Осенний вечер, первый снег

Свой день рождения Ши Цинсюань отмечал в одном из лучших парков развлечений города и, кажется, задался целью обойти его весь, не пропустив ни одного аттракциона. Первым делом он потащил друзей на американские горки — такие быстрые, что ветер наотмашь бил в лицо, а в наивысших точках сердце замирало от ужаса и восторга. Затем, почти без перерыва — на крутящиеся чашки, с которых Му Цин вышел с бледно-зеленым лицом, а потом — на «Камикадзе», после которого уже Фэн Синь сказал, что лучше прогуляется до тира и выиграет Ши Цинсюаню приз. Оставшиеся — Се Лянь, Мин И и сам виновник торжества — пожелали ему удачи и продолжили путь. Сделав не меньше сотни фоток в отражениях зеркального лабиринта, побродив до головокружения по перевернутому дому и раскачавшись до морской болезни на ужасно скрипучем «Летучем Голландце» — впрочем, Ши Цинсюань вопил так, что заглушал даже этот скрип, — они вновь ступили на твердую землю, отдышались и оглянулись в поисках чего-то нового. — Ага! — сказал Ши Цинсюань, указывая пальцем новое направление. Проследив за ним взглядом, Се Лянь увидел павильон в форме зловещего замка с узкими окнами-бойницами и высокой массивной дверью — впрочем, приветливо распахнутой для всех посетителей. — Комната ужасов! То, что надо! Кто со мной? — Отказы принимаются? — без особой надежды спросил Мин И. — Ни в каком виде! — засмеялся Ши Цинсюань. — Но ты не бойся, Мин-сюн, в случае чего мы с Се-сюном сможем тебя защитить! Се Лянь согласно кивнул, пряча улыбку. — Еще кто кого будет защищать, — пробормотал Мин И. — У меня до сих пор в ушах звенит от твоих воплей на «Голландце». — Вот и договорились! — обрадовался Ши Цинсюань. — А раз так — вперед, не будем терять ни минуты! И они втроем устремились к павильону комнаты страха, носящему гордое название «Замок Тунлу». — Проблем со здоровьем нет? — хмуро спросил служащий в форменной футболке. — Болезни сердца? Эпилепсия? Если испугаетесь и повернете назад, деньги мы не возвращаем, имейте в виду. — Кто испугается, мы? — подбоченился Ши Цинсюань. — Да мы таких комнат уже сотню прошли! — И в каждой вдоволь поорали, — пробормотал Мин И у него за спиной. — У меня над ухом. Второй служащий, все это время стоящий в тени, загадочно усмехнулся. Цзюнь У работал в индустрии развлечений уже три года и эту работу очень любил. Свою профессию он называл «продавец кошмаров», и надо сказать, что кошмары, которые он предлагал широкой публике, стоили своих денег. В отличие от других комнат ужасов, которые заставляли посетителей бояться разве что оглушительного рева и пластмассовых кукол с клыками, в «Замке Тунлу» акцент был сделан совсем на другом. Здесь из тьмы подсознания извлекались глубинные человеческие страхи. Боязнь замкнутых помещений. Страх одиночества. Ужас перед неизвестным. Каждый раз, сидя в операторской комнате перед монитором, куда транслировалась съемка с внутренних камер, и глядя на чужую панику, Цзюнь У испытывал чувство глубокого удовлетворения. О да. Он снова угадал. Его труды оправдались. — А-а-а-а! — Ши Цинсюань отшатнулся и судорожно схватился за Мин И. Двухметровая фигура воина в восточных одеждах зловеще расхохоталась и занесла над головой огромную саблю. — Мин-сюн! Мин И схватил Ши Цинсюаня за руку и быстро протащил его мимо воина, пока тот не успел закончить удар. Се Лянь выждал, пока сабля опустится и перебежал следом. — Я думал, мне конец! — страдальчески вздохнул Ши Цинсюань. — Он еще вышел из-за поворота так внезапно! Мин И коротко кивнул и отпустил его руку. — Стоило ожидать, — пробормотал он. — Пошли отсюда. В нескольких шагах от них зажглась зеленая стрелка, показывая путь, и они последовали за ней. Новая