Антология воспоминаний о незавершенном

      Рыцари королевства Вейл. Преданные сыновья и дочери Вейла, что издавна защищали жителей королевства от гримм и прочих напастей, что так и желали обрушится на их родину. Рыцари Вейла гордо выстояли бойню Великой Войны, хаос Революции фавнов и возвышение института охотников продолжая стоять на страже королевства в виде прошедших все потрясения рыцарских орденов. И пусть их осталось не так много, как в период высочайшего величия рыцарства, слава извечных защитников королевства все ещё гремела впереди них, а само бытие рыцарем было почётным и желанным…       Что было чушью собачьей по мнению новоявленного молодого рыцаря-лейтенанта ордена Небесных Львов Жона Арка, который в данный момент измазывал свой некогда белоснежный со синими, практически ультрамариновыми, вставками, командирский доспех в грязи лёжа ничком на животе. Напряжённо вглядываясь через тактический бинокль на цель их миссии, что располагалась в паре километров внизу от занятой ими высоты Жон в тихую проклинал весь мир и самого себя. Расположенный в низине и скрытый от мира густым лесом лагерь Белого Клыка оказался на проверку никак не «небольшим аванпостом сил противника» по словам разведки, а вполне себе добротной вражеской базой с постоянным гарнизоном численностью около роты с техникой и тяжёлым вооружением.       Это не было бы большой проблемой будь у него пара обещанных взводов боевых братьев ордена и воздушная поддержка, что вкупе с фактором внезапности позволила бы одержать победу над численно превосходящим их противником. Ключевое слово здесь было в «будь».       Ибо у него не было ни обещанных взводов рыцарей ордена, ни воздушной поддержки! Его братьев отправили на помощь охотникам, будь неладны эти расфуфыренные бездари, а эскадрилья буллхедов ордена была реквизирована рыцарями Храма братьев-драконов для усиления воздушной перевозки важного груза из Мистраля. И ему было абсолютно наплевать на исключительность миссии храмовников с их невероятно важным грузом, будь это хоть трижды могущественный магический артефакт, что непременно следовало изъять у «недостойных», как гласила догма рыцарей-храмовников. Это были его буллхеды! Его воздушная поддержка!!!       Протяжно вздохнув он передал бинокль остальным членам своего неполного отделения, лежащих рядом с ним, что являлись единственными доступными ему силами. Чтобы не чувствовать подступающую мигрень он просто приложился лбом к прохладной земле, попытавшись скрыть свой стон в начавшей желтеть густой траве, пока его боевые братья оценивали масштабы предстающего штурма логова неприятеля. — Это определённо не маленький лагерь, как сообщала разведка Вейла, да защитит нас Троица, — хмуро пробасил Кардин Винчестер, его заместитель в отряде, и по совместительству капеллан, делая ритуальный жест и передавая бинокль следующему. — Ещё мягко сказано. По всему лагерю множество огневых точек, укомплектованных тяжёлым вооружением, не говоря уже о том, что у них наверняка имеется ещё и артиллерия, учитывая столь значительную концентрацию их сил, — дал ёмкий анализ брат Дов Бронзовинг, рыцарь-дестройер, специалист по тяжёлому вооружению в их отряде. — Возможно в кодексе ордена, что-то сказано насчёт действий в подобной ситуации? — робко спросил рыцарь-коммуникатор Скай Ларк, отвечавший за связь с капитулом Небесных львов, принимая от своего боевого собрата бинокль. — Нам всем хана, — просто просуммировал, глядя через прицел своей снайперской винтовки брат-скаут Рассел Траш, передавая бинокль последнему члену их импровизированного отряда, что стоял в полный рост в отличии от остальных. — Хо-хо, спасибо мой мальчик, но могучему и храброму Питеру Понтию Портиусу, «Дикому