Шанс на жизнь

Краткие сведения о персонажах. Сотрудники Института Исследования Необъяснимого: Войтех Дворжак — чешский военный пилот и космонавт, главный менеджер института. Экстрасенс, способности которого обусловлены неоперабельной опухолью в голове. На момент событий находится в ссоре со своей любимой, Сашей Рейхерд. Александра Рейхерд — штатный врач института. Скептик. Не любит ложь даже во благо и во спасение. Серьезно обижена на Войтеха, не до конца понимает причины разрыва их отношений. Нурейтдинов Евстахий Велориевич по прозвищу Нев — историк, культуролог, а также маг, практикующий опасную магию Темных Ангелов — сущностей из параллельного мира, делящихся силой с людьми через Печать в форме неправильной пентаграммы. Ангелы стремятся найти Избранника — человека, который выдержит всю мощь их магии. Четверо из пяти Ангелов считали достойным Нева, но он предал пятого, предложившего ему свой дар, и был лишен почти всей мощи. Только главный Ангел, по имени Власть, продолжает считать его достойным и делит с Невом душу. Может при крайней необходимости перехватить контроль над телом. Лиля Сидорова — химик и аналитик, невеста Нева, младше его на двадцать два года. Ранее состояла в Обществе — организации, контролирующей использование непознанного, в том числе магии. Боится, что однажды Нев не справится с личной Тьмой и на первый план выйдет Власть. Другие персонажи: Повилас Варнас (персонаж книги «Город засыпает») — маньяк-убийца, орудовавший на территории Васильевского острова. Одержим некоей сущностью (злобный близнец), которая и заставляла его убивать, не переносит вида крови. Пойман Невом при попытке убить свою помощницу Наташу Краснову, в которую был влюблен. Наташа (Таша) Краснова (персонаж книги «Город засыпает») — бывшая личная помощница Повиласа, давно в него влюблена. Когда Варнас был пойман, стала работать в фирме его приятеля. Молодая, чистая и наивная девушка. _____________________________________________________________________________       Поздний мартовский вечер две тысячи семнадцатого года застал Наташу Краснову на кухне, где она старательно мыла немногочисленную посуду. Сегодня с работы она пришла поздно, задержавшись на праздновании дня рождения сотрудницы, и уже думала, что ужинать не станет, но не получилось. Кусочек пиццы и пара роллов вполне сошли за перекус, до полноценного ужина им было далеко, поэтому есть хотелось совершенно неприлично, и Таша решила уступить собственному организму. Обычно вечером она не наедалась, а сегодня понимала, что иначе просто не уснёт.       Поэтому, перекусив и успокоившись, она почувствовала приступ хозяйственного вдохновения и решила убраться на кухне. Уборка прекрасно заняла руки и позволила успокоить слегка зудевшую совесть, но освободила голову, и Таша погрузилась в свои обычные мысли, непроизвольно возвращаясь в них к одному человеку.       Почти три года назад её вроде бы устоявшаяся жизнь круто изменилась. Непосредственный начальник и человек, в которого она была влюблена на протяжении четырёх лет, оказался совсем не тем, кем казался. Нет, умом она, конечно, понимала, что Повилас Варнас — убийца, маньяк, названный Василеостровским Потрошителем, на совести которого несколько человеческих жизней. Но глупому женскому сердцу не прикажешь, и за три года любовь в нём так и не умерла.       После того, как Повилас, повинуясь магии проклятой колоды, попытался её убить и благодаря этому был пойман, он всё же постарался сделать для неё всё, что мог. Его адвокат организовал, что её взяли секретарём в крупную фирму, где директором был старый знакомый Повиласа, и выплатили некоторую сумму из активов ликвидируемой фирмы Варнаса. Денег хватило на годовую аренду крошечной, но отдельной квартиры в Петергофе, и покупку подержанной, но неплохо работающей машины. А потом в дело вступили Наташины бережливость и навыки планирования бюджета. Несмотря на не самую большую зарплату, она продолжала оплачивать квартиру и содержать машину. А так как работала она хорошо, то довольное руководство не скупилось на премии, благодаря которым она могла себе позволить что-то, выходящее за рамки строжайшей экономии.       Вот и сейчас, отмывая сковороду, Таша думала о Повиласе. В тот день, что они провели вместе, она всей душой поверила в планы, которые они строили. И до сих пор сердце отзывалось глухой болью на эти мысли. Ну почему жизнь так несправедлива? И почему у неё такое ужасное для простого обывателя чувство юмора?       Почему? Почему именно Повилас оказался маньяком? И почему именно тогда, когда она почти поверила в его чувства к ней? В новую жизнь, которую он ей пообещал? И почему она не поняла раньше, что он болен?       Благодаря следователю Дементьеву, который вёл дело семьи Клениных, Таше удалось попасть на суд над Повиласом. Он ничего не отрицал, не просил понять и простить, не обещал больше не убивать. Честно и открыто он говорил о том, что не может противиться голосу, иногда появляющемуся в его голове. Злобный «близнец» требовал крови и мучений. И Варнас давал ему это. Против своей воли. Он как будто терял возможность управлять собственным телом, и его личность оказывалась подавленной. А потом приходил в себя и с ужасом видел последствия.       Разумеется, после таких заявлений его отправили на освидетельствование в психиатрическую лечебницу, откуда он уже не вышел. Раз в полгода клиника менялась, как того требовали протоколы содержания подобных больных. После увольнения Дементьева Таша потеряла возможность отслеживать перемещения. И жалела об этом. Ей казалось, что Повиласу было бы важно и сейчас получить весточку от человека, который не считает его монстром априори. Как жаль…       Внезапно в дверь постучали, довольно тихо и неуверенно. Таша с удивлением посмотрела на часы. Почти половина двенадцатого. Ни в такое время, да, в общем, ни в любое другое, она никого не ждала. И решила не открывать. Мало ли кто это. После поимки Повиласа преступления в Санкт-Петербурге и пригородах не прекратились полностью, на свободе осталось множество преступников.       Стук повторился, ещё более тихий. Как будто человек был уверен, что она спит, но всё же решил попытать счастья ещё раз. И что, это тихое царапанье на всю ночь? Может, просто сын соседки сверху перепутал этажи по пьяной лавочке? Надо открыть и направить юного борца с зелёным змием домой.       Наташа подошла к двери и, распахнув её, застыла как вкопанная.       — Привет, — с робкой улыбкой сказал стоящий на пороге мужчина. Он сильно похудел и осунулся, но был вполне узнаваем. — Впустишь меня? Я тебе всё объясню, обещаю. И не бойся. Я здоров.