комната оказалась полутемной и расписанной под тропический лес, даже под ногами шуршало что-то вроде травы. Но не успели они сделать и пару шагов, как на голову обрушилась новая напасть. Обрушилась в буквальном смысле слова. — А-а-а-а! Змеи! Ши Цинсюань резво отскочил в сторону и задрожал, как будто его уже укусили. — Мин-сюн, тут змеи! — Они резиновые, — флегматично ответил Мин И. — Нет, они живые! Одна заползла мне прямо за шиворот! А-а-а-а!!! Се Лянь поправил воротник свитера Ши Цинсюаня, отодвигая холодную резиновую змею, и ободряюще улыбнулся. С десяток других таких змей до сих пор покачивались под потолком, привязанные за хвосты. Се Лянь подумал, что это очень забавно. — Пойдемте дальше? — предложил он. — Правильно, дальше… — закивал Ши Цинсюань. — Подальше от змей. Мин И покачал головой и отодвинул самых длинных, чтобы Ши Цинсюань их не задел. — Да чего ты боишься? — вздохнул он. — Не съедят же тебя, в самом деле… Они как раз вошли в новую комнату, на этот раз непроглядно-темную, но полную странных звуков: как будто крупный зверь смачно жевал сырое мясо, а вдалеке встревоженно перекликались люди. В полной темноте приходилось идти с осторожностью, чтобы не наткнуться на стену — но волновались они напрасно. Стоило приблизиться к стене, как по обеим сторонам вдруг распахнулись два светящихся огромных глаза. — Это еще что… — пробормотал Ши Цинсюань, почти с тоской глядя в сторону тропической комнаты. — И куда нам… В следующий миг между глазами распахнулся такой же огромный рот, окатив их потоком горячего воздуха, а из него выкатился длинный язык — словно красная ковровая дорожка. — Только не говорите мне… Что нам придется туда лезть! — воскликнул Ши Цинсюань. Но другого выхода не оставалось. — Не волнуйся, — сказал Се Лянь. — Если хочешь, я пойду первым. Он единственный из всех, кажется, искренне наслаждался происходящим. Перешагнув через распахнутую нижнюю челюсть, он окунулся в темный провал рта, ощупывая дорогу перед собой. Вскоре по бокам затеплился тусклый красноватый свет, не столько помогая идти, сколько навевая мысли о гигантской глотке. Руки то и дело натыкались на что-то мягкое, теплое и скользкое, и временами что-то задевало макушку. Где-то за спиной вздыхал Ши Цинсюань и вполголоса ругался Мин И — Се Лянь хотел было спросить, все ли у них в порядке, но тут его ладонь уперлась в стену. Сзади навалились Ши Цинсюань и Мин И, тоже вытянутыми руками ощупывая тупик. — Тут что, закрыто? — почему-то шепотом спросил Ши Цинсюань. Мин И на всякий случай толкнул стену плечом, потом коленом. — Может быть, нам вернуться? Но стоило повернуть назад, как мягкие гладкие стены вокруг них начали сжиматься. Медленно и неумолимо, окутывая их полотном красной ткани, так что они втроем оказались буквально прижаты друг к другу. — Что происходит? — все еще вполголоса забормотал Ши Цинсюань. — Что тут, мать его, происходит?! Мин-сюн, ты же говорил, что меня не съедят — и где мы теперь?! Ткань обернулась удушающе плотно и замерла на несколько мучительных мгновений. А потом стены дрогнули, выпуская свою добычу — и дверь перед ними приветливо распахнулась, мигнув зеленой стрелкой. — Нас съели! — все не унимался Ши Цинсюань, уже стоя в относительной безопасности. Он дрожал всем телом и панически оглядывался по сторонам. — Переварили и съели! Вот что это такое! — Но ведь теперь все в порядке, — утешающе сказал Се Лянь. — Давай, сделай вдох и выдох… И еще раз… — Как ты можешь быть таким спокойным?! — возмутился Ши Цинсюань. — Нас только что чуть не раздавило в этой глотке! — Но ведь это комната страха, — пожал плечами Се Лянь. — Так и должно быть. Цзюнь У с раздражением отвернулся от монитора и потер