Хроника Темного Зодиака. Парад планет

Смирившись с тем, что провести в Блэк-Хаус придется неопределенное количество дней и недель, Снейп все же перетащил в маленькую зеленую спальню необходимый минимум с Паучьего. А потом – разошелся, и, дабы не простаивать без дела во время пауз, что были неизбежны, поскольку сложным зельям необходимо было настаиваться, перетащил в дом Мирам и свои патенты, которые следовало оформить уже много лет как. Кажется, у него впервые появилось свободное время. Да и подвал стал казаться вполне пригодным для работы, при условии, что Камень был отделен золотистыми печатями от гостя. И, разумеется, Мира сунула в его наработки любопытный нос, аргументируя сие тем, что Министерству все равно в лице Аврората должно по новым законам выявлять уровень безопасности любого исследования и степень широты его публикации. И не имело значения, сколько у волшебника при этом степеней Мастерства или Магистрата. Живо представив, как имбецилы из Департамента Магических Исследований его вычитывают и закрещивают не только присвоение прав, но и публикацию, Снейп дал ей добро на вычитку. Возможно, зря. *** - Это же великолепно! Улыбалась Мира настолько восторженно, что казалось, нижняя челюсть скоро начнёт жить отдельно от владелицы. А то, с каким энтузиазмом она потрясала бумагами перед его носом, внушало определённые, совсем не здоровые, опасения. Ровно как и то, с каким лихорадочным блеском в глазах при этом Аврор отправляла в шкаф несколько томов со своего рабочего места за, как прозвучало пояснение «внезапно образовавшейся ненадобностью». «Напомни, зачем я тебе позволил смотреть эти заметки?» Снейп и вправду задавался вопросом, как его угораздило не просто перетащить работу из дома и патенты из Гринготтса сюда, но и позволить деятельной законнице сунуть туда нос. Улыбка девушки стала шире и теперь походила на оскал. - Ты просто не рассчитывал, что я что-то пойму. И то верно. Сам дурак. Под вопли восторга зельевар пытался сосредоточиться и вернуться к оформлению документации, которую откладывал почти всю жизнь и решил таки сделать, пока процесс варки обеспечивал сам себя. Выходило плохо. - А когда ты это придумал? Тяжело вздохнув, Северус отложил перо и сосредоточился на Мирам, немного помедлив с ответом. «Когда фокусы твоего декана достали меня окончательно». - А это когда? Забавно. Ей ведь и вправду было интересно. «Ещё в первый год работы в Школе. Минерва слишком превозносила анимагию. Подобная кичливость в её возрасте...» - Мне нужно будет проработать некоторые рецепты. «Зачем?» Меченая, казалось, искренне удивилась. - А как еще ты мне предлагаешь выяснить их безопасность? *** Маленький чёрный котенок с белым воротничком прыгнул на колени мужчины, задремавшего на неудобно-высоком стуле, и ловко взобрался тому на плечо. А затем, не увидев реакции, оглушительно мявкнул в ухо. Волшебник вскочил, тревожно заозиравшись, и животное свалилось на пол. Её заметили. И сели обратно с тяжким выдохом. - Ты для этого фокуса испоганила четыре котла? Заслышав в сиплом шепоте угрозу, маленький комок ночного неба перекатился на спину, поджал хвостик и сложил лапки на мордочке, округляя зелёные глазки до невозможных размеров. За ней наблюдали долго, молчаливо и с укором. А после кратко резюмировали: «Правдоподобно. Но – бесполезно». - Анимагус Ревелио. На полу лежала та самая очень серьёзная леди Блэк, гордо взиравшая на читателей с газетных и журнальных страниц. И отчаянно хихикала. Снейп покачал головой. Он обещал себе не умиляться, не удивляться и не терять спокойствия. И честно держал слово. И лишь поэтому смог задать вопрос веселившейся за его счет Мирам. «И зачем тебе подобный навык? С чего вообще столько радости?» Отвечала зеленоглазая вполне охотно: - Я хотела сдать экзамен на анимага. Но мы с Директором МакГонагалл выяснили, что я совершенно на это не способна. И она, кстати, очень удивилась. Вроде как, Джеймс так блестяще справился, еще будучи студентом, и