Если бы мы были в другом мире...

Позов вышел из ванной и похихикал про себя. Он переживал, что, пока они едут до гостиницы, пока он переоденется, помоется, желание успеет пропасть, всё-таки он устал как черт. Но нет, он смог удержать его, это тягучее томление, прямо как в детстве кастрюлю с варёной картошкой укутывали в одеяло, чтобы она дольше была горячей. Это сравнение его позабавило. Но Дима тут же снова вспомнил переодевающегося практически перед его носом Арсения. Его сильные, крепкие ноги, просто пиздец какую задницу. Спину он сегодня разглядеть не успел — Попов быстро натянул на себя толстовку. Зато позалипал на костяшки, на красивые длинные пальцы, пока Арс надевал носки, завязывал шнурки. Дима выудил из рюкзака купленную недавно смазку, посмотрел на презерватив, подумал, тоже его достал. Голыми руками в задницу он пока не готов лезть. Плюхнулся на кровать, сначала раскорячился в коленно-локтевой, но быстро понял, что так совсем неудобно будет. Он задержался в такой позе ещё на пару мгновений, пытаясь понять сильно ли ему неловко так стоять или терпимо. Да конечно стрёмно, что уж тут говорить! Дима лёг на живот, потянулся к заднице — ага, так уже удобнее. Глубокий вдох. Натянул презерватив на указательный палец, выдавил на него большую каплю смазки. Ещё один вдох. Было всё ещё немного тревожно из-за отторжения всего происходящего. Дима понимал, что спешит, не успел его мозг свыкнуться с мыслью о том, что он хочет мужика. Прям реально хочет, не просто фантазирует. Он готов за Арсением побегать сколько нужно. И желание вместе с любопытством перевешивали. Как говорилось в поговорке — глаза боятся, а руки делают. Руки действительно уже пошли в дело, первый палец зашёл удивительно легко, всё-таки смазки Дима не пожалел, да и подышал хорошо, смог расслабиться. Позов опёрся на свободную руку, пытаясь прогнуться сильнее, но тело было не слишком податливым, да ещё и шея побаливала от напряжения. Вытащил палец, натянул презик уже на два пальца сразу и попытался просунуть их оба. Получалось уже не так легко, но было не так страшно, как Дима думал. Правда, пальцы заходили лишь на две фаланги, вот в чём проблема. Ему определённо нужно будет купить какое-нибудь приспособление, только небольшое для начала. Стрёмно, конечно, но что поделать? Пилатесом каким-нибудь заниматься только чтобы себе пальцы в жопу засовывались лучше? Ну нахуй. Дима сделал несколько поступательных движений, попробовал развести пальцы. Вот тут уже почувствовал насколько всё туго, насколько тяжело поддаются мышцы. Решил отвлечься от этих ощущений, потёрся полувставшим членом об одеяло под ним. Вот, так уже лучше пошло. Очень даже хорошо пошло. Ну ладно, давайте оставим Диму додрачивать в одиночестве и переместимся на час раньше. На входе в гостиницу Серёжа зацепил Арсения за локоть и посмотрел на него серьёзно. — Арс, зайдёшь ко мне? Почирикать надо. Или хочешь тут? — Матвиенко кивнул на кафе при отеле. — Серёг, ну чё ты? — Арс поморщился, разговаривать ему совсем не хотелось. — Это ты чё? Уже и не поговорить с тобой, я скучаю вообще-то! — Серёжа пошёл на явную манипуляцию, но она сработала. Арс вздохнул, но пошёл в сторону кафе. Там играла негромкая расслабляющая музыка — и не раздражает, и не мешает уединённой беседе. Мужчины взяли по стакану сока, чтобы не сидеть за пустым столом. — Скучаешь, значит? — Арс посмотрел на друга из-под