Сероглаз

Убийцы

Время безжалостно срывало листья с веток. По прогнозам зима в этом году должна была наступить раньше. Баст шла по коридору, держа в руках стопку книг. Ей нужно было подготовиться к завтрашним занятиям. Руки у неё уже болели от тяжести, и она лишь мечтала поскорее добраться до комнаты. Увидев идущую навстречу Люму, Баст решила проскользнуть мимо, но у матери были другие планы – схватив дочь за локоть, она требовательно посмотрела ей в глаза. - Давно виделась с отцом? Баст опешила от такого вопроса. С Девентием они общались не чаще пары раз в год, что устраивало обоих, Люма тоже не настаивала на сближении отца с дочерью – счастливая семья, где каждый живёт в своё удовольствие, а главное, никто никому не мешает. - Каждый день вижу, - честно ответила Баст, пытаясь понять, чего от неё хотят. - Он обижался, что ты к нему не заходишь. - Ты серьёзно? - А что такого? – Смутилась Люма. Баст только головой покачала. Редкое общение с Девентием не приносило ей удовольствия: он всё время на что-то злился, кого-то критиковал или восхвалял себя, любимого. - Зайди к нему, поговорите. - Что же он сам не зайдёт? - Ой, ты же знаешь отца… - А я, значит, - ехидно сказала Баст, - пошла в отца. Люма не нашлась, что ответить. Дочь выдернула локоть из пальцев матери и, обогнув её, последовала дальше по коридору. Заинтригованная до глубины души, - как же, Девентий впервые попросил о встрече, - Баст решила наведаться к родителю сегодня же. Ари, узнав об этом, только завистливо вздохнул: - Ты бы поменьше ехидничала, у тебя хоть папа есть. Лучше хоть такой, чем никакого. - Ты не понимаешь, о чём говоришь. Поверь, если бы Девентия не было в моей жизни, я вряд ли ощутила бы разницу. Закончив уроки, Баст отправилась к комнате отца и забарабанила в дверь. - Кого там чёрт принёс? – Донесся из-за двери беззлобный голос. Расценив это как приглашение, Баст толкнула дверь. Девентий лежал на кровати с книгой в руках, вальяжно закинув ногу на ногу. Увидев дочь, он удивлённо приподнял бровь. - Давай-ка пройдёмся, Бастат. Она и слова сказать не успела, как отец соскочил с кровати, набросил куртку и оказался у двери. - Что стоишь в дверях, как истукан, выметайся давай отсюда, - тем же невозмутимым тоном сказал Девентий. Гостеприимство, очевидно, не входило в число его достоинств. Да и не любил отец впускать в комнату кого бы то ни было, даже Баст, которая в прошлом успела сюда наведаться. Делать нечего. Баст надеялась, что пройдутся они по замку, но отец направился к выходу. Перспектива прогулки по холоду мерзлячку Баст не вдохновила, да и темень уже стояла непроглядная. Ночь и впрямь выдалась холодная. Лёгкий поначалу стук зубов Баст перерос в громкую, отчаянную дробь. Девентий не выдержал и снял куртку, надев её на дочь. С его точки зрения, проще было поделиться одеждой, чем бежать за ней в замок. Баст приободрилась и даже не упустила случая съязвить: - А если ты сейчас умрёшь от холода, что я делать буду? - В моей куртке ходить! - Так чего хотел? – Без обиняков спросила Баст. Хоть с отцом она и общалась редко, но с ним не ощущала скованности и смущения. - Кому ты перешла дорогу? Баст растерялась. Неприязнь матери Ари, недовольные взгляды проигравших картёжников в таверне – этим всё и ограничивалось. Очевидных врагов девушка не имела. С другой стороны, её недавний выигрыш потряс всех. В тот вечер Баст превзошла саму себя. Она гостила у Дели и как раз собралась уходить, когда к мужчине в дом заявились два каких-то типа. Они долго и раздражённо разговаривали с Дели, но Баст, которая находилась в другой комнате, слышала