Desire buried under disaster

Цветочный аромат приятно защекотал нос, как только Эмити оказалась на чужой кухне. Грязная, не убранная от остатков очередного “эликсира” печь встретила её вместе с тусклыми обоями. Не сводя глаз с женщины, Блайт присела за стол. Стул противно заскрипел под её весом, опасно пошатнувшись. Эмити скривилась, с опаской наблюдая за тем, как Луз легко общается с женщиной, перекидываясь взаимными колкостями. “Знахарка” пугала её. С опаской заглядывая в чашку, Эмити, едва касаясь, отпила немного чая оттуда, с удивлением признавая, что тот оказался на редкость вкусным. Похоже, отравить её никто не собирался. — Дождь всё не утихает, а значит девочки вы здесь надолго. Не хочешь убить время и немного поработать сейчас, а, Луз? — задала вопрос Клоторн, и Эмити едва не подавилась, зайдясь в устрашающем кашле. Что? “Откажись!” — буквально кричала она всем своим видом Носеде, но всё было тщетно, девушка смотрела не неё. —Почему бы и нет. Что нужно делать? — согласилась она, и Ида принялась расписывать ей список дел по дому, посоветовав начать с колки дров. Сразу после этого девушка скрылась за дверью, направившись на задний двор, и Эмити осталась один на один с “ведьмой”. Нервно сжимая руками горячую чашку, Блайт наблюдала за тем, как женщина аккуратно убирает с окна горстку рассыпавшихся семян и, спрятав большую часть в карман, бросает пару в свой кубок с неизвестным содержимым. Слышится шипение, они растворяются в нём. Пригубив напиток, Клоторн щурится, сталкиваясь с ней взглядами, и делает шаг навстречу, побуждая Эмити сильнее вжаться в старый стул. Ей некомфортно здесь. Блайт не понимает, откуда она знает её, чего хочет и раскроет ли эту “тайну” Луз. Да и прозвище Носеда дала женщине несомненно странное. “Ведьма”. Блайт читала про них, и пусть в романах эти чудные женщины и представали добрыми и позитивными персонажами, в народном фольклоре их видели исключительно в обличии злодеев и шарлатанов, насылающих порчу на невинных людей. Интересно, кем из вышеперечисленных была эта Идалин? —А ты не слишком хорошо одета для дочки олигарха. “А вот и первая колкость” — ухмыльнулась Блайт, но, не услышав ответ, женщина на этом не остановилась: — Хотя это неудивительно, раз ты водишься с кем-то вроде Луз. — Извините, конечно, но какая вам разница, как я одета и с кем я общаюсь? — сжимая чашку сильнее, отрезала Блайт, и женщина не смогла сдержать хитрую улыбку. — Никакой, просто вы вдовоём… интересный феномен, — ответила она и, облакотившись рукой на стол, повернулась к ней: — И что, у вас всё серьёзно? Этот вопрос выбил Эмити из колеи окончательно, и неуверенность охватила её вместе с подозрениями. Эта женщина позволяет себе слишком много, но и знает о ней почти всё. Откуда? Как? — Я…Я не знаю, — сжалась под чужим взглядом она, и Клоторн поняла, что потянула за правильные ниточки. — Но была не прочь узнать, да? А хочешь, погадаю? — сверкнув золотым клыком, внезапно предложила Ида, и Блайт встрепенулась, в шоке уставившись на неё. — Что? — Ну погадаю. Разложу карты и начну… — хотела разъяснить женщина, но девушка перебила её. — Я знаю, что это такое, просто… Простите, просто предложение было очень неожиданным. — Понятно, так что, погадать? — улыбнулась женщина, искусно перемешивая пачку цветастых карт в своих руках, взявшуюся будто из ниоткуда. Поджав губы, девушка с опаской кивнула, и Клоторн села напротив неё, бросая карты на стол. — На что гадать будем? Суженого-ряженого, власть или всё сразу? — задала вопрос она, и Эмити, не задумываясь, дала свой ответ. —Будущее, расскажи мне о нём. Клоторн кивнула, с готовностью хватая зажигалку, чтобы зажечь небольшую свечу на столе. Ловко перемешав всю колоду, она начала свой ритуал. Вытягивая карты по одной и раскладывая перед девушкой на стол, она анализировала всё, что знала о ней. Они виделись раньше, но Эмити и не вспомнит об этом, так как в то время была ещё малышкой. Аладор зачем-то вызвал её на встречу, но охрана не пропустила женщину дальше порога особняка, лишь завидев её внешний вид. Гордая птица, сидящая на золотом кубке, счастливая семейная пара, и устрашающая башня, объятая языками бушующего пламени — все они были запечатлены в золотых рамках на трёх картах, покорно лежащих перед девушкой. Ида загадочно улыбнулась, вновь взглянув на неё, и, ткнув в первую длинным ногтем, произнесла: — Похоже, ты открыта новому и уже встретила свой любовный интерес, это хорошо, — начала она, и Эмити выдохнула. Вся атмосфера вкупе с удушливым ароматом корицы плохо действовала на неё. Играя на страхе и интересе, Клоторн будто издевалась над ней, и Эмити в её власти была абсолютна бессильна. Словно муха, запутавшаяся в белых нитях огромного паука. Тёмный ноготь скользнул ко второй карте, и Блайт пробила дрожь. Окно со стуком открылось, впуская в комнату холодный ветер, но женщина не обратила внимание, продолжая ритуал. — Десятка кубков — счастливая карта в Таро. Она значит, что ваши отношения в будущем будут стремительно развиваться, а ты начнешь познавать новые грани своей души. Эта комбинация — редкость, а значит тебя ждёт подарок судьбы. Блайт с интересом уставилась на женщину, совсем не ожидав такого от карт. Она никогда не верила в подобную чушь, но сейчас ей бы очень хотелось, чтобы всё сказанное Идалин стало правдой. — А вот эта карта… Ничего не хорошего не сулит, — притрагиваясь к башне, вдруг понизила голос Клоторн. Нахмурившись, она взяла её в руки, с опаской взглянув на дверь, за которой уже послышались неторопливые шаги Носеды. — Что? Почему? — едва ли не с испугом воскликнула Блайт. — Потому что это Башня. В Таро она говорит о глобальных переменах в жизни человека. Она может значить как очень сильное падение, так и взлёт. Ты можешь потерять какого-то очень близкого тебе человека, —только и успела произнести женщина, как дверь вдруг распахнулась, впуская растрёпанную Носеду. — Эмити, нам нужно поговорить. . . Закрыв за собой дверь в дом, Носеда вышла на задний двор. Методично разбиваясь об землю, стучали капли дождя, а холодный ветер заставлял кожу покрываться мурашками. Вздохнув, девушка подхватила топор, направившись к укрытым навесом бревнам. И где только Ида опять их достала? Наклонившись, Луз коснулась высохшего полена руками, поднимая его на колодку, и, повернув к себе нужным боком, занесла топор для удара. Раз, два, и дерево разлетелось в щепки, а на лице Носеды просияла ухмылка. Ей нравилось заниматься подобным. Физическая работа помогала почувствовать тело и очистить разум от городской суеты. Чувствуя, как ритмично напрягаются руки, уверенно держащие топор, девушка задумалась о том, как проводит свой досуг в последнее время, а вернее — с кем. Удивительно, но когда-то странная лесная незнакомка сейчас ей стала чуть ли не самым близким человеком. Сразу после матери, конечно. К девушке Луз испытывала особенные чувства, но она не могла