Ночь, которую ты запомнишь навсегда

Мда, а теперь представьте эту картину: Джордж, весь красный, словно помидор, в спешке пытается заказать такси, и Дрим, всем своим видом давая понять, что если кто и подойдёт к ним, то живым не вернётся уж точно. Где-то в переулке громко разговаривала банда не самых трезвых личностей, что было хорошо слышно Клэю за годы, проведённые в подобных районах. Прятаться в подворотнях, увиливая от подобных личностей — одно из достоинств парня.  — Я бы хотел посмотреть город, тем более ночью. Не составишь мне компанию? — прервав тишину, Девидсон выдохнул. Почему бы и нет? Ночные прогулки тот любил устраивать, а так он и город покажет и дух переведёт.  — Конечно, тут недалеко центр, там довольно красиво по вечерам. Особенно, если идёшь не один, — глянув на друга, шатен кивнул в сторону дорожки, которая вела на встречу приключениям, а в какое место — это уже остаётся только гадать. Клэй смотрел лишь на собеседника, который, в свою очередь, говорил об очередной Инди группе, творчество которой тот приобрёл в своём любимом магазинчике. О странном увлечении Джорджа к пластинкам Дрим узнал спустя пару дней их общения, когда в очередном голосовом на заднем фоне играли «Artic Monkeys». Шатен часто закупался пластинками на всяких барахолках, у коллекционеров или знакомых родителей, что увлекались в былые времена музыкой. Откуда у него пошло это странное увлечение, парню оставалось лишь гадать, а также плакать, из-за потраченных денег на музыку, но мозгу не прикажешь. Так у него и собралась неплохая коллекция из разносортной музыки, начиная с классики и заканчивая какими-то зарубежными группами, тексты которых приходилось гуглить, чтобы понять хотя бы что-то.  — Джордж, ты знал, что тебе очень идёт кофейный? — как бы невзначай, Дрим наклонил голову в сторону друга.  — Коф… чего? Клэй, я тебя на этот букет посажу, если ты ещё раз заикнёшься про цвета, идиот, — скрестив руки на груди, Девидсон смотрел на блондина самым ненавистным взглядом, который мог из себя выдавить.  — Ха-ха-ха, малыш, да я был бы и не против, — доставая что-то из сумки, Клэй исподлобья смотрел на собеседника, который, в свою очередь, собирался уже куда-то уйти, кинув на произвол судьбы своего товарища. Дрим повязал на шею парня шарф. Тёплый большой шарф в клетку. Если сказать, что Джордж был в ступоре, это ничего не сказать. Блондин укутал друга в него, как мать укутывает пятилетнего ребёнка в детский сад, закутывая его, словно снеговика. Масочник искренне улыбался, глядя на друга, поправляя шарф, а тараканы в голове Девидсона медленно перебирали лапками.  — Ну и какого же он цвета? — пытаясь скрыть смущение, шатен заправил концы подарка в куртку.  — Кофейного, ха-ха, — взяв ручку чемодана, Клэй ушёл вперёд, чуть ли не убегая от друга.  — Эй, стой! Стой, я говорю, — ускоряя шаг, Джордж размеренно пустился в бег, вытягивая руки вперёд, чтобы дотянуться до сбежавшего.  — А ты догони, малыш, или что, ножки короткие? — Дрим был быстрее Джорджа, это было и логично, но явно обладал меньшей концентрацией внимания в обычной жизни, раз уж умудрился споткнуться о какую-то яму на мосту, отчего полетел вперёд головой, а вместе с ним и Джордж, не успевший схватиться за перила. Видимо, судьба матушка пересмотрела мелодрам, а иначе не объяснить, почему весь вечер шёл как дешевый сериал, не хватало только любовного треугольника и главной героини-провинциалки, что приехала в столицу искать счастье. Вот так и получилось, что Джордж, лежащий на друге, примял свой же подарок в виде букета, из-за чего стало больно. Где-то далеко, в глубине души, было неописуемо больно осознавать тот факт, что ты сам же смял свой подарок. Идеально, Девидсон, просто шикарно. Шатен поспешно встал, помогая блондину совершить то же:  — Я думаю, что нам всё же лучше заказать такси, а то такими темпами я тебя из вечного царства морфея не достану.  — Да не ссы ты, всё будет нормально, — опираясь на перила, Дрим в последнюю секунду схватил багаж, который чуть не выехал на проезжую часть.  — Я заказываю такси, — тяжело вздохнув, Джордж прикрыл глаза. На то сказывалась общая усталость, недосып да стресс, пришедший в жизнь парня не так давно.

