Unspoken

Воздух вокруг был тихим и каким-то пустым: ни птиц, ни ветра, ни листьев деревьев. Слышался только мягкий хруст снега под их ногами. Ни единой жалобы от кое-кого. Хорошо. Какузу потратил немало денег, чтобы быть уверенным, что ему не придётся слушать хиданово 'мне холодно!' на протяжении всего пути. Плащ Хидана был застёгнут, а под ним была хорошо сшитая зимняя куртка, дарившая приятное тепло. На ногах - толстые сапоги, а под штанами - дополнительный тонкий слой ткани, сохраняющей тепло. На улице было ниже нуля, но ему не могло быть более уютно. "Спасибо за зимнее снаряжение." - заговорил Хидан, нарушая тишину. "Это чертовски мило." "Пожалуйста." "Ты бы не купил что-то подобное для кого-то из предыдущих партнёров, а?" "Нет." Хидан самодовольно посмотрел на него: "Это потому, что я тебе нраааавлюсь." "Мне нравится не слышать твоих жалоб." "Мммм. Конееечно." Рука Хидана обвилась вокруг одной из рук Какузу: "Это круто. Я знаю, что ты влюблён в меня." "Тихо. Я наслаждался тишиной." Хидан усмехнулся, но больше ничего не сказал. Какузу был почти разочарован. Да, он наслаждался тишиной, но ещё больше ему нравилось, когда Хидан вёл себя так мило. Его голос был прекрасен, когда он не был злым или вредным. Когда Хидан был счастлив или говорил о чём-то, что ему нравилось, его голос обладал приятной тональностью и был музыкой для ушей. Какузу мог слушать его часами. Он никогда бы никому этого не сказал. Пальцы Хидана проследили шов под плащом Какузу. Никаких дополнительных слоёв одежды на нём не было - холод его не брал. Обычно такое поведение за пределами гостиничного номера его раздражало, но территория вокруг них хорошо просматривалась и на многие мили вокруг не было ничего, кроме снега. Никто не мог подкрасться незамеченным и увидеть их, поэтому он решил просто позволить Хидану развлекаться. В любом случае, этот человек редко был ласковым, даже наедине, поэтому Какузу наслаждался подобными моментами. Этого он бы тоже никогда никому не сказал. Хидан уткнулся носом в его плечо. "Сегодня ты ведёшь себя необычно нежно. Ты что-то натворил и мне стоит беспокоиться?" "Что, я не могу проявить немного любви к партнёру, которого не ненавижу?" "Нет, если ты не хочешь что-то получить или не пытаешься выбраться из неприятностей." "Это неправда..." "Ты знаешь, что это так. Когда я тебе лгал?" Хидан зарычал и внезапно отпрянул. "Ты грёбаный придурок." "Просто говорю честно. Я полагал, что тебе это нравится..." "Иди ты на хуй." Он скрестил руки. Какузу посмотрел на него: "Что ты хотел..." "Заткнись. Наслаждайся тишиной." Хидан смотрел прямо перед собой. Какузу смотрел на него ещё мгновение, затем перевёл взгляд на заснеженную тропу под ногами. *** В гостинице не было ничего особенного: чистая, но не особо симпатичная или хорошо декорированная. Какузу подошёл к стойке и терпеливо дождался, пока мужчина средних лет не выйдет к им навстречу. "Добро пожаловать," - с улыбкой поприветствовал их мужчина. "Комнату на двоих?" "С одной кроватью, пожалуйста." - сказал Какузу, вытаскивая бумажник. "Две кровати!" - рявкнул Хидан из-за его спины. Его руки всё ещё были скрещены на груди и он всё ещё не смотрел на Какузу. Человек за прилавком заколебался. "Эм..." "Одна кровать." - настаивал Какузу. "Это дешевле." "Две кровати или я, блядь, найду другое место, где буду спать!" Какузу вздохнул. "Две кровати." Мужчина сделал пометки в гостиничной книге, бросив на него сочувственный взгляд. "На улице есть цветочный магазин. Вы можете зайти туда." - проговорил он так тихо, чтобы его слышал только Какузу. Тот не ответил. Цветы были пустой тратой времени и денег. Он заплатил этому человеку и взял оба ключа, не удосужившись передать один из них Хидану. Они прошли по коридору и вошли в приличного размера номер с двумя кроватями. Это было почти шокирующее зрелище. Они уже несколько месяцев не покупали комнату с двумя кроватями. Хидан прошёл мимо него и плюхнулся на ближайшую кровать. Заложив руки за голову, он закрыл глаза. "Мы не останемся. У нас есть миссия." "Удачи