только обрывки слов. Старенький деревянный дом, который Дели снимал, состоял из двух помещений: крохотной кухоньки и просторной комнаты. Раньше мужчина жил с семьёй в бараках, но с недавних пор стал жить отдельно. Уходить, не попрощавшись, Баст не хотелось, как и вмешиваться в разговор, поэтому приходилось ждать. Наконец мужчины вместе с помрачневшим Дели зашли на кухоньку, где и ожидала девушка. Некоторое время друг напряжённо смотрел на Баст, и тут, озарённый какой-то идеей, сказал гостям: - Господа, не желаете сыграть в карты с моей подругой? Скрасим этот напряжённый вечер. Вам, как и ей, есть что предложить. Не слышали о ней? Авена Богославская, у неё своя конюшня на окраине деревни. Мужики с интересом посмотрели на Баст. Та, в свою очередь – на Дели, который сел за стол рядом с подругой и одними губами произнёс: «Спаси меня». - Да, конюшня досталась мне от покойного деда, - как можно невозмутимее сказала Баст, не желая хоронить живых родственников. А поскольку Омнир и так был мёртв, то угрызений совести обманщица не испытала. Смущало её другое – в деревне с ней уже давно никто не соглашался играть ни на что, что было бы весомее интереса. Поселение маленькое, слухи разносятся быстро, и если до десятилетнего возраста Баст желающих обыграть её в карты было предостаточно, то с годами их становилось меньше. В последние же несколько лет Баст толком не на ком было совершенствовать мастерство, кроме жителей клана, но с них она, понятное дело, не имела права стрясти ни монеты. Вывод напрашивался один: не местные. - Ну что ж, давай сыграем, - сказал высокий лысый мужик, осклабившись, - на что? Баст окинула взглядом низкий деревянный потолок, прикидывая варианты. - Ставлю свою конюшню. - Прекрасно! – Хлопнул в ладоши второй мужик, с бородой и горбинкой на носу. – Ставим тридцать серебряных. Оба гостя поспешно сели за стол. - Прекрасно… - Эхом отозвался Дели, растеряно глядя в пустоту, - Дорогая Авена, не будешь ли ты так любезна помочь заварить гостям чай? Дели сбегал в комнату за колодой, а потом только присоединился к Баст, которая ждала, пока вскипит вода. - С ума сошла? – Прошептал друг, для отвода глаз делая вид, что помогает: стал доставать блюдца и кружки, - поставила бы на кон хотя бы лошадь, зачем сразу конюшню? - Какая разница, играю я на лошадь или на конюшню, если у меня нет ни того, ни другого? - Но отдавать потом тебе! - С этим разберусь. - Может, хотя бы пара на пару сыграем? Баст покачала головой – она не любила коллективные игры, предпочитая одиночные, потому что не привыкла отвечать за кого-то, кроме себя. Мужики тоже рассудили, что игра пара на пару не для них, поэтому против Баст решил выступить бородатый. Разумеется, обычно Баст выигрывала не всегда: каким бы ни было мастерство, иногда карта просто не шла. Но сегодняшний день определённо принадлежал ей – к удивлению, ей даже не надо было сильно напрягаться и строить стратегии – козыри так и шли в руки. В какой-то момент лысый обозлился на бородатого, который уже проиграл Баст кучу добра, и сам взял карты в руки. Но и к нему удача не повернулась лицом. Баст хотела закончить уже игру, опасаясь, что везение может внезапно закончиться, но мужики оказались жутко азартными. Они уже успели проиграть всё мало-мальски ценное и ставили на кон всякий хлам. Но закончился и он. В шоке были все присутствующие, включая победительницу, которая усиленно делала вид, что ничуть не удивлена и так оно и надо. Благо, вечерок выдался тёплый, так что раздетые до исподнего мужики не рисковали простудиться по пути домой. Баст прислонилась к косяку входной двери