Антология воспоминаний о незавершенном

      Когда абсолютный тупица, который был настолько социально некомпетентный, что просто напросто игнорировал простые социальные нормы, который был настолько туп, что не знал про такую простую вещь, как логика, отзывающийся на такое, совершенно не ворованное имя, как Жон Арк, пришёл в себя, то первым, что он сделал — опустошил свой желудок.       Этот тупица даже не смог включить свой мозг, как его желудок свело, а его завтрак оказался в урне, под смех проходящих студентов. Слышал ли он их?       Конечно же… НЕТ! Что за тупые вопросы?!       У Жона Арка прямо сейчас мозг не мог работать так быстро или вообще работать, чтобы слышать смех студентов, что сморщивали свои носы и иногда тыкая в него пальцами. Будь главный тупица всея Ремнанта в более адекватном состоянии, то он непременно бы смутился, даже несмотря на свою социальную некомпетентность.       Но, увы и ах, мозг Жона Арка включился только тогда, когда из его рта выплёвывался желудочный сок, а желудок будто слипся под напряжением мышц живота.       И первой мыслью Жона «Тупицы» Арка было:       «Блядь!»       … а второй его мыслью было:       «Двадцать пять! Двадцать пять! Нахуя? Дебилы! Блядь!» — продолжал плеваться главный тупица Ремнанта, выпрямляясь и игнорируя недомогание, что пыталось его скрутить в бараний рог. Такое слабое недомогание не могло больше вывести из себя Жона, ведь это было мелочью.       Раздражающей, но мелочью. Ощущать противное послевкусие во рту всегда противно, даже такому человеку, как Жон Арк. Но, вот боль в животе уже никак не отвлекала его. Даже несмотря на то, что в двадцать пятый раз, он расстался с абсолютно со всем своим завтраком.       Почему-то, с каждой попыткой, его рвало сильней прошлого, что он заметил только на восемнадцатой смерти. Всё же, он был слишком туп, чтобы заметить это после второй. Да, что там, он был слишком туп, чтобы понять, что он вернулся после смерти!       «Блядские ветки! — нога Жона с силой ударила по мусорному баку, но сразу же пожалел об этом, когда пальцы на ноге отдали сильной болью, что заставило заорать его в голос и упасть на колено. — Блядская урна!»       Словно ему на зло, урна медленно прокатилася мимо его слезящий синие глаза с болью и ненавистью смотрели на металл мусорки, который никак не повредился от удара его ноги. А вот его пальцы явно сломались!       И всем, конечно же, было плевать на боль какого-то Жона Арка, который, вообще-то, не должен был пострадать от такого действия. Конечно, если бы он был нормальным, обучающим охотником, у которого была аура!       Но, у Жона «тупицы» Арка её не было. Ведь он был дебилом, который решил поступить в Бикон без неё. Да что там без неё, без знания о ней!       Или даже без какой-нибудь подготовки.       Это звучит ещё хуже, не так-ли?!       Глубоко вздохнув и стиснув зубы, Жон поднялся на ноги, но боль, что стрельнула моментально от этого действия заставила его вновь упасть на колено, сжав сломанные пальцы, только сильней увеличивая боль от этого.       Конечно, о чём он думал, так быстро вставая на ногу, где были сломаны пальцы? Возомнил себя персонажем книги, который игнорирует потери конечностей? Да фиг ему! Он был слабым, глупым, подростком, который сломал себе пальцы на ноге!       Поэтому он шипел, матерился и сильней сжимал ногу, которая теряла подвижность и чувствительность. Это ощущалось долго и больно. Будь Жон внимательней, то ощутил, как терял на мгновение от боли слух.       Или то, что просто не услышал взрыв, что произошёл не так уж и далеко от него. В его лицо даже ветер ударил, что он совершенно не заметил, так как нога всё так же болела!       Всё представление, что разыгрывалось в жалких десяти метрах от него, было совершенно полностью им проигнорировано. Ведь всё это время, он пытался встать на ноги и найти такое положение, что вызвало меньше всего боли.       О, и этот идиот пытался заново научиться ходить! И это на удивление у него получилось. Что, впрочем и не удивительно, даже обезьяна умеет ходить. Хотя, кто был умнее стояло под вопросом.       Не то, чтобы низкий интеллект мешал Жону Арку ковылять вперёд и вполне себе жить. Интеллект не был основным критерием выживаемости вида. Вот и Жону Арку он был не особо нужен, ведь умереть он просто не мог.       Точнее мог, но каждый раз он просто возвращался назад во времени. Как он об этом узнал? Всё просто, он сдох двадцать пять раз. Завтра он умрёт в двадцать шестой раз. Если ничего не предпримет. Или что-то предпримет.       Кто-то вообще сомневается в том, что обычный человек не умрёт на инициации в Биконе?       «Руби опять валяется в кратере, ” — тихо выдохнул Жон, когда увидел знакомую сцену. Естественно же, что эта сцена никак не изменилась спустя двадцать пять смертей одного тупицы. Да и как она могла измениться, если Жон совершенно не участвовал в данной сцене?       То, сколько выблюет Жон Арк, абсолютно не влияло на ссору Руби и Вайсс.       Ему оставалось только работать с последствиями, что он и делал, наклонившись над лицом Руби, смотря прямо в серебряные глаза, которые принадлежали девушке, что была младше его на два года.       И даже так, она была намного лучше его.       — Так… — ощутил этот мерзкий привкус во рту Жон, покрутив немного языком по зубам. — Ты продолжишь лежать на земле?       За двадцать пять глупых, тупых, бессмысленных и абсолютно заслуженных смертей, Жон Арк понял одну простую истину — лучше показаться идиотом, чем всезнающим гением. То есть не надо притворяться тем, кем он не являлся.       Ну, и ещё не нужно было показывать того, что он о ком-то, что-то знал, когда этого не должно было быть. Потому что он уже сдох от рук одной сучки-блондинки, которая не умеет контролировать свои порывы.       По крайней мере, это была быстрая смерть с красивым хрустом его шеи.       — Э-э-э… это удобно? — неловко ответила Руби.       Синие глаза поднялись от смущённого лица девушки, смотря на целый грёбанный замок, который был оборудован под школу. И Жону вот вообще не хотелось идти туда. Кто вообще в здравом рассудке будет раз за разом идти туда, где он умер?       Конечно же это был Жон Арк, который хватался за свою жалкую гордость! Этому идиоту было легче умирать, умирать, умирать, умирать, умирать, умирать и умирать, чем признаться преподавателем, что у него нет и намёка на грёбанную ауру!       Но, нет. В пустой голове Жона «тупицы» Арка была лишь злоба на преподавателей, которые не помогли ему выжить. Ведь кто был виноват в том, что умер? Директор Озпин!       Идиот без ауры и подготовки, который пробрался в академию охотников же вообще не виноват в том, что он сдох, как последняя тварь, не так-ли?!       — Да, — выдохнул Жон, шагнув в сторону, чтобы лечь рядом с Руби на земле. — Земля действительно удобная.       А ещё, лёжа на земле один тупица всего Ремнанта ощущал меньше боли в животе и ноге. На посвящение он не торопился, так как прекрасно знал что там будет и что будет за опоздание на него. А именно ничего.       Он мог хоть вообще не прийти на посвящение, а заявится только на инициацию. Его, конечно будут искать и обещают потом взбучку, но он ещё не доживал до того момента, как это угрозы станут реальностью.       Вечно сдыхал в полёте или при приземление в Изумрудный Лес. Его три раза убило чьё-то копьё! Он даже не знал почему его хотели убить!       — С тобой всё в порядке? — отвлёк от мыслей голос Руби. — Выглядишь… тошнотворно и бледно…       — Я лишился всего своего обеда и сломал пальцы на ноге из-за ебучей урны, — злобно и с ядом в голосе ответил Жон. — Теперь мне больно ходить, а завтра инициация. Мне ещё идти в зал!       Своего скверного настроения Жон не смог сдержать, что было уже не ново для него. Сложно оставаться позитивным, когда ты буквально умираешь, чтобы вернуться и умереть ещё раз, а выхода из ситуации даже не видно.       Будь он немного умней, то он вероятно нашёл бы решение, но он таковым не был. Ему приходилось повторять одни и те же действия, раз за разом, в надежде на изменения.       И если честно, то его уже тошнило от этого.       — Как ты так ударил, что аура не защитила тебя? — удивлённо спросила Руби. — Чтобы сломать пальцы с аурой, нужно либо ударить очень-очень сильно, либо бить без неё…       — У меня её вообще нет, — честно буркнул Жон, ощутив как серебряные глаза шокировано расширились. — И вот как мне пройти инициацию не умерев?!       Было ли разумно говорить кому-то, что у него не было ауры? Вообще-то… да, чёрт возьми! Это вероятно надо было сделать ему ещё после первых трёх смертей, когда стало кристально ясно, что без ауры, выжить при инициации Жон «тупица» Арк никак не сможет!       Но, не-е-е-е-е-ет, у этой жёлтомордой макаки была гордость с эгом по самую глотку, которую и сжимали так крепко, что только спустя двадцать пять смертей, он смог в этом признаться. Когда уже не мог нормально мыслить от количества смертей и боли в ноге и животе.       Нужно признать честно, но именно боль от сломанных пальцев на ноге и боль в животе заставляли пустую башку Жона посылать сигналы, которые могли быть хоть немного правильными.       — Эм… ты… очень хочешь стать охтником, да?       — С детства, — моментально ответил Жон, нахмурившись, смотря на синее небо, в котором плыли белые облака. — Я, чёрт возьми, Арк! Потомственный охотник, которому сказали, что он не может им быть!       