вепрю Вейла» не нужны такие приблуды! То есть мне! Я буду действовать по старинке, как делали великие и ещё более могучие рыцари-ветераны во времена моей молодости! — и с этими словами дородный седой мужчина, чьё объёмное пузо не скрывал даже его зелёный массивный доспех, сложил пальцы на манер бинокля и поднёс руки к лицу, вовсю вытаращив свои доселе закрытые глаза, — Ага, я вижу нас ждёт славная битва о которой воспоют менестрели! Против нас сотня, нет, две сотни отъявленных головорезов, что используют всю доступную им мощь против исконных защитников королевства! Но не беспокойтесь мои юные падаваны, ибо с вами я! Знаменитый рыцарь-ветеран из ордена двух топоров! Что напомнило мне об истории из времен, когда я был юным, но уже тогда довольно страстным, сквайром…       Рыцарь Портиус пустился в очередной сказ, пока Жон отчаянно давил грозившийся вырваться у него истошный стон поглубже зарившись в траву лицом. Когда он отчаянно запросил хоть какую-то поддержку, Жон не ожидал что командование поймёт его буквально и действительно выделит «хоть какую-то» помощь в виде пресловутого рыцаря-ветерана ордена двух топоров, состоящего, по общему мнению, из древних дедов, которым давно пора уйти на покой. Да, рыцари двух топоров были одним из древнейших рыцарских орденов Вейла. Да, их деяния были настолько великими, что эмблема ордена стала символом королевства. Но это было давно и сейчас орден переживал не самое лучшее время, лишившись своей обители в пользу организации академии для охотников и практически полной потери рекрутов, из-за чего в ордене по сути остались лишь седые ветераны.       Конечно с принятием Вайтеловских соглашений после Великой Войны и появлением охотников каждый орден понес те или иные лишения (кроме храмовников, что б их и ихние банки с кредитами и займами!), не исключая и родной орден Жона. Собственно, из-за этого они и оказались в текущей ситуации, но не суть. Дело в том, что под поддержкой он подразумевал о помощи со стороны кого-то типа Рыцарей серебряной розы, непревзойденных убийц гримм, пусть они и в последние годы крутились сугубо вокруг Патча, пытаясь исправить свою очередную неудачу по защите сереброглазых, или Рыцарей громового копья, мастерских налетчиков, чья огневая мощь их воздушного и наземного транспорта не знала себе равных. Или на худой конец гриммовых Рыцарей-храмовников (Жон точно был уверен, что их недолюбливают так же остальные ордена, как и он сам), самого влиятельного и богатого ордена, который спокойно мог посылать целые роты своих воинов в любое королевство Ремнанта.       Ладно он не ожидал, что на его запрос откликнется кто-то из бывших орденов-сателлитов за пределами королевства типо рыцарей-гетайров, следовавших старинным традициям Аргуса или ордена Белой длани, расположенного в Атласе, чьим магистром в свое время был сам Николас Шни, Белый Лютоволк Солитаса. Они были слишком далеко, слишком обособленно от остальных и слишком сами себе на уме, после их формального освобождения от повинности Вейлу. Но даже расположенные в самом Вейле ордена проигнорировали призыв о помощи молодого рыцаря-лейтенанта Небесных львов. Всё, кроме одинокого старого рыцаря ордена двух топоров. Честно говоря, Жон, как внук прошлого магистра Небесных львов, чувствовал себя оскорблённым подобным отношением, как к себе, так и к своему ордену.       