Хроника Темного Зодиака. Парад планет

Две тысячи второй год, месяц спустя Северус Снейп пытался читать, сидя в гостиной. Хотя книга упрямо не желала выдавать содержимое чужаку, несмотря на то, что Хозяйка Дома дала добро. Проявляющие приходилось накладывать после каждого абзаца. Около полуночи со второго этажа, где мирно сопела отправленная досыпать законные выходные принудительно Аврор, раздался пронзительный девичий вопль. И столько в этом голосе было боли и отчаяния, что Снейп сам чуть не умер на месте. Что поделать, вопреки кажущемуся равнодушию к окружающим, человеком он был достаточно впечатлительным. Книга полетела на пол, а сам волшебник, на ходу доставая палочку, устремился к лестнице. Чтобы поймать в руки нечто скулящее, полуголое и лохматое. Молниеносно задвигая трясущийся комочек за спину в защитном жесте, он, не сводя взгляда с темного лестничного пролета, выставил палочку вперед. Чтобы там ни было, это «что-то» должно быть достаточно опасным, чтобы напугать Главного Аврора, видевшего лик самой Смерти. Не дождавшись спустя несколько мучительно-долгих минут нападения, маг, не поворачиваясь, вопросил рыдающее тельце, которое держал за плечо: - Что там? Ответ был очень, ну очень неожиданным. Рванувшись вперед, она скукожилась дрожащим клубком у него на груди и прорыдала: - К-ко… ко… кош-кошма-а-аар. Северус со свистом выдохнул. И медленно опустил руку, пряча палочку в рукаве, хмурясь и качая головой. Даже не Боггарт. Ясно. А Мирам упорно орошала его сюртук слезами, жмурясь, подвывая, как баньши, и трясясь от ужаса. Еще никогда Снейп не чувствовал себя настолько бессильным. И понятия не имел, что делать в таких случаях. Стоило внимательно слушать, когда Люциус разорялся по поводу женщин и их повадок. Оглядев несчастную фигурку, зельевар нахмурился. И, подхватив за талию упорно не отлеплявшуюся от него Миру, переставил на ковер, заслужив удивленный всхлип. - Простудишься. Не ходи босиком. Он пытался говорить как можно спокойнее. Но сейчас ему очень пригодилась бы валериана. И для девушки, и для себя самого в том числе. Жаль, под рукой не было. Но пугать ребенка еще больше не нужно. Надо вывести из состояния полусна, в котором волшебница, видимо, все еще пребывала. О, Северус знал, что такое страх. Носителю Метки тоже часто снилось подобное. Его жизнь предполагала кошмары. Но – настолько… А Меченая зарыдала еще больше, судорожно цепляясь руками за шею родителя. Дурное тело зачем-то решило провести параллель с удушающими объятиями Нагини. И зельевару стоило колоссальных трудов не дёрнуться. Да. Его сейчас откровенно душили, но для паники причин – не было. Возможно, если бы не Окклюменция, он бы отскочил от дочери, как ошпаренный. Но ментальные практики позволяли сохранять спокойствие. Осторожно касаясь ладонями девичьей спины, Мастер Зелий внезапно заострил внимание на посторонней детали. И озвучил, втайне надеясь, что его голос и слова приведут ребенка в чувство: - А вот и рубашка нашлась. А я ее искал неделю. И, вроде как, это сработало, пусть все еще и оставалось неизвестным, в чем было дело. В отстраненной теме или спокойных, укоряющих интонациях. Рыдания стали тише, хоть и не сошли на нет. - Могла бы просто попросить. Мужская ладонь легла на макушку Мирам Блэк, аккуратно приглаживая лохматые волосы. Тщетно, впрочем. - Ты в состоянии позволить себе покупку галлона крови единорога, но не можешь приобрести ночную сорочку и тайком таскаешь мои выходные рубашки? Ну, его единственным прогрессом было то, что Северус получил немного сконфуженный ответ сквозь слезы: - Она… она травой пахнет. Какой-то. Какой-то травой. Чудно. Просто, блять, здорово. Но Мирам, тем не менее, все еще рыдала, жмурясь и вонзая ногти ему в плечи. Лоб девушки горел, и это ощущалось даже сквозь ткань сюртука. - В следующий раз скажи, если что-то берешь. Чтобы я не искал зря. И вновь она кивнула, но продолжила плакать. И еще немного – и заостренные ногти проткнут ткань в судорожном сжатии пальцев. Устало положив подбородок ей на голову, волшебник прикрыл глаза и отчаянно вопросил: - Мерлин, ребенок, я понятия не имею, как тебя успокоить. Ну, пожалуйста, перестань плакать. Помоги мне, Мирам. Странно, но Девочка-Которая-В-Истерике замерла, а затем подозрительно посмотрела в черные глаза говорившего. Веки ее были красными и мокрыми. А вопрос буквально выбил землю из под ног и вывел в сухой осадок. - А ты точно жив? Сердце защемило. Ну, вот сейчас Снейп просто не смог не съязвить, слишком высока была степень парадоксальности и стресса. - Нет, я очень плотное привидение. И тут же пожалел о своих словах, с замершим сердцем ожидая новой волны слез, которой его смоет прямо отсюда и – в Темзу. Но их не последовало. Мирам облегченно и почему-то очень грустно выдохнула. Плечи ведьмы расслабились, а горячий лоб вновь ткнулся ему в плечо. Кажется, очнулась. И крупная постадреналиновая дрожь, что начала бить тельце девушки, стала тому подтверждением. Пытаясь стащить с себя мантию и замотать в нее условно-смелую львицу, а ныне – пугливого львенка, параллельно зажигая максимальное количество светильников, зельевар осознавал сложновыполнимость сей задачи. Просто потому, что отцепляться от него Мирам не желала ни на секунду, упрямо сопя в область грудной клетки. Плюнув на всю эту бессмысленную возню и окончательно потеряв терпение, волшебник закинул пискнувшую девушку на плечо и спустя несколько шагов сгрузил свою ношу на диван в соседней комнате, нервно и резко заматывая дрожащую тушку в плед и вкладывая в руку флакон Успокоительного. Наткнувшись на удивленный и очень странный взгляд зеленых глаз, Северус неопределённо дернул плечом. Но два огромных, совершенно круглых, изумрудных блюдца следили за ним все также внимательно, выражая крайнюю степень удивления. И он взорвался, нервно взмахивая рукой: - А что мне еще с тобой прикажешь делать? Ты напугала меня до смерти! Нервно откинув резким движением головы прядь волос с лица, он выпрямился, отстраняясь от дочери, и вцепился пальцами в переносицу, стараясь успокоиться. - Я вообще не уверен, что у меня на голове остались после твоего вопля темные волосы. А если и остались, то – ненадолго. Я поседею раньше срока, определённо, с этим я смирился заранее. Но если такие кошмары у тебя на постоянной основе, по возможности стоит предупреждать, дочка. И снова вот этот вот взгляд. Что он делает не так? Не дождавшись вербального ответа, он бессильно продолжил, рассчитывая, что хоть одна фраза попадет в цель. - Если мне надо варить тебе лекарства и изобретать новые – я это сделаю. Но я, прежде всего, должен знать о твоих проблемах, чтобы их решить! Понимаешь, Мирам? А девочка все смотрела на него, замерев, большими глазами лани. И выглядела особенно хрупкой, свернувшись в комочек и замотавшись в плед. Да что ты будешь делать. - Мирам. Будь добра отвеч… - Тебе не все равно. И опять пришло время давиться воздухом. Кажется, быть удивленным, возмущенным и смущенным одновременно грозило войти в привычку и стать обычным перманентным состоянием. Он сейчас ее ударит. Вот прямо сейчас. За неуместные сомнения. Или тупость. За то, что только сейчас дошло. За неорганизованность. Вот за что-нибудь из списка. Все равно, за что. Замерев во избежание совершения непоправимого, мужчина тяжело, возмущенно дышал, прикусывая изо всех сил язык, на который так рвалась нецензурная фраза. А она, умиротворенно созерцая его состояние и ловя откаты от только что выпитого сильнодействующего успокоительного, счастливо зажмурилась и слабо, по-детски рассеянно улыбнулась. - Круто. Вот зачем, ну, зачем она открыла рот, а? Он просто не мог смолчать и озаренный парадоксальной догадкой, почти бессильно выдохнул, опуская руки: - Ты надо мной издеваешься. И Золотое Дите, вдруг придя в себя, усиленно замотала головой в испуганном отрицании. И чуть подвинулась