То, что захотел стать охотником он очень поздно, он конечно же промолчал. Как и то, что это действительно была глупой мыслью, глупого подростка, который думал, что став охотником, то к нему сразу же придут и девушки, и деньги, и слава…       — Тогда почему бы тебе не… получить ауру?       — О, да! Это же так легко! — зарычал Жон, вскинув руки вверх. — Как её вообще получают? До недавнего времени я вообще не знал, что такое аура!       Вайсс очень подробно объясняла, что такое аура в перерывах говоря всё, что думает о нём и его интеллекте. Или это был не тот цикл? Как он помнил, был только один раз, когда он смог спросить Вайсс об ауре и только один раз она ему ответила.       И, хей! Вайсс была одной из тех, кто его ни разу не убила! Даже, когда пыталась это сделать. Даже лежащая рядом с ним Руби, умудрилась убить его. Дважды. Или пять раз косвенно.       Как он вообще так спокойно может лежать рядом со своим убийцей? По крайней мере, рядом не было веток. Вот они-то уже достаточно раз побывали внутри его сердца, пищевода и так далее. Они не были настолько милосердны, как Руби, которая убивала его быстро и безболезненно.       Ей всё ещё было пятнадцать лет.       — Я могу открыть её тебе.       Слова, что проникли в его пустой череп, заставили его моргнуть и взглянуть на уста, что произнесли их. Милые розовые губы на милом девичьем лице, с которого на него смотрели два серебряных ока.       У Жона «тупицы» Арка сердце точно бы пропустило удар, если он не был шокирован её словами.       — Что?       На шокированное лицо Жона Руби никак не среагировала, лишь вздохнув и повторив:       — Я могу открыть тебе ауру.       Жон «тупица» Арк моргнул. И, о чудо, задумался. В его пустой коробушке метались мысли, отскакивая от кости черепа, так как одна главная мысль застряла там.       «А что, так можно было, что-ли?!» — взвыл внутренне Жон, ударив руками себя по лицу. Так сильно, что даже в глазах звёзды в стали. Впрочем, в этот раз это не помешало ответить ему.       — Да, — сползли с его лица руки. — Пожалуйста, открой мне ауру!       Резкое изменение настроение Руби явно удивило и смутило, особенно когда он резко поднялся, пошатнулся, и упал перед ней ниц, схватив за руку, что было не сложно, так как она сидела на земле.       — Х-хорошо… — сглотнула Руби. — Только никому не говори, что я это делаю, хорошо? Особенно Янг!       Жон Арк был тупицей и самоубийцей, но не в этот раз. В этот раз он решил поступить благоразумно и согласиться со всем, что скажет Руби, лишь бы она открыла его ару.       Он был готов жрать дерьмо, лишь бы получить шанс пережить завтра.       — Тогда… Ведь именно отдавая, мы обретаем силу действовать, — вместе со словами, Жон ощутил тепло в груди. — Благодаря этому мы видим свет во тьме, обретая тепло и смелость. Сияющая и невредимая утратой, я освобождая твою душу и своей улыбкой наполняю тебя.       Жон сразу же заметил изменения. Это тепло и сияние, что излучало его тело. Ему стало моментально легче, свободней, лучше. Словно он заново родился, вновь целым и здоровым.       Даже боль в животе и ноге ушли на задний план, словно ничего такого и не было.       Шумно выдохнув, он поднялся, чтобы взглянуть в усталые, но удивлённые серебряные глаза, что смотрели в его широко раскрытые синие очи.       — Ого… у тебя очень много ауры, — улыбнулась ему Руби и сразу же удивлённо пискнув, когда он её притянул к себе и крепко обнял. — Ты…       — Я люблю тебя! — прокричал Жон. — Ангел! Самый настоящий, безупречный и идеальный ангел, Руби Роуз! RMT(Ruby Maji Tenshi)! Руби действительно ангел! Самый прекрасный, восхитительный, прелестный ангел!..       Жон «тупица» Арк не видел, как лицо Руби вначале изменилось в удивление, а потом смутилось и покраснело от комплиментов, которые не прекращались. Её лицо краснело и краснело с каждым словом, что покидало рот парня, который не обращал внимание на то, что теперь обнимал помидор.       Тупица всего Ремнанта не слышал и писк девушки, которая смутилась настолько, что могла потерять сознание. И она его потеряла, спустя десяток минут непрекращающихся комплиментов.       Дебил заметил это не сразу.       Но, вот когда он это заметил, то перед ним встала дилемма: бросить ангела здесь или огрести от дьявола, что приходился ангелу сестрой. Но… конечно же, перед Жоном «тупицей» Арком не стояло выбора.       Он быстро поднялся на ноги, держа своего ангела, как принцессу с влюблённым взглядом и с улыбкой на лице шагнул вперёд — к своей смерти.       И будь я рядом, то я бы одназначно позвонил копам, психушке и в больницу. Ибо Руби Роуз всё щеё было пятнадцать, лицо Жона Арка было похоже на лицо аутиста и педофила, а был бы не совсем уверен, не нахожусь ли я под грибами.       Но, хей! По крайней мере, меня здесь нет, а Жон Арк умрёт. Ещё раз. Пару… сотен раз. Ибо Н@УЙ ЖОНА!