и скрестила на груди руки, наблюдая, как её недавние противники седлают коней. - Куда же вы? – С притворной заботой спросила Баст. - В смысле – куда? Домой поедем. - Не поедете. Коней своих вы тоже проиграли. Слезайте. После этого ошеломительного успеха прошло немного времени, и Баст всё ещё испытывала опасения, что ей захотят отплатить. Даже на улицу стала выходить реже, а Хантера попросила, чтобы он отправлял её в патрули исключительно по замку. Выслушав эту историю, Девентий рассмеялся: - Тоже картёжничаешь? А куда лошадей дела? - Что значит тоже? Лошадей у этого друга и оставила, пусть продаст. Ездить я не умею, а учиться нет желания. - Люма постоянно всех обыгрывала. Но играла просто так и не придавала значения победам. Да её никто поначалу и не считал серьёзной противницей: стоит себе, длинными ресницами хлопает, а глаза как два блюдца. Её за дурочку, наверное, принимали. Некоторые, мне кажется, даже поддавались из жалости. - Правда? Я никогда не видела, чтоб Люма играла. - Ей это никогда не нравилось. Да, у неё получалось, но ей было всё равно. «Может, притворялась», - подумала Баст. Её мать ведь привыкла жить по принципу “Я великолепна и знаю об этом”, принимая комплименты как должное. - В общем, в тот вечер я избавила Дели от большей части долга. - Ты точно моя дочь? – рассмеялся Девентий, - откуда столько великодушия? Эти слова Баст задели. Ей не нравилось, если кто-то отмечал в ней доброту, эмпатию и прочие, с её точки зрения, бесполезные качества. Доброта – это слабость, считала она, а слабых в этом мире уничтожают. - Я помогаю ему, он – мне. Если буду отталкивать союзников, останусь одна, а одиночку затоптать слишком просто, - быстро произнесла Баст. - Правильно рассуждаешь. Баст с удивлением отметила, что отец сегодня в прекрасном расположении духа. Захотелось расспросить ещё что-нибудь о матери или о нём самом, но вопросов было так много, что Баст не знала, с какого начать. - А если бы проиграла? – спросил отец, вглядываясь вдаль. Лес впереди становился гуще. - Убила бы их, и нет проблем, - произнесла Баст отрешенным голосом, вовремя хватая готовые хлестнуть ветки, отодвигаемые Девентием. Врала, конечно, хотя на протяжении жизни её часто посещали мысли об убийствах, смерти, и они казались пугающими и соблазнительными одновременно. С другой стороны, легко мечтать о шкуре поверженного тобою медведя – попробуй выйти против того медведя в реальности. - А, понятно, - отозвался Девентий как ни в чём не бывало. Однако следующий вопрос застал Баст врасплох: - Много вообще людей убила за свою жизнь? - А что - война на дворе? Разве есть такая необходимость? Нисколько. Девентий как-то странно покосился на Баст. - Надо же. - А должна была? – быстро спросила она, понимая, что разговор сворачивает в нужное русло. - Да. Нет. - Издеваешься? - Нет, - пожал плечами отец, - нет, - сказал снова, после секундного раздумья. - Так кто мы такие? – спросила Баст и, быстро вырвавшись вперёд, встала перед Девентием, преградив ему путь. - Вряд ли я тот, кто должен тебе это рассказать. Могу только сообщить, что ты вляпалась в крупные неприятности. Дочь вопросительно посмотрела в глаза отцу, ожидая продолжения. - В кармане куртки, - послышался короткий ответ. Баст вывернула пустые карманы. Её руки покоились в них на протяжении всего разговора, и она не чувствовала внутри никаких посторонних предметов. Деревья и кусты расступилась и впереди показалась дорога. На самом деле, дороги как таковой не было, просто убегающая вперёд широкая полоска земли, усыпанная багровыми листьями. Проход образовывали стройные ряды