Хроника Темного Зодиака. Парад планет

- У меня есть вопросы. О, очевидно, что так и есть. Третий час Мирам, возясь с каким-то невнятным черным камешком, от магического фона которого, слава всем богам, он был надежно огражден печатями, мучительно пыхтела и кидала на него задумчивые взгляды, когда думала, что это получится сделать незаметно. Ага, как же. А теперь зеленоглазая кара небес решительно стягивала черные перчатки, не оставляя сомнений в том, что она что-то там себе надумала. Судя по всему, кто-то умер. Потому что «Алый Дьявол», как некоторые несознательные личности из Отдела Магического Правопорядка, ежели верить Люциусу, уже успели окрестить его ребенка, неуверенно переминался с ноги на ногу, яко нашкодившая первокурсница. - Ты и вправду все слышал? Впору прикусывать язык. И молча, медленно и проникновенно, кивать. Ну, в самом-то деле, неужели он тогда неясно выразился? Худо у девочки с причинно-следственными связями. Ох, худо. Кажется, ни одна из этих мыслей на лице владельца не отразилась. И поймать его с поличным, уличив в прежней склочности характера, у Мирам не вышло. Потому что, немного помедлив и обработав его положительный ответ на запрос, Меченая нерешительно произнесла: - Было бы неплохо, если бы ты задержался здесь на неопределенное время. О, кажется, Северус немного поторопился с выводами касательно их двоих в целом и ее терпимости в частности. Возможно, со школьных лет в Мирам сего чудесного качества у кого-то поднабралась. А может, и нет. Просто у Золотой Девочки позднее зажигание и склонность к дурацким идеям. И она еще пожалеет. Так или иначе, Снейпу этот момент было жизненно необходимо прояснить до конца. В конце концов, у леди Блэк нет монополии на глупые вопросы. - Ты действительно этого хочешь? Пусть шепот и вышел излишне сиплым, стоило похвалить себя за нейтральность тона. Хотя для него ответ, видит Мерлин, был невероятно важен. Однако деланое спокойствие собеседника Мирам не спасло. В глазах девушки по неизвестным Северусу причинам зажглась плохо контролируемая паника, совершенно необъяснимая для Мастера Зелий. И тем и пугавшая. - Дежавю... Знаешь, забавно, но мне уже однажды задавали подобный вопрос. Всё закончилось Аркой Смерти. Пока Мира, глядя куда-то поверх его головы, нервно сжимала кулаки и что-то вспоминала, Снейп пытался связать одно с другим. Аркой Смерти. Ну, конечно же. Блэк. Триггеры от безголовой псины, посмевшей так бездарно сдохнуть, сунувшись, куда не просят. Сколько их ещё в голове его дочери, благодаря Блохастому? И как ее теперь успокоить? Опираясь на варочную стойку, Старший Аврор тем временем вцепилась в переносицу, массируя ее и устало прикрывая глаза. Такая привычка была у всех людей, носящих очки. И у него она была тоже. Правда, в его случае это было связано с мигренью. И он не замечал все эти годы такого характерного, сходного жеста. - Мирам, посмотри на меня. Видит Мерлин, он пытался достучаться до дочери мягко, как мог. Даже не шевелился. Но – все лишь усугубилось. - О, да ты издеваешься! Внезапно будто уменьшившись вдвое, Артефактор нырнула за печати и почти легла на алтарь, заваленный пергаментами, будто пытаясь почерпнуть его силу. Поначалу Снейп не понял, что было не так в этой фразе. А потом понял. Рука автоматически дернулась, касаясь воротника мантии, прикрывавшего шрамы на шее. Ему стоило догадаться, как Мирам отреагирует на повторение той самой фразы, что услышала когда-то от него же в Визжащей Хижине. Все, чего зельевар теперь хотел, это – сбежать. Молча. И никогда больше не попадаться на глаза девочке, чтобы не сделать хуже. Но... Мерлин, ему не пятнадцать и даже не двадцать. В последние годы если профессор и вёл себя, как ублюдок или идиот, то – совершенно сознательно. Так что... Если он прекрасно контролировал