шорты и нырнула под одеяло, прикрывая свою задницу в белых трусах. Нырнула и зарылась с головой, не переставая хохотать. Лена тогда отметила, что на ней были те же самые трусы, которые она с нее стягивала в изоляторе, когда они впервые занялись любовью. Юля почему-то очень любила этот белый кусок ткани с резинкой. Лене же она больше нравилась без них. Она взяла с тумбочки Рыжика и Юлину футболку и прижала к себе, не переставая рыдать. - Юляш… - шепнула девочка в пушистую голову котенка - Забери меня к себе… - в ногах почувствовалась движение. Кошка Лены покружилась вокруг себя и улеглась в изножье кровати. Лена сделала глубокий вдох, натянула Юлину футболку на свою подушку и уткнулась в нее носом, вдыхая запах любимой девушки. Если бы ее спросили, зачем она это сделала, Лена бы ответила: «Чтобы притворяться, будто она по-прежнему рядом. Чтобы у меня была хоть частица ее, пока она не вернется…» — в считанные секунды ее подушка и Юлина футболка насквозь пропитались слезами. Девочка вставила наушник в ухо, нащупала нужную кнопку на прямоугольнике в ее руке и нажала на нее. «Ой…Не разберусь, как включается эта штуковина… только бы запись работала… Привет, Ленок…» — послышался Юлин голос на пленке. Лена сжала губы так сильно, что они превратились в тонкую белую полоску. Потом появилось покалывание. Оно все нарастало и нарастало, пока пузырь внутри нее не лопнул, и она громко зарыдала, совсем не сдерживаясь и не переживая, что ее могут услышать. - Леночка… - в комнату вбежала Инесса - Доченька, что с тобой? - она кинулась к Лене с испуганными глазами, скинула с дочери одеяло и убрала налипшие волосы с ее лица - Ну, расскажи мне, что случилось? - женщина подняла дочь и прижала ее к себе, раскачивая в объятиях, как в тот день, когда она разбила коленку на турслете. Как же тогда все было проще. Можно было прижать малышку-дочку к себе, поцеловать туда, где болит, и уже через минуту она смеялась, болтала ножками, сидя на стуле, и ждала, когда мама сделает ей какао. Вот такой вот он — родительский язык: азбука Морзе, прерываемая купаниями, зеленкой и чашкой горячего какао - Где болит, доченька? - Там, где не видно… - захлебываясь слезами выдавила Лена, прикладывая ладошку себе на грудную клетку - Мама! - Что такое, родная? - женщина покрепче прижала к себе дочь, желая забрать себе всю ее боль без остатка. - Отвези меня к Юле… - слова давались Лене тяжело. Ее горло сжалось и не пропускало ни воздуха, ни слов. Мысли покинули ее голову - Отвези меня к ней, я задыхаюсь… - снова глубоко вздохнула девочка, пытаясь впустить в легкие хоть немного воздуха. - Какой у Юли номер телефона? - выдохнула женщина, продолжая крепко сжимать дочь. Лена назвала цифры, запинаясь от нового приступа рыданий.

***

- Алло… - в трубке послышался сонный женский голос. - Лариса, здравствуйте, простите, что я вас так поздно беспокою… - извиняющимся тоном проговорила Инесса. На заднем фоне можно было услышать, как на пол осколками падало сердце ее дочери, сопровождаемое рыданиями - Это Инесса — мама Лены Катиной… - Что-то случилось? - обеспокоено спросила Юлина мама. - Скажите, а Юля уже спит? - голос женщины звучал очень виновато. Теперь, когда она знала, что желание ее дочери увидеть Юлю превратилось в настоящий голод, простая правда состояла в том, что Лена могла умереть от голода без нее. И ее мать пыталась всеми силами не допустить этого - У меня дочка рыдает, ничем не могу ее успокоить… Еще раз извините нас, если мы вас разбудили… - Юлька вроде пока не спит… - выдохнула Лариса - Погодите, я пойду посмотрю… - она положила на стол телефонную трубку и тихонько прошла к комнате дочери. Дверь была плотно закрыта, а из под нее виднелась полоска голубого света. Она остановилась и прислушалась: за дверью раздавался Юлин голос, которым она завороженно рассказывала Алисе о любви к Лене: «Ее счастье стало воздухом, которым я дышу…» — разобрала Лариса. Она улыбнулась тому, как быстро взрослела ее дочка, развернулась и пошла обратно. Взяв трубку в руки, она прочистила горло и сказала - Вы не хотите привезти Лену к нам сегодня? - девочка на другом конце провода на секунду замолчала. Лариса почти могла представить ее лицо, и как она кивала, размахивая своими рыжими кудряшками - Привозите, если вам не сложно.. - мягко повторила женщина, улыбаясь.