деревьев с уже голыми ветками и выглядывающими лапами корней. Из-за туч выглянуло ночное светило, развеивая непроглядную тьму. - Во внутреннем. Баст извлекла небольшой листок бумаги, на котором было изображено пламя и густой дым, огромными клубящимися громадами взвивающийся ввысь. - И что это значит? - Бастат, это символ наёмных убийц. Листок подсунули под мою дверь, очевидно, решили, что мы живём в одной комнате. Кто-то незамеченным проник в клан, что не так уж и просто сделать. Это их отличительный знак – они дают жертве такое послание, а через несколько дней убивают. Баст застыла на месте и ещё раз осмотрела рисунок. Дрожащими уже отнюдь не от холода руками перевернула листок и сощурилась, пытаясь разглядеть послание. На обратной стороне была начертана одна строчка: «Спи спокойно, Бастат». - Как видишь, ошиблись дверью, - сказал Девентий, заглядывая дочери через плечо, - могли бы и потрудиться выяснить, в какой комнате ты живёшь, им всё-таки деньги за это платят. Похоже, отца куда больше волновала халтурность работы в отношении подсунутой записки, а не то, что кто-то хочет убить его дочь. - Конечно, - беспечно продолжил Девентий, - с этим заказом им придётся потрудиться. Думаю, убийца потом будет требовать гонорар с работодателя в тройном размере… С этими словами мужчина рассмеялся в голос, очевидно, представив что-то забавное. Баст смотрела на него, как на сумасшедшего. Ей было не до шуток. - Что ты хочешь этим сказать? Что меня сложно убить? - Да нет, - пожал плечами Девентий, отсмеявшись, - как и всех. Если, конечно, ты владеешь приёмами самообороны, убийца сто раз пожалеет, что ему досталась ты. Баст только вздохнула. Она не умела обращаться ни с мечом, ни с луком. Чем она и могла воспользоваться, так это собственным умом. Внезапно всё вокруг стало казаться иным: лес перестал быть безобидным и знакомым, всюду Баст стали мерещиться тени, крадущиеся в темноте, а каждый треск веток она принимала за топот преследователей. Она кожей ощущала злобные взгляды, хотя и не могла поручиться, что это просто игра воображения. Опасность теперь мерещилась на каждом шагу. Баст махнула рукой отцу, мол, пойдём обратно в замок. Находиться на открытом пространстве ночью, зная, что за тобой охотится убийца, не было никакого желания. - Знаешь что-то, что могло бы помочь? - Сомневаюсь. Полагаю, клан этих наёмников в городе, но где именно – никто не знает. Связываются с ними через посредника, но как его найти, я тоже без понятия. - Откуда ты всё это знаешь? - Да все это знают, - отмахнулся Девентий, - ты никогда не посещала город, вот и пребываешь в неведении. Баст опустила глаза и задумалась. Мысли метались в хаотичном беспорядке. Девентий молчал. Может, не хотел прерывать размышления дочери, а может, ему нечего было сказать. Когда они уже добрались до ступеней, ведущих к парадному входу, Баст спросила: - Сколько прошло времени с момента, как ты получил записку? - Немного. Её подсунули сегодня утром. Послушай… - он вдруг сжал плечо Баст, - ты ведь понимаешь, что нужно сказать Хантеру? Он что-нибудь придумает, организует защиту. Она посмотрела на него долгим внимательным взглядом. Впервые в жизни она видела в глазах отца беспокойство – за неё. И это казалось чем-то до ужаса неправильным. - Мне показалось, ты не переживаешь. - Ну… с тобой всё будет в порядке. Но лучше не рисковать. Баст попыталась высвободиться из хватки отца, но он держал крепко. - Объяснишь? Молчание. Баст раздражённо вцепилась ногтями в ладонь Девентия, вынуждая его убрать руку. - Выходит, охота на меня начнётся через несколько дней? - Да, насколько