процесс доведения Мирам Поттер до белого каления, то есть и способ успокоить Мирам Блэк. Верно ведь? Преодоление печатей далось с трудом. В лицо колючим льдом ударили излучаемые Камнем эманации зла и тьмы. Среди которых Хозяйка Дома, судя по всему, чувствовала себя достаточно комфортно. Тихо подойдя сзади, мужчина осторожно, не без труда, отцепил девушку от холодного чёрного Алтаря, за который она цеплялась, как за единственную деревяшку, всплывшую на поверхность после кораблекрушения. И осторожно, даже не пытаясь развернуть, молча прижал к себе, тихо выдыхая в беспорядочные пряди волос. Если не дерется, значит, все не так уж и плохо. Учитывая, какой бессильной и ранимой Мирам показала себя всего лишь минуту назад, то, как внезапно она выпрямилась, неловко вырываясь, застало волшебника врасплох. Резко поворачиваясь, Меченая отступила на шаг назад, глядя ему в глаза. Смело. Осознанно. Спокойно. И немного грустно. Мирам заговорила прежде, чем Снейп успел выдать хоть одну мало-мальски дельную фразу. - Я в порядке. И я справляюсь. Меня не нужно защищать. Спасать – тоже. Пауза между первой и последней фразой была столь коротка, что вставить что-либо не было никакой возможности. - Люди должны общаться, когда они этого хотят. Оба. Покинула комнату леди Блэк тоже подозрительно быстро. Оставив Северуса недоумевать молча. В последующие дни к этой теме они не возвращались. *** Снейп, разумеется, услышал топот еще одной пары ног наверху и голоса. А потому терпел до последнего и не поднимался. Но, когда субстанция в котле угрожающе зашипела от вопиющего добавления лишней крупинки каменной соли, не выдержал. Ему срочно нужен был кофе. И мисс Уизли, или кто там еще забежал на огонек, могут хоть под потолок забиться от ужаса, а свое он – получит. Северуса вообще никто не предупреждал, как себя вести в подобных случаях, ведь так? Значит, о его присутствии гостей уведомили. Хотя, зная гриффиндорцев… могли и запамятовать. Тихонько прокрадываясь по коридору, он выяснил, что столкновение неизбежно. Ибо голоса слышались с кухни. И потому предварительно попытался понять по контексту беседы, предупредила ли Мирам своих друзей о столь нехарактерном для нее соседстве. Этот самый Контекст оказался очень неожиданным. О нем не просто – предупредили. Его – обсуждали. Передумав врываться в помещение, яко тать в ночи, маг наложил на себя всевозможные Заглушающие и осторожно сделал несколько шагов вперед, прислушиваясь. *** - А ты его любишь вообще? Это важно. Джиневра Уизли сидела на столе перед Мирам, болтая ногой в воздухе и опираясь ладонью на все тот же стол. - Ну, естественно. Я ж с ним живу. Рыжая девчонка насмешливо фыркнула, подливая сидевшей на стуле перед нею Мирам в кружку горячее вино. - А разве не он с тобой? Мирам вернула усмешку, разводя руками и затем смущенно запуская пальцы в волосы. - Кажись, теперь я с ним. Патетично заламывая руки, конопатая чертовка посмела на ходу переиначить его же вступительную речь для первокурсников, неумело кривляясь: - «Я расскажу вам, как разлить по колбам яд с моего языка, как заваривать чайный пакетик и даже как закупорить рот гриффиндорки анальной пробкой!» Мирам смиренно вздохнула, качая головой. А он замер. Естественно, собираясь оставаться там же, где и стоял. - Джин… я вообще чувствую себя максимально неловко. Ни в жизнь еще не было такого, чтоб я навязывала свое общество. Вот как считаешь, почему мы с Роном и Герм стали меньше общаться? Гарпия понимающе закивала, а затем нахмурилась: - Ну, они-то ясно, я тоже отказываюсь сидеть и смотреть, как эти двое милуются. А здесь-то что? В этом вот случае? Вас тут целых двое и психопат-эльф. Не говори, что в нем проблема! - Ну... Я бы... Ну, это. Весело сощурившись, Уизли, казалось, искренне наслаждалась тем, что