понять, какие конкретно. Это была смесь романтики и страсти вместе с недоверием. На дружбу их связь была совсем не похожа, а любовью там и не пахло. Больше всего всё походило на очередную глупую интрижку, прямо как с Ангелиной, однако, было что-то, что в корне отличало Эмити от неё. Носеда видела то, как девушка рвалась к ней, стараясь сблизиться из-за всех сил. Может она влюбилась? Луз эта мысль показалась безумной. Как фрейлина, что находиться на совершенно другой ступени этого мира могла влюбиться в такую, как она, а тем более почти что имея жениха? Ну разве не бред? Однако, чем больше колола девушка брёвна, тем больше понимала, что всë не так. Ей хотелось убедить себя, что Эмити просто играет с ней. Конечно, она для неё что-то сродне экзотики, как тропическое неизвестное блюдо, которое Блайт просто попробует и бросит, оставив стыть на тарелке. И девушка считала, что готова к такому. Подумаешь, не впервой, проходили уже. На деле Луз просто хотела почувствовать себя нужной, любимой, хотя бы на миг. Но цена за это была слишком высока, её сердце не выдержит ещё один такой конец. Выбросив расколотые доски в кучу других таких же, Носеда вытерла потное лицо грязной ладонью и взяла новое, вновь поднимая топор. А что, если нет? Что, если влюблённость фрейлины не бред? Что она будет делать? Луз не знала и, вспоминая об их последних встречах, вдруг всё осознала. “—Я просто не хочу повторять тех же ошибок в будущем…” С их первой встречи Эмити так изменилась. стала относиться к ней совсем по-другому. Но почему? Неужели она сказала это, имея в виду отношения с ней? И песня, там были слова о любви, а во взгляде золотых глаз всё читался странный, непонятный Носеде вопрос. Но теперь всё стало ясно. Какой же дурой она была! Голова вскипела, и мысли окончательно запутались. В последний раз из-за всех сил проломив лезвием дерево, Носеда бросила топор. Даже если она сейчас спятила, то с Блайт всё равно стоит всё прояснить. Они не могут больше жить фантазиями друг друга. Им нужен этот разговор. Ей нужен. . . Взяв девушку за руку, Луз потянула её на улицу, стараясь игнорировать то, как странно на неё посмотрела Ида. Сейчас ей было не до этого. Быстрым шагом пронеслась она по коридору и со скрипом открыла старую дверь. Они вновь оказались на заднем дворе дома, только на этот раз вдвоём. Взгляд Луз невольно упал на брёвна, и она отпустила Блайт, вновь окунаясь в свои беспокойные мысли. Поёжившись и с удивлением взглянув на девушку, Эмити ждала объяснений, стараясь скрыть тревогу, вызванную последними словами Клоторн. Мог ли этот внезапный разговор быть ключом к переменам из предсказания? — Слушай, я…я, —пыталась сформулировать всё правильно девушка, но слова ускользали от неё и, сглотнув, Луз начала сначала: — Я знаю, я хотела поговорить, но честно… Я понятия не имею, как начать. Девушка нахмурилась, стараясь не смотреть на ждущую продолжения Блайт. Как же всё это было глупо. Пнув лежащий рядом камень, она проклинала себя за слабость. Такие разговоры всегда давались ей тяжело. — Это…нормально, — внезапно произнесла Эмити и, скрестив руки, облокотилась на стену, не сводя глаз с Носеды. Но цепкие пальцы, то и дело сжимающие одежду, говорили о многом. Ей было не по себе. — На самом деле нет, не нормально. Не просто так ты много спрашивала о любви и моих прошлых отношениях, говоря что-то о своих будущих, и я… Я запуталась и хочу знать, что конкретно ты имела ввиду, — собравшись с силами, сказала Луз, и золотые глаза в изумлении столкнулись с её. — В смысле? А разве не очевидно? Луз, вскипела застыв на месте. Не очевидно? Ей так и захотелось рассмеяться. Чёрт, и почему никто не учит людей говорить всё напрямую? — Нет, нихуя! — всплеснув руками, отрезала Носеда, ступая ближе: — Ты постоянно говоришь какими-то странными намёками, которых я не то что не понимаю, даже не замечаю, так что хватит. Говори всё так, как есть. Прижавшись спиной к холодной стене, Блайт смотрела на неё, как загнанный в угол зверёк, но вмиг изменилась в лице, заметив, что Луз вовсе не злится. Она поняла это, когда девушка, словно извиняясь, отступила назад, судорожно пытаясь выудить из кармана кисет. Похоже, Носеда сама испугалась своей реакции. — Как есть говоришь, хорошо. Я люблю тебя, Луз, и говорила конкретно о наших отношения. Я стараюсь быть лучше для тебя и потому не хочу повторять ошибок прошлых… девушек в твоей жизни, — выпалила Эмити, и Луз застыла, словно вкопанная, выронив кисет на землю. — Че? Широко раскрыв глаза, Луз в шоке смотрела на Блайт, нервно, почти что до крови, закусив губу. Осознание больно ударило по голове, и в сознании всплыло всё то, что она так упорно не хотела замечать. Руки непроизвольно сжались в кулаки, и от понимания собственной глупости Носеде хотелось закричать, со всей силы пробив кулаком стену. Эмити шагнула ближе, быстро поднимая кисет, и протянула его девушке. Золотые глаза встретились с карими, и Носеда поняла — она ждёт ответа, фиксируя каждое её движение. Приняв вещь из бледных ладоней, Луз вздохнула, вынимая из кармана бумажку, и вновь свернула самокрутку. Ей нужна была разрядка сейчас. — Не этого ты ожидала, да? — наблюдая за ней, прокомментировала Блайт и щёлкнула перед носом зажигалкой, которую стащила со стола знахарки. Серый череп на секунду вспыхнул красным и погас, заставляя пламя разойтись по жёлтой бумаге. Так же быстро, как достала, Блайт спрятала новоприобретенную вещь в карман. С подозрением взглянув на неё, Луз выдохнула облако чёрного дыма, наконец решившись заговорить снова. — Нет, я просто вдруг поняла, что всё произошло слишком быстро, — произнесла девушка, делая очередную затяжку, и Блайт как-то странно взглянула на неё, наклоняясь ближе. — О чём ты? Девушка искренне недоумевала, совершенно не понимала Носеду сейчас. О чём бы она не говорила, это уже не нравилось Блайт. Странная тянущая боль не давала нормально говорить, разрастаясь опухолью в груди. Девушке казалось, словно её обманули, и она хотела получить объяснения от Луз, но одновременно с этим и боялась услышать ещё хотя бы одно чужое слово, каждое из которых так крепко врезалось ей в голову. — О нас с тобой. Я имею в виду, нам стоило закончить всё ещё тогда, на заводе. Мне нужно было отказаться от твоего предложеия. Для такой, как ты, я не ровня, — ответила Носеда, озвучивая собственные мысли. Это ведь было правдой. — Мне плевать, — отозвалась Эмити, судорожно впиваясь ногтями в свои ладони. Щёки защипало от холода. — Легкомысленная девчонка, — бросила Носеда, вновь касаясь губами обожжëнной бумаги. Эмити взбесилась. Прильнув ближе к Носеде, она перехватила чужую руку, уверенно заглядывая в карие глаза. — Это я легкомысленная? Да ты издеваешься! Я думала, много думала о наших отношениях, и понимаю все риски, и я готова на них пойти. Я хочу быть с тобой здесь и сейчас, но ты… — Блайт покачала головой, сильнее сжимая чужое запястье: — Ты боишься. — Ничего я не боюсь! — воскликнула Носеда, вырывая свою руку из чужих цепких пальцев и, понизив голос, продолжила: — Я просто не думаю что это хорошая идея. — Ну и дура, — скрестив руки на груди, отозвалась Блайт, и Луз в который раз за вечер потеряла дар речи. —Я…И…Блять! — девушка не смогла сдержать нервный смех, понимая, как всё это комично выглядит. И когда она успела стать такой мягкотелой?