я знаю. Ты что-то задумала? «Добраться до них прежде, чем они меня найдут», - подумала она, а вслух сказала: - Конечно, я обращусь к дедушке. И исчезла за массивной дверью. Разумеется, ещё несколько лет назад она бы побежала к Хантеру, но тогда она ещё не осознавала всей той силы, которой владела. И отец наверняка знал о её способностях – но почему-то молчал! Но сейчас Баст переполняла ярость: что какие-то наёмные убийцы могут против неё, Повелительницы Нежити? Когда она впервые подумала об этом, её захватило странное возбуждение, захватившее всё тело и выплеснувшееся в лёгком покалывании кончиков пальцев. Да, всё так. Как может смерть угрожать той, которая её подчиняет? На следующее утро Баст оставила Фрелию записку: «Дело жизни и смерти, в клане меня не будет, уроки сегодня пропущу» и отправилась в деревню. Она знала, с чего следует начать, но на успех не особенно рассчитывала. Вчерашняя злость поутихла, уступив место беспокойству. Дели открыл после первого же стука в дверь. Появление Баст ни свет ни заря его не обрадовало. - Заходи быстрее, - проворчал мужчина, зевая в ладонь. Вид его оставлял желать лучшего: посеревшее лицо, под глазами мешки, волосы всклокочены и торчат под самыми немыслимыми углами. Очевидно, Дели не так давно лёг, и внеплановое пробуждение испортило ему настроение. Баст без лишних слов скинула куртку и отправилась на кухню, так что хозяину ничего не оставалось, кроме как пройти следом. - Чай будешь или что-нибудь посущественнее? – Спросила Баст, роясь в шкафчике с посудой. - Давай чай, всё равно скоро пойду спать, - махнул рукой Дели, плюхнувшись за стол, - и добавь мяты, она во-о-он в той тумбочке. Замечательная ты гостья. Обожаю людей, которые в чужом доме могут позаботиться не только о себе, но и о хозяине! - Знаю, - ответила Баст, разведя огонь над котелком с водой. - Знаю, что знаешь, – буркнул Дели и посерьёзнел: - А теперь по существу: какой чёрт тебя так рано принёс? Не могла потерпеть хотя бы до обеда?! - Нет. – Баст рассыпала травяные пучки по кружкам и только после этого села за стол. Достала из кармана помятый листок и сунула Дели. Тот внимательно осмотрел бумажку с обеих сторон и нахмурился: - Не хочу расстраивать, но ритуальные услуги опять подорожали. Несмотря на попытку друга казаться спокойным, голос его выражал неподдельное беспокойство, а в глазах читалась серьёзность. Если до этого он и хотел спать, то сейчас проснулся окончательно. - Что за паршивый настрой? Хочешь сказать, у меня нет шансов? - Я думаю, твои шансы обмануть смерть ничтожны. - Я и есть смерть. Несколько секунд Дели смотрел на неё непонимающим взглядом, а потом резко схватил за локоть. Баст, не ожидавшая такой реакции, вздрогнула, но взгляда не отвела. В какой-то момент ей показалось, что в глазах вора мелькнуло безумие, но только на секунду. В комнате царила тишина, прерывавшаяся только лёгким свистом ветра за окном, потрескиванием огня и дыханием друзей. Разволновавшись, Баст не заметила, как задышала сильнее. Она и подумать не могла, что Дели так встревожится! А между тем он прожигал её уничтожающим взглядом, будто она была виновата в том, что получила записку. - Что за чушь ты несёшь? Думаешь, это какая-то игра? - Игра или нет, козырь у меня есть, - тихо сказала Баст. Он отпустил её руку так же резко, как схватил. - Очень интересно послушать. - Знаешь, я всё же хочу есть. Давай сходим в погреб? - почему-то ощущая ужасную неловкость, попросила Баст и вскочила с места. Дели внимательно посмотрел на неё, приподняв брови, но только вздохнул и поднялся со стула. В спальне он откинул в сторону