я, его дочь, просто не могу не иметь задатков, это в крови. А то, что у меня не получается, это, несомненно, временное явление. Только вот когда она это сказала, я даже и пытаться перестала. Ну, очевидно, почему. И просто взялась за матчасть. Чтобы хотя бы теория была. А там пишут, что, вроде как, если много-много лет стараться, то – получится. Даже у тех, кто не предрасположен. А это Зелье – самое крутое, что я видела в последнее время. Значительно упрощает жизнь, знаешь ли. Теперь не нужно бессмысленно пробовать, просто выпил – и все. Несмотря на то, что Северус не имел никакого права радоваться тому, что у его ребенка что-то категорически не получается, сейчас Мастер Зелий был счастлив. Как никогда. Просто потому, что Чары Лили выжгли далеко не все сходство девочки с ним, оставив только родство. Что-то в ней, помимо крови, все же передалось от него и принадлежало ему. Например, тотальное отсутствие предрасположенности к анимагии. Ну, да, вот такой он мелочный. Вот такой нехороший. Что теперь. «Встань с пола. Простудишься – лечить не буду. Сдам в Мунго». Некоторое время с подозрением изучая его нейтральное выражение лица, волшебница, наконец, спросила: - А у тебя как с анимагией? «Отвратительно». О, Снейп знал, чему радовался он. Но вот от чего так разулыбалась Блэк, понять не мог. - Круто. Интересно, что она имеет ввиду?.. *** Хотел бы он сказать, что поведение Мирам повергает его в шок. Но это был трепет. Гребаный душевный трепет, в притом, мать его, самом лучшем смысле слова. Когда это с ним произошло, оставалось тайной за семью печатями. Но – произошло. Наиболее ужасным во всем этом было признание пред самим собою в том, что он никого и никогда на свете не любил так отчаянно и надрывно, как Мирам. Даже Лили. Хуже того. Даже память о Лили. Ибо та солнечная девочка никогда его не принимала. Таким, каков он есть. И изо всех сил, до последнего, игнорировала худшее в нем. Он был ей за это благодарен. И ни в коем случае не винил за поиск хороших сторон в нехорошем человеке. Но Мирам... Мирам как никто другой, знала, что из себя представляет Северус Снейп на самом деле. Тот самый профессор Зелий, что счел достойным для взрослого занятием доводить до нервного тика маленькую девочку. И эта помешанная на справедливости и воздаянии леди, обещавшая со временем стать достойной сменой неумолимому Аластору и железной Минерве, входя в дом и деля вечер с тем, чьё дело подшивала в архив лично, преображалась в доверчивое существо, которое показательно подставляло самые больные места. Такое было сложно не оценить. Очень. Она знала, сколько крови на его руках. Поименно. Она не пыталась его исправить, переделать или найти оправдания. Она просто простила. Просто потому, что он есть. И приняла таким, какой он есть. Там, внизу, над неведомым артефактом корпел смысл всего его существования. Очень чертовски простуженный, лакавший чертово свежесваренное Перечное чёртов смысл с чёртовой привычкой цеплять приключения на место пониже спины. А его первостепенной задачей было, чтоб Мира не убилась ненароком, пока где-то там приключается. Так себе жизнь, конечно. Но другой... Другой он не желал. Не теперь. Разве что… побольше пауз между случайными событиями и сомнительными авантюрами. И подлиннее. Интересно, если он попросит, есть хоть малейший шанс, что Золотце задумается об увольнении из Аврората? *** Будучи Мастером в нескольких областях и являясь достаточно эрудированным человеком по сути своей, Северус все же не имел ни малейшего представления, что именно лохматый новатор там, за станком, ваяет. Попросту понятия не имел, что именно она там делает. Учитывая хаотично разбросанные чертежи, да и детали дула, испещренного свеженанесенными рунами, на верстаке, он грешил на апгрейд маггловского револьвера. Но в эту стройную теорию никак не укладывались разноцветные полудрагоценные камушки в миске и странная черная галька, которую Мирам вымачивала так упорно в Основах и Базах. Да и не