***

- Это еще кого принесло?! - услышав звон дверного звонка, воскликнула Юля, вскакивая с кровати. Бросив взгляд на часы на стене, девочка поняла, что уже перевалило за час ночи. Она рывком открыла дверь и чуть не снесла пробегающую мимо ее двери маму. - Юля, закройте дверь и не выходите! - приказала мать, и Юля в растерянности подчинилась. - Кто там? - Алиса кусала ноготь на большом пальце - А вдруг это те двое за мной приехали? - она почувствовала себя так, словно ее только что прокрутили через мясорубку. На секунду она поверила, что ее жизнь наконец может стать похожа на Юлину, что ей не придется вздрагивать от каждого звонка в дверь, от каждого шороха и шага. За пятнадцать лет Алиса научилась определять по походке родителей степень их опьянения и знала, в какой момент нужно залезть под кровать и притвориться, что ее не существовало. «Мечты мимолетные, как дым от сигарет…» — подумала девочка, крепко хватаясь за ручку. Стоя у двери, Юля с Алисой услышали щелчок дверного замка. За первым поворотом ключа последовал второй. Раздалось женское бормотание и шорохи. За окном сверкнула молния, подул порывистый ветер. С грохотом распахнулась форточка, заглушая все звуки вокруг. Свист ветра и проникающие сквозь форточку капли дождя вынудили Юлю отскочить от двери, добежать до окна, вскочить на стол, все еще продолжая прислушиваться к бормотаниям за дверью, и захлопнуть эту дурацкую форточку. Она продолжала стоять на столе в одних трусах и футболке, когда, оттолкнув Алису, дверь распахнулась, и на пороге появилась Юлина мама, в недоумении оглядывая комнату. - Что тут происходит? - удивленно спросила женщина. - Ветер форточку выбил… - буркнула Юля, слезая со стола. Она потянула футболку, прикрывая свой зад - Кто приходил? - Это к тебе… - улыбаясь ответила мать. - Ко мне? - тонкие брови брюнетки поползли вверх. Она повернула голову на часы - Кто? Дух прошлого рождества*? - усмехнулась она. - Лучше… - улыбнулась Лариса, отступая. Прямо за ней стояла Лена, завернутая в халат. Ее глаза и нос были красными, а ресницы мокрыми. - Мам! - радостно взвизгнула Юля, кидаясь на женщину с объятиями. Лариса протянула руки и обвила их вокруг дочери, будто возвращая время, когда она была маленькая. Юля прижалась щекой к материнскому плечу. Больше всего на свете ее маме хотелось вернуть то время, когда Юля верила в ее безоговорочный авторитет, не замечая едва уловимых противоречий в ее словах. - Так… - Лариса похлопала дочь по заднице, как делала в детстве, потакая ее проказам - Долго только не засиживайтесь! Алисонька… - она посмотрела на девочку, которая продолжала стоять с задумчивым лицом, кусая кожу на большом пальце. Женщина несколько секунд смотрела на ее спокойное красивое приветливое личико и понятия не имела, какие тяжелые мысли рождались у нее в голове - Ты в порядке? - М-м… - Алиса подняла взгляд на лицо Юлиной матери, на короткие уже слегка взъерошенные сном волосы, уставшие глаза и нежную материнскую улыбку - Я думала, это опека за мной пришла… - выдавила девочка, заметно расслабляясь. - Какая опека?! - весело хихикнула Юля - Мама же инспектор ПДН! Это как финальный босс в Марио!!! А опека — так, черепашки, да совы! - она со знанием дела закрыла глаза и скрестила руки на груди. - Так, финальный босс! - шутливо окликнула ее мама - Долго тут не засиживаемся! Время уже ого-го сколько!!! - она отступила на шаг - Леночка, проходи, не стесняйся! - она подтолкнула рыжую девочку в