Кухонный стол или история о том, как стать ещё ближе

В тот самый день за окном шёл ливень. Капли дождя ударяли по карнизу, создавая впечатление града. Казутора испытывал непонятную тоску и молчаливо дожидался Чифую с работы, приготовив карри и по традиции заварив себе чай, а соседу — кофе. В квартире стоял запах свежеприготовленной пищи и горячих напитков с молоком. Уютно, но тоскливо — в такие моменты, когда за окном уже темно, ветрено и дождливо, а в душе как будто кошки скребутся по иррациональной причине, так и хочется возомнить себя героем видеоклипа под грустный трек. «Не помню, взял ли он зонт?» — озадачился длинноволосый, как вдруг в дверной скважине с треском повернулся ключ, и дверь отворили. Сегодня Мацуно существенно задержался — судя по часам Ханемии, тот на 50 минут позже обычного. К сожалению, напитки уже остыли. Спокойно поднявшись с дивана, Казутора вышел в коридор и с нежностью улыбнулся, поприветствовав своего друга. Его друг выглядел непривычно мрачно. Сразу отметив это, парень спросил: — Чифую, что-то случилось? Как у тебя дела на работе? — взяв пальто у партнера, он самостоятельно повесил его на крючок, пока Мацуно развязывал шнурки уличных ботинок. Прервав процесс, тот лишь посмотрел прямо снизу вверх на соседа, опустил взгляд, тяжело вздохнул и начал свою речь: — Опять на работе доводят. Не обращай на меня внимание, не хочу тебя сейчас беспокоить проблемами, — пробубнил парень, не поддерживая зрительный контакт. — Понял, пойдём, я сделаю нам кофе и чай, — понимающе ответил друг. Ему было совершенно несложно сделать новые напитки. Молча разувшись и потянувшись телом вверх, из-за чего у Чифую слегка вылезла белая рубашка из брюк, парень пришёл на кухню и задал вопрос: — Что сегодня на ужин? — Самое лучшее блюдо! — с беззаботной улыбкой ответил Ханемия, открыв крышку кастрюли, откуда все ещё шёл пар. — Ты что ли? — все так же побито и устало выдал Мацуно, флиртуя (по привычке). Было заметно, как один уголок губы едва поднялся. — Да я вроде не блюдо, но спасибо за комплимент, пупсик, — захихикал Казутора. — Чаво, блять? — от неожиданности собеседник засмеялся, — Я тебе не пупсик! — Ну а я не блюдо, — игриво выдал Ханемия. — Возможно… — ответил сосед, садясь за стол. Этот диалог существенно разрядил обстановку, и настроение нашего работника поднялось. Он пододвинул к себе тарелку, на которой лежало уже относительно остывшее блюдо (нефиг опаздывать почти на час!). В его голове произошёл небольшой диссонанс — в кастрюле ведь, сам Казутора показал, лежит безумно горячее блюдо, а он ест уже среднячок. Странно, но простительно — есть хотелось сильнее, чем придираться к температуре блюда, которое сосед благополучно положил в тарелку ещё около 50 минут назад. Парню очень хотелось согреться — несмотря на то, что он все же взял с утра зонт и не промок этим вечером, холодный ветер не обошёл его стороной, пронзив насквозь — «лишь бы не заболеть» проносилось в его голове. Рассчитывая на горячий кофе, он обратил внимание на кружку чёрного кофе с молоком, которая стояла на другой стороне стола (он не знал, что там уже совсем остывшая жидкость!). В этот момент к столу подошёл Казутора, оперевшись своей пятой точкой об угол стола рядом с соседом, пока чайник кипел вновь. Теперь все выглядело так, будто парень закрывал собой путь к желанной чашке с напитком. — Как ты? — сказал он, смотря сверху вниз. — Лучше, спасибо! Очень вкусно кстати, но мне ещё нужна во-о-от та кружка с ко… — Чифую, встав из-за стола и оказавшись на совсем короткой дистанции со своим другом, потянулся к кофе за его спину, но не рассчитал условия своего положения — в такой позе после долгого рабочего дня исход лишь один — ебнуться и разлить мирно стоявший напиток, что, в принципе, и произошло. Кружка опрокинулась, и