только в них. Изначальный список необходимых зелий пополнился через полторы недели таким количеством лекарственных и восстанавливающих составов, да еще и в концентрированной форме, что зельевар, лишь на миг представив, что они могут по воле вдохновенно-хаотичного Артефактора случайно перемешаться между собой, содрогнулся в священном ужасе. Маленький мерцающий черный круглый гладкий камушек в бархатной коробочке стал сюрпризом. Тем большим, что этот предмет, обманчиво простенький и напоминавший застывшую почерневшую ртуть, презентовали ему лично с таким видом, будто он имел счастье лицезреть пришествие Мерлина во плоти. - Я сделала. Изо всех сил прикусывая губу изнутри, Снейп пытался не смеяться. Леди Блэк улыбалась во все тридцать два зуба, держа на вытянутых руках свое творение и протягивая ему. При чем тут зельевар, понимания не было. Но кивнуть стоило. И, желательно, сделать это поощрительно. Она же – молодец. Что бы это ни было в футляре. А ведьме будто только этого и не хватало для того, чтобы начать действовать. Схватив за рукав наконец таки оккупировавшего кресло в библиотеке мага, что-то тараторя относительно сложности процесса приведения в равновесие и сжатия стольких жидкостей в одном предмете, Мирам потащила подавившего обреченный стон родителя обратно в подвал, из которого он только недавно выбрался. И, когда мужчина совсем было собирался в грубой форме обозначить девчонке, что, вопреки расхожему мнению, котлы он любит не настолько, чтобы отказывать себе в чтении книг и длительном сне, Мастер Артефакторики, беспардонно толкнув его на стул у стены, предвкушающе потерла руки: - Так вот, о контрольной группе. Звучало подозрительно. Зельевар напрягся, жестами потребовав пояснений. А зеленоглазое чудовище, залихватски зажав между белыми зубами сигарету, заговорила, параллельно делая крупные затяжки и оставляя алые следы оттенка паприки на фильтре. На третьем вдохе Северус вышел из себя окончательно и, резко взмахнув рукой, невербально испарил чертову сигарету. Мирам ничуть не расстроилась. И даже, казалось, не обратила внимания на этот показательный жест. -… Следовательно, для «Черной Ундины» моя контрольная группа, исходя из базовых и дополнительных качеств Артефакта – ты. Черная, нагни ее Люцифер, Ундина. С юмором, зараза, подошла к вопросу. Но – не сегодня. Ограничившись неопределенным хмыком, Мастер Зелий отрицательно покачал головой, не размениваясь на слова. Но уйти ему не позволили. До этого момента, несмотря на то, что Северус видел магические выверты Старшего Аврора в полной мере и осознавал дочь очень сильной волшебницей, ее физическую силу он не представлял в принципе. А уж то, что девка, будучи на голову ниже его, взрослого и почти здорового мужчины, играючи применила профессиональный захват в долю секунды и, почти буднично разорвав воротник на его горле зубами, прежде, чем он смог отреагировать и в полной мере выплеснуть ярость вербально относительно ее хамских, неприемлемых действий, прижала камушек к бледной обнаженной коже, куда он благополучно врос, пуская корни, вообще было за гранью. Очень чувствительно. Щекотно. До ужаса. Это таким образом нарастали нервы, если верить ее пространным объяснениям. Также мелкая дрянь охотно сообщила, что магию во время процесса использовать опасно, так что остается лишь блокировать его инстинктивные порывы разодрать себе шею в лоскуты вот так вот. И все закончится, как только Ундина прорастет в голосовые связки и заменит недостающие части. И если он вообще хочет вернуть себе прежний диапазон голоса, глотать, говорить, ругаться, шипеть и в целом - шевелить головой сейчас вообще нельзя. Хотя с последним Мирам вполне успешно справлялась. То, что она громко выдавала Снейпу в ухо ворох информации, не мешало ей при этом прижимать своим лбом его голову к стене. Пожалуй, тактика была вполне верной и полностью блокировала его рефлекторные судорожные рывки. За исключением того немаловажного момента, что заранее о