***

Нужно ли что-то говорить, когда на вызов Девидсона приехал тот же самый водитель, который его отвозил в аэропорт? Эта история приобретала явный оттенок стёба, причём полного. Шофёр подглядывал на парней, на примятый букет, на саму фигуру Клэя, который смотрел всю поездку куда-то вперёд. Ну, если не поговорить, то хотя бы поспать можно, ведь так? Так или нет, это уже дело десятое, так как шатен, сам того не заметив, мирно заснул на плече друга, позабыв о всех мерах приличия и другого барахла, чем люди привыкли усложнять жизнь. Дрим, не особо привыкший к тактильности от других людей и прочей ерунды, поначалу хотел «сбросить» друга, но вспомнив о вечном недосыпе того, сжалился, позволив ему продолжить свой мирный сон. Телефон разрывался от звонков Ника, но об этом Клэй быстро позабыл, понимая, что сейчас он едет к Джорджу, в его квартиру, и ночью друг точно не отправит его в отель. Ангел и демон — разум и здравый смысл — помахали тому ручками, так как второй был убит пару лет назад, а первый в вечном запое, да в таком, что от него даже внятной речи ждать не стоило. Поэтому Сапнап всё это время был рядом, он был разумом блондина, а сам парень генераторном идей, их исполнителем, а также «идеальным злодеем», каким сам себя и кличил. Так что в данный момент Сап бы отлично помог, врезав другу, чтобы мозги опять начали работать, но тот летит уже на другой конец Земного шара, так что проблемы сами собой нашлись. Джордж тихо посапывал на его груди, отчего становилось двояко. С одной стороны, Дрим достаточное количество времени не находился с ещё «живыми» людьми, не повернутыми на «мировых заговорах» и круассанах, а с другой — может ли он доверять парню? Ну что за бред! Конечно, может, они общаются уже второй год, блондин знает про него всё, буквально всё. Джордж не смог бы что-то спрятать от него. Не подумайте, Клэй не сталкер или маньяк, он лишь беспокоился о себе, а в последствии — и своём друге. Да. Всё было так. Таксист остановился у дома шатена, в то время как хозяин квартиры еле раскрыл глаза, приподнимаясь с друга.  — Доброе утро, малыш, — наклонившись на уровень глаз друга, блондин прошептал тому на ухо, дабы шофёр хотя бы сейчас перестал пялиться на них во все глаза. Джорджу понадобилось несколько секунд, чтобы понять, где он, с кем он и не везут ли его за лесополосу, чтобы припомнить все грехи, что когда-либо совершил парень. А когда мозг вновь начал работу, лицо залилось краской, а руки подкосились, из-за положения парня. Тот буквально лежал на груди друга, обнимая руку того. Стало стыдно. Шатен быстро покинул салон, дабы привести дух, а также разум в покой. Масочник кивнул шофёру и, закрыв дверь, после тихо подошёл к другу:  — Куда теперь, гугл карты? — толкая того в спину, Клэй прошёл вперёд. Пошёл снег. Первый снег. Снег в конце ноября, что было ожидаемо, но и в тот же момент так необычно, даже сказочно. Первые снежинки упали Дриму на нос, моментально тая из-за тепла тела того. Джордж мог на это смотреть вечно, как друг достаёт сигарету, открывает зажигалку (подаренную Ником на совершеннолетие), вдыхает злосчастный наркотик в легкие, после выдыхая пары куда-то в небо, куда-то высоко. Девидсон смотрел на его пальцы, губы, на эти движения. Дрим рассказывал, что курил с подросткового возраста, бросал, когда занимался спортом, а из-за нервов старая привычка опять давала о себе знать. Курил он лишь жёсткие сигареты, забывая напрочь о здоровье и вреде никотина.  — На что засмотрелся, малыш, — поняв, что его раскрыли, шатен поправил шарф, смотря куда-то вниз.  — Дай, — посмотрев исподлобья на друга, парень протянул руку.  — А тебе не рано ли курить? — доставая новую «убийцу», Дрим усмехнулся. Этот смех отразился в ушах парня, такой приятный, такой необычный и завораживающий.  — Ой, ну прости, папочка, что я слишком много себе позволяю, — затянувшись, Джордж моментально пожалел о совершенной просьбе. Никотин проник максимально глубоко, от чего вызвал слёзы на глазах и кашель.  — А я говорил, что рано, — положив руку на плечо другу, Масочник склонил голову.  — А я говорил, дай свою, — шмыгнув носом, шатен дернул плечом, «стряхивая» руку друга.  — Обиженку будешь строить?  — А может, и буду, тебе какая разница? — потушив сигарету, Джордж выкинул окурок в ведро, находящееся рядом с лавкой, у которой пара и стояла. Ох, как Девидсон пожалел о своих словах. Дрим подхватил его сзади и, положив себе на плечо, побежал в сторону деревьев.  — Клэй, отпусти! Клэй, блять, идиот, отпусти! — стуча парня по спине, Джордж даже не знал, смеяться ему или плакать. С одной стороны, сейчас Масочник может лишь кинуть того на асфальт, что будет больно, но, наверное, терпимо. Проверять это не хотелось, но с другой стороны, что этому идиоту может ещё прийти в голову? Этого уже даже сам Клэй не знал, потому и остановился, когда от дома было метров десять.  — Ты… Ты, блять… блять, — пытаясь отдышаться, Джордж отошёл чуть назад от друга.  — Ха… а ты знал, что очень легкий, — мотнув головой, дабы убрать волосы с лица, блондин смотрел прямо в глаза друга.  — Идиот, — возвращаясь к точке прибытия, Джордж опустил голову. Что с ним, блять, происходит, даже самому богу не известно. (Хотя если бог — Дрим, то общая картина пиздеца удваивается)

***

Пока на кухне кипятился чайник для чая, а в гостиной играла очередная пластинка, Дрим смотрел на друга, сидя в кресле. Джордж носился по квартире, доставая все блюда, что заготавливал для приезда.  — Ты романтический ужин нам сделать хотел, что ли, малыш? — подойдя к парню со спины, Клэй позабыв о личном пространстве того, бесцеремонно трогал шею друга. Спасибо, что не ниже, ведь уже этого хватило шатену, чтобы окаменеть.  — Ты руки мыл? — скидывая фартук, который никогда не помогал спастись от муки и прочей кухонной дребедени, Джордж понадеялся разбавить обстановку.  — Малыш, так ты и не ответил на мой вопрос, — оперевшись о стену, блондин подпёр её своей фигурой.  — За стол садись, Википедия сраная, — разливая горячий напиток по чашкам, шатен ушёл от разговора. Он делал так всегда, когда стеснялся, либо чувствовал себя некомфортно. Джордж наделся, что тот «мачо» был лишь в переписках, но на это оставалось лишь надеяться, ведь в реальности Клэй был более тактильным и требовательным, чем по переписке. Он замечал любое изменение в позе друга или даже интонации. Чертов психолог, ебись ты конем. Масочник лишь смотрел на шатена, медленно потребляя пищу. В глубине души он чувствовал себя как зверь в клетке, отчего пытался разбавить обстановку всякими шутками, фактами про львов, а также похвалой о готовке друга.  — Тебе некомфортно, да? — выдохнув, шатен посмотрел на Клэя. — Я знаю тебя слишком хорошо, чтобы не замечать, когда тебе нормально, а когда ты будто под микроскопом. Клэй, это из-за меня? — смотря прямо другу в глаза, Девидсон склонил голову.  — Нет, что ты! Не подумай, просто, это так необычно, видеть тебя тут, сидеть в твоей квартире, слушать эту музыку вживую, а не по интернету. В общем, я под впечатлением, — это был словно глоток свежего воздуха, который расправил легкие. Хозяин квартиры ласково улыбнулся, услышав такое, ему было приятно, что его самому близкому человеку уютно и комфортно рядом с ним. Но ничего не может быть идеально, включая и этот вечер. Поэтому Карл, решивший сделать поздний звонок, тоже стал этим «исключением». Такие разговоры для парня были редкостью, ведь они обозначали лишь две новости: либо умер любимый персонаж игры или сериала, либо завтра выходной, поэтому, дорогой соседушка, ты будешь моим развлечением на вечер. Джордж нехотя посмотрел на экран телефона и немного помедлил.  — Не хочешь отвечать? — склонив голову, словно ворон, гость выстукивал ритм песни по столу, что было его раздражающей привычкой, о которой уже продолжительное время знал Девидсон.  — Придётся, иначе он явится сюда собственной персоной, и мой сон накроется медным тазом, — тяжело выдохнув, шатен взял трубку. Не подумайте, Карл был его близким другом, но порой его присутствие достаточно раздражало, ведь Джордж был не особо разговорчивым человеком. Вопреки любви к одиночеству, он ненавидел оставаться наедине со своими мыслями, от того у него и имелась эта коллекция пластинок (а ещё ментальных проблем, но о них парень предпочитал забывать, ссылаясь на тот факт, что жив, и ладно).  — Да? — вставая из-за стола, хозяин квартиры ушёл куда-то в коридор. Дрим, ты остался один, не совсем, но один. Он уже давно следил за другом, во благо безопасности того, конечно же и никак иначе, но чтобы сидеть в этой квартире самостоятельно, а тем более без маски. «Вау, Клэй, ты молодец», — спасибо, дорогой разум, он и без тебя это знал. Сообщения от Ника больше не приходили, а это означало, что тот либо в самолете, либо засунул свою задницу в очередное приключение, но это уже не проблемы Дрима. Убитый режим сна так и давал о себе знать, но любопытство превосходило в разы. Поэтому, недолго думая, Масочник отправился в гостиную, изучать всё достояние друга. Современные картины, бесчисленное количество пластинок, проигрыватель, два кресла да кофейный столик — вот и вся гостиная. Современный ремонт превращал недостаток предметов в стиль, поэтому вся квартира выглядела дорого-богато, что сочеталось с самим её хоть и временным, но всё-таки хозяином. Внимание гостя привлекла одна из немногочисленных книг, что лежала на столике. Джордж не очень любил тратить деньги на книги, поэтому чаще всего брал их либо в библиотеке, либо у друзей на время.  — Клэй, ты чего не ешь? — едва дотронувшись до друга, Джордж убрал телефон в карман. Блондин и, положив заинтересовавший его предмет обратно (с ним он потом ещё раз ознакомится) приобнял парня за талию, предварительно притянув к себе за руку. Что творилось у него в голове одному богу известно (или Дриму).  — А… Дрим, мне… я, — бегая глазами по комнате, Девидсон был, мягко сказать, в шоке. Гиперактивный, властный и харизматичный Масочник вводил того в краску от любого прикосновения, особенно учитывая тот факт, что шатена никто не трогал больше года, в буквальном смысле.  — Можно, я сегодня у тебя переночую? — положив голову на макушку друга, блондин слегка надавил на неё подбородком. Джордж был в ловушке, ловушке мозга. Ему неистово хотелось прижаться к парню, с жадностью заглатывая того, но с другой стороны, излишняя тактильность удивляла и вводила в заблуждение.  — Кон…кхм, конечно, только есть одно «но» — проведя пальцем по плечу друга, Девидсон встрепенулся.  — И что же за «но»?  — У меня только одна кровать, — вырвавшись из объятий гостя, хозяин квартиры отошёл на безопасное расстояние, мало ли что ещё ему придёт в голову сделать.  — Это проблема? — парень повёл плечами в своей «дримовской манере». О Боже, да, и какая же это проблема! Джордж никогда не спал с кем-то, вечно заботясь о своём личном пространстве и достаточном размере матраса, чтобы не упасть на пол во время «сна». А «сном» это было из-за постоянных кошмаров, что снились парню каждый день, с момента перехода в старшую школу. В то время его личность потерпела большие изменения, а «странные», по мнению его отца, увлечения и вовсе убивали всё стремление идти вперёд. В то время характер Джорджа потерпел большие перевороты. Из открытого и общительного парня он превратился в тихого и замкнутого одиночку, который предпочитал музыку, вместо людей. Данные изменения были излишне внезапны для его родителей, отчего их отношения также потерпели изменения. Сколько раз парень посещал психолога и не сосчитать, но можно сказать точно, что ни один из них не помог избавиться от кошмаров, которые преследовали его. Они отличались от представлений о «страшных снах» большинства, в этих снах сюжет был всегда один. Джордж, прогуливаясь по побережью, замечал вдалеке знакомую фигуру, которая медленно приближалась. Он бежал навстречу незнакомому знакомцу, но уже почти достигнув цели, песок уходил из-под ног, а сам парень падал в яму, из которой никогда не мог выбраться, сколько бы ни пытался. В момент падения он слышал фразы отца или разочарованной матери, что врезались в воспоминания как «красный флаг». Со временем эти фразы менялись на слова бывших друзей, объектов воздыхания или самого же парня. Чувство, будто ты задыхаешься под водой без возможности выплыть — вот, как каждый день просыпался Джордж. Он никогда не рассказывал о своих кошмарах Дриму по одной простой причине — никто не должен был знать, что Девидсон чего-то боится, что он слабый.  — Нет, не проблема, — чуть помедлив, парень мотнул головой, дабы выбросить мысли из головы.  — Хорошо, малыш, — тыкнув того в нос, Дрим отправился на кухню за недопитым кофе.