с этим." "Путь опасен. Мы должны сделать это вместе, объединив наши силы. Я не пойду один." "Полагаю, что в таком случае ты вообще не пойдешь." Какузу тихо зарычал и пинком захлопнул дверь. "В чём, чёрт побери, твоя проблема?" "У меня их нет. А у тебя?" "Есть. Ты..." "Фигово для тебя." Ещё один низкий рык. Какузу сжал кулаки, борясь с желанием ударить своего напарника. Сделав глубокий успокаивающий вдох, он подошёл к кровати и навис над Хиданом. "За что ты так взъелся на меня?" Малиновый глаз приоткрылся: "Ты умный. Догадаешься." "Перестань вести себя как ребёнок и просто скажи." "Ребёнок-!?" Хидан внезапно слетел с кровати и встал перед Какузу, расправив плечи. "Да пошёл ты! Пошёл ты на хуй со своим уродливым ебалом! Грёбаный кусок дерьма!" "Красноречиво, но-" "Ты думаешь, у меня нет долбанных чувств?!" Хидан перебил его, его тон был полон яда: "Ты думаешь, я просто какой-то проклятый психопат, способный полностью наплевать на другого, блядь, человека!? Ты думаешь, я не могу проявить к тебе привязанность, потому что я, блять, этого хочу?! Ты думаешь, мне нужен проклятый скрытый мотив, чтобы, блядь, делать подобные вещи!? Я терплю твоё дерьмо уже два грёбанных года, а ты думаешь, что я ни в малейшей степени не забочусь о тебе, чёрт возьми?!" В комнате повисла тишина, не нарушаемая больше ни единым словом. Тишину наполняло лишь тихое тяжёлое дыхание Хидана. Его глаза горели огнём, а черты лица искажала ярость. И это была не обычная кратковременная вспышка ярости, это было гораздо глубже. В нём бушевал огонь, который сейчас пытался вырваться наружу. Какузу тщательно подбирал слова. "Полагаю я... неправильно понял твои намерения." "Ой?? Ты, блядь, полагаешь??" "Я подумал, что, возможно, ты выбрал определённые слова или проявил определённые чувства, чтобы получить секс." Хидан стиснул зубы. "Правда? Так ты, блядь, подумал?" Какузу не смог сдержать гнев. "Как ты можешь меня винить? Ты никогда не позволяешь мне обнимать тебя после секса и почти не проявляешь привязанности! Я предположил, что ты не чувствуешь ничего!" "О чём ты говоришь?! Я всегда, блядь, думаю о тебе! Я заказываю для тебя еду, когда ты куда-то уходишь! Я принимаю за тебя удары в бою! Я позволяю тебе делать со мной всё, что ты хочешь! Что это, если не привязанность?" "Но ты никогда не позволяешь мне обнимать тебя!" "Может быть, иногда я не хочу, чтобы меня держали!" "Ты никогда не хочешь!" "Какое это имеет значение?! Я позволяю тебе трахать меня! Разве этого не достаточно!?" Кулаки Какузу были сжаты и дрожали. "Тот факт, что ты спрашиваешь об этом, является основной частью нашей проблемы." Хидан усмехнулся. "Как бы то ни было, давай просто заберём этот чёртов дурацкий сундук." Пройдя мимо него, он направился к двери. Они ушли вместе, но не разговаривали друг с другом. *** Гора была крутой, ледяной, каменистой, ветреной и пустнынной. Хидан, обычно жаловавшийся бы на это всё, в этот раз всю дорогу хранил полное молчание. Большая пути подразумевала восхождение вверх по скальным массивам и преодоление трещин, встречающихся на пути. Ничего невозможного для двух членов Акацуки, но всё же весьма сложно. Почти через час они наконец достигли плоской поверхности. Оба с облегчением вздохнули, добравшись до места, которое снизу казалось им вершиной. Однако, когда они действительно добрались до него и огляделись, их настроение стремительно пошло вниз. Заснеженная равнина вела к густому лесу, растянувшемуся примерно на милю, за которым виднелся ещё один высокий гребень, уходящий прямо к небу. Вершина его терялась в облаках. Хидан наконец сломался. "СЕРЬЁЗНО?!" - его голос породил эхо. "МЫ ЕЩЁ НЕ ДОШЛИ?!?!" "Она сказала, что это почти невозможно. Я не удивлён, что мы..." Хидан ткнул в него пальцем: "Это твоя вина! Ты всегда тащишь меня за собой на эти идиотские грёбаные миссии! Я ненавижу их!! Я ненавижу тебя!!" Я ненавижу тебя. Эти слова причинили боль. Какузу чувствовал их в каждом сердце, они порождали сильную боль, которая его разозлила. Невозможно было сказать, кто