шапки, надвинутой чуть ли не на глаза. — И не только я, кстати. — Ой, блять, Серый, серьёзно? — тут же прервал Матвиенко Арсений раздражённо. Почуял подвох. Серёжа с наигранным непониманием посмотрел на Попова. — Я так понимаю, сейчас ты вообще взрывоопасный, да? И слова тебе не сказать? А я вообще-то реально переживаю, — теперь Сергей смотрел тревожно, но тепло. Под таким взглядом, таким странным и противоречивым, Арсений всегда сдавался. Этому человеку было невозможно отказать, когда он действительно чего-то от тебя хочет. — Ну ладно, ладно, — Попов поднял ладони в примирительном жесте, но тут же язвительно продолжил, закидывая ногу на ногу, — И чё он, скучает, говоришь? — То есть на то, что я тоже скучаю, тебе посрать? Ну спасибо, спасибо, друг, — пробурчал Серёжа с лёгкой улыбкой, показывая, что на самом деле не злится, — а вообще скучает, да. Я не знаю, что ты там себе напридумывал, но он по тебе скучает. Сказал, что ты ему дорог. — Пиздит как дышит! — процедил Арсений. Это, конечно, была защитная реакция. Не подлезать — убьёт. “Дорог”? Ага, как же. — Я так не думаю, Арс, — Серёжа снова звучал мягко и серьёзно. — Поз, походу, серьёзно запал на тебя. И, знаешь, я думал, это взаимно. Но ты чё-то бегаешь от него. Я нихуя не понимаю иногда твоих выебонов. — Чё, блядь? Какое “запал”? — Арс резко опустил стакан с соком на стол и продолжил зло выплёвывать слова. — Ты бы видел с каким он отвращением отдёрнул руку, когда понял, что у меня на него стоит! Нахуй меня послал и свинтился моментально. А потом что начал творить, ты видел? Заебал меня в неудобные положения на сцене ставить. Знает, хуила, что я оттуда не сбегу и наслаждается моим унижением. После такой бурной речи Арсений словно сдулся, скрестил руки на груди, стёк по стулу, и теперь полулежал на нём. Серёжа первые пару секунд сидел в ахуе, а потом тихо засмеялся, прикрывая лицо. — Пиздееец, как у вас обоих насрано в башке. Один мнётся, “ой, Арсений нос воротит, а я по нему сохну”, другой, блять, теперь — “ой, Дима меня нахуй послал”, — Серёжа передразнил обоих своих друзей, — Вы чё? Поговорите нормально, а! Арсений всё ещё сидел насупившись, молчал. “Я по нему сохну”. Интересно, так и сказал, что ль? Прям подошёл и признался Серёге? Чё-то как-то подозрительно. — Ладно, может не прям сразу говорить, но ты пойми, унижать он тебя точно не хочет. Просто глаза раскрой, Арс. Мне похуй, вы будете трахаться или поговорите и закроете эту тему. Главное, чтобы ты был в порядке, понял? Мне это важнее всего. Ты ся в зеркало видел? Один сплошной мешок подглазный, — Серёжа тыкнул пальцем Арсению в потемневшую кожу под нижним веком. — Не, погоди, Серёг, ну ты не понимаешь. Он семейный человек. Я не настолько изверг, да и Катюху жаль. — Так вот чего ты изводишь себя! Поз взрослый мальчик, сам разберётся. А про Катюху… Я бы тебе сказал, но не буду. Чтобы ты точно с ним перетёр этот вопрос, понял? — Интриган хуев! — Да, я такой, — довольно протянул Матвиенко. — Всё, пойдём спать, завтра ранний подъём. Понял меня, да? Посмотри на ситуацию иначе. Обещаешь? — Хорошо, Серёг. Я постараюсь. Ты, как всегда, лучший! Серёга и правда был обалденным! Почему-то от разговора с ним стало так светло на душе, словно Дима и правда мог по нему, Арсению, сохнуть. Ну Попов за ним ещё понаблюдает. Слишком долго он убеждал себя, что Позов над ним насмехается. Такое просто так из головы не выбросить.