— Странная ты, впрочем, как и всегда, слишком рано делаешь выводы… Просто пойми, у тебя статус, хорошая жизнь, даже жених на подходе, а ты ни с того ни с сего выбираешь нищету и грязь. Разве не глупо? Не легкомысленно? —усмехается девушка, бросая на пол недокуренную самокрутку, и тушит её носком ботинка, ступая ближе к Блайт. — Нет, глупо выбирать то, с чем сердце не согласно. Я не смогу жить с тем, к кому не испытываю ничего, кроме ненависти, — произнесла девушка, подаваясь вперёд: — Я хочу любить и хочу, чтобы меня любили. И поэтому я выбираю тебя, а ты? Луз замялась под чужим хищным взглядом. Её речь, такая наивная, юная вызвала у девушки смешанные чувства. Но Луз знала точно, что выберет сейчас, несмотря на всю абсурдность ситуации. У них ведь всё так и началось: сумбурно, непонятно, странно и даже смешно. И сейчас стоит придать этим невыраженным чувствам наконец форму. Всем понятное обозначение. — Я тоже выбираю тебя, — произнесла девушка и, подавшись вперёд, обвила чужое хрупкое тело руками, притянув к себе ближе. В нос ударил запах мелиссы и мускатного ореха. Блайт прильнула к ней ответ и, прижавшись всем телом, сжала дрожащими пальцами облезлую ткань чужой рубашки. Слёзы брызнули из глаз, а в груди вспыхнул целый пожар эмоций. Ком подкатывал к горлу. Она так долго ждала этих слов. Этот, казалось бы, не предвещающий ничего хорошего разговор просто уничтожил и собрал её заново за какие-то пару минут. Ощутив к Луз всё: от жалости до бесконечной любви, Эмити благословила чужое предсказание. Ведь сейчас, упиваясь слезами, она уткнулась лицом в грудь человека, с которым хотела разделить всю свою вечность. Уехать, сбежать на край света, только с ней одной. Мягко проводя рукой по чужим волосам, Носеда пыталась успокоить дрожащую в её руках девушку. Улыбка сама собой появилась на лице, и влага подкатила к глазами. Эти эмоции, такого взрыва у неё не бывало давно. Положив подбородком на чужую макушку, она стала невольно покачиваться вместе с ветром, вперёд-назад, убаюкивая Эмити, как маленького ребёнка. Луз была рада вновь почувствовать себя нужной, любимой. И теперь ей уже было плевать на то, что будет потом. Этот момент, страсть и чужие наполненные суровой уверенностью глаза вселили в неё надежду на то, что в этот раз всё будет совсем по-другому. Ей стоило дать лесной незнакомке шанс. — Скажи, теперь я могу узнать твоё имя? — послышался мягкий шёпот Носеды, и Блайт примкнула к ней ближе, заключив руки в замок за чужой спиной. — Меня зовут Эмити. Приятно наконец познакомиться, Луз, — улыбнулась куда-то в кофту Блайт и, отстранившись, взглянула на застывшую с открытым ртом девушку. — Блайт? — Именно, прости, что не сказала раньше, мне было немного страшно, — произнесла девушка, внимательным взглядом обводя лицо Носеды. Брови девушки взлетели вверх, а губы вновь расплылись в улыбке. —Ебать… Никогда бы не догадалась об этом, —посмеиваясь, отозвалась Носеда, и девушка пожала плечами. — Значит я хорошо маскируюсь. — Ну-ну, давай-ка вспомним, с чего всё начиналось, —в шутливом тоне напомнила об их первой встрече Носеда, и Блайт вспыхнула, тоже не сдержав улыбку. — Забудь об этом, — стирая с глаз слезинки, попросила она, и Луз с самодовольством покачала головой. — Никогда. Внезапно за дверью послышалась возня, и девушки отпустили друг друга, мельком переглянувшись. — Эй, голубки, чай допивать будете? А то он уже совсем остыл, — спросила Ида, и вмиг из-за двери выглянула растрепанная седая голова. — Уже идём, — ответила Луз и, предложив Блайт руку, повела её обратно в дом. За их спинами расходились облака, и солнце яркими лучами озаряло землю. Дождь закончился, переворачивая одну из карт в безумном раскладе их коварной судьбы… . . Срываясь на бег, быстро ступала по пустынным коридорам девушка, едва не врезаясь в углы на крутых поворотах. Путаясь в собственных ногах, она впервые была так рада новому дню. На губах кислинкой осел вкус лимонного кекса, которым Блайт напоследок угостила знахарка, начав рассказывать какую-то историю из детстве отца. Правда Эмити её совсем не слушала, увлеченно разглядывая Носеду, сидящую рядом, руку которой не выпускала до самого забора особняка, где, юркнув в щель, и попрощалась с ней до вечера. Удивительная легкость заполнила всё её тело, и, распахивая дверь в комнату сестры, она впорхнул во внутрь, словно дикая птица, с удивлением обнаружив там и брата. Сидя за рабочим столом старшей, они вместе склонились над какими-то бумагами и даже не шелохнулись, услышав, как она вошла. Остановившись и с интересом обведя их взглядом, девушка подошла ближе. — Чем занимаетесь? — спросила она и наклонилась с явным желанием взглянуть на бумаги через плечо Эдрика, и тот, обернувшись, улыбнулся, устало взглянув на неё. — Прости, Варежка, но если ты хотела провести семейный совет, то сейчас не лучшее время, — произнёс он, и Эмити только сейчас заметила здоровые синяки под чужими глазами. Похоже, парень совсем не спал. — Именно, а всё потому, что благодаря кое-кому мы совсем выбились из графика и теперь приходиться планировать сразу несколько мероприятий, и это я ещё молчу про многочисленные контракты, — возмущенно добавила Эмира, собирая в кипу разбросанные по столу таблицы: — Не понимаю, почему наследником выбрали тебя. Всё равно всю работу по итогу выполняю я. — Не знаю, но, чёрт, ты посмотри какие сложные там графики, я просто не вынесу всего этого один! — хватаясь за голову, выдавил из себя брат, обессиленно рухнув на стол: — К такому меня жизнь не готовила. — Может я могу вам чем-то помочь? — лишь на секунду засомневавшись, предложила свою помощь Эмити, встречаясь взглядом с сестрой. — Сомневаюсь, что получится, но попробовать можно, — произнесла она, поднимаясь из-за стола: — Пусть ты и недавно в городе, но, думаю, успела кое-что понять о жизни людей там. Как думаешь, что они хотели бы увидеть на весенней ярмарке? Вопрос совсем обескуражил Эмити, и, сжавшись под чужим взглядом, она задумалась. Она не знала, слишком увлеклась Луз, образ которой даже сейчас маячил перед глазами, мешая мыслить рационально. Но, вспоминая, с каким аппетитом ела голодная девушка, казалось бы, совсем обыкновенную пищу на их пикнике, Эмити вдруг кое-что осознала. — Нужно обеспечить их хорошим продовольствием, чтобы даже голодающие люди смогли поесть на славу в этот день. Всё же праздник связан и с этим, —- сказала девушка, и сестра кивнула, соглашаясь с ней. Эмире нравился ход мыслей Эмити. Невооруженным