Пустота

      Прошло несколько дней с последнеописанных событий. Погода изменилась в лучшую сторону. Солнце жарит, но нескончаемому потоку туристов нет дела. На улицах очень жарко, ведь уже июль. Нет никакого желания выходить из дому. Отсюда вывод, что когда был дождь, было лучше.       Ребята чаще сидят в гостиной, где просторно и есть мощный кондиционер. Виктория ходит по дому лишь в маленьких шортиках и лёгком топике. Парни ходят в шортах или трусах, без верха. Жарко даже в доме. Лии тоже хочется раздеться, но она очень стесняется. Ей пришлось надеть самую лёгкую футболку, которая у неё есть. Конечно же, она с коротким рукавом, и девушка не режет себя. Она заставляет себя, ведь её запястья у всех на виду. У Вик она одолжила шорты, хотя Лии было очень неловко показывать ноги, которые оказались очень стройными, хоть и немного кривыми.       Все умирают от жары. Даже бассейн уже не спасает. Дамиано что-то творит за барной стойкой, уверяя всех, что то, что он готовит обязательно спасёт ребят от этой муки. Итан пытается завязать волосы в самый тугой пучок, чтобы ни одна волосинка не вылезла и не потянула за собой другую. Виктория прикладывает бутылку с водой ко лбу, но она не очень помогает, так как вода быстро становится тёплой. Томас развалился на холодном паркете, и это помогает до тех пор, пока паркет не становится горячим. Тогда парень перемещался на новое место. Лия уже в голове придумала план суицида и глазами ищет хоть что-то для его осуществления. Шучу, она вообще не думает. Она любуется телом Томаса. В её мыслях только он, каждая его деталь. Подрагивающие ресницы, ребра, видные из-за худобы. Каждая тату, каждый волос. Любая ссадинка, мелкий синячок. Всё было досконально рассмотрено Лией.             Кстати, о Лии. Она сменила фамилию. Долго она не думала и взяла фамилию Либерти. От Libertà. Что означает свобода. Лия всегда хотела быть свободной ото лжи и чрезмерной опеки отца. Теперь она Лия Либерти. Правда, смена фамилии заняла много хлопот, но благодаря ребятам Лия избавилась от ненавистной фамилии за два дня.       Томас зарылся в свои чувства. Он постоянно думал о Лии. Ему очень нравились её черные, как смоль волосы. Глаза, голос. Ему нравилось в ней всё. Все её плюсы и минусы. Парень наконец-то принял, что он влюблён. Он был очень задумчивым. Витая в облаках, он думал о Лии. Сообщение Дамиано в общий чат он не воспринял всерьёз, но Дами, как лучший друг, рассказал ему и всем о том, что произошло. На репетициях он не мог сосредоточиться, особенно, когда с ними была Лия. Она смотрела на него, и он это знал. Движения получились нервными, ведь парень очень стеснялся. Раджи пытался выпендриться перед Лией, чтобы привлечь ещё больше её внимания. Том сам себя называл дураком из-за этого, ведь зачем ему ещё больше её внимания, он ведь и так смущается от каждого случайного взгляда. Гитара чувствовала своего хозяина и не слушалась. Аккорды получались неправильными, и остальных ребят это начало напрягать.       Вик, Дамиано и Итан решили поговорить с Томасом на сегодняшней репетиции, которая состоялась, хоть и неудачно, и не смотря на жару. Томас взялся за голову руками, поднимая прилипшую ко лбу чёлку. Сейчас Лии не было рядом, она умирала от жары где-то в ванной наверху, поэтому он может нормально поговорить с ребятами. Раджи глубоко вздохнул и начал свою речь:       — Я не знаю, что со мной происходит… — неспеша говорил он. — Я её люблю, я уже это понял. Но я не знаю, что мне делать…       — Эй, чувак! — стукнул по плечу друга севший рядом Дамиано. — Расскажи ей о своих чувствах.       — Легко сказать… — усмехнулся Томас.       — Но ты же не слепой. — села рядом Виктория. — Ты ей тоже нравишься, я уверена!       — Нет, не думаю. — откинулся на спинку дивана Томас. — Что во мне такого? На её месте я бы влюбился в Итана.       — Я польщён, но тебе стоит попробовать. — улыбнулся Итан. — Хочешь мы придумаем всё?       — Ну давай, рассмеши папочку. — ухмыльнулся Раджи.       — Ха-ха… Смотри, устроим романтику. Она ведь такое любит? — спросил Итан у всех.       — Да, мы с ней говорили. — ответил Дамиано. — Она любит романтику на природе.       — Прекрасно! Осталось вытащить её на природу.       — И без нас! — обвела пальцем Виктория себя, Дамиано и Итана.       — И что мы ей скажем? — возмутился Томас. — «Прости, Лия, ребята умерли, поэтому мы пойдём на пикник!» — раздраженно пропищал гитарист.       — Ну, во-первых, не мы, а ты. — поднял указательный палец вверх Итан.       — Во-вторых, я поеду к Джо, Вик к Джанис, а Итан к сёстрам. — подхватил Дамиано, чью идею поддержали все, кроме Томаса.       — В-третьих, пикник — прекрасная идея! — завершила Вик.       — Ну не знаю… Мне страшно…       — Ой, посмотри-и-ите… — протянул Дамиано, вытянув губки. — Малышу Томми страшно… Ути-тю…       — Эй, заткнись! — крикнул Томас, ладонью закрывая рот Дамиано, а в ответ он её облизнул. Томас вытер ладонь о щёку вокалиста. 1:1 — Ну уговорили, о’кей.       — Наконец-то! — облегчённо выдохнули все.       — А когда можно? — спросил Томас.       — Да когда хочешь. Хоть сегодня же, только часов в пять-шесть вечера, когда жара спадёт.       — О’кей. — ответил Раджи, откидываясь на спинку дивана и прикрывая глаза.       — Не о’кейкай здесь, а иди готовься! — скомандовала Вик.       — Слушаюсь и повинуюсь, госпожа. — сложил руки гитарист, но не встал с дивана.       — Иди, иди! — руками выталкивала басистка друга, и ему пришлось послушаться.              Проходя мимо ванной в свою комнату чтобы переодеться, Томас услышал тихое пение в ванной. Парень усмехнулся и хотел постучать, но передумал. Лия пела песню Faded. Чуть отойдя от двери, Томас услышал финальное «I'M FADEEEEEEEED». Лия слишком долго протянула последний слог, и парню пришлось закусить щёки, чтобы не засмеяться.       Томас зашёл в свою комнату и обвёл её глазами. Смятое белое постельное бельё лежит на кровати, и вот на ней уже лежит Томас. Ткань быстро стала теплой под разгоряченным телом. Парень повернул голову в сторону зеркала и его тут же осенило. Как он будет признаваться в любви, если даже не знает, как это делается? Конечно, у Раджи в жизни случались ситуации, в который ему приходилось уже это делать, но Лия была другой. Она, словно дым, одурманивала его своей лёгкостью и наивностью. Её голос был для Томаса, как журчание воды, как игра на арфе. Она могла долго говорить о чем-то пессимистичном, но одновременно гениальном и прекрасном. Она была его наркотиком. Наркотиком, который хочется вдыхать до самой смерти. Пока смерть не посмотрит в одурманенные глаза и не заберёт силой. Такой хрупкий наркотик, который уносит сознание в облака, а потом выше и в космос, а потом как будто открывается что-то выше космоса, и всё дальше и дальше. Она сводит с ума.              Парень встал с кровати и подошёл к зеркалу. Заглянул в светло-изумрудные глаза, в которых, по его мнению, нельзя было увидеть космос. Но тот, кому нужен космос в глазах человека, разглядит не только космос, но и всю вселенную, даже больше.       Поправил чёлку, которая без укладки залезала на левую сторону. Запомнившие своё положение волосы не собирались возвращаться в укладку.       Парень провёл пальцем по щеке, немного заросшей щетиной. Никаких скул, ничего необычного. Не видя в себе красоты, он не знает о том, что невероятно красив.       Томас вздохнул и начал свою репетицию. Сначала он решил немного кадрить её в своём стиле.       — Йоу, крошка, ты родители случайно не… — кривлялся перед зеркалом Томас. — Нет! Глупо. А может… Знаешь, что общего между тобой и космосом? Вы оба завораживаете… Я что дурак?! Кто так признается?! А может, загуглить… Нет, надо что-то от себя… — раздумывал в слух парень. — Ладно, потом что-нибудь придумаю.       Раджи направился на кухню подготавливаться и надеялся, что не встретит Лию ни на кухне, ни в коридоре. К его счастью, на тот момент ему повезло.       Когда часы показывали пять часов вечера, Дамиано известил всех, что уезжает на ночь к Джорджии. Виктория уехала ещё полчаса назад, а Итан ушёл вместе с Дами, ведь полдороги им по пути. Томас и Лия остались вдвоем в гостиной. Уже не так жарко, поэтому они спокойно себя чувствуют и не умирают от жары. Парень обратился к девушке:       — Лия, а ты когда-нибудь была на пикнике?       — Нет. — спокойно ответила Либерти.       — А хочешь?       Лия вспыхнула, а сердце чаще забилось, ведь она понимала, к чему он ведёт.       — Хочу… — смущённо ответила она.       — Тогда собирайся.       — Сейчас?       — Да.       Лия обрадовалась и побежала в свою комнату. Томас был счастлив, что смог поднять ей настроение. Он пошёл на кухню и решил, что пока Лия собирается, он отнесёт всё в машину. Девушка долго не могла выбрать, что ей надеть и поэтому уже успела расстроиться, как на глаза ей попалось жёлтое летнее лёгкое платье. Оно было на бретельках, но на плечах висели кусочки ткани. Само платье было выше колен, а ещё к нему прилагался пояс, который Лия благополучно потеряла. На тонкой фигуре девушки формы «песочные часы», очень миниатюрные песочные часы, платье смотрелось прекрасно.       