ее уже холодное содержимое полностью разлилось на стол, а парень не удержал своё тело, увалившись на Ханемию. Но вот незадача — чтобы не ебнуться окончательно, Мацуно схватился за своего друга, чтобы выдержать равновесие. Странно, что вцепился он именно в бёдра. После того, как парень осознал, за что держится (причём хорошей хваткой), сперва он посмотрел на представшую перед ним картину, не убирая ладоней с тела соседа, а затем поднял глаза вверх, выдав искреннее виноватое «ой». — Хороший способ заигрывания, — наконец откликнулся Казутора, наблюдая за действиями парня с легким румянцем за щеках. — Я случайно, правда, — все ещё не разжимая свои руки, выдал Мацуно с широко открытыми глазами, — Но с этого ракурса ты смотришься неплохо, — заигрывая. — Чифую, не говори мне такое, педик, — чувствуя, что краснеет ещё больше, а в животе появляются бабочки, на выдохе озвучил Казутора вперемешку с едва уловимым хриплым стоном, повернув свою голову вбок, чтобы не смотреть в глаза соседу на таком мизерном расстоянии. В обычном состоянии Мацуно бы просто отошёл и ответил «единственный педик здесь — это ты», но нынче почему-то не хотелось. И даже не «почему-то» — это смущенное выражение лица с румянцем и тихий стон ударили в голову словно алкоголь. Да, мелочь, но эта мелочь вызывает сильную гей-панику. — А если я скажу, что держать тебя так, — указывая своим взглядом на руки, которые посильнее сжали мышцы парня, — Это очень приятно. — Это звучит по-блядски, как будто мы сейчас будем ебаться, — хихикнул Ханемия, будто принимая «вызов» — кто выдаст больше пошлятины. А на деле Казутора до безумия старался сдерживать себя. Он осознавал, что это все, вероятно, просто «пошленькая привычная игра», с помощью которой сосед пытается поднять себе настроение (или не настроение?). К тому же Чифую устал после работы, у него что-то произошло, вряд ли он намекает на что-то большее… Но блять, как бы ему хотелось, чтобы Чифую не шутил, а просто заткнул его рот своим. И не только рот. — Как знать, — убрав одну с бёдер друга, он легко провёл ею по торсу партнера, будто заигрывая. Или издеваясь. Убрав и вторую руку, парень отошёл на небольшое расстояние, призывно смотря в глаза. Мацуно ждал ответной реакции. На самом деле, все было уже слишком очевидно — это «день Х», когда они оба не сдержатся. «День Х», когда желание стало слишком велико, а дистанция — слишком мала. Если бы можно было охарактеризовать атмосферу, которая будто по щелчку пальца создалась между парнями, то идеально подошло «гей-радар зашкаливает, сексу не миновать». Несомненно, ребята осознавали, что нравятся друг другу, но никто не мог решиться. И вот Чифую решился сделать первый шаг. Не осознавая, что творит, Казутора резко притянул к себе Мацуно назад и уже сам схватил его бёдра. — Ты заигрываешь слишком по-детски, взрослые мальчики говорят «я хочу трахнуть тебя», а не устраивают цирк, — выдав такое откровение с помутнённым от желания взглядом, Ханемия, не опуская взгляда, смотрел в глаза другу, на что Чифую лишь положил свои разгоряченные ладони на торс напротив себя. — Ну, я же приличный, — улыбнулся хозяин дома. — Не пизди, сам-то уже не раз представлял, как ебешь меня? — с хрипотой в голосе и уловимым возбуждением сказал Казутора. —Ханемия! Ты ужасно пошлый человек, и ты будешь наказан за такую гадость, — с псевдо серьезным лицом выдал Мацуно, притягивая лицо партнера к себе, уводя в глубокий поцелуй сразу с языком. Отстранившись от поцелуя через несколько секунд с тихим стоном, длинноволосый будто промурчал: — А как ты меня накажешь? — Ты заебал меня с рассказами о минете, поэтому… — вновь прижавшись к партнеру, он страстно целовал Ханемию, от чего возбуждение накатывало страшной силой. Такое приятное, горячее ощущение языка в своём рту заставляло