взглядом было видно, то как она изменилась со времени своего первого похода в город. — Да-да, это мы знаем, уже заказали двадцать бочек вина и множество дорогих блюд от наших поваров. Они сытнее в жизни не ели, — протянул брат, показывая младшей, что об этом они уже успели подумать. — Эд, а не думаешь ли ты, что тебе пора пойти и передохнуть? — вздохнув, произнесла Эмира, с нажимом касаясь чужого плеча, и, угрюмо бросив взгляд на неё, парень поднялся на ноги. — Понял, понял, ухожу. Вечно вы, девчонки, меня в ваши планы не посвящаете, — сказал он и нехотя юркнул за дверь, которую старшая за ним тут же закрыла. Вот только уже через секунду за ней вновь послышался голос парня: — Хоть шампусик-то мой зашёл? Сам лично бутылки отбирал! — Шампусик? — с недоумением произнесла сестра, и Эмити вздрогнула, сжав руками подол своего наряда. — Она оценила, спасибо! — жмурясь, прокричала она и услышала в ответ смех вместе с удаляющимися шагами брата. Поджав губы, Эмити молилась всем Богам, лишь бы у её сестры сейчас оказались какие-то неотложные дела, и она быстро забыла об этом недоразумении: — Знаешь, я не буду расспрашивать, сейчас не до этого. Ты вроде как хотела помочь, так что садись, — словно прочтя её мысли, предложила Эмира, вновь оказываясь за столом, и достала пару ручек вместе с небольшой стопкой бумаг: — Ещё идеи есть? — Да, но не так много. Мне нужно понять, какого формата будет ярмарка и для чего конкретно вы хотите её провести, — облокачиваясь на спинку стула, произнесла Эмити, замечая, как улыбка медленно появлялась на чужом лице. — Хорошие вопросы, а главное, правильные. Ярмарку мы проводим в обычном формате, как в прошлом году, для того, чтобы обеспечить себя поддержкой народа и дать ему отдохнуть от… не самой приятной рутины, да и в связи с болезнью, думаю, нужно заниматься проведением подобных мероприятий чаще, — разъяснила сестра и, вздрогнув, Эмити подалась вперёд. — Что ещё за болезнь? — удивилась младшая, и, с удивлением переводя на неё взгляд, сестра на секунду замолкла. Неужели она не знает? — Не так важно, я думаю, твоя подруга из города сможет рассказать тебе больше, — произнесла Эмира, решив сменить тему, и продолжила рассуждать о ярмарке. Думать о вампирах ей совсем не хотелось. — Получается, там будет весь остров и, если часть с едой вы продумали, то стоит подумать о развлечениях, — произнесла Эмити и предложила: — Может сделаем больше шатров, чем в прошлый раз? — Можно, но кого ещё ты предлагаешь позвать? Разве мало барахольщиков и различных игр? — спросила сестра, и младшая пожала плечами, припоминая свои любимые развлечения. — Стрельба! Можно добавить её к играм. Думаю, никто не откажется пострелять, чтобы продемонстрировать свои способности нашей семье. Охота. Эмити обожала её. Каждый раз в детстве, выбираясь в глубь острова вместе с отцом, она мечтала застрелить крупное животное, но ей позволяли стрелять только в птиц. Сосредоточенность, ветер обдувающий лицо, лесная тишь и звук опускающегося затвора, вскрик и вот — маленькое тельце уже лежит на земле. Всего одно движение, один выстрел, просто услада для ушей. Она надеялась, что городские смогут её в этом понять, и, быть может, так ей удастся завести побольше полезных связей. — А что, это идея, пусть и опасная. Думаю, стоит записать, — прокомментировала Эмира, увлеченно выводя слова ручкой на бумаге. Ей нравилось то, что она видела, нравилась сторона, с которой открылась сестра. Но она и пугала. Все эти изменения произошли из-за непонятной встречи с какой-то странной девушкой. Только бы это не привело ни к каким серьёзным последствиям в будущем. — Ещё можно было бы устроить что-то вроде благотворительности, о которой ты рассказывала. Раздать людям больше денег или ещё чего-нибудь, не знаю, — сдалась младшая, и Эмира цокнула, вновь возвращаясь в реальность. Чужая наивность так никуда и не делась. — Помнится, тебя волновал вопрос того, как они одеты, — намекнула на один из их первых серьезных разговоров сестра, и Эмити взглянула на неё по-новому. Вновь воодушевившись, она энергично кивнула, готовая продолжать. — Точно! Я же могу заказать для них дорогую и хорошую ткань, но… Вряд ли на это хватит моих сбережений. Да и если ещё учесть те деньги, которые я даю Луз… — Что? Погоди, ты даёшь ей деньги? — перебила сестру Эмира, совершенно теряясь в смысле чужих слов. Что за чушь Эмити вообще несёт? — Ну да, мы заключили договор. Я плачу ей по десять сребреников каждый раз за то, что она показывает мне город, — не видя ничего плохого в своих действиях, с сомнением сказала Эмити. — Не очень-то похоже на дружеские отношения, — произнесла Эмира, и младшая огорошила её ещё одним странным признанием, окончатеьно выбив из колеи. —Так мы и не друзья. Мы встречаемся. — Что? Эмира в шоке смотрела на сестру, не понимая, как смогла упустить такое важное событие в её жизни. Пошли к чёрту все планы, все её городские шпионы. Как они могли не заметить такое?! — Постой! Просто подумай. Ты же помнишь, что тебя скоро собираются выдать замуж? — схватившись за голову, попыталась вразумить девушку старшая, но та только пожала плечами, безвольно кусая свои обветренные губы. — Если честно, мне плевать. Я действительно думаю, что люблю её, Эмира. И разве ты ничего не можешь сделать с этим “браком”? Или Эдрик, раз уж он наследник, — сплетая под столом пальцы в замок, украдкой спросила девушка, и брови старшей подпрыгнули вверх. “—Однако это не значит, что ты не можешь влюбиться в кого-то. К примеру, взять Луз, что расскажешь о ней?” Вспомнились девушке её же слова, так небрежно брошенные какое-то время назад, и она нервно сглотнула. Чёрт, она ведь сама направила её на этот путь. Дала почувствовать свободу, безнаказанность… Это было ужасно, особенно в сложившейся политической ситуации. — Сейчас никто из нас не в силах ничего сделать, но обещаю, если появится возможность, то я сделаю всё,чтобы это отсрочить, —- только и смогла выдавить из себя девушка. — Спасибо, — послышалась тихая благодарность от Эмити, и, не думая ни секунду, она встала из-за стола, бросившись в объятия к сестре: — Ты лучшая! “Только бы ты была счастлива” — пронеслось в голове Эмиры, и, прижимая к себе сестру, она старалась не думать о том, чего будет стоить семье отказ от этого брака. Она всегда хотела для сестры только лучшего, и если странные отношения с Луз помогают ей в этом, то Эмира сделает всё, лишь бы сестра смогла сохранить их. Правда за Носедой нужно будет немного понаблюдать. Кто знает, что она за человек. . . — В общем, я вернусь через полчаса, и если всё это не будет сделано то… вы знаете что вас ждёт, —опасно улыбнувшись, сказала девушка и быстрым шагом направилась за дверь. Покидая завод, на который заглянула только для того, чтобы отдать пару распоряжений, Луз наконец направлялась домой. Из головы всё никак не выходил образ Эмити и её слова о любви. Носеда совсем перестала