Уже через десять минут они оба уже ехали в машине, куда - знает только Томас. За окном сначала проносился город, но вот он закончился и теперь за окном проносятся с большой скоростью деревья с большими ветвистыми кронами.       Наконец-то ребята приехали на место. Это была небольшая лужайка, полностью покрытая зелёной травкой, а иногда встречались среди неё маленькие цветочки. Вокруг полянки росли большие красивые деревья, покрытые мхом и лишайниками, а с другой стороны полянки был отличный вид на предстоящий закат. На ветвях деревьев расположили свои гнёзда птички, которые носились туда-сюда, чтобы накормить своих ненасытных птенцов. Природа этого места давно не видела людей, но не испугалась их. Испугался только маленький ёжик, который увидев людей, юркнул в кусты и больше не показывался. Недалеко, но ближе к деревьям был муравейник, вокруг которого трудились муравьи. Кстати, они никогда не спят. Лишь отдыхают несколько раз в день по восемь минут.       Спустя какое-то время, перекидываясь шутками и смущаясь, ребята накрыли себе пикник. Томас приготовил всё по классике: сэндвичи, сок, круассаны и себе взял пиво. На заднем сидении он заметил свою забытую шляпу Хомбург. Парень подошёл сзади к Лии, пока она всё раскладывала и надел на неё эту шляпу. Девушка от неожиданности аж подпрыгнула.       — Дарю. — кинул только шутливое Томас.              Наконец-то они сели. Томас и Лия шутили и смущались, беседовал и вот после недолгого молчания Томас решил признаться, но тут же забыл всё, о чем думал. Придется импровизировать.       — Лия… — начал он.       — М? — промычала девушка.       — А почему тебе не нравится, когда тебя называют Ли?       — Потому что так меня называли друзья, которые оказались предателями.       — Но мы же не предатели? Можно хотя бы мне так тебя называть?       Лия чуть помолчала и посмотрела на Томаса, который так же смотрел на неё.       — Можно, уговорил.       — Ура! Вот как хорошо, что мы друзья, и я могу тебя так называть. А может… эм… ну… мы не… Ладно, не важно.       — Нет, важно. Договаривай.       — Ну, Эм… Может, мы не… ну… Э… Не просто друзья… Ну… Ты, ты мне не просто друг…       — В каком смысле? — как всегда недопонимала Лия.       — Ну в смысле… Ты мне нравишься не как подруга. Но как и подруга тоже!       Сердце пропустило удар, а за ним ещё один. Руки затряслись. Дыхание сбилось, а сама девушка впала в ступор, который продлился минуты три. Она смотрела в одну точку, и этой точкой был он. Его прекрасные глаза, отражающие в себе небо и вмещающие космос, целую вселенную. Его тонкие небольшие губы, густые брови. Сердце бьётся с невероятной скоростью, такое ощущение, что оно сейчас выпрыгнет из груди, но продолжит биться, пока не перестанет биться сердце Томаса.       Парень тоже впал в ступор от стыда, и смотря на ступор Лии, он уже успел подумать, что он ей безразличен. Его сердце билось в бешеном ритме, щёки раскраснелись, а руки тряслись. Дыхание спёрло. От мысли, что Лия не чувствует к нему обратных чувств, его сердце начало биться в реквиеме. Глубокая печаль успела поселиться в нем, а следом огромный стыд и желание оказаться сейчас не здесь. Он уже успел прошептать про себя «Какой же я дурак…», как вдруг почувствовал, что девушка его крепко обняла. Без слов, без визгов и других звуков. Просто крепко-крепко обняла его за плечи и шею. Он так же крепко обнял её в ответ, уткнувшись носом в её теплое плечо.       Любовь часто сравнивают с бабочками в животе. Да, сейчас в животах наших героев бушует ураган бабочек. Они сталкиваются друг с другом и разлетаются по всему телу. Это буйство приносит непередаваемое счастье и разность его по всему телу. Разум затуманен. В мыслях нет ничего, кроме друг друга. Их сердца бьются в унисон, а пальцы сплетаются в замок. В глазах друг друга они видят небо, космос, вселенную, весь мир. Они видят счастье.       Солнце заходит за горизонт. Сегодняшний день заканчивается, но счастье сегодняшнего дня продолжится ночью, а затем утром и весь следующий день, а за ним и всю жизнь. Так приятно гладят солнечные лучи лицо, оставляя маленькие поцелуйчики. Неожиданно Томасу в голову пришла идея, которая возможно, была не самой лучшей, но одурманенный разум не понимал этого. Парень резко наклонился и поцеловал щёку девушки. Как только мягкие губы коснулись её щеки, бабочки, которые и утихнуть не успели, закружились с новой силой. Девушка забагровела и в этот же миг обняла Томаса. Так они и провожали закат в обнимку, вдвоём. Пьяные, но не от алкоголя.