комнату - Спокойной ночи! - она чмокнула в лоб сначала Юлю, а потом и Алису и вышла из комнаты. Шаркая тапочками по полу, она дошла до их с мужем спальни и затихла там. - Лен… - Юля раскрыла руки, увлекая девочку в объятия - Ты чего плачешь, солнышко? - она обхватила рыжую шею и прижала голову к своему плечу. Лена уткнулась носом Юле в ключицу и снова разрыдалась. - Я просто не могу без тебя… - сквозь слезы пролепетала девочка. Алиса подошла сзади и обняла Лену со спины. Юля раскрыла объятия и закрыла их снова на Алисе. Какое-то время они постояли так, давая Лене немного успокоиться. - Ой, я пойду спать! - Алиса зевнула, отстраняясь. Юля с подозрением посмотрела на подругу. Ей не хотелось, чтобы Алиса подумала, будто Юле совсем нет до нее дела. Но сколько бы она не вглядывалась в изумрудно-зеленые глаза подруги, ей так и не удалось разглядеть там ничего, кроме усталости - Не шалите тут! - Алиса весело, но в то же время устало махнула рукой. - Ты точно не хочешь остаться с нами? - спросила Юля. - Не-а! - Алиса помотала головой - Ты же знаешь, что я люблю спать одна… - она пожелала девочкам спокойной ночи и вышла, прикрыв дверь. - Ну чего ты, родная? - нежно прошептала Юля, отрывая Лену от своего плеча. Слезы блестели на веснушчатых щеках в свете прикроватной лампы. Обтершись о Юлины ноги, два белоснежных кота выпрыгнули из-за шкафа и уселись: один на столе, второй — на подоконнике. Мягко промурлыкав что-то на своем — кошачьем, они удивленно уставились на того, кто издавал все эти новые запахи - Это Нэжó — снежок по-французски! Он Викин! - Юля ткнула пальцем в того кота, что сидел на подоконнике, усадила Лену на кровать, продолжая придерживать ее одной рукой, а второй вытирала мокрые щечки. Лицо Лены было маленьким и бледным, как Луна, на которую Юля любила смотреть в телескоп, — далекая и холодная. Но такая родная и любимая. Юля попыталась представить себе Лену в четыре года в новогоднем костюме, в двенадцать, когда она пробовала красить губы, в двадцать, танцующей на студенческой вечеринке - Какая же ты у меня красивая… - улыбнулась Юля, не прекращая поглаживать бледное личико - Как же я тебя люблю… - в груди пылал огонь. Друг Юлиного папы, дядя Миша, был профессиональным пожарным. Он мог войти в почерневший после пожара дом и найти источник огня: обуглившийся окурок или поврежденную проводку. «Любой пожар начинается с маленькой искры…» — размахивая рукой, рассказывал дядя Миша маленьким Юле и Вике — «Нужно только знать, что искать…» — Юля знала, что искать, а главное — где. Та самая маленькая искра, явившаяся причиной пожара у нее в груди, сейчас сидела напротив, пытаясь растянуть губы в улыбке. - Я люблю тебя сильнее… - пропищала Лена, успокаиваясь окончательно. «Только сегодня» — подумала Юля. - А это Кефир! - Юля указала на кота поменьше - Он мой! - Она стащила с Лены халат и бросила его на стул у стола. Лена посмотрела сначала на одну белую мордочку, потом на другую. Черноту за окном снова прорезала молния. - Раз… Два… Три… - шепотом посчитала Лена прежде, чем услышала, как по городу прокатились раскаты грома. Коты подпрыгнули и снова спрятались за шкаф, испугавшись грома. - Совсем близко, да? - шепнула Юля, оставляя ладошку на теплой рыжей щеке. - Километр… - улыбнулась Лена. Она вспоминала, как боялась грозы в детстве, и папа сказал ей, что скорость света быстрее скорости звука. «Свет движется со скоростью триста тысяч километров в секунду! То есть за одну секунду