висок. Он уже привык, что в его «Замок Тунлу» приходят самые разные люди и не каждый легко поддается страху, но сегодняшняя группа все больше вызывала у него беспокойство. Одного из них он легко напугал, второй еще держался, но вскоре тоже должен был дать слабину, а вот третий… Третий раздражал его особенно. «Это ведь комната страха», — все еще звучал в ушах спокойный мягкий голос. В тот момент Цзюнь У был готов на все, чтобы это незыблемое спокойствие сменилось отчаянием и паникой. Это был вызов. — Се Лянь, неужели тебе совсем не страшно? — дрожащим голосом спросил Ши Цинсюань. Из темноты со всех сторон — сверху, снизу, сбоку — к ним тянулось бесчисленное множество ладоней, готовясь разорвать на части, но по счастливой случайности упираясь в прозрачные перегородки пола, стен и потолка. — На самом деле, не очень, — сказал Се Лянь. Они уже вошли в следующую комнату, где на троне сидел коронованный скелет. При их приближении он вскочил — и тут же рухнул вперед, рассыпаясь на отдельные кости, так что даже безучастный Мин И явственно вздрогнул. Се Лянь тронул нарисованный на стене светящейся краской рыбий скелет и добавил: — Мне… мне скорее весело. «Это ненадолго», — мысленно пообещал ему Цзюнь У, закидывая в рот леденец со вкусом перечной мяты. Мороз, пробежавший по языку, понемногу успокоил его мысли и заставил их течь в правильном направлении. У него еще была парочка козырей в рукаве — для особых случаев. А Се Лянь был случаем не просто особым, а беспрецедентным. Пожалуй, в этот миг ему ничего не хотелось сильнее, чем увидеть Се Ляня растерянным, напуганным и потерявшим волю к сопротивлению. — О нет, ты опять собираешься это сделать? — простонал Мэй Няньцин, увидев его маниакальный взгляд. — Ну зачем? Зачем?! — Потому что я честно отрабатываю свои деньги, — гордо ответил Цзюнь У. «Потому что мне нравится их пугать», — усмехнулся он и повернул неприметный рычаг на панели управления. Обычно комната ужасов представляла собой один, пусть и очень запутанный, длинный коридор, но в «Замке Тунлу» было по-другому. Незаметно для глаз павильон внутри разветвлялся на две части, одна из которых была общедоступной, а вот другая… В другую попадали далеко не все... — Эй, идите сюда! — позвал Се Лянь. — Я нашел стрелку выхода! Прямо перед ним коридор загибался налево, а в нескольких шагах горел зеленый указатель. — М-м… Ты уверен? — протянул Ши Цинсюань. — А по-моему, нам туда. Он махнул рукой вправо, где — на удивление — светилась точно такая же зеленая стрелка. Мин И вздохнул и покачал головой. — И куда нам? — без энтузиазма спросил он. — Может быть, не имеет значения, куда идти? — предположил Се Лянь. — Так или иначе, мы все равно отсюда выберемся. — Если так, почему бы не пойти этой дорогой? — Ши Цинсюань похлопал по стене рядом с найденной им стрелкой и тут же, ойкнув, отдернул руку. Два поворота назад после этого жеста у них под ногами зашатался и разъехался пол. — Но что если тот путь короче? — возразил Се Лянь. — И мы быстрее выйдем отсюда? Ши Цинсюань, окончательно растерявший боевой настрой, страдальчески вздохнул. — Решайте уже что-нибудь, — поторопил Мин И. — Мы так до вечера здесь застрянем. — Ладно, слушайте, — решился Се Лянь. — Я быстро схожу туда и проверю. Загляну за угол и скажу вам, видно ли выход. И, не дожидаясь ответа, направился к указателю. Вопреки ожиданиям, пол под его ногами не поехал, ничего не свалилось сверху и не выпало из стен. Се Лянь без проблем добрался до зеленой стрелки и вытянул шею. В следующем коридоре было темно. — Что ж, кажется, я… — начал было он, но тут за его спиной раздался металлический лязг и с потолка начала опускаться решетка, медленно, но неумолимо закрывая