Dominium. Incedo per ignes

      С того дня, как Ева и Эстер были в городе, Бергер больше в их доме не появлялась. Ссылаясь на неотложные дела, семейные, рабочие, личные проблемы, Ева с неделю успешно избегала подругу. Или у нее правда были дела. Эстер вообще сложно было кому-то поверить в данный период.       Еще пару раз после разговора с дедушкой вечером, она чудесным образом оказывалась утром в кровати, не помня, как дошла. У нее уже была мысль, что кто-то просто дотащил ее спящее тело и оставил на покрывале.       После таких сеансов гипноза ей снились сны. Яркие, цветные, реалистичные сны. Появлялось ощущение, что все это происходило раньше. Девушка видела во сне всю семью и парочку незнакомых людей, которых как-то силилась опознать весь день. К слову, сдаваться она не собиралась, потому что одна из женщин в ее сне сильно кого-то напоминала.       Один из таких снов был и сегодня, что навело Эстер на мысль спросить уже у кого-нибудь, кто эти люди и почему они ей снятся. Она не была уверена, что ей ответят, но попытаться стоило.       Приоткрыв глаза, девушка обнаружила, что за окном серость и, кажется, дождь. Фобос спал рядом, вытянувшись во всю длину. Вот кому явно было мало кровати. Эстер потянулась, откинула одеяло и свесила ноги с кровати. В дверях Эстер оглянулась на пса, который даже ухом не повел, фыркнула и пошлепала босая вниз.       Проходя по дому, Эстер прислушивалась к звукам.       Которых не было.       То есть, она слышала тиканье часов. Стук дождя в окна, его же шум на улице, как капли барабанят по крыше.       Но она не слышала ни одного человека.       Около кухни ее нагнал Фобос. Пес коротко тявкнул и прошел вперед, носом открыв дверь.       Эстер насыпала ему корм, налила себе кофе и уселась за стол.       В ее распоряжении был целый дом, который она толком не знала. Но вот он шанс на изучение. Правда, не известно, сколько времени у Эстер есть. Поэтому терять его было бы не разумно.       Девушка вскочила, схватила кружку и первым делом отправилась в гостиную. Не зная, что хочет там найти, Эстер начала с фотографий. Она их, конечно, уже успела изучить, проходя каждый день мимо. Девушка заметила, что одной рамки не хватает, но не могла вспомнить, что на ней было запечатлено. Систему, по которой фотографии попадали на стену, постичь было невозможно. Тут были и детские фото Хельмута, и ее, что немало удивило. И отца с Клаусом. Особенно радовал пойманный кем-то кадр, где один малыш щедро посыпает второго песком из лопатки. Надо бы узнает, кто есть кто…       Эстер двинулась дальше, практически носом тыкаясь в рамки. Она знала, какое лицо искала. Но его здесь не было.       То лицо, что, кажется, уже намертво отпечаталось в мозгу. Эстер могла вспомнить каждую деталь, каждую морщинку. Настолько сильно ей врезалось в память лицо женщины, которую было не опознать. Внутренний голос упорно твердил, что Эстер ее знает. Сама Эстер была уверена, что ни разу в жизни ее не видела.       Окончательно осознав, что мало чего добьется от стены, Эстер плюхнулась на диван и уставилась на книжный шкаф. Она уже успела отметить, что их домашняя библиотека походила на литературную свалку. Здесь в одном краю были старые книги по садоводству, которые Майкл потихоньку забирал; в другом – литература на разных языках, поделенная на эти самые языки, и Эстер задавалась вопросом: кто на каком читает? Все, что находился между этими двумя краями, - были авторы разных жанров и стран. Глядя на некоторые названия, девушка только удивлялась и пыталась угадать, кто это читал.       Как-то раз отец обронил, что самый клад находится как раз в кабинете у Майкла. И Эстер задумалась, когда ее туда пустят и пустят ли вообще?       Девушка пошла обратно в кухню. По дороге она зацепилась взглядом за движение на втором этаже: Фобос топтался на площадке и что-то вынюхивал. Потом увидел ее и коротко тявкнул, зазывая наверх.       Отпивая на ходу, Эстер поднялась к нему. Пес покрутился вокруг и отскочил от нее на расстояние.       - Ты хочешь поиграть? – вскинув бровь, спросила у него Эстер.       Фобос снова тявкнул.       Эстер закатила глаза и пошла мимо, намереваясь хотя бы кружку куда-нибудь поставить. Но пес аккуратно ухватил ее за пижамную штанину.       Девушка посмотрела вниз.       - Ты обалдел?       Фобос заворчал, но штанину не отпустил.       - Фобос, отдай! Фу! Не твое!       Ни одна из команд не подействовала.       - Да чтоб тебя… - простонала Эстер, закидывая голову.       Она с минуту таращилась в потолок, в котором прямо над ней находился люк. Или дверь. Кто как называет. Факт в том, что над ее головой был проход на чердак. А где обычно хранят тайны?       - Умница, Фобос, - не опуская головы, Эстер почувствовала, что штанину отпустили.       Фобос, как ни в чем не бывало, потрусил в комнату, запрыгнул на кровать и улегся на одеяло. Свой долг он считал выполненным.       Эстер отнесла кружку в комнату, где и оставила, вернулась обратно и изучала потолок до тех пор, пока не затекла шея. Но уже было понятно, что туда не добраться без лестницы, которой под рукой не было. Эстер почему-то вообще сомневалась в том, что в этом доме есть лестница.       Она долго не обращала внимания, что за ней наблюдают, пока рядом не вырос Хельмут.       - Туда нужна лестница.       Эстер дернулась от неожиданности.       - И тебе силенок не хватит открыть этот люк. Последним его захлопывал Клаус.       - Ну, спасибо, - проворчала Эстер.       Хельмут скрестил руки на груди, глядя на потолок вместе с сестрой.       - Я могу помочь и с тем и с другим.       Эстер удивленно уставилась на него. Чтобы Хельмут сам предложил ей помощь? Да этот день в календаре отмечать нужно.       - Иначе ты либо сама убьешься, либо что-нибудь там сломаешь, - ворчливо добавил парень.       - Пошел ты, - фыркнула Эстер. - Где ты лестницу возьмешь?       - В гараже, - ответил Хельмут. – Прикольно, да? Все гениальное просто. Так что? Нести?       Эстер снова закинула голову. Она не сомневалась, что там что-то можно найти. Там что-то есть.       - Неси.       Хельмут отправился за лестницей, а Эстер метнулась в комнату переодеваться. Лазать предположительно в грязи в пижаме ей не хотелось. Девушка натянула первые попавшиеся джинсы и кофту, кинула взгляд в окно, за которым все так же была серость, и вернулась в коридор. Хельмут уже вовсю громыхал, затаскивая лестницу. Внеся ее наверх, парень приставил лестницу, попав точно в ячейки на потолке по бокам от люка. Убедившись, что ячейки крепко фиксируют лестницу, Хельмут первым полез наверх. Добравшись до потолка, парень подергал ручку. Люк не поддался. Тогда Хельмут размахнулся, насколько смог, и предплечьем выбил его. Оттолкнув люк в сторону, Хельмут влез на чердак. Через минуту его голова появилась в проеме.       - Залезай.       Эстер проворно вскарабкалась наверх.       Естественно, на чердаке было пыльно, и сюда же была стащена куча хлама, но не так темно из-за маленького окошка и лампочки, которую включил Хельмут. Благо, что этот самый хлам была рассортирован и разложен, а не валялся тут и там, рискуя попасть под ноги или свалиться на голову.       Хельмут стоял посреди чердака, сложив руки на груди, и внимательно смотрел на Эстер.       - И что ты хочешь тут найти?       Девушка озадачилась. Как бы так объяснить ему, что она ищет хотя бы намек на то, кто та женщина из ее сна? И почти уверена, что сможет найти ответ здесь.       - Просто хочу покопаться в древних вещах, - уклонилась Эстер, пожимая плечами.       Хельмут фыркнул.       - Ну, удачи. Я был здесь кучу раз и ничего интересного не находил, кроме семейных фотографий.       - И где они? – живо отозвалась Эстер.       - Прямо под окном. В сундуке.       - В сундуке, - вскинув брови, повторила Эстер и подошла к окну.       Хельмут не обманул. Там и правда стоял сундук. Эстер еще раз удивилась фантазии кого бы то ни было, и попробовала его открыть. Тот не поддался. Девушка присела на корточки и посмотрела на замок.       - Ключ есть?       - У меня с собой точно нет.       - Может, его удастся расплавить? – Эстер задумчиво постучала по железу.       - А ты уверена, что сможешь так точно, тонко и аккуратно это сделать? – поинтересовался Хельмут, нависая над ней.       Эстер уверена в этом не была от слова совсем. О чем и сообщила.       - Постарайся не спалить тут ничего, пока я не вернусь. В теории, я знаю, где этот ключ.       Хельмут спустился вниз. Если он и оказался на полу, девушка этого не услышала: брат ходил тихо и мягко.       Пока он ходил, Эстер поднялась с корточек и еще раз окинула взглядом чердак. Если начинать присматриваться ко всему, что там находилось, можно было понять, что старых вещей в этом доме не держали. Если кто-то и хранил у себя старые коляски, детские вещи и прочую утварь ушедших времен, то только не эта семья. Ничего из перечисленного Эстер не заметила.       Сентиментальностью они точно не отличались.       Раздался звон металла, брошенного на пол. Так Хельмут оповестил ее о том, что ключ найден. Эстер пока не хотела уточнять, откуда он его стащил, подобрала ключ и пошла к сундуку. Пока она ковырялась со старым замком, Хельмут взобрался на чердак и подошел к ней.       - Обстановка, больше подходящая для какого-нибудь старого поместья, - проворчала девушка, воюя с замком. – Тайны, интриги, сундуки. Все, как полагается.       - Дай сюда, - Хельмут отобрал у Эстер ключ и повернул его. Не без усилия, но тот ему поддался. – Каши мало ела.       - Пшёл отсюда, - пихнула его девушка.       Хельмут закатил глаза, поднял крышку сундука и уселся рядом с сестрой.       Они копались в сундуке уже около часа. И судя по интересу Хельмута, Эстер заключила, что он в него ни разу не залезал. Видать, нужна была компания. Возможно, Хельмут тоже что-то искал. Девушка и спросила бы, но не знала, с какой стороны зайти, чтобы не оказаться посланной. Или не нарваться на новую ссору. Так надоело, на самом деле.       Пока она размышляла, Хельмут вытащил новую пачку фотографий. Он, в отличие от Эстер, знал, кого ищет. Заметил он и взгляд, который она временами на него бросала. Как будто вот-вот задаст вопрос, но этого все не происходило. Хельмут еле удержался от того, чтобы фыркнуть.       Эстер вздохнула, отложила фотографии, убрала волосы за уши и уставилась на Хельмута.       - Спрашивай уже. А то во мне скоро дыры будут, - не отрываясь от процесса, произнес парень.       - Почему ты не сказал, что с Генри все в порядке?       - Господи, Терра, отпусти ты эту историю, - поморщился Хельмут. – И это вряд ли можно было назвать «в порядке». Все-таки, Генри тогда досталось.       - Вот как. Что хоть случилось?       - Кто-то испортил его машину. Намеренно. Когда мы с Евой залезли в то, что от нее осталось, то нашли кучу поломок, которые появились совсем недавно. А учитывая, что Ева постоянно чинит ему машину, она знала ее, как свои пять пальцев и знала, что говорит, - мрачно произнес Хельмут.       То ли Эстер показалось, то ли нет, но в голосе Хельмута проскочили нотки ревности. Девушка вскинула бровь.       - Уж не ревнуешь ли ты? – усмехнулась Эстер.       - К этой рыжей? Еще чего, - проворчал Хельмут и замер.       До него дошло то, что он только что сказал.       Для Эстер немного начала проясняться ситуация.       Хельмут быстро закинул обратно все фотографии, захлопнул крышку, повернул ключ в замке и потащил сундук к люку. Эстер провожала его широко распахнутыми глазами.       - Можно узнать, что ты делаешь? Хельмут! ХЕЛЬМУТ! Хартманн, отзовись!       - Тащу его в твою комнату, - пропыхтел юноша, спустившись наполовину по лестнице и подтягивая к себе сундук.       - Ты его сейчас на себя опрокинешь и сам убьешься! Хельмут, успокойся и оставь в покое эту штуковину!       Но говорить что-то Хельмуту в данный момент было бесполезно. Он все-таки спустил сундук и оттащил в комнату Эстер. Пока девушка спускалась с чердака, он успел поставить его в углу и вернуться за лестницей.       - А если его нельзя было забирать?       - Если б его нельзя было забирать, мы бы его не забрали. И даже не открыли бы. Или просто не нашли, - бросил Хельмут, утаскивая лестницу.       