леди Блэк не может облечь чувства в слова. И изголялась, как могла. - Содержательно на редкость, детка. Если твой, прости Мерлин, папаша не трахает котлы, которыми занято его сердце под завязку, не вижу причин, которые могут помешать вам поговорить. Снейп бы с радостью проклял эту отвратительную, невоспитанную мелкую гадину, если бы не тот немаловажный факт, что дочь Молли была права. Хотя, ежели быть с собою совсем честным, от членовредительства его удерживало лишь то, что он попросту хотел дослушать до конца. Мирам же скривилась почти синхронно с ним от богатства сравнительных оборотов и яркости фантазии квиддичистки. А потому ответила несколько раздраженно. - Ой, отвянь. Я бы просто хотела… постараться. Чтобы потом быть уверенной, что сделала все, что могла. Не люблю жалеть о несделанном. Судя по всему, смысл этой размытой фразы собеседница прекрасно поняла и покачала головой. - Ага. И в итоге слишком дохера дичи творишь. А вот за подобную критику в адрес одной из Триумвирата Министерства зельевар был благодарен. Может, хотя бы подругу Меченая услышит и проникнется. А вышеупомянутая рассеянно выводила ногтем невидимые узоры на пустом чайном блюдце. - Ну... Ему пока нельзя оставаться одному. Так Сметвик сказал. Так что у меня есть оправдание, если спросит. Хотя – не спросит. На редкость молчаливый, кстати. - Тебе надо научиться доверять людям. - наставительно произнесла Джинни. - Да что ты, мать твою, говоришь! Я как-то это... Надоверялась уже. Джиневра, легкомысленно пожала плечами. И чуть помедлив, заявила: - Придумай что-нибудь. Напои, например. Пьяные люди – честные. И болтливые. Вскинувшись, как маленькая кобра, Мирам насмешливо приподняла бровь, склонила голову набок и мягко, притворно-удивленно вопросила: - И каким сучьим образом ты себе это представляешь, интересно узнать? Рыжая хлопнула в ладоши, хохотнув и ничуть не смутившись. - Вот! Вы же похожи, не отличишь! Значит, все не так уж плохо! Замерев на мгновение и словно утратив весь запал, Мира крепко сжала в ладонях горячую чашку, глубоко вдыхая запах специй и вина. И недоуменно-грустно заключила: - Думаю, в этом и сложность. - Ну, и что ты собралась делать дальше? Ей было нечего ответить, а потому Золотая Девочка неторопливо отпила глоток глинтвейна, неопределённо пожав плечом. Её товарка прикусила губу и покачала головой, а затем, будто озаренная некой идеей, оскалилась. Томно наклонившись к не подававшей признаков умственной работы подруге, она протянула шелковым голосом: - А хочешь, мы сейчас поднимемся наверх, я надену те зелёные кружева, что ты мне купила... - Я?! Мира искренне удивилась, но рыжая прижала палец к её губам, убеждённо и уверенно подтвердив: - Ты-ты. Мадам Малкин подтвердит, что счёт на твоё имя. Тш-ш-ш. Не отвлекайся. Так во-о-оот... Мы пойдём наверх, запрем двери, входные – тоже, возьмём и повесим на дверную ручку снаружи кожаные наручники, их ты, кстати, тоже купила, и я буду так орать и сыпать грязными словечками, что у этой подвальной мыши, что по ошибке затесалась к тебе в родню, кровь из ушей пойдёт. И никакого шанса тебя игнорировать или отсюда сбежать тупо не останется. Как тебе такое? Мирам хохотала. Сначала тихо, давясь кипятком, а потом – в голос. И, отсмеявшись, подтвердила: - Вполне похоже на план. Но - нет. Спасибо за заботу, конечно, но я ещё хочу жить. И желательно долго, без переломанных конечностей и – в своём доме. Затем её голос смягчился, а глаза посветлели, и волшебница почти незаметно улыбнулась с неким умиротворением. Для любого другого это выражение лица было бы признаком удовлетворённости жизнью. Но Джинни Уизли почему-то считала иначе. Прижав пальцы к губам и широко распахнув глаза, ловец «Гарпий» удрученно покачала головой. - О, нет. Только не смотри так. К каким