ударил первым. Они просто внезапно вцепились друг другу в глотки. Какузу прижал Хидана к земле и попытался сломать ему шею. Появившаяся из ниоткуда коса врезалась в него, сбивая с ног. Он едва увернулся, когда лезвие мелькнуло у его лица. Его рука отделилась и вытянулась, кулак сломал нос Хидану, и секундой позже нога Хидана вернула ему услугу. Они вскочили на ноги и отпрыгнули друг от друга. Белый снег и бледное красивое лицо Хидана были запятнаны красным. Они собирались было снова кинуться в драку, но в этот момент оба почувствовали - слишком поздно, - что они больше не одни. Не было времени воссоединить свою разбитую команду, поскольку они уже подверглись атаке. Хидана ударила в плечо стрела, прикреплённая к длинной веревке. Он вскрикнул от удивления, когда его повалили на землю и потащили к краю утёса. "ХИДАН!" Какузу не успел кинуться за своим партнёром. Боль пронзила его спину, он споткнулся и упал. Он почувствовал, как одно сердце умирает - весьма болезненный опыт, - а другое быстро сдвигается, чтобы занять его место в качестве его основного. Напавший на него шиноби быстро исчез. Стоя на четвереньках, Какузу позволил трём оставшимся сердцам выйти, разорвав при этом плащ. Остались молния, ветер и огонь. Он любил использовать воду или землю, когда это было возможно, и сейчас место его основного сердца занимала вода. Когда он поднялся на ноги, маска ветра ринулась со скалы, чтобы подхватить Хидана. На пути вниз бессмертный задел множество камней, сломал несколько костей и выдернул стрелу. Наконец он сумел остановиться примерно на полпути вниз. Звуки его проклятий эхом разнеслись меж скал. Он изо всех сил цеплялся за выступ на скале. Но, к счастью, в этом не было необходимости. Когда он увидел направляющуюся к нему маску, он улыбнулся и отпустил камень. Маска поймала его в воздухе, и они снова взлетели на вершину утёса. Он приземлился на ноги и обнаружил, что противники уже ждут его. Несколько ниндзя, одетых во всё белое, со скрытыми лицами, все носят протекторы с символом Скрытого Облака. Один бросился вперёд, и Хидан поднял косу, чтобы блокировать удар. К сожалению, похоже, противник этого и хотел. Его руки схватились за ручку косы, пытаясь толкнуть его обратно к обрыву. Однако он не попытался освободиться. Вместо этого он схватил шиноби за руку. Несмотря на их предыдущую драку, он был уверен, что Какузу всё ещё прикрывает ему спину. Маска ветра устремилась вниз и произвела мощный взрыв, направленный прямо ему в спину. Шиноби в масках бежали - все, кроме того, которого он схватил и который оказался в ловушке. Взрыв уничтожил их обоих. Какузу оказался в ловушке между тремя шиноби, в то время как его маски разбирались с несколькими другими. Он не мог определить, сколько было противников, устроивших им засаду, но понял, что они достаточно опытны, и, казалось, уже имели представление о его способностях и способностях его напарника. "Не дайте им объединиться!" Команда отчётливо прозвучала в воздухе, но откуда именно - этого он понять не смог. Они были в невыгодном положении. Враг знал их, а они его - нет. Осознавая это, он позаботился о том, чтобы быть в курсе всего, что происходит за его спиной. Когда один из них предпринял ещё одну попытку скрытой атаки, он схватил противника отделённой от тела рукой и швырнул через голову. Тот врезался в другого шиноби, убив при этом их обоих. Хидан быстро оправился и поднялся на ноги. Его зимнее снаряжение превратилось в лохмотья. Он был уверен, что Какузу не обрадуется этому факту, но сейчас это было неважно. Найдя взглядом Какузу в окружении вражеских шиноби, он побежал по снегу, пытаясь добраться до него. "Не дайте им объединиться!" - эхо приказа донеслось из густого леса. Четыре шиноби выскочили, казалось бы, из ниоткуда, чтобы преградить ему путь. Без колебаний он замахнулся на них косой. Он ранил двоих из них достаточно серьезно, как он полагал, чтобы без медицинской помощи они вскоре истекли кровью, но третий поймал лезвие косы длинным клинком. Резким рывком он вырвал косу из рук