Не то, чтобы Жон жаловался конкретно на рыцаря-ветерана Портиуса или как тот гордо именовал себя «Диким вепрем Вейла», будучи благодарным даже за такую помощь в их миссии. Особенно любые нарекания у их отряда исчезли после того, как рыцарь-ветеран под свой задорный хохот разрубил пополам альфа-невермора, что внезапно напал на них во время привала после отстойной попытки поднять боевой дух не менее ужасными шутками от брата-скаута Траша, с помощью всего лишь пары топоров, что были буквально прикованы к его рукам цепями. И нет он абсолютно точно не словил благоговейный ужас и не вспомнил рассказы-страшилки об рыцарях-еретиках времен великого раскола, которыми пугали родители непослушных детей. Ровно, как и то, что он точно не спрятался со всем своим отделением за ближайшим валуном, отчаянно молясь святой Троице и панически ожидая, когда продолжающегося стоять на распадающейся туше гримм-старейшины полностью измазанного в ихоре рыцаря-ветерана Портиуса отпустит и он прекратить смеяться как маньяк-берсеркер, которым он абсолютно точно не являлся…       В общем за тот небольшой период, что Портиус путешествовал вместе с ними рыцарь-лейтенант Арк сумел по достоинству оценить боевые навыки и знания седого ветерана. А также его трёп. Серьёзно, рыцарь Портиус не затыкался ни на минуту, все время травя невероятные байки о себе, о своих наставниках, о событиях в которых он якобы участвовал (Жон откровенно не верил заявлению Портиуса об том, как он, будучи юным сквайром спас самого короля Вейла Озимандиса, когда под ним в битве погиб его конь). Он даже продолжал травить свои истории во сне! Да даже сейчас Жон вместе с остальными только то и делал, что пытался абстрагироваться от бесконечного потока слов, выходящего из рта рыцаря двух топоров, совершенно не обращавшего внимания на окружающих, продолжая при этом предаваться тёплым воспоминаниям своей юности.       Впрочем, им следовало наконец-то что-то начать делать, иначе был иллюзорный риск, что они покончат с собой, если останутся рядом с Портиусом и его рассказами больше, чем на пару часов. Все же даже вся рыцарская подготовка Жона и его отряда, не могла защитить их от ментальной атаки в виде очередной байки старого рыцаря-ветерана. — Отряд, подъём. Нам нужно обсудить дальнейший план действий. Желательно без отвлекающих элементов, — завуалировано отдал приказ Жон, поднимаясь с помощью сервоприводов своей брони с земли и вовсю косясь на самозабвенно вещающего Портиуса. Его боевым братьям не составило труда понять о ком он имел речь, но не раньше, чем Жон повернулся к поднимающемуся Скаю, — брат Ларк, настрой рацию так, чтобы мы могли слышать переговоры Белого Клыка и были осведомлены об их действиях. — Да-да, конечно, — исполнительно закивав рыцарь-коммуникатор стащил с себя занимавшую всю его спину габаритную рацию дальней связи и принялся искать радиочастоты БК, — Всё будет исполнено!       Удовлетворенно кивнув Жон продолжил вставать только для того, чтобы зацепиться крыльями своего висевшего на боку шлема за ветки ближайшего кустарника. Яростно чертыхаясь про себя Жон вырвал застрявший в кустарнике ненавистный шлем и пошёл к остальному отряду держа его под боком, стараясь не обращать на смешки его братьев по ордену. — Неприятности в Раю? — ехидно спросил с дерьмовой улыбкой брат Винчестер, опираясь на свою массивную булаву. Посланный его командиром максимально убийственный взгляд заставил его стереть улыбку со своего лица и приосанится, прежде чем предложить вариант решения проблемы Жона, — Может оденешь шлем, чтобы он не застревал в кустах и высокой траве? — И стать ещё большей мишенью для снайперов противника, не говоря уже о том, что я буду биться головой об любой дверной косяк? — риторически переспросил Жон с изрядной долей сарказма в голосе, — Нет уж увольте. Я надену это ведро только в преддверии боя.       И Жон не шутил об этом. Его доспех доводил рост молодого Арка до ста девяноста сантиметров, прибавляя ему лишнее пять сантиметров. А с учётом шлема высота рыцаря-лейтенанта становила уже два метра двадцать сантиметров. Тридцать сантиметров из-за торчавших вверх крыльев на его шлеме, Карл!       