дебильным выводам ты пришла на этот раз? Блэк усмехнулась, подтверждая догадку младшей ведьмы. А Мастер Зелий ощутил… Был ли он расстроен тем, что не углядел в этом выражении лица ничего предосудительного, что ставило под сомнение его внимательность? Или все же уязвлен тем, что какая-то девчонка понимала его дочь в разы лучше, чем он сам? Или все вместе? - На самом деле, мне просто нужно было выговориться. К выводам я пришла давно. Дело в том, что тут ничего не поделаешь. Я ведь не говорю, что не знаю, как себя вести и что делать. Потому что тут – бесполезно что-то делать. Как не старайся, насильно мил не будешь. Это объяснимо и вполне понятно. Когда обстоятельства тебе навязывают того, чье существование всю жизнь было невыносимо, особо не возрадуешься. И я могу понять. И понять, что это не исправить. И не стану. Мне бы теперь донести, что я большая девочка, и нести за меня ответственность – не нужно. И тогда все закончится. Я не собираюсь ставить человека в неудобное положение своими неуместными чувствами. И всего-то. Джиневра грустно покачала головой. - Дура, да?..Нет уж, не смей меня перебивать. И вообще! Он не человек, а твоя проблема ходячая. И уже много лет. Просто последние годы немного амплуа сменилось. И завязывай с, блять, официальными формулировками! Тоже мне, крыса канцелярская! – накал страстей нарастал – И чем, чем ставить в неудобное положение?! Я тут не ослышалась? Любовью к родителям? Это, типа, теперь в Британии не принято? Я слишком долго была на сборах? Ты вообще – нормальная?! Выдохлась девчонка также быстро, как и вспыхнула. И Мирам, благополучно увернувшись от жестикулировавшей гостьи, ответила: - Нет, Джин. Просто – нет. И все. Мало ли, как сложилась жизнь. Я уже как-то свыклась с мыслями о том, что предоставлена самой себе. С детства. Не вижу причин использовать других, чтобы это исправить. От речевых оборотов, наглости и бесцеремонности единственной дочери рыжего семейства Мастера Зелий откровенно подташнивало. А вот относительно Мирам… Слова так внезапно обретенной и трепетно любимой дочери от, несмотря ни на что, все ещё не менее любимой женщины, явились для него откровением. И та картина, что складывалась в голове леди Блэк, беспокоила и тревожила. И, по обыкновению, была в корне неверной. И категорически его не устраивала. Впрочем, подобные ситуации у них не впервой. Каждый раз, когда Золотая Девочка недополучала информацию, случалось нечто схожее. Но теперь у Северуса Снейпа был уникальный шанс повлиять на мировосприятие Народного Идола и даже быть уверенным, что она проникнется. Бесшумно удаляясь обратно в лабораторные помещения, последнее, что услышал волшебник – как Джиневра дразнила зеленоглазую, называя трусихой. Судя по звону разбитой посуды – зря. *** Вернувшись в лабораторию, он наложил Стазис на котлы сразу же, не теша себя даже толикой надежды, что сможет продолжить. Подобное волнение статусу не соответствовало, но присутствовало. Девочка совершенно ему не доверяла. Северус ее понимал и был полностью согласен. Но больно – было. Сам он понятия не имел, как строить отношения с взрослой, ударенной на голову, дочерью и какую манеру поведения выбрать. А потому старался быть максимально сдержанным, чтобы ни словом, ни делом не навредить этому хрупкому перемирию. Итак уже сорвался тогда, у зеркала. Судя по выражению лица Мирам, не сильно его порыв оценили. И точно – не поняли. Да и последняя беседа на тему, не касавшуюся работы, чуть не довела девочку до нервного срыва. Уложился в две фразы, личный рекорд. Молодец какой. В целом, маг не имел никакого представления, что делать дальше. Все, в чем мужчина был уверен, что ему это было очень нужно. Потому что лучше поздно, чем никогда. Но кое-что, исходя из услышанного, он сделать все-таки мог. Малодушно