позови меня с собой.

Сидя за исписанной партой, соединённой с неудобной скамейкой, Паша пялился в окно, напевая что-то у себя в голове. Иногда ему хотелось просто резко слиться с окружающим миром, чтобы больше никто его не докучал. — Бирков, уважаемый, вы записывать лекцию собираетесь? — спросил старый лысый преподаватель в сером костюмчике, поднимая седые брови. — Конечно, Александр Иванович, — он взял со стола почти закончившуюся ручку, записывая пару строк в тетрадку. Под окном раздался крик: — Паштет, выходи! Паштет! Мы тебя ждём! Сдалась тебе эта механика! Лёха! Тащитесь сюда! Одногруппники старались не заржать, хихикая в кулак. Спроси у любого в этом станкостроительном техникуме, что больше всего ненавидит препод по механике, и он бы ответил: орущую молодёжь и гопников. Тогда зачем он вообще сюда пришел работать? Старик за столом замолчал, отклоняясь на своём стуле. Его взгляд направился прямиком на Биркова и его соседа — Леху, которые резко начали изучать материал учебника с пожелтевшими страницами. — Товарищи Бирков и Литейников, вас друзья зовут пиво пить, что же вы не идёте? — прошипел мужчина, щурясь. — Хотим механику изучать… и техническое оборудование. Очень интересует… — оправдывался Лёха, пока Паша считывал схемы. — Тогда прошу вас обоих к доске. Будем рисовать электрическую цепочку. Последний год, а знания нулевые! Чертыхнувшись себе под нос, друзья встали, направляясь к доске. «Хоть бы тройку поставил… Черт старый… Кола убью!» Закатав рукава у зелёного свитера, жалостливо взглянув на бедного Леху, парень взял мел и деревянную линейку, выжидающе смотря на А.И-шку (именно так они называли преподавателя между собой для удобства). Он был мужчина лет 60-65, крупного телосложения и, пожелтевшими от курева, усами. Курил преподаватель много, часто выходил на улицу, когда студенты на парах его выбешивали по-особенному. — Итак, чертим схему для… До самого звонка Александр Иванович мотал ребят за выходку их друзей, ожидающих их на площадке перед техникумом. Спустя двадцать пять минут рисования схем, Пашке начало казаться, что так он и умрет около этой доски бордового цвета. Однако, произошло чудо и А.И-шка поставил ему четверку! Наверное, планеты выстроились в ряд, раз такое случилось. — И больше никаких выкликивающих невежд под моими окнами! Развелось тунеядцев! Почти в припрыжку и под руку с измученным Лехой, конопатый вылетел из класса с полной уверенностью набить морду Колу. На улице было тепло, но периодически дул прохладный, уже действительно осенний ветер, заставляющий стадо мурашек пробежать по рёбрам. Около поля для волейбола расположилась толпа из трех парней: Кол, Яша, Барс. Они сидели на бордюре, иногда подглядывая на проходящих мимо забора девушек, оценивая каждую по 10-бальной шкале, как в конкурсе красоты. — Кол, ты говнюк! Ты же знал, какая у нас пара! Он же ненавидит, когда орут, и в особенности ненавидит меня! — крикнул Паша, кидаясь на высокого блондина, курящего сигарету, обхватывая и сжимая его шею. Отняв сигарету, Паша вдохнул в себя порцию ядовитого дыма, кулаком натирая макушку друга. — Зато это было смешно! Исключить — он тебя не исключит, уже слишком поздно, а вот поиздеваться над тобой А.И-шка рад всегда, — сказал Барс, сидящий на бетоне и хрустящий пальцами. Кол и Барс учились на обработчиков металла в этом же колледже, а Яша же учился на учителя пения в художественном техникуме. Все они выпускались в этом году, до этого учились в одном классе в школе. Парни были друзьями с детства, жили в одном районе, гуляли на одних и тех же площадках. Паша оглянулся по сторонам, смотря кто куда идёт, когда заметил парня с велосипедом около турников. Русый остановился около спортивной площадки, кладя синий «Аист» на асфальт. На нем была олимпийка и треники серого цвета. Парень подошёл к турнику, хватаясь за него руками и подтягиваясь. — Куда ты пялишься? — спросил Яшка, толкая его в плечо, — это кто такой? — Сам не знаю, не помню такого, приехал с родаками вчера на соседнюю улицу. — Пойдёте на пятничную дискотеку? — спросил Барс, кладя руки им на плечи и уводя прочь с площадки, в след за Колом. Паша кивнул в знак согласия, резко и быстро оглядываясь на турник, где все ещё подтягивался незнакомец. — На завтра дождь передавали, — задумчиво сказал Кол, засовывая руки в карманы американских джинсов.