лучик света может семь раз облететь землю! — отец сажал Лену на коленки и включал фонарик, размахивая им по кругу быстро-быстро, а Лена смеялась и хлопала маленькими ладошками — Звук же двигается почти в миллион раз медленнее света! Всего триста тридцать метров в секунду! А в воде чуть быстрее. Тысяча четыреста пятьдесят метров в секунду! Именно из-за того, что звук медленнее света, мы сначала видим молнию, а потом слышим гром!» — с тех пор Лена всегда считала секунды между вспышкой молнии до раскатов грома и умножала число на триста тридцать. Ей, правда, приходилось тратить на это гораздо больше времени, чем Юле, которая в уме извлекала квадратные корни из четырехзначных чисел и могла без помощи каких-либо вспомогательных средств решить интеграл Пуассона тремя разными способами. - Забирайся… - нежно шепнула Юля, пропуская Лену к стене. Накинув на нее одеяло, брюнетка улеглась рядом, притягивая девочку к себе. Снова сверкнула молния. По подсчетам им удалось понять, что гроза отступает - Здорово, что люди давно уже придумали самолеты, летающие быстрее скорости звука! - хихикнула Юля, выключая светильник на тумбочке. Она поставила руку на локоть и подперла ладонью щеку - Но даже самому крутецкому сверхзвуковому самолету понадобится примерно… М-м… - она закрыла один глаз, а второй подняла к бровям, словно заглядывая в ее внутреннюю книгу с формулами - Две тысячи лет, чтобы долететь до солнца! - посчитала Юля, упала головой на подушку и потерлась своим носом о Ленин - Лучу солнца же на это требуется около восемь минут! - Лену до сих пор поражала эта Юлина способность вычислять гигантские цифры в уме. Она даже шутила, что у той есть встроенный калькулятор в голове. Она прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. Все вокруг пахло Юлей. Все — от простыней до обоев на стенах - Иди ко мне ближе… - Юля уткнулась носом в рыжую шею и вдохнула так много воздуха, что на мгновение у нее в глаза потемнело, но в носу все равно остался запах теплого молока и персиков. Она немного отодвинулась и поцеловала Лену. Потом второй раз. А потом они с отчаянием приникли друг к другу, целуясь так, словно были пищей и водой друг для друга, и воздухом, необходимым для дыхания. Они светились. Радость исходила из их пор. Их сердца, их чертовы сердца готовы были взорваться в груди от радости. А пару недель назад они обе думали, что счастливее быть уже нельзя. Просто удивительно, как разлука — пусть и недолгая — умеет смягчать даже самых жесткосердных упрямцев - Я тебя люблю… - снова шепнула Юля, оставляя короткий поцелуй у Лены на губах - Я тебя люблю! - снова поцелуй - Я… - поцелуй - Тебя - поцелуй - Люблю… - снова сверкнула молния. Они хором посчитали секунды. Четыре километра. Юля запустила свои ладошки Лене под футболку, снова ощупывая такие родные изгибы, как в первый раз, и в очередной раз прижалась губами к Лениной щеке. - Как будто никуда и не уезжали… - шепнула Лена, прижимая к себе хрупкую фигурку - У меня, кстати, тоже есть кошка! - улыбнулась она. - Как ее зовут? - Юля лежала так близко, что могла слышать, как у Лены по венам перемещалась кровь. - Миста! - ответила Лена - Мы когда ее брали, думали, что она мальчик. И мы с папой звали ее Мистер. А потом… - она вздохнула и облизала губы - Ну, в общем, бубенчиков не было… - она усмехнулась - И Мистер стал Мистой… - Юля приглушенно рассмеялась, стараясь не разбудить всех остальных, и еще крепче прижалась к любимой девушке.