понимать себя. Мысли в голове жужжали, как пчёлы, противореча друг другу, но как же ей хотелось верить в то, что у них есть шанс на счастливое будущее с ней… с Эмити. Эмити Блайт. Девушка остановилась, замерев на секунду. Улыбка мигом спала с лица, и руки охладели. Это просто невозможно. Но лес, олени, они ведь встретились в лесу Блайтов. Да и тот наряд, в нём девушка уж точно больше походила на знать, чем на прислугу, а об её умении распоряжаться деньгами и говорить не стоило. Сомнений в правдивости чужих слов не оставалось. Луз действительно охомутала “принцессу острова”. —- Ебать… Какой же пиздец! — только и сорвалось с губ девушки. Закрывая руками лицо, она пробормотала что-то невнятное в пустоту, и прохожие, косо на неё взглянув, продолжили свой путь по лужам. Ноги вязли в грязи, и дождь снова начинал нарастать, как и смешанные чувства в груди Носеды. Она бежала домой, её забавляла и одновременно пугала мысль о последствиях своих действий. Наверняка её казнят или сделают что похуже. Это вам не кража оленя или убийство. Но чёрт, иметь ТАКОЕ значение для кого-то из знати, обладать им, казалось бы бред. Невозможная мечта для такой нищенки, как она, но Луз сделала это. Эмити влюбилась в неё. Не в какого-то заморского принца, а в неё! Почему? Как? Носеде оставалось только гадать. С такими мыслями отворяя калитку, и вошла в свою скромную обитель девушка, громко известив мать о своём прибытии. Ответа не последовало, и Луз насторожилась. Оставив вещи на кухонном стуле, она направилась вглубь коридора. Резко открывая дверь, девушка обомлела от ужаса. Хриплые стоны вырывались из горла матери, и, изогнувшись в неестественной позе, она лежала на постели. Цепи кряхтели, натянувшись до предела. Глаза залило кровью, а из-зо рта ручьём стекала пена. Грудная клетка ритмично вздымалась, и вместе с ней всё тело неистово дрожало. Она задыхалась. Со всей силы ударив себя по лицу, Луз пришла в себя и, отрывая взгляд от женщины, рванула к медицинскому чемоданчику впереди. Судорожно нащупывая нужную ампулу и вливая содержимое в шприц, она до крови закусила губу, стараясь заглушить чужие крики. Аккуратно ухватившись за чужое плечо, девушка проколола истончавшую кожу иглой, вводя миорелаксант. Мышцы тут же расслабились, и Камилла закрыла глаза и, обессилено рухнув на кровати, погрузилась в сон. Всё закончилось. Стирая образовавшуюся пену с губ матери платком, Луз склонилась над ней, судорожно вдыхая воздух. Дыхание сбилось, как и мысли, от страха, что она обратиться опять. Такие приступы уже случались раньше, но обычно Луз умудрялась останавливать их в самом начале, не доводя до… такого. Ей не стоило уходить, оставлять её одну здесь. При одном взгляде на женщину Носеду теперь бросало в дрожь. Вздувшиеся вены, искалеченные клыками губы и когтистые руки. Она ведь могла покалечить себя. Чувствуя, как паника с новой силой нарастает внутри, Носеда поднялась, ударив стену рядом. Треснули тусклые обои, и кулак оставил ещё один красный след на стене. — Ну почему времени так мало? Почему ты?! — срывая голос, вскрикнула девушка и тут же одёрнула себя: — Извини! Извини, мам, отдыхай… Я, я пойду. И прижав покалеченную руку к груди, Носеда вихрем вырвалась из комнаты в коридор. С ноги вышибая входную дверь, она вынула кисет и зарылась рукой в карман в поисках бумаги и спички, но забыла, что те закончились. Не найдя ничего, кроме погнутой монеты, она швырнула кисет на землю, пнув прямо в грязь. Луз дала волю эмоциям и протяжно закричала, чувствуя, как наливается кровью венка на лбу. Ей хотелось кричать, хотелось излить все эти паршивые эмоции хоть куда-то. Почему, почему, как только всё наладилось, ей стало хуже?! Почему мама вообще заболела? Водопадом дождь омывал разгорячённое лицо Носеды, и, зачёсывая липнувшие ко лбу волосы назад, девушка стиснула зубы. Гром послышался вдалеке, рваной линией сверкнула молния, озаряя белым светом чужую гримасу. Гнев окутывал, вместе с серым туманом погружая мысли в глубокую бездну. Луз не понимала, почему какие-то снобы и толстосумы проживут ещё сто лет, а её матери судьба не оставила и года. За ей все эти страдания? Разве не достойна и она шанса на счастье? Неужели плохо старалась, чтобы получить хотя бы его? Нет! Она опустила голову вниз, и всего на секунду взгляд зацепился за лежащий на земле кисет. В голове всплыла утренняя сцена. Бледные руки и золотые глаза, полные укора и разочарования. “Но ты, ты боишься” Со злостью взглянув в синие тучи, Луз сплюнула кровавую слюну на землю, разойдясь нервным смехом. Точно! Эмити ведь была одной из них. И как она могла забыть? Но, разве она похожа на одну из “них”? “А что, если бы на месте мамы была Эмити? Да, у неё богатые родители но… Старалась бы я так же ради неё?” Девушка умолкла. Эта мысль испугала её. Ей были дороги обе, но… Нет. Нельзя думать о таком. Не ей решать, кому уйти, а кому остаться, ни у кого нет этого права. Тряхнув головой, девушка побелевшими пальцами схватила кисет и, не глядя, сунула тот в карман. Перепрыгнув через забор, она направилась обратно на завод. Ей нужно работать, ради лекарства, ради матери. Сейчас нет времени на всякие глупости. . . Люди мелькали кругом, словно тени, быстро стучали копытами кони, унося с собой карету. Эмити с улыбкой рассматривала дневные красоты города, щурясь от палящего солнца, то и дело заглядывающие к ним через окно. На улице успело похолодать, с каждым днём всё ближе была середина зимы. Кстати говоря о ней. Именно из-за этой ненавистной холодной поры она и выбралась в город сегодня вместе с сестрой. Подходящих тёплых вещей для младшей у Эмиры не оказалось, а рисковать и заказывать что-то такое в особняк они не могли. Оставался только один вариант: посетить городской рынок, на котором, к удивлению сестры, Эмити уже успела побывать. Договорившись со знакомым кучером, Эмира доставила их в город самым коротким путём. И теперь, спрыгивая на землю, младшая Блайт с энтузиазмом оглянулась, узнавая уже знакомые лица продавцов кругом. Тут же ей вспомнился первый день здесь и как они с Луз пошли выбирать ей платье в лавке Гаса. Гас, точно! — А пойдём заглянем кое-куда. У меня, кажется, появилась идея, как нам побыстрее достать хорошую и недорогую одежду, — потянув сестру за рукав тёплой куртки, с воодушевлением произнесла Эмити, и Эмира удивлённо посмотрела на неё. — Вообще-то это я вызвалась достать тебе одежду, так что нам лучше было бы пойти к той точке, которую я выбрала, по плану, а иначе мы можем не успеть к твоему уроку, — отсекла чужую просьбу девушка, но Эмити не отступилась. — Успеем, всё будет легко и быстро. У меня здесь есть один хороший и надёжный знакомый. Пойдём, я тебе покажу, —с нажимом потянув чужую руку на себя, сказала Эмити и юркнула в толпу, не оставив Эмире ничего другого, кроме как пойти следом. Закусив губу, девушка ощущала себя не в своей тарелке. Они только приехали, а