в сторону, умоляюще сложив лапки вместе. - Посиди со мной. Поскольку Северус не сдвинулся с места, девушкой был применен неоспоримый козырь. - Мне страшно. Пожалуйста. Тяжело опустившись на диван рядом, маг менее всего ожидал, что это великовозрастное создание, все такое из себя Старший Аврор, ткнется макушкой ему под подбородок, вжимая своим тельцем в подлокотник дивана и не оставляя пространства для какого бы то ни было маневра. Снейп совершенно не понимал, как себя вести. Точно – не орать. И усиленно безмолвно сожалеть, что не слушал Люциуса. Осторожно обнимая одной рукой компактный кулек, он пристально гипнотизировал ее затылок. Волосы норовили жить своей жизнью и залезть ему в рот. Аккуратно убирая прядки от своего лица, Мастер Зелий надеялся, что все делает верно. И лучше всего – молчать и сохранять спокойствие. Ибо все его мысли относительно общения со своими детьми всегда ограничивались очевидным утверждением, что вот так вот, как его отец – не надо. Бледная рука вылезла из-под пледа и обвилась змеей вокруг груди. Девушка умиротворенно выдохнула. Вроде, все верно. И даже удобно. Ну, почти. Задумчиво перебирая пряди безнадежных волос, он созерцал огонь в камине. Ее голос тихим шепотом разрезал тишину: - Не сердись, пожалуйста. Северус помедлил, но все же, сильно сомневаясь, что пояснение уместно, заговорил, вздохнув: - Я – не злюсь. Я – волнуюсь. Это разные вещи. Она вздохнула в ответ не менее тяжко. - Я понятия не имела, что мне такое снится. И это было впервые. Обычно когда все умирают, я знаю, что это сон. Я привыкла даже. А это… это не сон. Веришь? Мастер Окклюменции обеспокоенно нахмурился. Он прекрасно помнил дни, когда Мирам-Еще-Поттер прибегала с подобными заявлениями в кабинет Дамблдора. Последний раз, когда девочка говорила, что ее сон – это совсем не сон, все закончилось не очень хорошо. - Верю. Расскажешь? - А надо? - Я абсолютно уверен, что, что бы ты не видела, мне это не понравится. Но услышать – хочу. Или ты предпочитаешь поделиться с мисс Уизли и на том успокоиться? Она завозилась неловко, устраиваясь на нем поудобней и плавно перетекая частью тела на него. И тут же съёжилась, хмуро качая головой. А затем уточнила, вздернув голову вверх и чуть не расшибив ему затылком нос. Благо, спасла реакция. - Ты же мне веришь? От него всерьёз ждали ответа. Волшебник невесело скривился. - Приходится. Кажется, ответ засчитали за приемлемый. По-хозяйски перехватив в ладошки его кисть, Мирам переплела свои пальцы с его с таким видом, будто делает подобное каждый день. Хотя, если это ее успокаивает, Северус против не был. И, не найдя иного варианта нахождения собственной головы в этом сплетении ткани, волос и конечностей, пока она по-деловому отбивала пальцами тарантеллу на его руке, собираясь с мыслями, мужчина со вздохом положил подбородок ей на затылок. Так у него появлялся маленький шанс, что шея не затечет уже через пять минут. *** Мирам Лилиан в итоге так ни к чему и не пришла. В который раз пытаясь начать рассказ то так, то эдак, Артефактор нервно замолкла, а затем, психанув, сдернула с ушей серьги-гвоздики, завертевшись при этом юлой и опираясь обеими руками на плечи родителя. Почти вплотную приближая свое лицо к его, она как-то бессильно заявила: - Смотри. Только… Я понимаю, что… В общем, там, где я была на островах… Не лезь, ладно? Умоляющие зеленые глаза не оставляли никаких шансов обмануть ожидания их владелицы. Снейп никогда не считал себя неспособным учиться на ошибках. И предавать доверие ребенка, который был единственным близким ему человеком на всем свете, добровольно стараясь при этом зельевару понравиться и мирно сосуществовать – на подобную глупость он бы не пошел даже ради удовлетворения собственного любопытства, которое было для него во многих случаях первостепенно. Иногда от этого качества даже зависело выживание и здравие сего неоднозначного Пожирателя Смерти. Но – не сегодня.