***

      Телефон бывшего следователя, а ныне менеджера проекта Института исследования необъяснимого Владимира Петровича Дементьева зазвонил в пять утра. С трудом разлепив один глаз и матерно чертыхаясь, он шарил рукой по тумбочке, уверенный почему-то, что звонит Дворжак, и готовый высказать этой иностранной скотине всё, что мозг способен сгенерировать в такую несусветную рань. Однако на экране светился незнакомый номер, и с нецензурными высказываниями пришлось повременить.       — Дементьев, — буркнул он в трубку, свободной рукой потирая глаза.       — Здравствуйте, Владимир Петрович, — прозвучал на том конце провода женский голос, напряжённый и смутно знакомый. — Это Наталья Краснова. Вы меня помните?       Не то чтобы Дементьев считал себя увлекающимся человеком, а сейчас, после знакомства с Ольгой-Мариной, и вообще не обращающий внимание на других женщин, но это имя он помнил очень хорошо. В своё время даже жалел, что не воспользовался ситуацией и не стал развивать увлечение. Потом как-то отошло на задний план, появились другие дела и заботы, но Наташу он не забыл. И если она звонит ему в такое время, то у неё явно что-то произошло.       — Да, Таша, я вас помню, — отозвался он, садясь на кровати и усилием воли стряхивая остатки сна. — Что случилось? Вы в опасности?       — Нет. Не знаю, — определённо, она чувствовала себя странно и растерянно. — Дело в том… Владимир Петрович, Повилас сбежал из больницы и сейчас у меня.       — Что?!       — Нет, подождите. Он утверждает, что здоров. И хочет изменить свою жизнь. Поэтому ушёл из больницы. Простите, я сама запуталась и путаю вас… Но мне действительно не к кому обратиться. Мне не страшно за себя. Я боюсь за него. Его будут искать. И если найдут… Пожалуйста, Владимир Петрович!       — Так, Наташа, давайте по порядку. Повилас Варнас сейчас у вас в квартире и утверждает, что здоров?       — Да.       — Таааак, — Дементьев потряс головой в тщетной попытке заставить себя мыслить трезво, но на язык просились только невысказанные эпитеты и метафоры, хотя изначальный адресат был не при чём. — Говорите адрес. Я сейчас приеду. А до этого постарайтесь не оставаться с ним в одной комнате, он может попытаться закончить начатое. И уберите подальше ножи, бритвы и вообще все подобные предметы.       — Владимир Петрович, — голос Наташи был ещё растерянным, но в нём уже слышались нотки радости, — в этом нет необходимости. Мы разговаривали почти всю ночь. И Повилас не причинил мне никакого вреда. Он полностью себя контролирует. Вы поможете нам?       — Таша, — устало сказал Дементьев, — я сейчас приеду и поговорим. Называйте адрес.       Утро Войтеха тоже началось с телефонного звонка. Он молча выслушал Дементьева и дал разрешение на то, что тот приведёт с собой двоих на утреннее совещание. Объяснений не последовало, бывший следователь коротко поблагодарил и сбросил вызов. Дворжак пожал плечами и вернулся к прерванной пробежке, надеясь, что привычные действия скрасят не очень хорошее утро.