том, что будет происходить, его не предупредили и буквально вынудили поучаствовать, не оставив выбора. Так они и сидели. Он пытался вырваться и выдрать инородное тело голыми руками, она, оседлав его колени, говорила о том, что использовать надо предмет кровь из носу в первые часы после создания, иначе после он становится нестабильным. И вообще: концентрация вещества - история сложная, а метаморфозы из жидкого в твердое с помощью Артефакторики – метод, который стоит запатентовать. А Северус честно старался слушать, полностью обездвиженный и также честно старался не напрягать горло, как Блэк и велела, дабы не умереть прямо на месте. И пытался побороть желание убить собственную дочь. Прямо черпаком в лоб. Но не оценить того, что Меченая не просто создала подобное, а еще и умудрилась удерживать его от вреда самому себе, отвлекая разговором, чтобы магия артефакта и зелий не навредила самой себе – это он оценил. Ундина. Черная. *** Не в силах смотреть на ее довольную морду после наложенного диагностического, на которой было написано «я же говорила», зельевар, тяжело дыша, сбежал. И около двух часов просидел в спальне, заперев дверь. Не решаясь произнести ни слова. И только в ванной, неловко прокашлявшись, осторожно заговорил со сварливым зеркалом, вновь прошедшимся по его внешним недостаткам. А за дверью комнаты тем временем растерявшая всю уверенность девушка канючила и ныла на тему того, что, ежели бы она тратила время на уговоры, Артефакт пришел бы в негодность и ничего не вышло бы. И получилось бы, что он зря простоял за работой эти недели. И ждать пришлось бы до лета. И все в таком духе. На том этапе своеобразного покаяния хозяйки дома, где Блэк плавно перетекала к теме неприемлемого поведения со своей стороны и вообще: «ты только не сердись, я так больше не буду», волшебник резко распахнул дверь. И имел удовольствие наблюдать, как не ожидавшая подвоха и сидевшая на полу, опираясь на преграду спиной, Мирам беспорядочным набором мантии и юбок свалилась ему под ноги. - В твоих словах есть определенные… утверждения, с которыми я, увы, не могу не согласиться. Ничуть не спеша подниматься и глядя снизу вверх на говорившего, Мира широко улыбнулась. Кажется, ожидавшая бури была до жути рада ее отсутствию. - Жаль было бы такой голос. Насмешливо приподняв бровь и протягивая ей руку, он уточнил: - И какой же? - Жуткий. – тут в больших глазах проскользнуло озарение новой мысли - А… как насчет возглавить Департамент Исследований? Они бы там просто дышать боялись, ежели бы ты за них взялся! Как бы мечтательно ни прозвучало подобное из уст дочери, чуть ли не отрывавшей ему руку, которую девчонка трясла в порыве энтузиазма, мужчина, живо представив перспективы, припечатал: - Ни. За. Что. И брезгливо передернул плечами. *** Спонсором сего вечера стало огневиски. Слишком подозрительно-синхронно обоим пришла в голову идея проверить восстановленное горло на прочность. Хотя зельевар до последнего сомневался в том, верно ли распивать алкоголь на пару с собственным, пусть и совершеннолетним, ребенком. Однако, припомнив Абракаса и Люциуса, прекрасно употреблявших спиртное на пару, относительно успокоился. На том и порешили. *** Они говорили. Всю ночь. Долго. Будто с обоих сторон прорвало плотину одновременно. Хотя Северус выражался сдержанно и осторожно. Словно шагая по лезвию бритвы и балансируя на острие ножа. Они были слишком разными, чтоб от неосторожной фразы не полетели искры. Или… слишком похожие. В итоге опытным путем было выявлено, что для того, чтобы не задеть неожиданно-ранимую натуру дочери, было необходимо периодически прикусывать язык и оставлять оценочное суждение мотивов ее поступков при себе. Занятно, что при этом едкие личностные комментарии она расценивала, как юмор и смеялась. Но он категорически не мог отличить одно от другого в её глазах и понять логику девушки при разделении. А вот ей было достаточно соорудить большие виноватые глаза или грустно опустить