дорогу назад. — Се Лянь! — Ши Цинсюань бросился к нему и тут же отскочил, не зная, что делать. — Оно сейчас закроется! Быстрее, иди сюда, ты еще сможешь под ней пролезть! Но решетка уже опустилась, преграждая путь. — Хах, — Се Лянь вздохнул и подергал ее прутья. — Кажется, меня заперло? — Не волнуйся, мы сейчас выберемся и кого-нибудь позовем! Тебя спасут! — Ши Цинсюань смотрел на него почти с отчаянием. — Мин-сюн! Мы должны поскорее пройти этот коридор! Се Лянь, дождись нас! Се Лянь потер точку между бровей и прислонился к стене. Зеленая стрелка все еще горела. Он вдруг понял, что нужно делать. — Ничего страшного, — улыбнулся он. — Можете не торопиться, я пока попробую пройти этот коридор. Думаю, мы встретимся на выходе! Ши Цинсюань оглянулся напоследок и помахал рукой. Се Лянь махнул ему в ответ. — Ну вот, теперь мне придется за ними приглядывать, — Мэй Няньцин с досадой отложил телефон с не до конца разложенным пасьянсом и хмуро посмотрел на Цзюнь У. — Этого ты добивался? Доволен? — Пока еще нет, — усмехнулся Цзюнь У, доставая новый мятный леденец. — Наша игра только начинается. — Мама, мама… — позвал детский голосок. Се Лянь нервно передернул плечами. С тех пор, как они с Ши Цинсюанем разделились, его хладнокровие то и дело давало сбой. То ли он устал, то ли «Замок Тунлу» припас самые неприятные вещи напоследок, но Се Лянь чувствовал, что временами ему и правда… становится не по себе. Комната, в которой он оказался, была слабо освещена по углам, но даже так было видно огромную залитую кровью кровать и тело женщины на ней. Рядом с кроватью сидел маленький ребенок — и, кажется, плакал. — Мама, где ты? Се Лянь наугад сделал пару шагов. В этот момент голова ребенка неестественно повернулась, а глаза вспыхнули красным. — Ты — моя мама! Он ринулся на Се Ляня, быстро перебирая своими ручками. Се Лянь невольно отступил на шаг. Он понятия не имел, что делать. Бежать? Застыть? Словно этого было мало, не дойдя пару шагов, ребенок вдруг метнулся к его животу — Се Лянь едва успел отшатнуться. Перед глазами мелькнули крохотные ножки, тут же взмывшие под потолок. Се Лянь заторможено проследил их взглядом и прислонился к стене. Тихо, полушепотом выругался. Сверху раздалось злорадное хихиканье. Больше не желая тут находиться, Се Лянь рванул к двери. В следующей комнате его встретил десяток женских силуэтов, завернутых в свадебные одежды. Подождав, пока успокоится сердце, Се Лянь осторожно шагнул вперед — и тут же отскочил обратно, когда крайняя невеста вскинула свои когтистые руки и качнулась вперед. Проклиная все на свете, Се Лянь двинулся по коридору, прижимаясь к стене лопатками, чтобы скрюченные руки его не коснулись, и надеясь, что хотя бы в следующей комнате ему дадут передохнуть. Скрежет лат и вспыхнувшие синим демоническим огнем глаза тут же развеяли его надежды. За глазами вспыхнули и остальные детали огромного рыцаря, утыканного стрелами со всех сторон. Чуть повернув свой шлем, рыцарь сипло зашипел, словно засмеялся, и взмахнул мечом, преграждая Се Ляню путь. «Добро пожаловать в мир страданий», — прошуршал он. ...Все шло отлично, в точности по плану. Цзюнь У откинулся на спинку стула и снова посмотрел в монитор. Се Лянь безуспешно пытался пройти «Рыцаря», то и дело уворачиваясь от ударов меча и ловя в лицо потоки горячего воздуха. Он уже выглядел куда более взвинченным и нервным, но все еще не до такой степени, как хотелось бы Цзюнь У. Чтобы напугать, оставался последний штрих. Последняя комната, после которой даже Се Лянь будет трястись от страха. Цзюнь У с предвкушением взглянул на приборную панель — и замер. Одна из лампочек не горела. — О нет, — пробормотал он, мигом слезая со стула