Хидана. Она пролетела несколько футов и приземлилась на землю у края обрыва. Двое оставшихся врагов попытались нанести удар, но трос на поясе потянул его к косе. Приземлившись, он схватил её, но противники тут же атаковали снова. Они не могли подобраться достаточно близко для физической атаки, не подставившись при этом под его удар. Вместо этого они просто выпустили поток пламени. В последнюю секунду перед ним приземлилась чёрная масса, в которой Хидан мгновенно узнал маску ветра, но всё, что маска смогла сделать, это принять на себя предназначенный ему удар пламени. Исторгнув жуткий крик, маска превратилась в жидкость и растеклась по земле. Это спасло его от сожжения, но это означало также, что Какузу потерял одно из сердец. "Проклятье!" С яростным криком он бросил косу в сторону вершины утёса. Она застряла между двумя большими камнями. Трос натянулся, и в следующую секунду он взлетел в воздух. Сделав сальто, Хидан схватился за ручку косы, а затем приземлился на ноги. "Вы не сможете так легко меня сдержать, лохи!" - провозгласил он. Ни секунды не медля, он побежал в лес, понимая, что они будут продолжать попытки сбросить его со скалы. Какузу легко увернулся от ещё одного куная, направленного ему в голову. Он понимал, что его пытаются отвлечь от более серьёзной атаки, но он не собирался этого допускать. Большинство атак происходило с фронта, что означало, что они привлекали туда его внимание, заставляя защищаться, но для него не составляло труда следить и за остальным окружающим пространством. Когда атака наконец последовала ему в спину, он с легкостью её заблокировал. Его рука мгновенно схватила врага за шею, задушив его. Но противники были на два шага впереди. Из ниоткуда возник клинок, который пронзил его грудь, разрушив ещё одно сердце. Он уронил задушенного шиноби и упал на колени. Через несколько секунд маска молнии оказалась рядом с ним и вернулась в его тело, замещая собой уничтоженное сердце. Он потерял три сердца. Остались только то, которое сейчас было в нём, и маска огня. Он сам уже убил шестерых шиноби, и был уверен, что мёртвых противников было больше, но они, казалось, не замечали потерь, продолжая наступать. Или их очень много, или осталось несколько профессиональных шиноби, из-за чего кажется, что их количество больше, чем на самом деле. В любом случае, Какузу знал, что у них с напарником проблемы. Им надо было объединиться. "ХИДАН!!" - эхом разнёсся голос Какузу. Лезвие клинка едва не попало Хидану в лицо, когда он выскочил из-за дерева. Он упал на землю и перекатился на ноги. Желание атаковать врага было сильным, но потребность вернуться к своему партнёру сильнее. Любовь ли, ненависть ли - он в любом случае не собирался бросать напарника. Когда он попытался сбежать, его остановил другой шиноби. По крайней мере, ему так показалось, потому что лезвие врезалось в него с другой стороны и двигалось чуть медленнее. Когда он дёрнулся в сторону, на долю секунды его взгляд поймал свет, отражающийся от трехдюймового наконечника. Он был практически невидим, пока не покраснел от крови из его горла. Он задохнулся, схватился за шею и отпрянул. К счастью, этого было недостаточно, чтобы отрубить ему голову. Он взмахнул косой, держа её в одно руке. Мимо. Второй взмах. Мимо. Ярость. Третий взмах. Мимо. Лезвие ударилось о землю. Разочарованное рычание оборвалось, когда второе лезвие пронзило его шею сзади. На этот раз его голова покатилась по земле. "ПРОКЛЯТЬЕ!!" - закричал Хидан, когда его тело упало. Он начинал паниковать. Что, чёрт побери, он теперь будет делать? Где Какузу? Он в порядке? Двое шиноби стояли над ним. В их головных уборах и масках они были неотличимы друг от друга. Грёбаная армия клонов. "Должны ли мы его добить?" - спросил тот, кто нанёс первый удар слева. Голос был андрогинным. Другой был не лучше. "Нет. Отнеси его голову к..." Огненная маска спрыгнула с дерева, нанося удар, и всех троих охватило пламя. Еще трое шиноби в масках лежали мёртвыми у ног Какузу. Атаки замедлялись. Противников не могло остаться