Запретно рожденный

      По собственным признаниям Патрика он искренне надеялся, что тем, кого захотит усыновить семейство Росс, будет только он и никто больше. Его глаза горели янтарным огнем, стоило только мисс Приквел завести разговор о предстоящем визите зверолюдей в приют, и оттого Лайонелу было слегка не по себе. Патрик действительно заслуживал быть усыновленным.       Всеми ожидаемая встреча была назначена на самый крайний день недели. Некоторые приютские дети все еще не теряли надежды, что Лайонел, взрослый по меркам приюта, забитый собственными переживаниями и измученный воспоминаниями омега, не очарует семейство Росс и от него откажутся сразу же, как только увидят.       «Мне и вправду нечем их очаровывать».       Мисс Приквел пригласила мальчишку в свою комнату (которая больше походила на рабочий кабинет) ближе к полудню, как раз перед самым обедом, на который Лайонел все-таки рассчитывал успеть. С самого начала действительно казалось, что встреча выйдет непродолжительной.       — Это наш малыш, Лайонел, — представила настоятельница.       Наверное, сидящим на софе стало не по себе, ведь она назвала малышом такого взрослого омегу, но эта женщина называла «малышами» всех приютских детей, поэтому Лайонелу не стало неловко за такое представление.       — Очень приятно, Лайонел. Красивое имя. Твоя матушка, верно, долго над ним думала?       Говорящий не представился, поэтому Лайонел ответил не сразу, ожидая, что мужчина все же назовется. Но этого не произошло.       — Навряд ли она вообще думала об этом, — пожал он плечами. — Разве в моем портфолио не указана родословная? Моя мать обычная служанка, подвергшаяся насилию собственного хозяина.       Мисс Приквел замерла, удивленная подобной дерзостью. Лайонел не отличался конфликтностью и, видимо, этот выпад озадачил ее, но разве эти зверолюди не должны были ознакомиться со всем, что указано в портфолио? Если все было так, то заданный вопрос должен был бы оскорбить.       Мужчина, напротив ожидавший чего-то подобного в свой адрес, по-доброму смягчился в лице.       — Прекрати, Элмер. Поумерь пыл и извинись перед юношей, — пробурчал старик, что сидел немного левее.       Только сейчас можно было заметить пушистые остроконечные ушки, эффектно выделяющиеся на их макушках. Любопытство накатило: Лайонел прищурился, чтобы детальнее их рассмотреть. Впервые видя зверолюдей, характерные животные отличия привлекли его внимание сильнее, чем пустые разговоры. Интересно, к какому подвиду они себя относят…       Эти мысли отобразились на лице, и мужчина, которого старик назвал Элмером, поспешил утолить нездоровое любопытство. Возможно, он сталкивался с подобной реакцией людей слишком часто, чтобы не понять, о чем думает его собеседник.       — Впервые видишь зверолюдей? — спросил он и прижал мохнатые уши к макушке. — Мы – потомки северных волков. Приехали в провинцию Хаоль для торговли шкурами и мехами, которые добыли на северном континенте. Может быть, тебе хочется спросить нас о чем-то особенном?       — Зачем я вам?       Вопрос особенностью не отличался, но явно застал волка врасплох.       — Кормить, обучать, воспитывать, — стал перечислять Элмер Росс, но на какой-то момент замолчал и вперился в парнишку взглядом, а затем тихо еле слышно добавил: — Работать над раскрытием твоего потенциала.       Мисс Приквел наконец вмешалась в диалог и со странностями было покончено, началась обычная задушевная беседа о делах насущных. Настоятельница все рассказывала и рассказывала об истории своего приюта, о том, скольких детей за годы своего существования они приютили и скольких пристроили в заботливые приемные семьи. Попытка выставить и себя и здешних обитателей в более выгодном свете, чем было на самом деле, была налицо, но двое волков делали заинтересованный вид и внимательно слушали все, о чем рассказывала мисс Приквел. Лайонелу удалось заметить, как Элмер Росс (тот, кто говорил больше своего сородича) пару раз зевнул, хоть и попытался скрыть это широкой ладонью.       Прошло уже больше получаса, но все, что Лайонелу позволили узнать о семье, которая хотела его усыновить, это то, что Элмер Росс – сын одного из главы семейства, а сидящий рядом с ним старик – его наставник и по совместительству дальний родственник. Черты их лиц были чуть схожи, за чем и крылось явное родство. Элмер Росс, если бы не темные пушистые уши, выглядел совсем как обычный человек с неестественно правильными и приятными глазу чертами лица. Густые черные волосы были собраны в высокий хвост, окрас которого плавно переходил в серебряный. Пальцы Лайонела сами по себе нашли неровно отрезанный локоны, которые были точно такого же окраса, и потеребили кончики. Элмер заметил это и, перехватив взгляд грустных серых глаз, подмигнул.       Наверное, в этот момент Лайонел забыл, как дышать, поэтому лицо приобрело легкий багровый оттенок, а глазами он стал искать что-то, что смогло бы отвлечь от неприятного, клокочущего внутри чувства. Этот зверь… странная аура сбивала с толку, стоило лишь внять его волчьей сущности.       — Я так рада, что мы пришли к соглашению, господин Росс! — просияла мисс Приквел и толкнула своего воспитанника в бок локтем. — Ну же, дорогой, скажи, как ты рад.       — Я очень рад, — выдавить подобие любезности оказалось не так-то просто.       — Мы тоже рады, Лайонел, — многозначительно улыбнулся в ответ Элмер Росс.       Позже в комнате Лайонел вспоминал эту часть дня с особой скрупулезностью.       Все казалось таким наигранным и неестественным, что радости от того, что его решили усыновить зверолюди он так и не смог испытать. Но и то, что все было грустно, тоже нельзя. И все же это была замечательная новость. Возможно, все дело было в волнении и страхе перед новой жизнью.       Вечером Лайонел все продолжал думать об этой встрече. И на следующий день тоже. И на следующий вечер. Тяжелые думы не отпускали несколько дней. Наряду с тем, какая возможность ему представилась, он думал еще и о той жизни, которой жил до приюта. Почему воспоминания из прошлого так настойчивы?       В памяти постоянно всплывал образ несчастной матери (хоть ее лик было туманным и истертым временем), извечно ругающего ее отца, моменты прощания и начало новой жизни в приюте, первые словесные перепалки со здешними ребятами и многое другое. Не проходило и минуты, чтобы Лайонел не спросил сам себя: «А помнишь?.. А вот тогда…»       Это неправильно, но по-другому жить не получалось. Все эти моменты, верно, имели большое значение, поэтому хаотично всплывали на подсознательном уровне. Однако, больше всего беспокоило то, что теперь к столь запутанному клубку из воспоминаний прошлого добавилось еще одно: день встречи с семьей Росс.       «Впервые в жизни мне довелось увидеть зверолюдей».       Не столь отличны от людей, в тот же самый момент это были словно внеземные существа и дело даже не в уникальной внешности (пушистых ушах и, торчащему из-под подола странного одеяния, хвосту). Со всех сторон их окружала аура таинственности и благородства. Движения рук отличались особой плавностью и изяществом, как будто они пришли не на беседу с постоялицей детского приюта, а на званый ужин. И среди всего этого спектакля приторной идеальности скрывалась какая-то тайна.       Не выразить словами насколько тяжелым и одновременно с тем сладостным казалось внимание, обращенное в тот момент на Лайонела. Колкий взгляд зверочеловека по имени Элмер Росс заставлял сердце пропускать удары, но не от восхищения перед благородством, а в волнении.       «Волнение из-за того, что меня могут не забрать в семью или наоборот…что все же могут?»       — Долго ты еще будешь витать в облаках? — омега приподнялся с постели и нехотя обернулся на голос, в котором узнал Патрика. — Твой счастливый и довольный вид порядком подбешивает.       Эти слова заставили встать и подойти к стене, где висело зеркало, треснутое с левого угла. Трещина не была большой и не делала отображение безобразным, поэтому его решили не менять на новое. Лайонел ненадолго задержался, всматриваясь в отражение. На него взглянул понурый парень невысокого роста с блеклыми серыми глазами. Не расчесанные темные локоны с выкрашенными в серебряный кончиками неуклюже ниспадали на плечи. Разве так выглядит счастливый человек?       Все в омежьей спальне наверняка уже видели десятый сон и появление здесь Патрика после отбоя могло наделать немало шума.       — Что ты здесь делаешь? — шепотом спросил Лайонел и завел друга за угол, чтобы никто не смог их подслушать. Заявление спорное, ведь здесь даже у стен были уши, но хоть что-то.       — Мне не спится. А вот с чего бы тебе не спалось? Разве все складывается не так, как ты того хочешь?       Отвечать Патрику не хотелось, поэтому Лайонел просто тяжело вздохнул. Скорее всего, тот просто пытался задеть словами, потому как все еще был огорчен тем, что в приемную семью отправят не его. От нагло сплетничающих на каждом шагу приютских мальчишек Лайонел узнал, что друг несколько раз наведывался к мисс Приквел после визита в приют семейства Росс.       — Ты же знаешь, что я просил мисс Приквел отправить в семью Росс себя вместо тебя, — без тени смущения и неловкости заявил Патрик, присаживаясь на корточки. — И я вовсе не хочу извиняться за это! Здесь в приюте правило одно: либо ты, либо тебя, поэтому…в общем, — запутавшись в словах, он дернул плечами и, словно разозлившись сам на себя, тут же вскочил и тыкнул пальцем в ключицу Лайонела: — Я вызываю тебя на сражение, Онел!       Заявленное под воздействием эмоций ничуть не задело, скорее заинтересовало, и тот, кого только что ткнули в грудь пальцем, спокойно переспросил: «Ты хотел сказать на дуэль?»       — Да какая, черт возьми, разница, — шикнул Патрик, скуксившись. — Будем биться на кулаках. Кто победит, тот и отправится к Росс!       Наигранная бравада Патрика подвергала сомнениям его адекватное восприятие действительности.       — Ты же знаешь, что это не так работает, — возразил Лайонел, слегка нахмурившись. — Если бы у каждого из нас была привилегия самим выбирать себе приемную семью, то в приюте не осталось бы ни одного ребенка.       Рот Патрика искривился в горестной ухмылке. Он хотел было сказать еще что-нибудь колкое, но сдержался.       — Знаю, — хрипло ответил рыжеволосый парень и скатился спиной по стене.       Лайонел участливо присел рядом с ним, и они посмотрели друг другу в глаза. Просидев так еще некоторое время, они разошлись по своим кроватям. Странно, но после этого вечера и вздора с Патриком Лайонелу стало намного легче.       Больше они не виделись. Это была последняя их встреча и разговор. А через несколько дней приемная семья забрала Лайонела из приюта.