и отчаянно дергая переключатель. — О нет-нет-нет, ну почему именно сейчас? — Что там у тебя? — Мэй Няньцин отвлекся от наблюдения за своей группой и подошел ближе. — Ну… этого следовало ожидать. «Безликого Бая» давно пора было сдать в ремонт. Как он вообще работал? — До сегодняшнего дня — совершенно нормально! — возмутился Цзюнь У. — Проклятье! Он схватился за голову. Локацию, к которой приближался Се Лянь, они между собой называли «Комнатой привидений». Привидения, сделанные из прозрачного шелка, парили от пола до потолка, но «звездой» комнаты был «Безликий Бай» — двухметровая фигура в погребальных одеждах, которая в нужный момент вылетала на посетителя, делая вид, что схватит его за горло. Тощие руки «Бая» едва ли могли пришибить даже комара, но размах рукавов создавал такой поразительный эффект, что восемь из десяти посетителей орали благим матом так, что было слышно на улице, а оставшиеся двое от страха теряли голос. И вот теперь «Безликий Бай» сломался. Мэй Няньцин покачал головой. — Ладно тебе переживать, — сказал он. — Остальное-то работает. «Птички» парят, свет мигает. Ну? Цзюнь У упрямо покачал головой. — Нет, я так просто не сдамся… Он замер на пару мгновений, размышляя, а потом устремился к двери, ведущей в чулан. Какое-то время он там шуршал и гремел запчастями от фигур, после чего с торжествующим видом достал белый шелковой халат и маску. Если «Безликий Бай» сломался — не беда. Он и сам может быть «Безликим Баем»! — О нет! — теперь настал черед Мэй Няньцина причитать и метаться. — Нет, ты этого не сделаешь! — Разумеется, сделаю, — Цзюнь У стянул форменную футболку и завернулся в халат, запахивая его «мертвой» стороной. Он распустил и растрепал волосы, вытащил из ящика стола перчатки с длинными ногтями, которые валялись там с Хэллоуина, и закрыл лицо белой маской с перекошенным ртом. — Как я выгляжу? — Отвратительно, — буркнул Мэй Няньцин. — Так и должно быть, — кивнул Цзюнь У. Больше не тратя времени на разговоры, он вышел из комнаты. Коридоры «Замка Тунлу» он знал как свои пять пальцев и мог бы пройти по ним с закрытыми глазами, не потревожив ни один манекен. До «Комнаты привидений» он добрался меньше, чем за минуту и тут же оценил обстановку. Се Лянь еще не пришел. Судя по грохочущим звукам, он продолжал искать подход к «Рыцарю», а значит, оставалось немного времени, чтобы подготовиться. Цзюнь У прошелся по комнате, выбирая лучшее место, и в конце концов остановился перед незаметным проемом, из которого должен был появиться «Безликий Бай». Перед этим он пошарил рукой в стене и отключил скрытый механизм, чтобы настоящий «Бай», если ему вдруг приспичит ожить, не сорвался и не дал ему пинка в самый ответственный момент. Теперь оставалось только ждать. Цзюнь У замер, то и дело глядя в сторону двери. Мятный леденец хрустнул на зубах и растаял, оставив легкий морозный вкус, от волнения заныла спина. Сердце билось в такт мигающим лампам — пять коротких вспышек и долгая пауза темноты, а затем по новой. Ну когда уже? Он в очередной раз поправил маску. Лампы уже начали заходить на шестой круг, когда в комнату настороженно заглянул Се Лянь, на ходу отряхивая колени и ладони. Должно быть, он только что прополз под мечом «Рыцаря» — Цзюнь У мысленно похвалил его за находчивость. Впрочем, это не отменяло желания хорошенько его напугать. Се Лянь успел пройти меньше десятка шагов, вздрагивая и отмахиваясь от порхающих привидений, когда Цзюнь У, выбрав момент полной темноты, шагнул ему навстречу. Се Лянь дернулся и застыл. Стоило ему решить, что он уже привык к сюрпризам комнаты страха, как она преподносила ему новые, еще хуже. Высокая фигура в белом погребальном одеянии, словно возникшая