уповая на то, что отдельно взятые открытые, прямолинейные и коллективные, гриффы справляются с межличностным взаимодействием много лучше, чем подозрительно-параноидальные, одинокие слизеринцы средних лет. И нужно лишь дать повод. Потому что его идеи на одном конкретном озарении вот сейчас заканчивались. Зельевар сосредоточился на некоторых из недавних воспоминаний. «Проснись, пожалуйста, ты мне очень нужен». «Мирам Блэк, Старший Аврор, совершенно не похожа на себя прошлую. Она – не Поттер. И сделала все, чтобы перемены были внешне заметны». «Мирам стоит возле стола в своем кабинете, и в глазах ее отчаянная радость. Впервые на его памяти Мирам рада видеть Снейпа». «Флакон в его руке искрится ярко-синим. Она – точно не Поттер. Кровь Чары изменить были не в силах». «В зачарованном зеркале отражается болезненно-бледная жгучая брюнетка с яркими черными глазами». Серебристый олень горделиво стукнул об пол копытцем. Северус критично скривился. Не было печали, как говорится, завели оленя. О, он и сам с этим Патронусом познакомился совсем недавно. И сейчас пытался примириться не только с его существованием, но и с тем, что свидетелем его появления станет рыжая беспардонная хамка. Нет, в принципе, Мастер Зелий понимал, зачем его дочери эти нездоровые отношения. Рыжая, решительная, честная, неунывающая. Да, параллели, при желании, провести было легко. И вникать в эту взаимосвязь во избежание перелома психики и бессмысленной траты нервов он не собирался. В отличие от Молли, которая могла себе позволить окружить себя запасными отпрысками, у него дочь была одна. И рвать на корню своим, таким несомненно-важным, отрицательным мнением только наметившуюся взаимосвязь волшебник не собирался. Патронус умчался передавать нарочито-спокойный шепот с просьбой спустить ему кофе. И побольше. *** Мирам таки принесла кофейник. Хотя, если придираться, пока девушка соизволила спуститься, он бы мог уснуть трижды. - Джинни заходила. «Я слышал». - И сколько слышал? Мужчина не смотрел на дочь, стоявшую чуть поодаль. Задумчиво побарабанив пальцами по столу, он решил все же сознаться. «Достаточно». - М-м-м-м… «Содержательно. Слезь со стола». Мира резво спрыгнула на пол. Никакого смущения от того, что она водрузила свою пятую точку рядом с доской для резки, Блэк не испытывала. Спустя минуту молчания девушка задумчиво выдала: - Мой олень был меньше. Почему? И лань – тоже! Это какое-то гендерное неравенство! Насмешливо посозерцав ее несерьезное, деланно-обиженное лицо, Снейп понял, что у выпускницы Львятника совершенно не хватает духу прокомментировать произошедшее иначе. Всерьёз. А потому отвернулся, продолжив работу. «Пожалуйся мисс Грейнджер. Она обязательно подаст в суд на законы мироздания. За произвол». *** - Мы совсем, совсем не укладываемся в этапы лунного цикла. Артефактор, стягивая перчатки, расстроенно швырнула их поверх свитков. - Может, помочь чем, ну… я не знаю? Чтоб быстрее было? К предложению Снейп отнесся критически. Но… а какие еще были варианты? Сторонний специалист – это всегда дополнительные сложности. Рецепт высветился перед ее глазами огненной вспышкой и исчез. Остались ингредиенты с простейшими задачами из серии « нарезать-растереть-истолочь». Казалось, можно было приступать. Но девушка даже не пошевелилась, изучая текст. А затем и вовсе обречённо опустила руки и прошептала: - Я нихрена не понимаю, как тебе помочь. Тяжело выдохнув, Северус сосчитал до десяти, прикрыв глаза и качая головой. Он не будет злиться. Не сегодня. И – никогда больше. Обернувшись, волшебник наткнулся на грустный взор этой великовозрастной грозы всех Тёмных Магов. Так смотрит щенок, разодравший тапок. И внезапно Снейп решил, что невыполнимых задач не бывает. И вообще – негоже Старшему Аврору чувствовать себя тупым и