***

- Мам, вы чего тут? - Юля вышла из комнаты, потирая кулаком глаз. Ее волосы топорщились в разные стороны, а помятая футболка перекрутилась, оголяя худые ножки. - Мы уезжаем в опеку… - спокойно ответила Лариса, подавая Алисе кружку с чаем. Девочка сидела полностью одетая и готовая ехать - Мы вас с Леной разбудили? - О, привет, Юлька! - сзади нее стоял Олег. Он чмокнул дочь в макушку и просочился в кухню, слегка отодвигая девочку - Познакомишь меня с Леной? - Она спит еще… - монотонно пробормотала девочка - Я с вами поеду! - она кинула взгляд на Алису. - Нет! - Лариса покачала головой - Мы потом за вещами Алисы поедем, места для тебя нет! - Ну мам! - запротестовала Юля - Алиску же надо поддержать… - А мы тут на что? - Олег поднял кружку с чаем и стукнулся с улыбающейся Алисой - У тебя вроде как гости… - он подмигнул дочери. - Юленька! - мама подошла к ней, поправила пальцем взъерошенные волосы и поцеловала ее в щеку - Иди еще спи! Время ранее совсем! С Алисой все будет в порядке, ну! - Юля недоверчиво оглядела кухню и вздохнула. - Ладно… - протянула она - Только оставьте нам апельсиновых мармеладок! - она поджала губы и ткнула пальцем на пластиковую коробочку, куда ее мама складывала прямоугольные оранжевые мармеладки, покрытые сахаром. Понаблюдав, как Алиса и ее папа наигранно запихнули себе во рты сразу по три штуки, она поплелась обратно в комнату, влезла под одеяло, снова прижалась к спящей Лене и погрузилась в сон. Лена проснулась от хлопка входной двери. Юлины веки подрагивали, брови были сведены. Казалось, ей снилось что-то. Лена прижалась губами к складке у Юли между бровей, и та резко открыла глаза. - Я тебя разбудила? - испуганно спросила Лена. Юля обвела помещение глазами и остановилась на Ленином лице, расплываясь в улыбке. - Нет.. - брюнетка прижалась к Лениным губам - Выспалась? - Угу… - промычала Лена, убирая волосы с Юлиного лица - Так странно, что никто не орет, пытаясь вытащить нас к завтраку… - девочка поерзала в кровати и оглядела Юлину комнату - Устроишь мне экскурсию? - А то! - повеселела Юля, откидывая одеяло - Сейчас только чайник поставлю. Буду тебя завтраком кормить! - она скрылась за дверным проемом. Следом послышался грохот посуды и шарканье Юлиных ножек по полу. Лена выбралась из постели и направилась за ней. Встав в дверном проеме, она оглядела кухню: желто-синие обои в огромные цветы, современная кухня, новая бытовая техника. У стены — стол, накрытый белой скатертью, на которой стояли баночки с сахаром, медом, мармеладом и ирисками. - Кем, говоришь, работают твои родители? - захихикала Лена, отвлекая Юлю от чайника. Она закончила наливать воду, закрыла его крышкой, опустила свисток на носик и включила газ. - Пойдем умываться… - она кинула на Лену хитрый взгляд и потащила ее по коридору мимо дверей в комнаты. За одной из светлых дверей находилась ванная. Лена достала свою зубную щетку из кармана халата, в котором ее привезла мама, и принялась чистить зубы. Закончив, Юля поставила свою щетку обратно в стаканчик и, уже собравшись уходить, заметила щетку Алисы, одиноко лежащую на салфетке на раковине. Брюнетка нахмурилась, взяла щетку, и поставила ее к остальным щеткам семейства Волковых. Занятая своими мыслями, она даже не заметила, как теплые рыжие руки обвили ее талию. Развернувшись в объятиях, Юля снова прижалась к теплым рыжим губам - Пойдем, я тебе тут все покажу! - она оторвалась от Лены, заглядывая ей в глаза. Лена кивнула. Юля вывела ее из ванной и подвела к входной двери - Ну, кухню ты уже видела, там ничего интересного! - брюнетка махнула рукой вправо, где на плите грелся чайник, а на окнах развевались бледно-синие занавески. Рядом с кухней был вход в зал. Они вошли внутрь, и Лена увидела миллион семейных фотографий на полочках длинной стенки, приставленной к стене. Напротив стоял серый угловой диван, а над ним висели разные ритуальные маски, привезенные ее отцом из бесчисленных экспедиций, о которых Юля рассказывала в музее. Лена хихикнула - Там спальня мамы с папой, там ничего интересного, мы туда не пойдем… - они выскользнули из зала и прошли в дверь напротив — в Юлину комнату - Тут ты была уже! - Юля весело усмехнулась. Ее