из ниоткуда, явно была одним из них. Се Лянь чуть склонил голову, размышляя, чего ожидать. Пронзительный вопль? Всплеск горячего воздуха в лицо? Может быть, она прямо на его глазах истечет до ужаса натуральной кровью? Пока он решал, фигура призрака медленно подняла голову, открывая перекошенное гримасой белое лицо — и бросилась на Се Ляня! В другое время он бы еще смог остановиться, убедить себя, что это не по-настоящему и ему ничего не грозит. Но сейчас его нервы были на пределе, и вместо разума говорил инстинкт. Не задумываясь, Се Лянь размахнулся и врезал призраку под дых. Цзюнь У спасли только две вещи — мигающий свет, сбивший Се Ляню меткость, и восемь лет в секции борьбы, где его научили блокировать такие удары. В последний момент он рефлекторно увернулся и перехватил запястье Се Ляня. Комната погрузилась в долгую темноту. Се Лянь слышал только шелест ткани и свое судорожно сбившееся дыхание. «Он… живой?» Эта мысль пронзила его в самое сердце, заставив явственно вздрогнуть. — П-простите, — выдохнул он, и тут вспыхнул свет. Призрак в белом стоял на расстоянии ладони и смотрел прямо на него. — Ты посмел напасть на меня, — хриплым голосом сказал он. Его губы не двигались — только сейчас Се Лянь понял, что лицо скрывала маска. — Я… — он запнулся, не зная, что ответить. Он в самом деле был виноват. Призрак рассмеялся клокочущим жутким смехом, от которого у Се Ляня по спине пробежали мурашки. «А вдруг это настоящий дух?» — с испугом подумал он. После сегодняшнего дня он бы не удивился. — За это, — медленно и зловеще произнес призрак, — я заберу твою душу. Се Лянь дернулся назад, но холодная когтистая рука удержала его на месте — длинные ногти впились в кожу запястья. — Не бойся, — другой рукой призрак провел по его щеке. — Это не больно. Его искаженное лицо приблизилось, а потом свет снова надолго погас, и… Что-то коснулось его губ — неумолимо, жестко, заставляя поддаться и обволакивая леденящим холодом. Се Ляню казалось, что он целуется с самой преисподней. Что сейчас его унесет в страну мертвых, и он останется в ней навсегда — в кольце холодных рук. — Ну вот и все, — прошептал призрак ему на ухо. Перед глазами замелькали цветные блики — то ли от мигающего света, то ли от чего-то еще. — Теперь ты можешь продолжить путь. Он отпустил Се Ляня и, не оглядываясь, шагнул прочь — будто растворился в темноте или прошел сквозь стену. Какое-то время Се Лянь ошарашенно смотрел ему вслед, прижимая к губам кончики пальцев, а потом вздохнул и двинулся к выходу. Нужно было поспешить и выбраться отсюда, пока его друзья не начали волноваться... — Ты чудовище, — сказал Мэй Няньцин, повернувшись на скрип двери. — Я уже устал задавать этот вопрос, но… Зачем? Зачем ты это сделал? Цзюнь У пожал плечами, скинул маску и отвернулся. Он и сам не знал ответа на этот вопрос. Просто… В тот момент он не мог поступить иначе. Се Лянь стоял перед ним такой открытый. Такой испуганный. Так близко… Он повернулся к монитору, чтобы проследить по камерам его дальнейший путь, и тихо вздохнул. Его желание по-настоящему напугать Се Ляня сбылось, но отчего-то Цзюнь У был совсем этому не рад. Остаток пути прошел как будто в полусне. Се Лянь уже не обращал внимания ни на качающиеся отрубленные руки, ни на зловещий смех рогатых демонов, ни на дрожащий под ногами пол. Очередная стрелка вывела его к подсвеченному солнцем прямоугольнику двери, и Се Лянь толкнул его, наконец выходя на свободу. Ши Цинсюаня и Мин И еще не было. Растерянно оглянувшись, Се Лянь прошел вдоль павильона, все еще безуспешно пытаясь прийти в себя. Что с ним все-таки произошло? С кем он… только что целовался? Дойдя до этой мысли, Се Лянь почувствовал, что краснеет