И, пожалуй, в тот день, это был последний раз, когда Эстер его видела. Поздно вечером она слышала, как брат вернулся и шумел в комнате, но когда вышла, то ни света, ни звука из-за двери не доносилось.       Похоже, Хельмут серьезно собирался прятаться от нее столько, сколько сможет.       Следующее утро Эстер полностью посвятила раскопкам сундука.       Девушка бегом смоталась за кофе и вернулась в комнату, где разложила фотографии вокруг себя по всей комнате. За этим делом ее и нашел Феликс.       - Так вот, кто утащил его, - сурово произнес он, хмуро глядя на дочь и скрестив руки на груди.       Брови Эстер поползли вверх. В мозгу моментально возникла мысль, что Хельмут, паршивец, ее подставил, и сундук нельзя было трогать. Но девушка решила уточнить.       - Хельмут сказал, что все в порядке. И что можно в нем копаться.       Феликс продолжал сверлить ее взглядом до тех пор, пока его не окликнул снизу Клаус. Потом голос дяди раздался на лестнице. И вскоре он появился в дверях комнаты Эстер. Дядя заглянул через плечо Феликсу.       - О! А я думал, когда она туда залезет. Сердце Хельмута растаяло? – усмехнулся Клаус.       - Вот уж не знаю. Кажется, я вчера ступила на запретную территорию.       - Очень интересно.       - Так что? Вы его заберете? – спросила Эстер, кивнув на сундук.       - Да нет, - отмахнулся Феликс. – Если б мы не хотели, то вы не добрались бы до них. Только боюсь, что ты ничего там не найдешь.       - А то ты знаешь, что я ищу, - фыркнула девушка.       - Догадываюсь, - хмуро произнес Феликс.       Феликс с Клаусом ушли раньше, чем Эстер успела пристать к ним с поясняющими вопросами. Все действительно оказалось почти напрасным. Кроме изображений молодых братьев Хартманн во всевозможных компаниях, девушка не нашла ничего. Но и в том, что обнаружила, появилась необходимость в комментариях.       Феликс и правда считал, что знает, кого ищет на этих фотографиях его дочь. Он считал, что она ищет свою мать. И он знал, что она ничего не найдет, потому что этих фотографий в доме не было.       - Ты же не знаешь наверняка, - произнес Клаус, пока они выезжали за ворота.       - Знаю. Это всё отцовская работа. Если б он не начал будить её так рано, у нас было бы время подготовиться.       - Подготовиться к чему, Феликс? Как показывает практика, к некоторым вещам в нашей жизни мы с тобой подготовиться никак не можем, - невесело усмехнулся Клаус. – Ты мне постоянно говоришь не бежать впереди планеты, а сам? Ещё ничего не произошло, а ты уже паникуешь.       - Я не паникую! – рявкнул Феликс.       - Да? А машину мне кто сейчас чуть не поджег?       Феликс раздражённо дёрнул головой и небольшой огонёк, плясавший на обшивке, сразу же исчез.       - Если бы это был Хельмут…       - Хельмут уже прошёл через это. Помнишь? Он тоже там был в тот вечер. Но в отличие от Эстер, ему память не подправляли, он всё и так помнил, но не мог разобраться. Поэтому его гнев был не настолько велик, как будет у твоей дочери.       - Спасибо тебе большое. Стало намного легче.       - Обращайся, брат. Я тебя прошу, Феликс, не выходи из себя. Отец знает, что делает.       - Я начинаю в этом сомневаться, - проворчал Феликс.       Клаус нахмурился.       - Не надо. Потому что я с ним согласен. Эстер намного сильнее, чем мы все думали. Ты сам это чувствуешь. Ты видишь, как всё меняется. Способности нашей семьи и семьи её матери переплелись в девчушке. Только нужно направить их в мирное русло.       - А у нас кругом такой мир. Не знаешь, куда от него деваться.       Клаус внимательно посмотрел на брата. То, что тот был на нервах, чувствовалось за версту. А учитывая, что они чувствуют друг друга еще острее, Клауса самого начинало подергивать. Мужчина свернул на обочину и остановил машину.       - Я вот сижу и думаю, что ты чего-то не договариваешь. У тебя есть пять минут, чтобы изложить суть.       Феликс уложился меньше, чем за минуту.       Сначала Клаус побледнел, потом нахмурился и завёл мотор. Остаток пути до города братья ехали молча.