голову. И он затухал, как угли, на которые насыпали пепел. И все, сказанное порывистой Блэк, тут же прощалось. Стоило заключить, что скоро в этом доме из него совьют неплохой такой пучок веревок. Так что пора идти на дно с гордо поднятой головой. И надеяться, что полная капитуляция перед нахалкой пройдёт относительно незаметно. Просто по той причине, что обижать собственную дочь – это даже звучало по-идиотски. А увещевать на манер Артура или Альбуса, да так, чтоб не расстроить – таким талантом Северус не обладал. И её расстройство отзывалось в теле физической, тянущей болью и жгучим неудобством. Значит, все, что оставалось – молчать и принимать. Он себя такой тряпкой уже много лет не ощущал. Считай, со школы. Но Мирам этого пока что не знала. Или – знала. *** В самом её Патронусе не было ничего необычного – просто уведомление о задержке и просьба не ждать. Но сам тон и голос настораживали, и успокоиться Снейп так и не смог, бродя по дому туда-сюда, до самого прибытия Старшего Аврора ближе к полуночи. Она вошла в комнату, принеся с собой запах затхлости и старой крови. Измазанная грязью, с мокрым подолом мантии, со спутанными волосами и запыхавшаяся, девушка уселась на подлокотник кресла, пока Северус стоял и изучал её нечитаемым взглядом. Кажется, это – начало очень интересной истории. По крайней мере, Мастер Зелий решил именно так. А потом Мирам кинула большой холщовый мешок ему под ноги, торжественно заявив: - С днем рождения! - Ты опоздала. - прохладно заявил мужчина - На месяц. Раскинув руки в стороны, она с пафосом воскликнула, явно копируя одного из рыжих близнецов: - Ты, так или иначе, на год ближе к смерти. Поздравляю! Он закусил губу изнутри и, медленно сложив руки па груди, стараясь принять укоряющий вид, покачал головой. Паясничала Мирам отменно. Но веселиться, по крайней мере, видимо, зельевар не собирался. - Твои вербальные навыки отвратительны. Это худшая надпись для праздничной открытки. Меченая ничуть не расстроилась и, широко улыбаясь, навела на него указующий перст: - Ты – человек, который не может разочароваться во мне ещё больше, чем есть. Тут он бы поспорил. Более того, вероятно, стоило как-нибудь ей сказать, что он гордится собственным ребёнком, пусть даже многие действия Золотого Дарования были за гранью. Но шанса высказаться зеленоглазая ему не дала, продолжив. - …Но, думаю, содержимое этого мешка тебя немного примирит с серой действительностью. Не зря же я все утро воевала с МакГонагалл за право ползать по канализации Хогвартса. Брезгливо изучив издалека неприглядный мешок и не сдвинувшись с места, Северус прохладно заявил: - В контексте сей фразы боюсь, я не хочу знать, что там. Мирам Блэк все еще улыбалась, теперь уже с хитринкой. - О, ты передумаешь. На свет божий, а точнее, прямо на ковер, с пафосом ярмарочного фокусника Народная Героиня извлекла массивный костяной остов и несколько шкур. Василиск. - Ты рад? Он не знал, как реагировать. И судорожно перебирал широкий спектр всколыхнувшихся в груди эмоций, вычленяя нужную. Но Мирам, кажется, совсем не ждала ответа. - Твои вербальные навыки тоже иногда хромают, знаешь ли. Я в ванную. Срочно. Откуда-то со второго этажа спустя несколько секунд раздалось веселое: - И сделай лицо попроще! *** «Два одиноких человека должны хорошо заботиться друг о друге…» Одна-единственная строчка, написанная почерком Мирам на пергаменте, лежащем на столе в библиотеке, привлекла его внимание. Но текст исчез прежде, чем он смог понять, где продолжение мысли. И на его месте появился другой, написанный тоже достаточно знакомым почерком еще одной его бывшей студентки. «Он – ядовитое, мрачное, безэмоциональное мудило. И я понятия не имею, на кой хер он тебе сдался, кроме кровного родства. Семью ты можешь и сама создать, а не пытаться слепить старую чашку». О, Протеевы Чары. Разумеется. «Хей, ты слушаешь?» Уизли явно напрашивалась на ответ. И Снейп не стал разочаровывать Гарпию. «И вам не хворать, мисс Уизли. Что