***

Всё было бы не так плачевно, если бы не тот факт, что Клэй был приятным дополнением, помимо нескольких подушек, двух пледов, тысячи баночек со снотворным и колонки с музыкой для сна. Да, даже во время сна музыка была вместе с парнем. Если он сейчас пойдёт к психологу, то отвалит ему приличную сумму, на которую мог бы года три прожить, минимум. Масочник, оглядевшись, сел на край кровати, следя взглядом за хозяином квартиры.  — У тебя проблемы со сном? — остановив друга за руку, блондин посмотрел тому в глаза.  — Иногда. Бывает, не бери в голову, — открыв шкафчик у комода, Джордж достал полотенца. Дрим тяжело выдохнул, он знал, что парень говорит так только в том случае, если ему тяжело делиться этим с кем-либо. Даже с ним. Они знали друг друга слишком хорошо, настолько, что каждое движение друг друга они могли предугадать заранее, несмотря на ситуацию. Вернувшись в комнату, Джордж смотрел на друга, который листал комиксы, стоявшие на полке у стола. Полуголый, при свете лампы Дрим чувствовал себя, как дома, отчего уже Девидсон чувствовал себя НЕ дома.  — Уже вернулся? — закрыв журнал, Масочник посмотрел на друга, медленно потягиваясь, словно кот. Вся его манера поведения была сравнима с котом. Сам Клэй был сравним с котом, такой же своенравный, ласковый, порой дерзкий и самовлюблённый. Но последнее было чаще остального.  — Ты чего не лежишь? — натягивая пижамную кофту, Джордж смотрел на гостя, переводя взгляд с лица на пресс. Тараканы кричали об «отмене», а здравый смысл налил себе ещё одну стопку, под чипсы, конечно же.  — Тебя ждал, знаешь, с воздухом я и дома мог поговорить. Атмосфера была, мягко говоря, напряжённой. Дрим, который продолжительное время находился в полной изоляции, питая свой мозг постоянной информацией, и Джордж, который до этого времени никогда не оставался с кем-то наедине дольше шести часов, а также никогда прежде не спавший с кем-то. Оба были в состоянии, будто перед первым разом.  — Тебе снятся кошмары? — переведя взгляд на количество снотворного на тумбочке, сосед по ночлегу откинулся на спинку постели.  — Со старшей школы, из-за проблем с отцом я ходил к психологу продолжительное время, но всё без толку, — пожимая плечами, парень сел по-турецки на кровать, обняв одну из подушек.  — А таблетки?  — Чтобы побыстрее уснуть, с ними сон длится будто несколько минут. Проблем из-за этого хоть пруд пруди, но это лучше, чем просыпаться каждый час в холодном поту.  — Может, я смогу помочь? Я слышал, что порой бессонница или кошмары бывают из-за одиночества, а зная твой стиль жизни, — похлопав по матрасу рядом, Клэй слегка ухмыльнулся, что всегда можно было ожидать от него. Казалось, что эта ухмылка никогда не сойдёт с его губ, ведь она полностью дополняла образ «идеального злодея». Джордж медленно окинул эту картину взглядом, после чего, тараканы, отпустили рычаг управления, поэтому Девидсон, не долго думая, устроился под боком друга. Ощущать тепло чужого тела, пусть, это и твой друг, которому ты доверяешь больше, чем самому себе (что на самом деле было огромной ошибкой), было довольно странно, но и также приятно. Дрим поглаживал волосы друга, рассматривая плакаты на соседней стене.  — Ты же не уснёшь? — повернувшись лицом к гостю, хозяин квартиры обнял лежащую под ним подушку, дабы как-то обозначить границы между телами.  — Ты меня знаешь, сон для слабаков, — фыркнув, Масочник повёл рукой, отрываясь от парня.  — Не понял, — толкнув соседа в грудь, Джордж и представить не мог, насколько бархатная кожа ожидала его, что отразилась на руке. Все мысли были о нём. Все. Джордж, немедля отвернувшись, прикрыл глаза, слушая тихий смех друга, которого такое поведение «картинного ребёнка» очень веселило. Особенно учитывая тот факт, что о стеснении или дискомфорте они позабыли ещё после подаренного букета цветов, что сейчас стоял в вазе на кухне, пусть и помятый, но стоял. Так что эту ночь Джордж запомнит навсегда.