много. Они летели, как мухи, и так же умирали, но теперь, когда их осталось мало, они уже не горели желанием кидаться вперёд на верную смерть. Это окончательно подтвердилось, когда единственный шиноби спрыгнул с дерева в нескольких футах от него. На нём был синий пояс, которого Какузу раньше не видел ни на одном из противников, а это означало, что он прятался всю битву. Клинок, зажатый в его руках, был длинным и широким. Большая часть его, казалось, была сделана из какого-то кристалла, что делало его почти невидимым на заснеженной местности. Впечатляюще. "Я полагаю, ты главный?" - спокойно спросил Какузу. "Можно сказать и так. Спасибо за прореживание стада. Это означает, что оставшиеся получат большую награду." Его голос был низким, скрипучим. Он предположил, что это мужчина. Мужчина в маске поднял меч, направив его на Какузу: "За тебя и твоего напарника дают весьма большую сумму. Некоторое время мы наблюдали за вами, оценивая вашу тактику, ваши сильные и слабые стороны..." "И поэтому вы нас разделили." - мрачно заметил Какузу. "Ты хорош сам по себе, но твой партнёр опрометчив, а когда он в опасности, твои чувства перевешивают логику. Ты пожертвовал несколькими сердцами, чтобы уберечь его от серьёзных повреждений. Да и ему вряд ли приходится лучше, когда он подставляется под предназначенные тебе удары. Вместе вы сильны, но вы же являетесь слабостями друг друга. Мы просто использовали это." Какузу пришёл в ярость. Подняв кулак, он атаковал врага. Когда дым рассеялся, огненная маска приземлилась рядом с Хиданом и схватила его голову. Когда его подняли, он увидел обугленные останки двух шиноби, которые обезглавили его. "Ха!" - рассмеялся он. "Да пошли вы!" Маска поднесла его голову к его телу и осторожно совместила их, выравнивая. Нити вытянулись из извивающегося чёрного тела маски и быстро метнулись к шее Хидана. Шов был не такой аккуратный, как у Какузу, но дело было сделано, а это главное. "Спасибо," - хмыкнул Хидан, сел и потёр шею. Как хорошо снова стать целым. Мягкий стук заставил его посмотреть налево. Его глаза расширились, и он схватился за косу. "Осторожно-!" Он попытался предупредить маску, но бомба взорвалась прежде, чем существо успело даже просто заметить её. Взрыв сжёг маску и отправил Хидан кувыркаться через лес, ломая на ходу ветки и небольшие деревья. Наконец он остановился, ударившись о толстый ствол дерева, и приземлился на задницу. Он скорчился от боли и крепче сжал косу. "Ух... Ублюдки..." Ещё одно сердце уничтожено. Сколько сердец Какузу было убито? Сколько осталось? Он в порядке? Прежде чем он смог заставить себя встать, другой шиноби внезапно бросился на него из-за деревьев, собираясь отрубить ему голову. Он скользнул вниз, практически ложась в холодный снег, и вздрогнул, когда меч ударил по коре над ним, едва не задев его самого. Сделав подсечку, он сбил шиноби с ног. И когда тот упал на землю, он поднял косу и ударил со всей силой, с которой мог. Все три лезвия пробили плоть до земли. Белая одежда стала красной на туловище, а затем и на маске - когда изо рта шиноби брызнула кровь. Через несколько секунд он был мёртв. Хидан поднялся на ноги, опираясь на рукоять своей косы и выдернул её из мёртвого тела. Он был весь в крови, его одежда практически исчезла, осталась только большая часть штанов. Вот и всё, что осталось от зимнего снаряжения. Он огляделся, пытаясь определить местоположение своего напарника. "Какузу?" - позвал он. Его внимание привлекли звуки боя. Не долго думая, он побежал на звук. "Какузу!" Оставшийся шиноби был силён, но главной проблемой была скорость. Не имея возможности укреплять свою кожу, Какузу мог только уклоняться и блокировать удары. Каждый сильный удар ранил его руки, и он едва ли мог нанести ответный удар. Мужчина попытался ткнуть его мечом в грудь, но промахнулся, потому что Какузу отпрыгнул назад. К сожалению, недостаточно далеко. С быстрым дзюцу конец кристалла внезапно удлинился. Удар попал не прямо в сердце, но всё же достаточно близко, так что он знал, что почти