Это не просто демаскировало его, ровно, как и командирская расцветка его доспеха, но и буквально кричало о том, куда нужно бить. Так, что да. Он был явно не в восторге от своего снаряжения. — Я говорю вам, что как только стану магистром ордена, то отменю эти тупые крылья на шлемах командиров Небесных львов! — авторитетно заявил Жон, будучи сытым по горло всем происходящим, — Запомните моё слово, ибо Арки никогда не отступаются от своих слов! — Да? Но почему тогда предыдущие магистры ордена, включая твоего деда, не отменили эти «глупые» крылья? — спросил, приподнимая бровь Кардин, под кивки остальных, в тайне радуясь, что, являясь капелланом он имел свой собственный стилизованный шлем. Без крыльев на нем, что самое важное. — Не знаю, — развёл руками Жон, никогда не задаваясь подобным вопросом, — Наверняка у них был серьёзные причины не делать этого.       Много лет назад. Магистр ордена Небесных львов Юлиус Арк. — Итак, сэр вы желаете отменить ношение крыльев на шлемах рыцарей-командиров? — Никак нет! Если мне пришлось страдать, то и этим ушлепкам так же придётся!       Очень много лет назад. Магистр ордена Небесных львов Гуго де Пейн. — Милорд, вы желаете отменить ношение крыльев на шлемах рыцарей-командиров? — Абсолютно нет! Они должны страдать, так же, как и я до них!       Очень-очень много лет назад. Первый магистр ордена Небесных львов Лион Гилимар. — Мой лорд, вы уверены, что наши рыцари-командиры должны носить эти крылья на своих шлемах? — Да! Крылья — это круто и символично!       Наши дни. Одно недоукомплектованное отделение Небесных львов где-то в лесах королевства Вейл.       Выпустив пар Жон заметил краем глаза шепотки подчиненных и закатывание глаз на его речь. Что вновь задело душевные струны юного Арка. — Что? Что-то не так? — спросил всех присутствующих, кроме стоящего ото всех рыцаря Портиуса, Жон обводя своих людей командирским взглядом, — Я готов выслушать вас и ваше мнение.       На самом деле - нет, но остальные не должны были это знать. Все же он являлся рыцарем-лейтенантом, руководящим этим отделением и это входило в его обязанности. А также он хотел немного знать, на что могли пожаловаться остальные. Ведь только он мог жаловаться. Это было его личной прерогативой. — Ну… мы хотели бы заметить, что не одному тебе приходится трудно, — нерешительно заметил рыцарь-коммуникатор Ларк, взяв слово первым, — У каждого из нас есть что-то, что мешает ему в этой миссии… — И что же? — не впечатлено спросил Жон, скрестив руки на груди, — Что может быть хуже, чем мой шлем с крыльями. — Ну, например, рация, что мне приходится носить. Чел, она весит целых двадцать пять кило вместе с батареями! Если бы не аура с сервоприводами доспеха мой хребет сложился бы пополам! — объяснил Скай, указывая рукой на работающую рацию возле которой все так продолжал травить рассказы Портиус, попутно доставая свою штурмовую винтовку, — Или, например, моё личное оружие. Компоновка бул-пап полное дерьмо, а при замене магазина он может банально выпасть с пазов. Да даже от простой тряски может случится то же самое!       