вы имели ввиду под «старой чашкой?»» «Эм... Это ведь не Мирам внезапно научилась писать, как наш профессор Зельеварения?» «Отнюдь». «...» Он мог себе позволить дать этой деревенской девке немного времени на осознание своего плачевного положения. «Она посеяла пергамент, да?..» «Как видите». «М-да. Стоило предвидеть. Это же Мирам». «Чертовски верно подмечено, Джиневра. Вас ведь именно полное имя раздражает, я не ошибаюсь?» «Именно». «Не желаете все же объясниться?» «Ой, что-то плохо видно стало, что вы пишете, в общем, удачи, здоровьичка, долгих лет вам, откланиваюсь». Подняв голову, волшебник заметил, что за ним, стоя в дверном проеме, наблюдает Мирам. Так они и стояли некоторое время. Он – недовольно хмурясь, она – нервно барабаня ногтями по деревянному косяку и закусывая полные губы. - Есть шанс, что она писала что-то цензурное? - Нет. - Блять. И что пишет? - Твоя.. Кхм... Подружка трусливо сбежала. Очень по-гриффиндорски. Досадливо поморщившись, эту шпильку лохматое чудо оставило без комментариев. - Есть шанс, что ты забудешь данный инцидент? - Нет. Внезапно узрев нечто интересное в обитой темной тканью стене, волшебник ушел с головой в изучение, стараясь говорить по возможности нейтрально: - Уровень нашей… близости предполагает гипотетический вариант того, что если я, к примеру, попрошу тебя с ней не общаться, ты – послушаешь? - Уровень «близости» предполагает очень истеричную и неадекватную реакцию на такую просьбу. - Жаль. Полагая, что диалог исчерпан, Снейп направился к полкам за книгой, ради которой посетил комнату изначально. Но оказалось, что по поводу их беседы и своего участия в обсуждении он ошибся. - Что писала? - Не важно. - Мне нужно выяснить уровень нашего с ней скандала. Так что будет проще, если встанешь ко мне лицом и сэкономишь мне время, которое я, в противном случае, потрачу на её допрос. - Не стоит. Повернув голову и бросив взгляд через плечо на пыхтевшую от возмущения леди Блэк, Снейп не был готов к столь острой реакции девушки на гипотетические оскорбления Джиневры в его адрес: - Стоит. Это моя подруга, и мне с ней разбираться. Что бы там ни было написано, это – недопустимо! - Подруга... Хм... Всем бы таких подруг. Ответа данная ремарка не требовала. Но Мирам законы построения беседы были не писаны. И молодая волшебница всерьёз задумалась, проводя параллели и развивая мысль вслух: - Так у тебя вроде была одна. И... Заранее ужасаясь тому, куда Миру может завести неуемная фантазия, зельевар резко прервал ее, тем не менее, стараясь сохранить нейтральность тона: -...И будет замечательно, если результат этой дружбы, которую ты подразумеваешь, не будет нарываться на грубость. Выбитая из стройного ряда рассуждений, девчонка возмутилась: - У тебя во рту кобра на месте языка поселилась, я понять не могу?! Я прям лишнее что-то намудрила в Ундине, да? Внезапно выдыхая и успокаиваясь, Артефактор прикрыла глаза, медитативно складывая вместе ладони и цепляя на лицо улыбку: - Я знаю, что твоё поколение выражает любовь через насмешку, я не буду обижаться. И с этим утверждением Мирам его и оставила, попутно умыкнув со стола Пергамент. Оставила в совершенно потерянных чувствах. *** Как работа с оформлением описания и документации к Ундине была закончена, притом в рекордные сроки, учитывая его активное участие, Снейп не успел даже осознать. Когда это произошло, пришло понимание, что ему, вроде как, нечего делать на Гриммо на постоянной основе. Однако, Мирам проникновенно заявила, изо всех сил хлопая подозрительно-наивными глазами, что ей нужно разобрать уже бесову библиотеку, и вообще – нужна помощь специалиста, а то она путается в Гримуарах. Заявить о том, что он – не библиотекарь, духу не хватило. Северусу дали доступ к фамильному схрону Блэков. И тем самым дали повод задержаться. Он подозревал, что – до следующего лунного цикла. Когда вновь понадобится свежая Основа к новому шедевру полета нестандартной мысли. Естественно. Шавка бы просто удавилась.