комната выглядела как типичная подростковая берлога: у стены за дверью стоял желто-коричневый зеркальный шкаф, рядом с ним комод на пять ящиков, в углу книжная полка в тон шкафу, под окном стол со стулом на колесиках, рядом с ним тумбочка и кровать у стены. На тумбочке стоял светильник, и Лена только сейчас заметила, что он был в виде луны. Над кроватью висело узкое прямоугольное полотно в рамке. - Что это? - Лена указала на полотно с непонятными алгебраическими символами на нем. - Теория Янга-Миллса! - буднично ответила Юля, оборачиваясь через плечо. Она поймала на себе растерянный взгляд голубых глаз - Калибровочная теория поля с неабелевой группой калибровочной симметрии. Это, - она указала на уравнение, висевшее у нее на стене - Лагранжиан свободного поля Янга-Миллса! Вот эта F в квадрате — форма напряженности поля Янга-Миллса. Она остается инвариантной при… - Погоди, погоди! - перебила ее Лена, удивленно вскидывая брови и нервно хихикая - Давай сначала разберемся с тем, что значит слово «неабелевый» - Абелева группа… - хихикнула Юля - Названа в честь норвежского математика Нильса Абеля. Если простым языком, то от перестановки мест множителей произведение не меняется. Неабелевая группа это когда наоборот. Какое-нибудь А умноженное на В неравно В умноженному на А… - объяснила Юля, глядя на уравнение у себя на стене. - Отлично… - сглотнула Лена, поражаясь Юлиным знаниям - Теперь объясни мне, что такое Лагар… Алгран… Я даже произнести это не могу… - удивленно выпалила Лена. - Лагранжиан… - произнесла Юля - Функция Лагранжа… Э-э-э… - она почесала макушку, думая, как попроще объяснить это Лене - Этой фигней пользуются в механике, чтобы вычислить движение объекта во времени и пространстве… Не забивай себе голову… - махнула рукой Юля. Лена заметила нотки грусти в ее глазах, осознавая, как одиноко себя чувствовала ее девушка, таская в себе все эти фантастические знания и не имея возможности с кем-то ими поделиться. - Нет, мне интересно! - Лена взяла ее за руку - Расскажи мне? - видимо до этого никто никогда не просил Юлю об этом, потому что она резко повернулась к Лене с детской благодарностью в глазах. Она начала увлеченно рассказывать Лене про квантовую хромодинамику, структурные константы, ковариантные производные. Юля выдала еще примерно с сотню околоматематических терминов, о которых Лена никогда и не слышала, не говоря уже о том, чтобы хоть как-то их понимать. Но она внимательно слушала, потому что это было важно для Юли. - Однажды я докажу Теорию Янга-Миллса! - завороженно пропела Юля, отворачиваясь от плаката с уравнением. Лена в этом не сомневалась. На стене напротив висела карта звездного неба с пометками, написанными Юлиной рукой. - Что это? - Лена указала на металлического человечка в фиолетовых трусах и пару резиновых перчаток рядом. - Только осторожно… - предупредила Юля - Я его еще не закончила… - она аккуратно взяла человечка и поднесла поближе к Лене. Тут и там из него торчали провода и какие-то микросхемы - Познакомься! Это Капитан Стретчи! - она подняла руку робота и Лена осторожно пожала ее двумя пальцами, не переставая хихикать - Я уже три года пытаюсь заставить эту штуку работать! - она пожала плечами и поставила игрушку на место. - Капитан Стретчи?! - засмеялась Лена. - Мы с Викой его так из-за трусов назвали! - Юля рассмеялась, окунаясь в воспоминания о том дне, когда ее сестра притащилась к ней в комнату с детской перчаткой, разрезала ее и сшила Юлиному роботу трусы. «Теперь ему совсем не холодно! — хихикнула тогда Вика — Будем звать его Капитан Стретчи… Из-за стретчевых трусов! — она захохотала и упала на Юлину кровать, наблюдая, как ее сестра делает то, что было не под силу ни одному одиннадцатилетнему ребенку — Однажды ты попадешь в NASA!» — подмигнула Юле девочка с кровати - Вон там… - Юля вернулась в реальность и указала на резиновые перчатки - Там группа сенсоров, которые будут работать от тепла и движения рук, заставляя Капитана двигаться, когда я с ними закончу… - Юля нахмурилась и почесала голову - Пока у меня нифига не получается… Похоже, что где-то в расчетах ошибка… - она указала на тетрадь, которая была полностью исписана непонятными формулами. - У