часть ковра, под которым виднелся люк. Лестница, ведущая вниз, оказалась ужасно неудобной: скользкая и шаткая, зато в самом погребе было просторно и уютно: полки заставлены всевозможными банками с закатками, вдоль стены выстроились в рядок ящики с яблоками, в углу стояла кушетка с покоящейся на ней книгой. Баст с любопытством осмотрелась: в погреб она попала впервые. - Если домой вдруг грянет кто из… неприятелей, то можно выбраться через этот ход. Видишь окошко под самым потолком? Очень удобно, я считаю, – произнёс Дели и подошёл к полке, взяв с неё банку с закатанными овощами. - Не боишься, что хозяин дома тебя сдаст? - Хозяин – слепоглухонемой старый хрыч, так что беспокоиться не о чем. Даже не появляется тут, за деньгами приходит его сиделка. - Не боишься, что тебя сдам я? – спросила Баст с ехидством. - А ты через пару дней уже никому ничего рассказать не сможешь, - сказал Дели так резко, что весёлость мгновенно сошла с лица подруги, - давай обратно. - Знаешь, ты совершенно не умеешь утешать, - проворчала она, хватаясь за лестницу. – Не знай я тебя, решила бы, что ты в доле с этими типами. - Я – вор, а не убийца, - сказал как-то машинально Дели. - Слушай, всё будет нормально, у меня есть план! - чувствуя подступающее к горлу отчаяние, воскликнула Баст, когда они выбрались наружу. - Отлично, заваривай чай и садись, я внимательно слушаю, - сухим тоном сказал Дели, первым заходя на кухню. Этим же вечером Баст и Дели шли по пустынной просёлочной дороге, обсуждая план действий. Вор был взбудоражен: план девушки казался ему шитым белыми нитками. Баст уже устала убеждать друга, но предоставить ему прямых доказательств пока не могла. После очередной просьбы подумать над другим планом она не выдержала и ускорила шаг, а потом встала прямо перед Дели, тем самым заставив его остановиться. - Пожалуйста, поверь мне! Я знаю, что делаю! Не мигая, он смотрел ей в глаза. - Поверь. Мне. - Повторила она настойчиво. Сменил Дели гнев на милость - понятнее не стало. Он только обошёл Баст и продолжил путь. Ей ничего не оставалось, как последовать за ним. - Кто угодно на твоём месте попытался бы затаиться. - Но ты сам сказал, что меня найдут, даже если попытаюсь сбежать! - Всё равно это глупо - бежать в пропасть, когда разумнее её обойти. - А вдруг у меня получится? - Перепрыгнуть? - Или взлететь, - при этих словах Баст улыбнулась - искренне, впервые за весь разговор. Воцарилась тишина, в которой каждому представился шанс подумать о своём. - Пойми, они ни за что не выдадут тебе имя заказчика! – после продолжительной паузы сказал друг, ускоряя шаг. Они направлялись на кладбище – Баст хотела показать Дели старую заброшенную хижину, в которую вёл тайный ход из замка. - Мне этого и не нужно, - ответила она. - Но с чего ты взяла, что они согласятся на это предложение? – план подруги казался Дели чем-то невероятным. - Потому что оно их заинтригует. Как ни пыталась Баст сохранять самообладание, было видно, что она нервничала: голос звучал слишком уж невозмутимо, словно бы речь шла об обычных вещах. План содержал несколько изъянов. Не было вообще никаких гарантий, что члены тайного сообщества захотят выслушать. Но даже если они и сделают это, то поверят ли? Некоторое время приятели обсуждали задуманное. Несмотря на волнение, Баст не хотела отступать. Конечно, она понимала, что у неё есть способ постоять за себя, но ведь спасение – не единственная цель. Ей хотелось разоблачить врага. Когда Баст показала Дели крохотный полуразвалившийся домик на кладбище, он внимательно осмотрел его и кивнул, давая понять, что запомнил место.