мёртв. Кристалл втянулся, и он упал на землю. Шиноби опустил клинок. "Наконец-то." Он подошел ближе: "Ты был самым сильным противником, с которым мне приходилось сталкиваться. Я никогда в жизни не видел такой машины для убийства. Но награда за тебя и твоего партнёра окупит все сложности." Какузу хмыкнул и попытался сесть, но рана не позволила ему это сделать: тело просто отказывалось повиноваться. Как Хидану удавалось выдерживать такие травмы? Как его тело могло бросать вызов логике и продолжать борьбу? Словно вызванный его мыслями, Хидан неожиданно выскочил из-за деревьев, отводя косу в замахе. Шокированный шиноби едва успел увернуться. Самое длинное лезвие косы едва достало его, разрывая ткань рубашки до кожи, но не дальше. "Дерьмо!" Шиноби быстро ретировался. Хидан прекратил атаку, как только противник скрылся, и обернулся с выражением ужаса и недоверия на лице. "Какузу?!" Он упал на колени рядом со своим партнёром. "Бля... ты..." "Моё последнее сердце повреждено. Оно умирает." - пояснил Какузу превозмогая боль. "Мне очень жаль, это моя вина," - пробормотал Хидан. "Нет, моя," - мягко сказал Какузу. Его голос был слабым, дрожащим. "Ты был прав. Я думал, что ты неспособен что-то чувствовать ко мне, и решил, что был прав, потому что ты не проявлял ко мне привязанности тем же способом, каким это делал я. Мне было больно, и я начал драку из ничего. Прости, Хидан." Хидан смотрел на него широко раскрытыми остекленевшими глазами. Выйдя из ступора, он внезапно покачал головой. На его лице показалась дерзкая ухмылка, не коснувшаяся глаз. "Заткнись, старик. Не говори так, будто умираешь. У нас нет на это времени." Он наклонился, прижавшись грудью к груди Какузу и уткнувшись лицом ему в плечо. "Просто возьми моё сердце. Оно в любом случае твоё." Какузу колебался, потрясённый этим заявлением: "Я... Что, если это убьёт тебя?" "Не убьёт. Ты знаешь это. Я не прощу тебя, пока ты не принесёшь мне извинений получше, ублюдок, так что, если ты хочешь спокойно отдохнуть, тебе лучше сделать это." Лёгкая улыбка тронула губы Какузу. Наконец-то у него были убедительные доказательства того, что Хидан что-то к нему чувствовал. Было ли это похоже на то, что он сам чувствовал к нему? Он не мог быть уверенным, но у него была надежда. "Это будет неприятно для тебя." "Мне всё равно." Чёрная масса нитей вырвалась из груди Какузу и пронзила кожу Хидана. Они зарылись глубоко в его грудную клетку и обвились вокруг сердца. Одни тянули, другие сливались с органом, адаптируя его к новому телу. Хидан хмыкнул и подался назад. Когда он это сделал, нити вырвали сердце из его груди, оставив зияющую рану. Тут же сердце исчезло, поглощённое телом Какузу. Хидан выпрямился, вставая рядом со своим партнёром и ожидая пока сердце приживётся в новом теле. Какузу хмыкнул и приподнялся на локтях. Тело ломило, сердце всё ещё приспосабливалось, но по крайней мере он уже мог двигаться. Подняв глаза, он увидел здесь, в заснеженном лесу, то же существо, которое он видел, освещённое фейерверком. Бог. Весь залит кровью, одежда, превратилась в лохмотья, волосы растрёпаны, раны затягиваются на глазах. Бог войны, смерти и разрушения. Неуправляемая и неудержимая сила. Какузу не верил в подобные вещи: богов или высших существ, или какую-то высшую силу, но глядя на Хидана... Хидан мог заставить его поверить. Двое шиноби спрыгнули с дерева, и Хидан поднял косу. Они приготовились к атаке, справедливо ожидая, что она последует немедленно, от человека, обычно ведущего себя опрометчиво. Но атаки не последовало. Хидан отказался атаковать первым, отказался покинуть своего партнёра, отказался отойти даже на фут. Нет, враги должны были сами напасть на него, и он убьёт их, когда они посмеют. Лезвия на его косе были съёмными, хотя использовал он это крайне редко. Оружие и так идеально подходило для того, что ему обычно было нужно: для получения крови. Однако сегодня его это не интересовало. Было слишком рискованно пытаться провести ритуал. Приложив достаточную силу и сделав правильное движение