В качестве доказательства Скай потряс табельной винтовкой VX-18 и у неё действительно выпал магазин, под удивленные взгляды присутствующих. — Хорошо, я понял твою проблему, Скай, — нехотя согласился Жон, поворачиваясь с постным лицом к остальным, — А у вас что? — Шестьдесят килограмм, — просто сказал Дов, заставив Жона недоумевающе моргнуть пару раз. — Шестьдесят килограмм чего? — переспросил Арк, осматривая рыцаря-дестройера с ног до головы. Он не видел ничего, что могло бы столько весить на нем, ну разве, что кроме его более тяжёлого, чем у него или Ская, штурмового доспеха. — Это вес моей автопушки вместе с боеприпасами к ней, — как ни в чём не бывало ответил Дов, указывая себе за спину, где вместе с частью всего их снаряжения покоилась массивная ручная двадцати пятимиллиметровая автопушка MLX-40 «Blood Dragon» вместе с увесистым рюкзаком с лентами к ней. — Это жалоба? — решил уточнить на всякий случай рыцаря-лейтенант Арк, прикидывая в уме, как бы это все расписать в будущем отчёте о исполнении их миссии. Если они конечно переживут эту самую миссию. — Нет, это констатация факта, — со знанием дела парировал Дов, — Всём нам приходится несладко, но мы как-то справляемся с этим. Мне вот с помощью Ская как-то ж удаётся справляться с техническим обслуживанием нашей главной огневой силы. — Да, мне приходится чуть ли не каждую ночь смазывать оружейным маслом его большой и толстый ствол, — поддакнул в такт Скай, на что все уставились на них с Довом с вытаращенными глазами. Поняв, что он только, что сморознул рыцарь-коммуникатор попытался исправить ситуацию дико красная и при этом заикаясь, — Э-это н-не то, что в-вы подумали! Честно! Не было между нами ничего! — Церковь не одобряет мужеложства, — авторитетно заявил капеллан отряда, массируя подбородок латной перчаткой, прежде чем добавить с гнусной улыбкой, — По крайней мере во время исполнения миссий, голубки.       От данных слов Скай тут же заплакал, как маленькая девочка, пока Дов выдал себе звучный фейспалм от чувства невероятного стыда в данной ситуации, бормоча что-то об ублюдочных капелланах, тупых командирах и непрофессиональных напарниках. Что же до Жона с Расселом, то они не имели ни малейшего понятия, что за гриммовое дерьмо здесь происходит, больше пытаясь игнорировать трёп Портиуса позади них и совершенно не замечая вместе с остальными вспышки и клубы дыма, начавшиеся появляться в лагере Белого Клыка.       Некоторое время спустя. — Так, хорошо. Мы выяснили, что все наше снаряжение, выданное орденом — дерьмо, что вполне логично учитывая несколько плачевную ситуацию со всеми орденами в целом; что Дов и Скай — не любовники, а Кардин — просто мудак; и что я — плаксивый нытик, который жалуется на все подряд, что конечно же не так, сраные вы ушлепки, — спустя некоторое время сумев урегулировать ситуацию и успокоить Ская просуммировал Жон осматривая остальных, — Есть ещё какие возражения, жалобы, замечания? — Да! — тут же вклинился Рассел, снимая свой капюшон и открывая миру свои зализанные назад зелёные волосы, обритые по бокам, — Почему я не могу носить ирокез? Что это за тупое правило запрещающее неформальные причёски? Из-за этого мне приходится максимально выбривать виски, чтобы выглядеть круто.       Жон долго смотрел вместе с остальными на Рассела, под не затыкающегося Портиуса на заднем плане. Наконец болезненно ущипнув себя за переносицу и громко выдохнув Жон понял одну простую вещь. Его окружали одни идиоты.       Поэтому рыцарь-лейтенант сделал самую логическую вещь, которую можно было сделать. Он просто проигнорировал брата-скаута и начал обсуждать с остальные планы атаки на укрепленный лагерь Белого Клыка, пропуская мимо ушей возмущённые вопли Рассела, так же как он это делал с рассказами рыцаря-ветерана Портиуса. — Дов, ты со Скаем будете прикрывать нас огнём, пока мы с Кардином и рыцарем-ветераном Портиусом атакуем с самой менее укреплённой стороны и попытаемся захватить один из орудийных расчётов, чтобы использовать его против сил Белого Клыка внутри базы, — начал обрисовывать свой план Жон, обернувшись к дующемуся брату-скауту, — Рассел мне нужно, чтобы ты провел разведку вокруг лагеря, чтобы мы имели больше шансов на успех и могли скорректировать план в случае обнаружения вокруг него мин и ловушек. — Эй, а почему я? — возмутил парень, не понимая почему именно его отправляют на столь рискованное задание. — Потому, что ты скаут и это твои обязанности же, не так ли? — ответил, переспрашивая Жон, уже не до конца будучи уверенным в специализациях каждого в его отряде. В конце концов они больше походили на кучку клоунов с ним в качестве директора цирка во главе.       