бесполезным. Особенно если этот Аврор – твой ребёнок. После паузы фразы перестроились: «- Растереть в пыль невнятно-грязные листья в серебряной ступке оловянным пестиком. - Вынуть все, что не похоже на пепел по консистенции. - Нарезать по размеру консервированного горошка, но кубиками, бело-синий студень стальным ножом на чугунной доске. - Сложить все в серебряные весы». И так далее. Еще немного поразмыслив, маг добавил: «Сопутствующее: - Не грызть нож. - Надеть защитные перчатки. - Собрать волосы. - Перестать скалиться». Последнее, к слову, исполнено не было. *** Через три дня шинкования и резки, которая то и дело прерывалась ее побегами на работу, Мирам сдалась. И, с грохотом стащив со стеллажей за алтарем какую-то маленькую коробочку, уронив при этом все, что только могло упасть, торжественно презентовала ему серебряные часы. С Хроноворотом внутри. И, хитро скалясь, заявила: - Делегирую тебе обязанность уложиться в сроки создания артефакта. И, чтобы точно не получить отказ, припечатала: - С Рождеством. Ретировавшись наверх позорно, но слишком быстро. Лишая своего бесплатного сотрудника любого шанса отбиться. Кажется, то, что ее опасения относительно его персоны сходили на нет, а неловкость пропадала, не без его, разумеется, усилий, сыграло со Снейпом очень злую шутку. Девчонка обнаглела в рекордные сроки. Но появился шанс благополучно завершить проект. Чем бы он ни был. *** - Ты знаешь, наверху есть кровать. В зелёной спальне. Ей очень без тебя одиноко. Она прямо таки тоскует. А женские ожидания обманывать нельзя. «Мне надо закончить». Наложи Стазис и закончи завтра, в чем проблема? «Через час». - Через час тебя тут не останется, потому что я разрешу Алтарю делать тут все, что ему хочется. Пронзительный возмущенный взгляд черных глаз Меченую не смутил. Сложив руки на груди, она спокойно продолжила развивать мысль, умиротворенно изучая потолок. - Обещаю горько и искренне плакать над пустым гробом. Потому что даже костей не наберётся. Насмешливый потусторонний шелест на периферии сознания зельевара подтвердил, что ЭТОМУ идея Хозяйки нравится. Раздражённо отложив черпак, Снейп таки наложил Стазис на варево, молчаливо признавая поражение. «Тогда даже не мечтай закончить свои модификации морской гальки в срок. Или что у тебя там». - О, я переживу. Мне как-то твой рассудок в здравой памяти – дороже. Ты уж прости за смелость, но оправдываться перед Сметвиком мне не улыбается. Уже у самой лестницы идущего впереди и старательно игнорировавшего эту узурпаторшу мужчину затормозили, внезапно обхватывая за плечи и утыкаясь лбом между лопаток. - А я там чай заварила. Сама. Меллису. И мяту. Спать хорошо потом. Прозвучало это настолько тихо и просительно, что Северус замер, словно ударенный Ступефаем. А что в таких случаях делают нормальные люди? Что отвечают? Возможно, отвлекают внимание собеседника и переводят тему. «А Старшему Аврору откуда знать про здоровый сон? Кстати, о травах. И о валериане конкретно. Хочешь несколько занятных фактов о своём бывшем Декане?» В один миг заискивающий котенок превратился в любознательного щенка, и его потащили в гостиную. Блэк, как она есть. Ей шла эта фамилия. Увы. *** И уж с тех пор так и повелось, что невыносимая, беспардонная, абсолютно не считавшаяся ни с чьим мнением, кроме своего, Мирам каждый вечер утаскивала его за рукава от котла спать. Вне зависимости от сроков работы. Вроде как раз Хроноворот есть, систематизации – не надо. То, как девушка при этом по-детски строила глазки и канючила, настолько вышибало почву из под ног, что мужчина попросту не понимал, что происходит и покорялся. Всерьез сомневаясь в своем эмпатическом диапазоне и эмоциональной широте. А после, кидая косой взгляд в зеркало, молчаливо признавал ее правоту. Иногда надо спать.