и прижал ладони к щекам. Он только что впервые поцеловался — и даже не знает, с кем?! — Все в порядке? — спросил кто-то у него за спиной. — Может быть, вам присесть? Се Лянь обернулся и увидел одного из служащих в форменной черной футболке. Его небрежно собранный высокий хвост был перекинут через плечо, а глаза смотрели внимательно и тепло. Се Лянь покачал головой. — Нет… — пробормотал он. — То есть, да… Я в порядке. Просто… слишком много впечатлений. Что-то в этом служащем казалось ему смутно знакомым, но Се Лянь не мог понять, что. — Может быть, зайдете к нам и отдохнете? — участливо спросил тот. — Выпьете чаю… У нас отличный чай. Се Лянь снова помотал головой. После всего случившегося ему хотелось побыть одному, чтобы все обдумать и успокоиться. Чтобы свыкнуться с мыслью… — Ну тогда, — служащий пошарил в кармане брюк, — возьмите хотя бы леденец? Отказаться было бы неудобно, и Се Лянь послушно протянул ладонь. — Спасибо, — сказал он, поднимая взгляд. — Вы очень… — Се Лянь, вот ты где! — на него налетели, чуть не сбивая с ног, и сжали так, что хрустнули ребра. — Я так боялся за тебя! Думал, мы больше не увидимся! Как ты там один?! Ши Цинсюань прижался к нему всем телом, крепко обнимая. Мин И стоял в шаге от него и, кажется, не мог поверить, что все закончилось. — Это было ужасно! У меня чуть сердце не остановилось! Хорошо, что хотя бы Мин-сюн остался со мной! — От тебя попробуй отвяжись, — буркнул Мин И. Но его никто не услышал, потому что Ши Цинсюань начал с пулеметной скоростью рассказывать, что произошло после того, как они разделились. — Там были гигантские дождевые черви! Нужно было перебраться через них, а они такие скользкие! Жуть! А еще на нас выскочила мумия, а за ней вторая — я думал, прямо там и умру! Будет у них третья в коллекции… А еще на нас так жутко заорало! И еще шепот такой зловещий, говорил, что мы никогда не выберемся отсюда! Я не могу, мне нужно выпить… Се Лянь сочувственно похлопал его по плечу. Отчего-то рассказывать о своих приключениях ему совсем не хотелось. Ши Цинсюань, желая восстановить душевное равновесие, первым делом направился к киоску с выпечкой, где кроме бургеров и заварных пирожных продавали ароматный согревающий глинтвейн. Выбрав самый отдаленный столик, они втроем присели передохнуть. — Ну и денек, — вздохнул Ши Цинсюань, отпивая из своей кружки. — Даже не верится, что я снова вижу небо… Дома… Людей… Мин И бросил на него нечитаемый взгляд и, подумав, протянул половину своего бургера. Ши Цинсюань задумчиво откусил, все еще потерянно созерцая мир вокруг. Се Лянь склонился над своей кружкой и вдохнул пряный аромат, но так и не притронулся ни к еде, ни к напитку. Как будто он и правда оставил часть своей души за порогом комнаты страха и теперь не мог понять, что ему делать. Свежий ветер растрепал ему волосы и бросил в лицо пригоршню желтых листьев. Что-то зашуршало в его ладони. Опустив голову, Се Лянь с удивлением заметил, что до сих пор сжимает в руке леденец, которым его угостили. Он какое-то время размышлял, что теперь с ним делать, а потом, не придумав ничего лучше, развернул светло-зеленую обертку и закинул в рот. И тут же удивленно распахнул глаза. Язык как будто заледенел и покрылся инеем, но не это заставило Се Ляня подскочить на месте под удивленными взглядами друзей. Тот самый холод. Тот самый вкус. «Я заберу твою душу», — сказал ему на ухо вкрадчивый голос. Се Лянь сглотнул и облизнул губы, взглядом находя замок комнаты страха, а рядом с ним — далекую фигуру с высоким небрежно собранным хвостом. «Что ж, если ты и правда получил мою душу, — с веселой решимостью подумал Се Лянь, — тогда взамен я заберу твою». Мятный вкус плавился на языке.