Рассел недоуменно осмотрел себя и свою форму, прежде чем вспомнить, что он действительно является скаутом ордена Небесных Львов. Он же проходил специальную подготовку на эту роль, будучи распределённым к этой обязанности. И к его чести он даже выглядел пристыженным от того, что забыл об этом. — А… ну да… но может я это… просто со своей винтовки посмотрю? — спросил со слабой надеждой брат-скаут, решив глянуть на лагерь БК через снайперский прицел, только чтобы смутиться от увиденного, — Эммм… парни… а лагерь выглядел… таким разрушенным?       Ведомые словами Рассела все развернулись и подбежали к краю утеса, чтобы обнаружить планируемый для штурма лагерь противника практически полностью разрушенным. Густой чёрный дым вовсю валил с лагеря, указывая на множество пожаров внутри, а укрепления выглядели порядком потрепанными. — Какого… — только и мог, что выговорить Жон, не оборачиваясь обратившись к рыцарю-коммуникатору, — Скай, проверь частоты… нам нужно узнать, что произошло…       Рыцарь-коммуникатор мигом бросился исполнять приказ, начав вовсю возится с рацией, только для того, чтобы резко встать, как вкопанный. Его руки затряслись, на лбу появилась испарина, а сам парень начал стремительно бледнеть. — К-командир… р-ребята…- нервно обратился Скай, привлекая к себе внимание всех присутствующих. Ну кроме Портиуса, — Я случайно настроил рацию на раздачу сигнала.       От подобного откровения Жон моментально подавился воздухом при вздохе и начал дико кашлять. Что же до остальных, то их глаза грозились вылететь с орбит, как только осознание произошедшего ударило их с силой поезда. Лишившегося тормозов поезда, груженного прахом из Атласа. — Ты… ты ведь не хочешь сказать… — прерывисто дыша пытался сформулировать с трудом слова рыцарь-лейтенант Арк, пока в его голове лихорадочно крутились всевозможные мысли, — Ты ведь не хочешь сказать, что Белый Клык три часа… три часа слушали болтовню Портиуса?!       Полусидящий возле радиостанции Скай скованно кивнул и у Жона вырвался истерический вскрик, заставивший наконец-то рыцаря-ветерана Портиуса прервать свой восемьдесят третий по счету расказ. Оглянувшись вокруг он так же заметил разрушенный лагерь Белого Клыка, который они должны были б атаковать. — Хмм? Что случилось? — растерянно спросил Портиус, задумчиво поглаживая свои густые шикарные усы, когда в его голову пришла совершенно абсурдная априори неверная по своей природе догадка, которая тем не менее полностью устраивала эксцентричного старого воина, — Ага! Эти злодеи из Белого Клыка сами разрушили свой лагерь стоило им всего на мгновения узреть нас! Ну конечно же! Они наверняка узнали славного рыцаря ордена двух топоров Портиуса!       Рыцарь Портиус начал вновь бахвалиться, пока остальные молча наблюдали за догорающим лагерем Белого Клыка на горизонте. Наконец спустя небольшое время рыцарь-дестройер Бронзовинг проронил первые слова, что пришли ему в голову: — Жон, мы что, злодеи?

