Шанс на жизнь

Начало дня не задалось у всех сотрудников Института. Дементьев незаметно рассматривал друзей и думал, что если наступает сложный период, то почему-то у всех сразу.       Нев и Лиля сидели рядом и тревожно переглядывались. Из всех присутствующих гостей Дементьева мог узнать только Нев, видевший обоих, и, видимо, он уже успел поделиться сведениями со своей девушкой.       Саша медитировала, глядя в чашку с кофе. Они с Войтехом до сих пор были в ссоре, и все с нетерпением ждали, когда же это закончится. Иван даже пытался открыть что-то вроде подпольного тотализатора и делать ставки, кто и когда сделает первый шаг, но после короткого разговора с Невом, которого уважал и, чего греха таить, побаивался, эту тему больше не поднимал. Вот и сейчас Ваня сидел, покачиваясь на стуле, но мыслями явно находился где-то далеко. Да и Костя был тих и задумчив, изучая взглядом ему одному видимую точку на столе.       Из коридора послышался стук каблуков, и в конференц-зал вошла Анна. Она выглядела, как всегда, прекрасно, но уставший взгляд давал возможность принять и её в клуб тех, чьё утро не задалось.       Она опустилась на своё место и кивнула Владимиру Петровичу, давая понять, что все готовы его выслушать.       Дементьев коротко, но довольно подробно описал дело семьи Клениных и расследование по делу о Василеостровском Потрошителе. Кто-то уже знал обо всём этом, но повторить было не лишним.       — И Повилас Варнас, иначе Василеостровский Потрошитель, сейчас сидит в приёмной. Вчера он сбежал из психиатрической лечебницы, где находился последние четыре месяца, и как-то добрался до квартиры своей бывшей помощницы Натальи Красновой. Он хочет начать новую жизнь. И надеется, что мы сможем ему в этом помочь.       — Хорошо, — хмуро сказал Войтех, — давайте его выслушаем. Не каждый раз приходится делать такое…       — Я не понимаю, — вдруг подняла голову Саша. — Вы хотите сказать, что мы будем помогать уйти от ответственности маньяку, убийце, на счету которого множество человеческих жизней?       — Саша, — примирительно сказал Дворжак, стараясь, всё же, не встречаться с ней взглядом, — пока что мы его только выслушаем. Ради этого разговора он бежал из клиники, понимая, что шансов у него крайне мало. На любом этапе он мог оказаться в полиции. Но её не вызвали ни Наташа, ни Володя. И мы пока что погодим. Хорошо?       Саша нехотя кивнула. Лично она согласна была потерпеть присутствие Варнаса ровно столько, сколько требуется на звонок Павлу Серёгину, бывшему сотруднику Володи Дементьева, и до его приезда. Но любопытство других было понятно, да и ей самой в глубине души было интересно, о чем хочет с ними поговорить этот человек.       Вошедшие Повилас и Таша заняли небольшой диванчик, к которому повернулись все присутствующие.       — Господин Варнас, мы готовы вас выслушать. Но обещать ничего не можем. Вы должны понять…       — Я понимаю, — взволнованно перебил Войтеха Повилас. — Я благодарен и за такую возможность. По правде сказать, я ожидал, что в любой момент здесь будет полиция и санитары из клиники. Но, видимо, мне повезло. Даже если после разговора вы решите отправить меня туда, откуда я пришёл, я пойму.       — Вы сказали Владимиру Петровичу, что хотите начать новую жизнь. Что вы под этим подразумеваете? И почему именно сейчас?       — И как вам удалось бежать из психиатрической клиники? — дополнила Анну не сдержавшая любопытства Саша. — Я видела помещенных туда людей… Вы не похожи на того, кто жил на лекарствах.       — Меня не лечили, — открыто улыбнулся Повилас. — По крайней мере, не давали сильные психотропы и подавители. Большую часть времени я мог себя контролировать. А когда чувствовал приближение приступа, сам требовал лекарства. Но однажды меня «накрыло» ночью, резко и внезапно. Мы с «близнецом» смогли поговорить. Не в общепринятом понимании, конечно, но смогли. Он больше во мне не заинтересован. Либо я до конца своих дней буду находиться в лечебницах и не смогу удовлетворять его потребности в крови, либо я избавлюсь от него и выйду, но его уже не будет. Он решил уйти сам. Точнее, заснуть на время. И дать мне возможность выйти и убить его без мучений и вреда для моего здоровья. Я сейчас объясню, как именно. Но это даёт мне право всё изменить. И помочь тем, кто пострадал. Помочь не тем, что я нахожусь в закрытой снаружи палате. Я долго думал. У меня есть средства. Всё же я был бизнесменом, и некоторую часть доходов скрыл. Теперь я смогу воспользоваться этими деньгами. Уеду в Вильнюс. Мы уедем. Как и планировали. Я открою фирму. И часть денег анонимно буду перечислять на имя родственников погибших. Человека не вернуть. Но материально помочь тем, кто пострадал, я в силах. Всё это станет возможным, если сделать паспорт на другое имя. Я стану другим человеком. Нормальным человеком. И вот в этом я прошу вас мне помочь. И проверить, точно ли я избавился от моей второй личности. Если это не так, то изоляция будет лучшим выходом, я никогда не подвергну опасности Ташу.       — Мы не психиатры, — покачала головой Саша. — Реаниматолог и диагност не могут оценивать психическое здоровье.       — Вообще-то, я рассчитывал на другого человека. Я помню, как меня схватили. Это ведь были вы? — Варнас посмотрел на Нева. — Вы не касались меня, но я не мог двигаться. Это вы сделали? Вы ведь колдун, правильно?       — Я предпочитаю — маг, — мягко поправил Нев и скорее почувствовал, чем услышал, как рядом вздрогнула Лиля — ей не нравилось ни одно определение.       — Это не столь важно. Возможно, у меня есть, что предложить именно вам. Понимаете, — Повилас обвёл взглядом всех присутствующих, — я хотел бы заплатить вам за помощь. Но сейчас предлагать этого не стану. Я понимаю, что вы не будете помогать убийце за деньги. Потом, когда я стану обычным гражданином, возможно, но говорить об этом рано. Когда я понял, что среди вас есть колдун, или, простите, маг, я кое-что вспомнил. Конечно, это из области неподтверждённых фантазий, но уж очень всё серьёзно выглядело.       — Что вы имеете в виду?       — Когда я был маленьким, меня часто оставляли с бабушкой. Она — удивительный человек. Была... Много знала, ещё больше понимала. И очень любила рассказывать разные мифы и легенды. В ней смешалось много кровей: эстонские и литовские с одной стороны, а русские и татарские — с другой. Она родилась в Крыму, в маленькой деревеньке, недалеко от города Саки. И с детства слушала рассказы и предания, потом уже в старости пересказывая их мне. Одной из часто повторяющихся была легенда об озере Сасык-Сиваш.       — Об аналоге Мертвого моря в Крыму? — удивлённо переспросил Нев.       — Такой вопрос уже однажды возникал, — улыбнулся Войтех. — Есть ли что-то, чего ты не знаешь?       — Конечно, есть. У меня и оттуда был студент. Правда, он из Евпатории, соседнего города. Но меня заинтересовало, что он рассказывал о лечебных грязях, которые добывают на этом озере. В Евпатории имеется своё лечебное озеро, Мойнаки, но оно почти истощено. А вот Сасык-Сиваш, или, в переводе, Зловонная грязь, ещё славится своими целебными свойствами. Также там добывают розовую соль, которую используют в косметологии. И цветом воды оно уникально, она розовая.       — Вот это познания, — не удержался Ваня и получил в награду за сарказм недовольные взгляды.       — Да, озеро целебное, — снова включился в разговор Повилас. — Бытует множество легенд, что там восстанавливалось здоровье и людей, и животных. Но в крохотных деревнях существует поверье, что под озером есть пустоты, почти катакомбы, и именно там хранится Здравый Свиток, манускрипт, где записаны лечебные заклинания на неизвестном языке. И прочитать его сможет лишь тот, кто отдал себя Тьме для того, чтобы совершать добро. И достоин того, чтобы стать равным Богу на земле.       Тут уже вздрогнула Саша, глядя на самого старшего из команды. Уж очень сказанное Варнасом подходило ему…       — Нев…       — Не думаю, что мне откроется сила лечебных заклинаний, — ровно проговорил тот, ни на кого не глядя. — Меня считали достойным все пятеро Ангелов. Но я отказался от чести стать Избранником.       Лиля шумно выдохнула. Она ненавидела все упоминания об этом кошмаре.       — Но проверить-то можно? — воодушевился Ваня. — Иногда так не хватает того, чтоб раз — и здоров…       Войтех недовольно посмотрел на Сидорова. Похоже, этот отличный хакер и самая большая заноза в жизни Дворжака никогда не научится сначала думать, а потом держать язык за зубами.       — И как это проверить? — не менее недовольно спросила Лиля. Вот ей совсем не хотелось, чтобы эксперименты Нева вышли на новый уровень. Хватит и того, что один Тёмный Ангел до сих пор считал его достойным своей силы. И, как назло, это был главный Ангел, по имени Власть.       — Я знаю, что можно попасть вниз, под озеро. Я был ещё маленьким, когда мы с бабушкой ездили на её родину. Там я оказался в компании ребят. Мы лазили по округе и нашли старый канал, в стене которого была дыра, а за ней — старый ход, похожий на катакомбы. Думаю, что проход не один. И по этим подземным коридорам можно попасть туда, куда нужно.       — Только нужно ли туда попадать, — негромко озвучил Долгов мысль, пришедшую в голову многим из присутствующих на этом странном совещании.       — Нужно хотя бы проверить, — решительно сказал Войтех, переглянувшись с Дементьевым. — Думаю, пары дней нам хватит, пока нет никаких срочных дел. Заодно и подумаем, что мы сможем для вас сделать, господин Варнас. Но вы говорили что-то об избавлении от второй сущности.       — Да, конечно. Следует упомянуть, что Здравый Свиток, по легенде, способен излечить только негативные стороны болезни, оставив положительные…       — Это как? — искренне удивилась Саша, не понимая в принципе сочетания таких слов.       — Ты помнишь, как в начале двадцатого века лечили сифилис? — вдруг улыбнулся Костя Долгов, немного оживая. — Больного сифилисом заражали малярией. Как оказалось, малярия буквально «выжигает» в организме бледную трепонему — возбудитель сифилиса. Итог — человек вылечивается от сифилиса, но остаётся болен малярией, что воспринимается как позитивное изменение — смертность от неё была существенно ниже. Так что шансы на выживание становились больше.       — Так себе примерчик, — строптиво пробормотала Саша.       — Но, тем не менее, суть мы поняли, — проговорил Войтех, в голове которого теснилась туча мыслей: это был невероятный шанс избавиться от опухоли, сохранив экстрасенсорные способности. — Господин Варнас, вы хотите, чтобы и вас излечили, я правильно понял?       — Да! Если только Здравый Свиток покорится магу, то я попрошу об исцелении. «Соседство» с чужой сущностью дало мне многое, сформировало меня как личность, и я хотел бы это сохранить. Но от самого «близнеца» я должен избавиться. Чтобы больше никогда не убивать. И получить шанс жить нормальной жизнью, — Повилас искоса посмотрел на Наташу, давая понять, что для него включает это понятие.       — Понятно. Нев, что скажешь ты?       — Давайте сначала доберёмся до Свитка, если он не плод фантазии окрестных жителей, — ворчливо сказал штатный маг института. В его мыслях тоже мелькали соблазнительные картинки: он мог бы немного помолодеть. Это было его единственной несбыточной мечтой, тем, чего не могла дать магия Тёмных Ангелов. Он всегда помнил о разнице в возрасте со своей невестой и хотел бы быть старше её менее, чем на двадцать два года.       — Тогда вылетаем вечером, если Лидия сможет заказать билеты. Полечу я, Нев, Лиля, — Дворжак незаметно улыбнулся — уж Лиля точно не останется в стороне. — Иван, соберёшь нам оборудование, чтобы передвигаться по подземельям. Не думаю, что оно сильно отличается от экипировки путешественника по пещерам. Повилас, вы с нами. Покажете всё на месте.       — Я тоже полечу, — сказала Таша, до сих пор не проронившая ни слова, но отчаянно цепляющаяся за руку Варнаса. — Я не буду мешать…       — И я полечу, — твёрдо сказала Саша. — Врач вам точно понадобится.       — Хорошо, — кивнул Дворжак. — Так и сделаем.       — Войтех, ты не забыл, что у Повиласа нет паспорта? — вдруг спросила Анна. Все замерли. Неужели от поездки придётся отказаться? Или лететь без хоть что-то знающего проводника?       — Почти, — протянул Дворжак. Он лихорадочно соображал, что можно сделать в такой ситуации, и, кажется, начал придумывать план. — Костя, он полетит по твоему паспорту. Мы ненадолго, ты уж несколько дней постарайся обойтись без удостоверения личности. Или, по крайней мере, воспользуешься заграничным.       — Ты с ума сошёл? — Долгов едва удержался, чтобы не покрутить пальцем у виска.       — А Войта прав, — вдруг улыбнулась Лиля. — Вы примерно одного возраста, комплекции, да и внешне слегка похожи. Осталось найти Повиласу такой же щёгольский костюм и побрить. Остальное сойдёт за обычные жизненные изменения.       — Ну вас, — мрачно посмотрел на улыбающихся коллег Константин. Все знали, как он трепетно относится к вещам. — Ладно. Но одежду я свою не дам…       — В этом нет нужды, — заверил Войтех. — Возьмем деньги из фонда. На комплект одежды и необходимый минимум вещей. Таша, вы поможете с выбором?       — Конечно!       Ваня, глядя на шестерых добровольцев, хотел съехидничать, что каждой твари — по паре, но вовремя удержался: Нева, без крайней на то надобности, он старался не задевать. Иди знай, что придёт в голову магу. Ещё действительно проклянёт так, что онемеешь…       Анна же смотрела на четверых добровольцев со смешанными чувствами. Ни ей, ни другим сотрудникам Института пояснять ничего не требовалось.       Мотивы Войтеха всем были понятны — мало кто мечтал вылечиться так сильно, как он. Пусть даже выздоровление означало потерю экстрасенсорных способностей, но такой великолепный шанс упустить точно не мог. Традиционный путь избавления от опухоли в голове был не для него — врачи почти не давали шансов, во время операции он мог умереть, или хуже того, остаться инвалидом. Это пугало, поэтому Войтех и не спешил ложиться под скальпель. А вот избавиться от своей проблемы без оперативного вмешательства и связанных с ним рисков — хотел. Поэтому и согласился проверить подземелья.       О Неве и говорить не стоило. Он столько раз сокрушённо уточнял, что «магия Ангелов лечить не способна», что эти слова набили мозоль на языке. Если у них в Институте появится ещё и штатный лекарь, все от этого только выиграют. Иди знай, что их ждёт. А медицина часто бывает бессильна.       Лиля была не в восторге от обретения почти мужем новых способностей, но понимала, что он хочет и обязан попробовать. И свою поддержку она должна была ему подарить.       Саша поняла течение мыслей Войтеха и его надежды, поэтому оставлять его и остальных без помощи врача не собиралась. Если всё получится и Войта избавится от опухоли, кто знает, не потребуется ли помощь именно реаниматолога. Да и вообще, лазить по неизвестным подземельям — занятие, уж точно не придающее здоровья.