головы обоих идти кругом. Так желанно, так страстно, что хотелось ещё, ещё, ещё. Чифую осознавал, что терпеть так долго — сущая пытка. Пах начинал болеть у обоих, в мыслях было лишь одно — скорее исправить это положение. Именно поэтому он резко приподнял на руках Казутору вверх и усадил того на кухонный стол, разведя его ноги, протиснувшись между них. Продолжая целоваться, Мацуно сперва перешёл на шею, а затем стянул с соседа домашнюю футболку, прикасаясь к спортивному телу. Руки опускались ниже и дошли до паха, с которого резко были стянуты шорты вместе с трусами. Восхищенно и нагло смотря на происходящее, Казутора, словно похотливый подросток в пубертате, смог выдать лишь: — Ты что, отсосешь мне прямо здесь? — Отсосу, — отвлёкся на секунду парень, — Считай, что я взял тебя на этом столе, как шлюху. Именно с этой фразой Чифую взял уже стоящий член в рот. Пошло причмокивая, он сосал в идеальном темпе, будто где-то учился этому тонкому искусству, от чего глаза Казуторы закатывались за орбиты, а в голове пробегали мысли «я надеюсь, он меня трахнет, господи, я надеюсь, он меня трахнет». — Ты же трахнешь меня? — с щенячим выражением лица парень посмотрел на своего партнера сверху вниз — однако его положение совсем не делало из него главного — он чувствовал себя полностью во власти Мацуно… если бы пришлось вылизывать ботинки, точно сделал это. — Не все сразу, учись растягивать удовольствие… и смотри на меня, — отстранившись от мокрого члена, сказал Чифую, вновь приступая к процессу и параллельно вытаскивая свой возбужденный орган из трусов, который также не остается без внимания. Желанный и любимый Чифую Мацуно, который всегда заботится, хвалит приготовленное карри и искренне широко улыбается, сейчас, будто смакуя, обсасывает член Казуторы и дрочит себе, чтобы тоже в дальнейшем излиться. Так грязно, но в моменте безумно хорошо. Несомненно, они оба мечтали о таком, но как минимум через стадию «просто поцелуи»… Кончив почти одновременно, они устало поцеловались и хихикнули, будто рассказали друг другу постыдные сокровенные секреты. — Слушай, я совсем забыл.. Кофе.. я же кофе хотел, — со спокойной улыбкой почесал затылок Чифую. — Ты ещё хочешь? — Думаю, уже нет, я, наверное, сразу спать завалюсь….— с небольшим смущением в голосе протараторил Мацуно и направился в сторону своей комнаты, — А.. спокойной ночи. — Ага, — с запозданием ответил сосед, смотря куда-то в потолок, до сих пор пытаясь отдышаться. Казутора не сомкнул глаз этой ночью. Картина, как его взяли на столе, стояла перед глазами. Желание подрочить на свои же мысли не покидало парня, но он по какой-то причине решил сдержаться. Тем самым солнечным утром Казутора как обычно провожал своего соседа на работу. Они спали отдельно, не поговорив о случившемся. Парень чувствовал себя неловко, но при этом без конца прокручивал в голове тайные желания насчёт друга. Удивительно, но Мацуно был спокоен. — Все хорошо? Как спалось? — спрашивает Чифую. — М-мне-то? – отвечает Ханемия, незаметно касаясь своих румяных щёк. — Ну а кому ещё, — с улыбкой подошёл к нему владелец жилья и обнял со спины. — Если честно, всю ночь не спал. Ты-то сам как? — Спал как убитый, давно так приятно мне не было, — без пошлости в голосе парень констатировал факт. — Ну… Сосешь ты отлично, конечно… Спасибо, — смущенно ответил Казутора. Заметив это, Чифую лишь засмеялся, из-за чего сосед покраснел ещё сильнее. — Ты че ржешь-то?.. Где я не прав? — Везде прав, просто ты так смешно стесняешься, а вчера просил выебать тебя прямо на кухонном столе. — Ой-ой… Может, все-таки расскажешь, что вчера на работе случилось? — пробурчал собеседник, надувшись. — А, да меня один идиот на работе педиком назвал на то, что я о тебе слишком часто говорю. Ну, я ему в ебальник треснул, я ведь не педик.