Свежий ветер

      Свеча была жиденькой, но её пламени хватало, чтобы осветить убогую, холодную келью. Стены из жёлтого кирпича были покрыты зелёным мхом, а пол устлан прелой соломой, по которой изредка пробегали шустрые мышки. На столе, за которым сидел согнувшийся старый монах, стояла кружка с водой и лежал заплесневелый кусок чёрного хлеба, к которому старик, видимо, давно не прикасался. Изредка поглаживая всклокоченную бороду, мужчина водил воспалёнными от недосыпа красными глазами по строчкам открытой старинной книги и слюнявя пальцы, чтобы перевернуть слипшиеся от времени страницы. Каждые полчаса стражник отпирал кованую решётку, заходил внутрь и тщательно проверял запоры на кандалах узника. Убедившись, что всё в порядке, уходил, закрывал решётку на ключ и монах оставался один на один со своей книгой. «…И придёт дитя нерождённое, чей удел — уничтожить зло. И поставит на нём сам дьявол печать, дабы не смогли силы белые на свободу выйти и запереть легион обратно в ад. Но придёт чужеземец из других миров и сломает печать бесовскую и исполнится предсказание…» — Когда уже эта старая образина сдохнет, — плюхнулся на стул стражник и придвинул к себе кувшин с крепким вином. — Смотри, Ларри. Я бы на твоём месте говорил потише. — опасливо прошептал сидевший напротив напарник. — Вот превратит он тебя в жабу, и будешь на болоте квакать. Вспомни, как он Лысого Пью табуреткой по кумполу приголубил. Тот до сих пор улыбается ходит. — Да имел я и его, и его мамашу через заднее крыльцо, — допив кувшин, пьяно заорал Ларри, — а когда эта древняя плесень отдаст концы — я Богу в церкви толстенную свечку поставлю! Надоело в этом подземелье гнить вместе с этим уродом, чтоб меня демоны взяли! — Молчи, — только и успел прошептать другой, как из стены вылез древний скелет, деловито отряхнулся, подошёл к столу и, понюхав пустой кувшин, шарахнул его об пол. Потом глянул на онемевших собеседников пустыми глазницами, остановил свой взгляд на Ларри и, схватив его за горло костлявыми руками, без особых усилий потащил к ближайшей стене, где они благополучно и скрылись. Вышедший из ступора стражник на полусогнутых ногах подошёл к решётке. Старик также сидел, уткнувшись глазами в книгу, лишь на губах у него играла довольная улыбка… *** Путешествовать по морю можно по разному. Можно купить яхту, заказать девочек в ассортименте, ну или мальчиков — у всякого свой вкус. Ещё, как вариант, купить путёвку на кругосветный лайнер и уже там снять себе подругу среди таких же, как и ты, прожигателей жизни. Орешкину такие варианты показались, видимо, неинтересными, и он, отринув их начисто, решил просто прогуляться пешком по морскому дну. Упав, словно мешок с дерьмом на дно, первым делом парень достал из штанов маленький ножик, которым чистил апельсины и, перерезав верёвку, освободился от груза. Странно, но всплывать он почему-то не торопился, а с изумлением заметил, что дышит под водой. Ещё на Земле он слышал, что подобные опыты проводили и некоторые будто даже успешно, но то, что это коснётся лично его — он и представить себе не мог. Какова была причина сего феномена, помешавшего капитану стать очередным утопленником, он не знал. Единственным вариантом был тот загадочный мальчишка, с кем он уже с месяц делил одну кровать на двоих. И вполне могло быть, что свойство дышать под водой каким-то образом перешло к Валентину от него. Отодвинув ненужные сейчас заморочки в сторону, парень довольно прытко пошагал в сторону открытого моря, попутно восторгаясь открывающейся радужной перспективой. Целая россыпь кораллов приятно радовала глаз по правую руку и мириады радужных рыбок сновали сквозь ветки туда и сюда. Через какое-то время ему попался остов небольшого корабля, и Валька не удержался от соблазна, чтобы его не осмотреть. В принципе, внутри почти всё сгнило, лишь россыпь скелетов, прикованных к остаткам вёсел валялась на песке и говорила о том, что рабов никто не