младшая уже стала вести себя совсем по-другому. Что ж, может оно и к лучшему. Послушно проследовав за сестрой к разукрашенной пёстрыми вещами лавке, Эмира тут же изменилась в лице, узнав знакомые инициалы. Она знала, кому принадлежит это место. Им заведовала семья Портеров, которые некогда были портными их семьи. Их изгнали из особняка, как только Одалия стала главой семейства. А потому последний наследник семьи Гас Портер ещё в раннем возненавидел власть за её “жестокие и неправомерные действия”, и стал одним из поэтов, лиц оппозиции, против которой Эмира боролась в городе. Она узнала это всё, побывав на паре его “познавательных” лекций. Девушка читала его стихи, интересовалась его идеями и могла сказать точно, что каждая написанная им строчка была такой же вызывающей и грязной, как и её автор. Глупо было бы поддерживать такого, как он в стремлении избавиться от власти, однако Гас пользовался некоторой популярностью в заинтересованных в перевороте кругах общества. Заприметив Гаса на рабочем месте, девушка сунула руки в карманы, спрятав лицо в воротник куртки, и немного отстала от Эмити, не желая сразу показываться рядом с сестрой, чтобы исподтишка понаблюдать за ним. Эмира тут же обозначила для себя, что у него ни то что одежду, даже марку не купит. — Добрый день, тут, надеюсь, для того, чтобы сделать покупку, не нужен пароль? — с усмешкой прильнула к прилавку младшая Блайт, и парень вздрогнул, отшатнувшись назад. Поражённо взглянув на девушку, он в удивлении улыбнулся, застигнутый врасплох. — Конечно нет, пароля не нужно. Чего желаете на этот раз? —спросил он, замечая, как за тонкой фигуркой девушки вырастает большая тень незнакомки с пронзающими холодными золотыми глазами. — Я бы хотела посмотреть что-то потеплее этого наряда, сможешь найти? — проводя по чёрной ткани, с интересом задала вопрос девушка, и парень тут же исчез в глубине прилавка, бросив, что вернется через секунду. У него как раз завалялось пару подходящих вещей. — Вы знакомы? — услышала прямо над ухом Эмити и, обернувшись, столкнулась взглядом с сестрой. Недобрая тень легла на чужое лицо. —Да, Луз познакомила меня с ним в первый день здесь. Может платья у него и не лучшего качества, но цены демократичные. К тому же, он честный человек, —произнесла младшая и взгляд её зацепился за книгу, так небрежно оставленную на прилавке. На голубой обложке было изображено множество искаженных лиц и большими буквами выведено название “Мы”. Книга была крайне интигующей, Эмити давно заприметила её на полке в домашней библиотеке. Кажется, появился лишний повод встретиться и попросить парня об одной очень важной услуге для ярмарки. — Ясно, значит мы напрасно теряем здесь время, — сделала вывод Эмира, и Эмити хотела было что-то возразить, как вдруг послышался весёлый голос Гаса. — Я отыскал пару образов, которые потенциально могут тебе подойти, смотри, — произнёс он и разложил на прилавке наряды. Эмира шагнула ближе. Первой на очереди была тёплая зелёная куртка вместе с потёртыми чёрными штанами, второй же стала шуба из тёмного меха и такого же цвета шляпа, а замыкающим оказался ярко-салатовый свитер с оленями и снежинками. Просто и без особых изысков, пусть последнее Эмира могла бы даже назвать безвкусным. Старшая Блайт усмехнулась, наблюдая, как Эмити мягко касается шубы, улыбаясь парню. —Такое нам не подходит. Вместо меха синтетика, а нитки вылезают из свитера, рисунок не продержиться и пару месяцев. Неужели это лучшее, что вы можете предложить? —прокомментировала предложенные вещи старшая, и парень нахмурился, впервые внимательно посмотрев на неё. — А вы кто будете, милая дама? —поинтересовался он, и Эмити вздохнула, смирившись с тем, что сестре не понравился парень. — Извини, Гас, это моя сестра — Амина Блэйк. Она просто планировала, что мы пойдём в другое место и… немного расстроилась, — извинилась, загибая продрогшие на холоде пальцы младшая Блайт, чем вызвала у Эмиры нервную улыбку. Расстроилась, а как же. — Ясно, что ж, Амина, если вам не нравится, то можете не смотреть. Я подбираю наряды исключительно для этой леди, а не для вас, так что если ей не понравиться, я найду что-нибудь получше, —отрезал парень, взглянув на старшую, и уже обращаясь к Эмити, продолжил: — Ну как? — Мне понравилась куртка, можно её примерить? —задала вопрос девушка, и Гас усмехнулся, сдерживаясь, чтобы не сказать ничего лишнего её сестре, после чего пригласил младшую Блайт пройти за прилавок. Старшая громко вздохнула, пожав плечами. Пусть Эмити делает всё так, как считает нужным. Младшая же с восторгом крутилась перед зеркалом, поражаясь схожести этой куртки с кофтой Луз. Возможно, инцидент в часовне и не стал самым приятным её воспоминанием о времени вместе с Носедой, но она была так рада хотя бы в чём-то походить на неё. К тому же куртка была действительно тёплой и удобной, и, конечно, практичной для вылазок в город. Образ был бесподобен, но не хватало одной небольшой детали. — А перчатки есть? — с сомнением спросила девушка, и парень с готовностью кивнул. — Конечно. Он предложил ей кожаные перчатки, идеально очерчивающие контуры её тонких пальцев, и девушка тут же рассчиталась с ним, отказавшись снимать новоприобретенные вещи. Эмира молча поражалась её легкомысленности. — Спасибо, Гас, и можно узнать, будешь ли ты свободен послезавтра? Я хочу встретиться в твоей небольшой “библиотеке”. Есть одно неотложное дело, в котором мне очень нужна твоя помощь, — вновь оказавшись вне прилавка, бросила напоследок девушка, и парень, на секунду задумавшись, ответил ей. — Да, только приходи до обеда. Потом мы с ребятами будем готовиться к лекции, — улыбнулся он и попрощался с ними. Девушки направились прочь вдоль открытых прилавков. — Ты серьёзно купила всё это? — скрывая желание упрекнуть и рассказать сестре больше о Портере, спросила Эмира. Впрочем, возможно Эмити знала, чем промышлял Гас, раз упомянула о какой-то библиотеке и не смутилась лекции. — Конечно, это прекрасные дешёвые вещи. Так странно, пока я не вышла с тобой, я и забыла о том, что могу так просто подойти и купить что-то вроде этого, не чувствуя странных взглядов за спиной, — произнесла девушка, рассматривая свои руки в перчатках. — Вот как, я рада, — удивлённо пробормотала девушка, вспоминая, какой наряд описывал ей один из информаторов, в тот день когда Эмити впервые сбежала. И припоминая, в каком виде она вернулась, Эмира вдруг ужаснулась, всё осознав. Странные взгляды… Неужели на её сестру напал кто-то из этих людей, а не вампир, как она думала? Нет, это не могло быть так, а даже если и было, то она не могла ничего поделать. Эмити ведь совсем не желала рассказывать как, где и с кем всё это случилось, каждый раз обрывая разговор. Стиснув зубы, девушка опустила голову, исподтишка разглядывая прохожих. — Знаешь, в последнее время я так свободно чувствую себя здесь, — вдруг произнесла Эмити, и Эмира что-то