тебя обязательно все получится… - Лена обняла ее за талию - О, я знаю, что это такое! - она указала пальцем на модель солнечной системы у Юли на полке - Systema Solare… - произнесла Лена на латыни - Правда, Юляш, откуда ты все это знаешь? - вместо ответа Юля повернула голову на книжную полку, заставленную энциклопедиями и разными учебниками и методичками по физике и математике. - Пойдем, я тебе Викину комнату покажу? - отозвалась Юля. - Пойдем, конечно! - Лена покрепче обняла ее прежде, чем отпустить. Они вышли из Юлиной комнаты и вошли словно в другую реальность: белая мебель с золотыми ручками, кровать с балдахином, мягкие игрушки на ней, комнатные растения и увешанные плакатами стены. - Добро пожаловать на кладбище… - выдохнула Юля. Лена снова обвила ее талию руками и скользнула под футболку, поглаживая пальцами плоский животик брюнетки. - Можем уйти, если тебе тяжело… - она шепнула Юле на ухо. - Вовсе нет… - Юля покачала головой - Смотри! - она улыбнулась, указав пальцем на размазанную неровную красную линию под самым потолком рядом с окном - Когда мне было пять, а Вике восемь, мы делили эту комнату на двоих… - усмехнулась Юля, откидываясь спиной в объятиях Лены, которая оставила рыжий поцелуй у нее на виске - В моей комнате жил дедушка. Однажды мы с Викой поссорились из-за того, что не хотели жить в одной комнате! - с кухни послышался свист чайника, и они вышли из комнаты и побежали на кухню. Юля разлила по чашкам чай и достала из холодильника молоко и яйца - Ты любишь омлет? - обернулась Юля к сидящей на стуле Лене. Та кивнула. Брюнетка поставила на плиту сковородку, разбила яйца в миску и принялась мешать их с молоком. - Что было дальше? - тихонько спросила Лена, положив руки на горячую чашку с чаем. - А? - повернулась к ней Юля. - Когда вы с Викой поссорились… - напомнила ей Лена. Было в Юлином лице что-то такое — незаметное невооруженным взглядом. Но Лена видела. Знала. Что-то внутри нее все еще было сломано. Некоторые события оставляют в душе такой неизгладимый след, что ни одна молитва не в силах его смыть. - Точно! - засмеялась Юля, выливая яйца на сковородку. Она уменьшила огонь, посыпала омлет тертым сыром и накрыла крышкой. Повернувшись на пятках, она села напротив Лены, взяла ее руку в свою и оставила на ладошке теплый поцелуй - Вика тогда решила разделить комнату пополам. «Какую сторону ты выбираешь? — дипломатично спросила она — Я даю тебе право выбрать!» — я выбрала ту, где стояла моя кровать. К тому же, кроме кровати, там еще и стоял ящик с нашими игрушками и полка с всякими красками и пластилинами… - Юля хмыкнула, продолжая держать Ленину руку и поглядывать на их завтрак - Я ее остановила, когда она захотела подойти к полке с фломастерами. «Это моя половина!» — на моем лице такая победная улыбка сияла, просто вау! «Тогда дай мне красный маркер! — потребовала она, и я подчинилась. Она влезла на стол и потянулась рукой к потолку — Как только мы тут закончим, ты будешь у себя на половине, а я — у себя, все верно?» — покосилась она на меня. Я кивнула. Я желала этой сделки так же сильно, как и она. Я ликовала, ведь мне достались все игрушки! Я была уверена, что Вика первая нарушит границу - Юля встала и снова посмотрела на степень готовности омлета, а затем села обратно на стул, протянула руку и убрала прядь рыжих волос Лене за ухо. Ей нравилось, как менялось выражение Юлиного лица и тон ее голоса, когда она рассказывала эту историю - «Клянешься?! — спросила она. Я кивнула, и мы дали торжественную клятву, сцепив наши мизинцы. Она встала на носочки и провела неровную линию от потолка, через стол, по светло-зеленому ковру на полу, через комод и противоположную стену опять до самого потолка. Потом она спрыгнула с комода и подала мне маркер — Ну вот и все! — ухмыльнулась она — Не забывай, что только обманщицы нарушают клятвы!» — напомнила Вика… - брюнетка встала со стула, выключила газ и разложила омлет по тарелкам, ставя одну перед Леной - Я сидела на полу, демонстративно перебирая все игрушки, которые у нас были, всячески акцентируя внимание на том, что у меня они были, а у Вики нет. Она сидела на своей кровати, обнимая колени и наблюдала за мной, совершенно