***

      Осторожно ступая на своем пути их отряд вошёл в лагерь Белого Клыка в полном боевом облачении и не меньшей готовности. Им потребовалось несколько часов, чтобы собрать пожитки и спуститься горными тропами к лагерю, а также убедиться, что они не напорются ни на какие ловушки и секреты, что могли поджидать их группу к месту их цели.       Некогда живой и обжитый лагерь встретил их гробовой тишиной, догоревшими постройками и конечно же трупами фавнов. Целой горой трупов фавнов, умерших мучительной смертью. И что самое главное, если не считать крови из ушей у всех найденных ими трупов, боевики БК сами лишили себя жизни.       На это их навело множество застрелившихся, не меньшее количество пронзивших друг друга фавнов и куча надписей вроде «Конец близок!», «Почему оно не затыкается?!», «Смерть снизошла к нам!» и прочая ерунда, которую обычно пишут в состоянии пограничной агонии и полного безумия. Что, впрочем, полностью не давало ответа на вопрос, что блять здесь произошло?! — Эм, сэр… Кажется я нашёл причину… ну… этой кровавой бойни… — несколько неуверенно сказал через вокс-коммуникатор своего шлема брат Ларк, после осмотра лагеря, — Судя по всему после того, как они попали на нашу частоту вещания в спешных попытках перекрыть её, радисты Белого Клыка автоматически начали вещать расказы Портиуса по всему лагерю, заблокировав попутно себе доступ к их отмене. Они перепробовали все, что только было возможно, вплоть до того, что начали уничтожать все устройства связи, но скорее всего было уже слишком поздно и по всему лагерю начался массовый психоз с последующими самоубийствами. Как-то так. — Но как это могло привести к таким последствиям? — неверяще спросил Жон снимая шлем и устало садясь на недогоревшее бревно, возле остатков судя по всему то ли столовой, то ли склада, — Я отказываюсь верить, что трёп Портиуса способен на такое… — Придётся, — мрачно заявил капеллан Винчестер сбрасывая вместе с братом Бронзовингом тела фавнов в общую кучу и тихо вознося молитвы богам за респиратор в его шлеме-черепе.       Было решено собрать в одном месте тела всех фавнов и сжечь, чтобы предотвратить возможное распространение трупной заразы и появления нерестилища гримм. Это было в некотором роде жестоко и варварски по отношению к погибшим, но они не могли достойно похоронить тела, прежде чем вскоре в ближайшее время в горную долину прибудут привлечённые негативными эмоциями разношерстные стайки гримм, что скорее всего заполонят это место к началу следующего утра.       Поэтому было решено, что Дов с Кардином соберут тела, пока Рассел будет следить из одной из немногих сохранившихся наблюдательных вышек за периметром, а Портиус будет изничтожать начавших стекаться в долину гримм, давая им всем дополнительное время, с чем рыцарь-ветеран с радостью согласился, полностью отдавшись представленной задаче. Они до сих пор могли слышать жуткий хохот Портиуса и резкие взрыки гримм, которые тут же затихали, стоило рыцарю двух топоров добраться к бедным тварям. Что же до самого Жона и Ская, то они обследовали лагерь на предмет улик и важных документов, что могли пролить свет на деятельность Белого Клыка в регионе, не говоря уже о сборе полезных припасов, будь то льен, прах или патроны, что не было лишним. Итогом всех поисков стала стопка папок, приказов и карт, что была заляпана остатками мозговой жидкости командира Белого Клыка, решившего снести себе пол головы из дробовика именно возле стола с важными документами. Жон мог лишь надеяться, что они останутся читабельными, когда он преподнесет их капитулу ордена. Ну или у них найдётся, чем убрать органические жидкости, вроде остатков мозгов и крови. — О, Бог Зверей! Наш великий всеотец! Прими души своих детей и приведи их на бескрайние луга вотчины твоей! Даруй им вечную благодать и спокойствие во владениях твоих! — нараспев произнёс Кардин, обходя по кругу погребальный костёр из всех тел членов Белого Клыка и обмахивая его кадилом с ладаном при движении, пока Дов поджёг костёр, заставив промасленную груду тел вспыхнуть пламенем чуть ли не до самого неба, ярко