буркнула в ответ, ускорив шаг, но тут же остановилась, едва не споткнувшись, когда услышала последние слова девушки: — Как думаешь, мы могли бы когда-то стать здесь “своими”? Этот вопрос совсем выбил девушку из колеи и, не в силах обернуться, она смотрела на рыхлую землю, не зная, что и ответить. Она любила городских, хотела для них лучшей жизни, но точно знала одно. Блайты с ними не имели абсолютно ничего общего, и дело даже не в статусе. Всё: от мнения до видения мира делало их существами из разных миров, не способными принять друг друга. — Да, я знаю, ты говорила, что это невозможно, но мне так хочется остаться здесь. В особняке мне совсем не уютно, а здесь так много возможностей, просто грех не воспользоваться ими, — с улыбкой продолжала младшая, и Эмира мотнула головой, желая вырваться из своих мыслей. Глядя на Эмити, она больше не видела образ умной и независимой девушки, с которым столкнулась тогда за обсуждением ярмарки. Сейчас перед ней был только глупый, наивный ребёнок. Кинув взгляд на часовню вдалеке, Эмити прикинула, что пройдёт чуть больше часа после того, как Луз закончит свою работу, и они могли бы пересечься с ней по дороге домой, если она поведёт сестру другим путём. А потому, повернувшись к старшей, она улыбкой решила напомнить ей, зачем вообще они выбрались вместе. — Ну да ладно, не покажешь мне свою хваленую точку? — С удовольствием, — будто бы выйдя из транса, согласилась девушка, и, решая отложить один из самых серьезных разговоров с Эмити, повела её туда, куда планировала изначально. . . С покупками они расправились быстро, посетив всего две, казалось бы, закрытые лавки. Эмити не видела продавцов, ведь открывая своей таинственной связкой ключей каждую из дверей, Эмира только и делала, что забирала товар, оставляя деньги и записку с неизвестным набором символов рядом с кассой. Принарядившись в пушистую короткую шубку угольного цвета, сестра повела девушку в одно из своих любимых мест, на что та нехотя, но всё же согласилась. Время ускользало от неё, приближалось окончание смены Носеды. Она всё же хотела увидеться с ней. Но сейчас, вместо того, чтобы смотреть в искрящиеся карие глаза, она наблюдала за пронырливой официанткой, нахально дразнящей сестру. Её можно было назвать самой обычной городской, если бы не неординарная внешность. И дело даже не в потрепанном трижды переляпаном маслом фартуке с эмблемой местной кофейни, а в бледной коже с еле заметными веснушками и серёжкой в ухе необычной формы, больше походившей на рыбаловный крючок, чем на украшение. Эмира звала её Вайни. Как оказалось, эта девушка была одной из информаторов Эмиры, и несмотря на то, что они с Эмити ни разу не встречались, Блайт казалось словно она знает её всю свою жизнь. Болтливая и немного грубоватая, она чем-то напоминала ей Луз. Вторым же информатором оказался бармен из кабака, в котором она впервые встретила Эдрика тогда в городе. Он и сидел напротив них, пригубив стакан горячего кофе. С улицы отдалённо доносилась фальшивая мелодия. Кто-то играл на скрипке, исполняя такой знакомый Эмити менуэт. Весёлые и яркие ноты увлекали, лаская слух, и девушка старалась отвлечься на них, пропуская мимо ушей всё, о чём говорили окружающее. Ей это было не интересно —-Так значит сестра, да? Странно, вы, кажется, совсем не похожи, — с интересом заметил бармен, и Эмити впервые перевела взгляд на него, сталкиваясь с внимательным взором почти чёрных глаз: — Ну не считая, конечно, цвета ваших волос. — Ты о чём? Посмотри в глаза, одинаково ледяные, — бросила свой комментарий и официантка, забирая поднос с недопитой чашкой чая. Эмити он показался слишком горьким. Эмира рядом вздохнула, по-доброму засмеявшись. На самом деле, она не видела ничего общего между ними, только кровные узы и обманчивая красивая внешность. Внутри они абсолютно разные, прямо как печенье с предсказанием, не узнаешь, пока не расколется напополам. — Это всё благодаря мази, вы же знаете, ребята, но в любом случае, нам уже пора идти, — произнесла девушка, бросая взгляд на настенные часы в кофейне, и поднялась из-за стола. У Эмити оставалось около десяти минут до того, как Луз покинет завод. Спохватившись, младшая встала вслед за ней, в последний раз окидывая взглядом тусклый интерьер кафе. Тёплые бурые тона картонных стен окружали деревянные столы вместе со стульями, и, медленно плавясь, горели свечи кругом. Пахло гарью. Ей было отнюдь не уютно здесь. — Хорошо, заглядывай завтра, Ами, будем ждать с нетерпением, — прокричала ей вслед Вайни, и сестра шагнула за дверь. Звякнули маленькие колокольчики над головой и девушки вновь оказались на улице, где старшая томно вздохнула, радуясь тому, что знакомство с Эмити у её компании прошло не так плохо, как она думала. Сестра, на удивление, вела себя отстраненно и даже не шелохнулась, когда они заговорили об интересных и не самых безопасных местах в городе. Разве она не хотела узнать о них больше? Увидеть их? — Итак, нам нужно вернуться в центр, там мы сможем… — мотнув головой, хотела озвучить план дальнейших действий Эмира, как вдруг младшая перебила её, уже в который раз за день. — Не нужно. Пойдём, я знаю короткий путь домой, — махнула рукой она. рванув куда-то за угол, и Эмира сорвалась вслед за ней. Эта перемена в настроении сестры показалась ей такой странной. Запыхавшись, она нагнала её возле поворота к часовне. Внимательно окидывая взглядом улицу, девушка резко остановилась, будто выискивая кого-то среди мрачных похожих. — Особняк в другой стороне… — только и смогла произнести Эмира. Конечно, Эмити и сама знала это, но, будучи увлеченной своими поисками, казалось, даже не замечала сестру. — Нет, нет… Мы же не могли о… О, вот! Это она! — провожая глазами людей вдруг, разглядела нужный силуэт младшая и вновь рванула вперёд. “Да о ком же она чёрт возьми говорит?!” Возмущалась, бормоча себе под нос, Эмира вынужденно срываясь на бег следом. Спина младшей зелёным бликом мелькала среди множества угрюмых лиц, и, в погоне за ней, девушка протянула руку вперёд, спотыкаясь на ровном месте. Она едва не упала и, кое-как устояв на ногах, вновь взглянула в направлении убежавшей сестры. Замечая рядом с ней неизвестную рослую фигуру, девушка застыла на месте, чувствуя, как её брови медленно поползли вверх. Эмити обняла кого-то, прижимаясь к нему всем телом. Неужели это и есть та самая Луз? Пусть сперва и нерешительно, но шагнула им навстречу девушка. Плохое предчувствие охватило её, прямо как перед очередным экзаменом, кривая усмешка украсила побледневшее лицо. Что ж, пора бы им познакомиться поближе. — Эмити, ты чё… — хотела что-то спросить у повисшей на ней девушки Луз, но, почувствовав на себе ледяной взгляд Эмиры, замолкла, подняв глаза на неё: — Опана… — Я только хотела поздороваться, Луз, мы ведь не виделись уже почти неделю, а тут вдруг появилась возможность встретиться, и я, конечно, никак не могла её упустить, — вещала