не реагируя. А потом мама позвала нас ужинать. Тогда Вика хитро улыбнулась мне и вышла через дверь, которая находилась на ее половине… - Лена засмеялась изобретательности Юлиной сестры. Ей бы очень хотелось отмотать время назад и познакомиться с Викой - Я подошла к ковру и поковыряла пальцем красный след. Разумеется мне не хотелось прожить остаток жизни на своей половине комнаты… - Юля закинула в рот кусочек омлета и покатала его языком, остужая. Лена так увлеченно ее слушала, что даже забыла о тарелке перед ней. Засунув огромный кусок омлета в рот, она стала медленно жевать, не обращая внимания на прилипшие к губам крошки расплавленного сыра. Юля пожала плечами и продолжила - Не знаю, сколько прошло времени, когда мама забеспокоилась, почему я не иду к столу. Она встала в дверях, разглядывая линию от потолка до потолка. Затем она закрыла глаза, призывая на помощь все свое терпение, вошла в комнату и взяла меня на руки. Я начала верещать и отбиваться - Юля снова хихикнула и закинула себе в рот еще кусочек омлета - «Нет! — закричала я — Я потом не смогу вернуться!» — Мама поставила меня за ковер и ушла. Через минуту она вернулась с охапкой разных подушек и кухонных полотенец и разложила их в разных местах на Викиной половине комнаты. «Давай же… — мама махнула рукой, поторапливая меня. Я не шелохнулась. Тогда она прошла внутрь и села рядом со мной — Пускай это будет Викин пруд, а это — она указала на полотенца — Мои кувшинки!» — мама встала и прыгнула одной ногой на подушку, а потом перепрыгнула на полотенце. Она обернулась через плечо и смотрела, как я неуклюже прыгала с полотенца на полотенце, потом на салфетку, которую Вика сделала в первом классе. И так я выбралась из комнаты. Это был самый безопасный способ — идти за мамой… - Юля тяжело вздохнула - Когда мы с Викой помирились, мама притащила нам ведра с тряпками и заставила отмывать линию… - расхохоталась Юля - Я помню, это был красный маркер компании «Crayola». А ты знала, что первый мелок компании «Crayola» был цвета «Голубой Барвинок»? - Знала… - тепло усмехнулась Лена - Ты частенько бормочешь во сне все эти дурацкие факты… - веснушчатее лицо расплылось в самой нежной улыбке, способной растопить все ледники мира - А я только вчера поняла, почему… - она поймала на себе полный удивления взгляд Юлиных глаз. Она подняла брови в универсальном жесте «Я жду», неотрывно смотря на Лену - Вчера вечером я обняла твою футболку, пытаясь обнять весь твой образ. Я думала, что смогу проспать до утра. И что все обязательно будет хорошо. Я ворочалась, пытаясь вспомнить всю ту чушь, которую ты бормотала во сне перед тем, как проснуться от кошмара. Чтобы проглотить пищу, лягушки закрывают глаза. «Аргентина манит негра» — это палиндром*. Облака не могут двигаться на юго-запад. Одна космическая секунда равна пятьсот земных лет. Пятьдесят из ста жирафов бисексуалы. Один год на Плутоне — это двести сорок семь и семь земных лет. Знак бесконечности называется «лемниската»… - Лена делала взмахи руками, перечисляя то, чему ее научила спящая Юля - Я прокручивала в голове всю эту ненужную информацию, которую ты носишь с собой, как дети — любимые игрушки. В какой-то момент, повторяя эти факты, я чувствовала себя в безопасности. Почти. Только не понимала почему… - она махнула рыжей головой и сжала Юлину руку - То ли потому, что мне понравилось быть хоть в чем-то уверенной, то ли потому, что это напоминало мне о тебе… - Скелеты акул никогда не находят, потому что они полностью состоят из хрящей и быстро разлагаются… - хихикнула Юля, забрасывая себе в рот остатки омлета. - Ты такая у меня дурацкая, Юляш… - Лена встала со стула, взяла тарелки со стола и убрала их в раковину. Затем вытянула салфетку из салфетницы и вытерла Юлин рот - И такая любимая… - она опустилась перед девочкой на колени и поцеловала ее живот. Юля подергала ее за руку и усадила себе на коленки, обнимая за талию и покрывая плечо поцелуями. «Ногами переступала она океан. Рукой накрывала вселенную, как шлемом. Казался ее голос музыкою сфер…» — всплыла в рыжей голове цитата из какой-то книги. Она закрыла глаза-топазы и откинула голову назад, чувствуя Юлины руки у себя на животе.