рукой, он удалил два верхних лезвия, позволяя им упасть на землю. Коса стала короче, а оставшееся лезвие было не таким длинным, как те, которые он отделил, но коса стала заметно легче. Это позволит ему значительно увеличить скорость ударов, что сделает его в несколько раз более смертоносным. Увидев, что Хидан остался стоять на месте и не торопится атаковать, противники нервно переглянулись. Они не были готовы к смене стратегии. Они не думали, что Хидан способен защищаться. "Вам придётся миновать меня, чтобы добраться до него!" - прорычал Хидан. "Почему бы вам, бля, не попробовать!?" Они поколебались, но затем вытащили длинные клинки. Почти невидимые лезвия блестели в солнечном свете, струящемся сквозь ветви деревьев. Они бросились на него одновременно, их клинки были готовы нанести удар. Несмотря на то, что Хидан часто страдал из-за своей импульсивности, он умел анализировать ситуацию. Он умел думать наперёд, когда хотел. Он редко заботился о подобных вещах, поскольку последствия неудачи были для него самого, как правило, весьма незначительны. Но в этот раз неудача может означать конец для его партнёра и его самого. Ему нужна была стратегия, и он уже кое-что придумал. Они ожидали, что он либо примет удар, либо нанесёт его сам, что оставит его открытым для контратаки. Маловероятно, что они понимали, как трактовать изменение его оружия. Когда они подошли достаточно близко и оказались в пределах досягаемости его косы, он нанёс удар, намеренно сдерживаясь, чтобы его оружие двигалось с той же скоростью, что и раньше, до того как он убрал вес дополнительных лезвий. Это сработало. Они остановились на мгновение, затем продолжили движение. Через секунду он повернул запястье, перевернул лезвие так, чтобы оно указывало на них, а затем вернул его обратно с удвоенной скоростью. Изогнутое лезвие вошло в живот первого шиноби, убив его почти мгновенно, но второго лезвие зацепило только кончиком, отбросив в сторону с зияющей раной. Какузу наконец поднялся на ноги. "Ты продолжаешь меня впечатлять, Хидан." - прокомментировал он. Хидан выпрямился и дерзко усмехнулся: "Спасибо. Ты тоже не так уж плох, старик. Полагаю, что время от времени и старую собаку можно научить новым трюкам." "Очень смешно." Какузу поднял руку, направляя её на оставшегося шиноби, который уже пытался подняться на ноги. Рука отделилась от тела и устремилась вперёд. Его кулак пронзил грудь противника, вырвав сердце и убив его. Рука принесла сердце обратно к нему, и он позволил нитям втянуть его в свою грудь. Это был сомнительный материал, но попытаться стоило. Звук, раздавшийся позади, заставил их обоих резко развернуться. Главный шиноби с синим поясом показался из-за деревьев и мчался на них. Хидан бросился ему наперерез без малейших колебаний. Его увеличившаяся скорость застала противника врасплох, заставив его споткнуться. Хидан взмахнул косой, однако лезвие её при этом смотрело в сторону от противника, вместо этого тупой конец столкнулся с черепом шиноби, отправив того на землю. Он больше не двигался, а на его белом капюшоне расползалось красное пятно. "Вырубил его на фиг!" - рассмеялся Хидан. "Не знаю, скольких из этих уродов мы убили, но я надеялся взять этого живым..." Он посмотрел на Какузу: "Я знаю, что тебе нужно сердце, но не возражаешь, если я сначала его немного помучаю?" Несколько секунд Какузу смотрел на человека лежавшего без сознания у их ног. Этот человек и его банда чуть не разлучили их. Нет, пытки, которую задумал Хидан, для него будет недостаточно. Наконец, он повернулся к Хидану: "Помнишь одну вещь, которую ты хотел попробовать, но я был категорически против?" "Только одну?" - игриво поддразнил Хидан. "Ты знаешь, о чём я." Хидан задумался на мгновение, затем на его лице расплылась хитрая ухмылка. "О, я думаю, что понимаю, о чём ты. Хочешь сделать это сейчас?" Он указал на снег вокруг них. "Мы не можем продолжать восхождение при текущем раскладе." - пояснил Какузу. "Давай заберём его с собой в гостиницу. Мы сделаем это там." Хидан вздрогнул от предвкушения.