освещая все вокруг под закат уходящего за горы солнца. — Эммм… а разве мы верим не в Святую Троицу из Брата Рассвета, Сестры Дня и Брата Заката? — смущённо спросил Жон, разделяя общее замешательство отряда, кроме притихшего Портиуса, смотревшего на костёр странным взводом, полным грусти и печали от своих далёких воспоминаний, — При чем тут вера фавнов и Менеджери? — Помимо сана священика в церкви Святой Троицы, я так же являюсь аколитом церкви Братьев-Драконов, имамом Льюса, проповедником Омнипарианства, помазанником Единого Бога, а также как раз жрецом Зверобога, — перечислил, как нечто простое, Кардин, доставая с под шлема цепочки с символами названых религий, — Как капеллан ордена я должен отпеть и провести в последний путь каждого, кто в этом нуждается. — Я даже и не знал, что наш орден настолько мультирелигиозен, — впечатлено проговорил Жон, прежде чем в его голове щёлкнула одна мысль, которую он и озвучил пристально, глядя на Кардина, — Погоди, но ты же не любишь фавнов… — Да, я в целом не переношу этих животных, но так требуют устои Небесных львов, — честно признал за собой грешок Кардин, вовсю скривив лицо под шлемом, как будто ему пришлось съесть целый лимон, вместе с кожурой, — Даже, если мне это не нравится. — Хах, значит будем считать это твоим наказанием, за то, что ты такой мудак и расист, — с дерзкой улыбкой заявил Жон, под смешки остальных членов отряда.       Кардин лишь показал всем средний палец и развернувшись ушел на дежурство, бормоча себе под нос об придурках и глупцах в его отряде. Проводив взглядом Кардина, Жон посмотрел на горящий до самых облаков погребальный костёр, испытывая от вида множества превращавшихся от жара в пепел тел суеверный страх, глубоко под кожей. Пожалуй, пора было убираться с этого места. — Скай, что насчёт буллхеда для эвакуации с долины, что я запросил? — задал вопрос, не отворачиваясь Жон у подошедшего к нему рыцаря-коммуникатора, — Ты ведь отправил сообщение капитулу об выполнении нашей миссии? — Да, конечно, мой командир! — бодро отрапортовал Скай, только для того, чтобы замяться и неловко почесать себе затылок, — Только есть одна небольшая, такая мааааллееенькая заминка…       При этих словах Жон резко выпрямился и скованно повернул голову к рыцарю-коммуникатору, заставив того жалобно всхлипнуть от тяжести его интенсивного взгляда. Казалось сам Ад плясал в его глазах, отражая горящий напротив них костёр, чьим топливом служила гора трупов. — Какая заминка? — очень медленно и растянуто спросил рыцарь-лейтенант Арк, вовсю буравя своего подчинённого взглядом своих налившихся кровью глаз, — Какого рода заминка, Скай? — П-понимаете… в Вейле случилась какая-то чрезвычайная ситуация и сам директор Бикона Озпин запросил буллхед для команды его учениц… каких-то там RYBY или RTPY… Поэтому капитул приказал нам вернуться обратно в орден своими силами… — с каждым словом сжимаясь все сильнее и переходя под конец чуть не на шёпот объяснил брат Ларк на дрожащих ногах, вовсю обливаясь потом и зажмурив глаза, — Простипростипростипрости…       К чести молодого, но перспективного, рыцаря-лейтенанта Жона Арка он весьма спокойно перенес данное известие. Медленно повернувшись и отойдя на достаточное расстояние от свернувшегося клубочком и хныкающего Ская, Жон глубоко вздохнув и лишь потом дал волю своим чувствам, закричав на всю округу, сколько хватало воздуха в его лёгких. — КАК ЖЕ Я НЕНАВИЖУ ЭТИХ ТРИЖДЫ БЛЯДСКИХ ГРЕБАННЫХ ОХОТНИЦ!!!       Расколотая луна появилась из небосвода и осветила своим светом ночь пока Жон Арк продолжал вовсю кричать и материть на чем свет стоит всех, кто, по его мнению, привёл их к данной ситуации. И лишь тишина, да стрекот сверчков был ответом на его крик души.