радостно девушка, но, замечая, что Носеда её вовсе не слушает, сверля взглядом пространство позади, решила объясниться: — Ах да, я здесь с сестрой, знакомься эт … — Сестрой? А, так значит, я не ошиблась, и ты тоже Блайт, — внезапно осознала Луз и, замечая как вытянулось лицо напротив, прикусила себе язык. Похоже, она сказала что-то не то. — Ты что, ей всё рассказала?! — воскликнула Эмира, поражённо глядя на Эмити, что только пожала плечами, тихонько пнув Носеду. Вздохнув, та нехотя выступила вперёд, медленно обведя фигуру незнакомки перед собой. Высокая, с ледяным взглядом и стальной осанкой — вот она истинная “породистая” Блайт. Как же она непохожа на Эмити. — Да не парься ты… Большая Блайт? Я никогда не выдам ваш маленький секрет, — кладя руку на плечо Эмире, попыталась заверить девушка, но та резко отпрянула назад, возмущённо поджав губы. Словно стрела, пронзила её неприязнь к Носеде. — Конечно не расскажешь, ты же знаешь последствия, — стряхнув пыль со своей куртки, произнесла девушка и добавила: — Ладно, нам стоит поторопиться, не так ли, Эмити? — Брось, Эмира. Я отменила свой урок по вокалу, так что можем прогуляться немного до дома. Ты же не против, Луз? — не желая замечать промелькнувшую между ними “искру”, продолжила добрушно общаться Эмити. Она не желала расставаться с Носедой. — Конечно, — стирая с лица смятение, натянула нахальную ухмылку Носеда, бросая взглядом вызов Эмире. Насколько хватит её терпения? Старшая Блайт показалась девушке несколько заносчивой, и чем дольше они находились рядом, тем сильнее Носеде хотелось вывести её из себя. Притворство в чужом поведении было очевидным, и, наблюдая за тем, как ей противно находиться здесь, Луз хотела понять, почему они сегодня в городе вдвоём. Поджав губы, старшая не стала упрекать Эмити, решив отложить разговор обо всём на потом. Но все касания этой грязной незнакомки к её сестре отзывались уколом в сердце. Эмити же словно не замечала ничего вокруг, видя только желтозубую улыбку Луз. И, подхватив Носеду под руку, она что-то радостно щебетала, глядя на неё влюблёнными глазами. И что только она в ней нашла? Неужели именно такое поведение называют “розовые очки”? Эмира совсем не понимала сестру. Неряшливая, грубоватая, невидящая границ особа, она ей совсем не походила. Эмити замолчала. Тишина тёмной тенью легла между ними, нехотя девушка шагала за парой, пиная блестящим носком кожаного ботинка разбросанные по дороге камни. Они всё больше уходили в лесную чащу, находиться в которой Эмира так боялась с самого детства. Она казался ей опасной, и осознание того, что Эмити мало того что любит эту разгульную особу, так ещё и уединяется с ней здесь, совершенно вывело девушку из себя. Конечно, Эмира знала обо всём этом и раньше, но неужели всё зашло так далеко, да и ещё так быстро? Для чего Луз её сестра? Поиграться и выбросить? Лучшим способом узнать было спросить, и, ускорив шаг, она теперь шла в ногу с ними. —Так значит тебя зовут Луз? — прочистив горло, задала вопрос девушка, и, обернувшись, Носеда тут же ответила ей. — Да, это моё имя, но можешь звать меня как угодно. Куда интереснее, как зовут тебя, Большая Блайт? — Не называй меня так, — холодно отрезала девушка, и Носеда пожала плечами. — А как тебя ещё называть, если я не знаю твоего имени? — бросила она через плечо, замечая, как хмурится Эмити, предугадывая, что последует за этими словами. — Какой…вздор, — вздохнула старшая, с раздражением пряча руки в карманы: — Столько лет прожить на острове и не знать таких элементарных вещей. Луз, откровенно говоря, плюёт на чужие слова. Она не станет пытаться вести себя по-другому с той, кто совсем не уважает её. Потому, когда Эмити шёпотом поинтересовалась, помнит ли Луз её имя на самом деле, девушка молча кивнула. — И кем же ты работаешь? — спустя время вновь задала вопрос Эмира, и Луз кое-как сдержала рвущуюся наружу улыбку. “Хорошо держишься” — пронеслось в её голове и, повернувшись в чужую сторону, она совершенно спокойно ответила ей. — Я работаю на литейном заводе, одном из ваших, к слову, и, если тебе интересно, условия работы там не самые лучшие. Эмити сильнее сжала чужую руку, стараясь дать понять Носеде, что лучше бы остановиться. Быстро пробегаясь глазами по чужой коже, она пыталась найти новые рубцы или следы ожогов, но в этот раз всё обошлось. В последнее время казалось, Луз работала куда менее аккуратно, подвергаясь эмоциям, и часто приходила замотанная в жёлтые бинты. — Раз тебе так не нравится завод, то каким ты видишь своё будущее? Чего ты хочешь от жизни ?— по-прежнему пытаясь выведать чужие цели, спрашивала девушка, и Луз, понимая, что к чему, уже в открытую заулыбалась. — Чего же я хочу… — задумалась девушка и, бросив взгляд на Эмити, продолжила: — Может сбежать? Взять корабль, уплыть восвояси и прихватить с собой принцессу. Эмити засмеялась, услышав это, а Луз подмигнула ей, намекая на то, что это не совсем её желание. Эмира цокнула. Она обдумывала только что услышанный бред. Носеда же просто пудрит ей мозги. Впрочем, нечто подобное она и ожидала услышать, а потому больше вопросов не задавала. Пробираясь сквозь чащу, они вскоре оказались у места, где должны были разделиться. С нежеланием отпуская руку Носеды, Эмити бросила последние слова на прощание, но они утонули в тишине. Бросившись в чужие объятья, она тут же отпрянула, сталкиваясь с опустевшими глазами сестры. Тоже взглянув на неё, Носеда усмехнулась и, повинуясь внезапному желанию, притянула обратно Блайт, которая собиралась уже уходить. — Знаешь, есть кое-что ещё, что я безумно хочу сейчас сделать, — прошептала она, прикладывая руки к чужому лицу. Младшая смутилась, чувствуя, как к щекам внезапно прилила кровь. — Что же это? — чуть заикаясь, выдавила из себя она, словно давая команду девушке напротив. Обвив пальцами чужое лицо, Луз притянула её к себе, с жадностью впиваясь в губы. Ловкие руки обвили талию, медленно сползая чуть ниже, и Носеда с насмешкой взглянула на ошеломленную Эмиру, словно показывая ей, что теперь Эмити принадлежит ей, и вытянула средний палец. Младшая Блайт совсем растворилась в девушке и с несвойственной ей страстью отвечала на жаркий поцелуй, прикусывая маленькими клыками чужие обветренные губы. В нос опять ударил аромат мяты, смешавшись с горечью табака. Внезапная радость охватило всё её существо, и, наконец оторвавшись от Носеды, она вновь её пылко обняла и уже с улыбкой до ушей подскочила к сестре. Луз упивалась чужим недовольством и ненавистью. Бледное лицо старшей Блайт кривыми линиями разделили тени, и, глядя на их поцелуй, она еле сдерживалась от того, чтобы не убить Носеду прямо здесь и сейчас. Луз так и ждала, что сейчас она сорвётся и ударит её, но этого так и не произошло. Эмира оказалась куда более стойкой, чем рассчитывала девушка, и потому, разогнув ноющую после завода спину, Носеда уже грезила об их следующей встрече. . . .