освободил и они утонули. Ржавые доспехи и мушкеты тоже остались без внимания. Тяжеленный ларец с сокровищами, увы, взять не было никакой возможности и Валька хозяйственно припрятал его под каким-то огромным черепашьим панцирем. Неожиданно для себя Валя набрёл на выложенную розовым мрамором старую дорогу. Сверху, конечно, нанесло всякого мусора, но то, что это была именно дорога — сомневаться не приходилось… Город, хоть и полуразрушенный, впечатлял своими размерами. Немногочисленные сохранившиеся здания были в высоту не менее километра и то вряд ли доставали до поверхности. Валька ещё подумал, какая же масса воды сейчас давит на его крохотное тело и почему он ещё жив — большая загадка. Обшаривать развалины Орешкин не стал. Ведь шансы найти там что-нибудь стоящее равнялись почти что нулю, а времени это займет целую кучу, а потому свернул с дорожки и пошёл в обход. Как выяснилось — правильно сделал, потому что из ближайшего пролома вылезла пятиметровая мурена, схватив проплывающего мимо тоже не маленького кальмара и принялась рвать его на куски, а в это время гигантская змея, никак не менее пятнадцати метров, одним глотком отправила в пасть и мурену, и то, что осталось от кальмара. «Всегда найдётся рыба крупней», — очень кстати подумал капитан и осторожно принялся улепётывать подальше от страшного места. Между тем местность стала подниматься вверх, вода посветлела, и обрадованный этому обстоятельству Валентин в который раз отметил новую нестыковку: как он мог что-либо видеть на такой огромной глубине, где, по идее, царит вечная ночь? Но этот вопрос, как и многочисленные прочие пока что остался без ответа. Часа через два парень благополучно выбрался на поверхность, и улёгшись на площадку какого-то утёса, крепко заснул под мерный шепот прибоя и даже не ощутил, как чьи-то руки бережно перенесли его в шлюпку и через десять минут он уже спал в своей каюте, а рядом сопел довольный донельзя Янка… Утро началось со слёз и обнимашек, которые устроил ему мальчик. Можно было даже не умываться, так как лицо у Вали было мокрое от Янкиных слёз. В дальнейшем же, кушая горячую кашу с пирожками и запивая всё это чудесным кофе, он выслушал чудесную историю своего спасения. Когда после шторма капитана нигде не обнаружили, боцман первым делом взял за жопу Глиста и после получаса введения в его анус различных раскалённых предметов он хрустнул, как сухое полено, признавшись, что воспользовался бурей и столкнул капитана за борт. Выдавив из Глиста всю информацию, его, не долго думая, пустили «прогуляться по доске». Не до изысков было и сразу начали искать, но то, что затея эта бессмысленная, поняли уже к обеду. Но опять помог Янка. Правда не сразу. С месяц пиратствовали возле какого-то архипелага с переменным успехом и в одно прекрасное утро мальчик попросил, чтобы его посадили в шлюпку. Просьбу моментально исполнили. И через пару часов поисков вышли точно к той скале, где мирно спал Валентин. — А ещё нам надо на запад, — сказал мальчик и упрямо закусил губу. — Там, куда указывает парень, якорь мне в жопу, находится крепость, и правил в ней один сильно вонючий урод по имени царь Пузо, — степенно начал говорить боцман. — Народишко свой держит в чёрном теле, дружина жалованья не видела года три. Сам же всё время пирует и крестьянок насилует. Выезжает со своими дружками в село и хватает понравившихся, а каждый месяц меняет прискучивший контингент. Но крепость так просто не взять. Стены там толщиной в руку и высотой метров десять. Мост всегда поднят, а наверху лучники в бойницах. Тут хороший отряд нужен, опытный, а у тебя, командир, прости за слова такие, сброд, пороху не нюхавший. Хоть и попадали мы в твоё отсутствие в пару заварушек, но это всё же не то. — Не знаю, что там мальчишке понадобилось. Подозреваю, он и сам про это не знает, но плыть надо. Сколько раз он нас из беды выручал. Думаю, и теперь нужно сделать, как он просит. — Да будет так, капитан.