A U R U M

Сокджин надевает капюшон поверх чёлки, так, что тот полностью закрывает его лицо вместе с глазами. Он немного дрожит от предвкушения, когда идёт по направлению в излюбленное место. Там, куда парень направляется, ему не нужны свидетели. Он не хочет быть пойманным, потому что за такое его легко могут наказать. Чем ближе Сокджин подходит, тем быстрее бьётся его сердце. Он не был здесь некоторое время и, признаться честно, очень соскучился. Ким вздрагивает немного, когда слышит, как кто-то крадется сзади. Он задерживает дыхание, не двигаясь. — Это ты, Джин? — спрашивает молодой мужчина. — Да, я, — парень кивает, облегчённо выдыхая, а после медленно приближаясь. — Как дела у Манга? — Хорошо, намного лучше, чем в прошлый раз. Твои деньги... — мужчина улыбается, — они помогли ему так сильно. Сокджин улыбается тепло. Внутри него разливается очень приятное ощущение, которое греет. — Могу я взглянуть на него? — спрашивает Джин. — Конечно, но только издалека. Он уже спит. Они вдвоём проходят в большое помещение со стеклянным ограждением для каждого животного. Их здесь не так много, но количество зверей, находящихся здесь, увеличивается, к сожалению. Либо к счастью. Отец Джина — браконьер, который зарабатывает большие деньги на экзотических животных. Он отлавливает их в самых разных местах мира и перевозит в Корею. Сокджин считает своего родственника чудовищем, потому что сам он никогда не понимал такого заработка. Манг действительно спит. Это совсем ещё маленький тигрёнок, которого поют из специальной бутылочки, похожей собой на детскую. Сокджин часто помогает с этим, ему безумно нравится ухаживать за животными. Его отец иногда продаёт их в рестораны, лишь мысль об этом делает парню невыносимо больно. Как можно есть животных? Почему это считается роскошью и люди платят за это огромные деньги? Сам Джин вегетарианец, у него это перешло на другой уровень и ему жалко абсолютно всех животных, не только экзотических. Когда у него получается, он отпускает зверей из клеток отца и приводит сюда, в это тайное место. Пока парень не может вернуть их домой, но это его самая большая мечта — выпустить животных на волю. Сокджин старается ухаживать за ними, поэтому выбрал место вдали от города, там, где никто не найдёт. Он нанял специального человека, которому доверяет, как себе, чтобы тот присматривал за братьями нашими меньшими. — Как Манг кушает? — спрашивает Джин. — Хорошо, у него просто зверский аппетит, — мужчина улыбается, чем вызывает улыбку и у парня рядом. — Как ходит? Лапка зажила? У тигренка были некоторые проблемы, возникшие при перевозке. Ему сломали лапу и потребовалась операция, на что Сокджин, не задумываясь, пожертвовал много денег. — Лапка ещё заживает, но он начинает ходить понемногу. Не переживай, Джин, здесь он в надёжных руках. — Знаю, хён. Боюсь, что отец узнает про это место. Он ведь не глупый и догадывается, что кто-то замешан в исчезновении животных. — Мы будем стараться защищать их настолько, насколько это возможно. Ты вложил в это место очень много. Одна система безопасности чего стоит, — мужчина хлопает младшего по плечу. — Ты должен расслабиться немного. Сокджин кивает, тяжело вздыхая. Он поправляет свои розовые волосы, и тут у него спрашивают: — Новая татуировка? Опять царапины ими маскируешь? — Да, не дай Бог отец узнает. Манг, наверное, боится меня, поэтому царапает иногда. Неудивительно, на самом деле. У него плохой опыт в общении с людьми, который возник из-за моего отца. Наверное, временами парень ненавидит своего папу. Он не может понять, почему тот настолько жадный и жестокий. Сокджин считает его не просто чудовищем, а ещё и тираном. Кем-то, кто опасен для общества. Ким понимает, что ему нужно возвращаться. Он старается приезжать сюда как можно чаще, но получается не всегда. — Мне пора, хён. Если что, ты знаешь, как со мной связаться, — Сокджин задумчиво опускает взгляд в пол. — Не волнуйся, всё будет хорошо.

***

Чимин неделю думал, что сделать, чтобы насолить отцу. Хотелось чего-то оригинального, а не как всегда. С логикой у Пака было не очень, но ему казалось, что если ему запрещают что-то делать, то он просто обязан сделать именно так. Его лишили прав за нарушение правил, значит он нарушит их ещё раз, причём в более крупном масштабе.

AURUM чат 7 человек

Что насчёт гонок? Отправлено в 11:07

Тэхён Неплохо Отправлено в 11:08 Юнги 🥴 У тебя же права отобрали не? Отправлено в 11:08

Да, но я могу поехать с кем-то из вас Отправлено в 11:08

Юнги 🥴 Не со мной я езжу слишком быстро Отправлено в 11:08 Чонгук Что за понты? Ты не один такой, кста... Отправлено в 11:08 Хосок Делайте, что хотите. Я за любой движ. Отправлено в 11:09 Сокджин В деле Отправлено в 11:09 Намджун х2 Отправлено в 11:09

🥵 Отправлено в 11:09

Договариваются ехать завтрашним вечером, уже ближе к ночи. Чимин не может дождаться момента, когда докажет папаше, что он сам намного круче, чем какой-то старый мужик. Парень почти всю ночь не спит, представляя в голове завтрашние гонки. Это будет весело. Возможно, немного опасно, но так даже круче. Пак не понимает, когда его медленно настигает сон. Машины пригонять начинают уже в девять вечера. Таков был план. На улице начинает темнеть. Чимин приезжает на такси и ждёт Хосока, с которым уже заранее договорился ехать в одной машине. После Чона-старшего приезжает Юнги, затем Намджун с Сокджином. — Где Тэхён с Чонгуком? — спрашивает Пак. — Машина Гука уже здесь. Когда он только успел пригнать её сюда? — Наверное, ещё утром. Подождём немного. Они сказали, что придут, — Сокджин жмёт плечами.

***

Чонгук проверяет машину Тэхёна, потому что тот попросил его. Смотрит, все ли провода на месте, а ещё проверяет газ и тормоз. — Работает? — спрашивает старший непринуждённо. — Да, — Чонгук закрывает крышку капота, а после переводит взгляд на Кима, который улыбается. — Ты чего это? — Не знаю, — смеётся старший, — это приятно. — Что именно? — Чон приподнимает бровь наверх. — Ты заботишься обо мне. — Как и ты обо мне. Помнишь, тогда, на Дне Рождения. Ты был единственным, кто пришёл, когда мне было, мягко говоря, хреново, — Чонгук усмехается от собственных воспоминаний. Тэхён тоже. — Кстати, ты обещал прийти на пиццу. — Приду. Обязательно, — Ким кивает, мягко смеясь, — готовь заказ. Чонгук подходит ближе, а после говорит старшему в самые губы: — Не знаю, почему чувствую это. Может быть, ко мне в кровь медленно накатывает адреналин перед гонками, возможно, я просто слишком давно хотел это сделать... — Сделай.

Middle of the night - Elley Duhé

Тэхён задом прижимается к капоту машины. Он выгибает шею, закрывая глаза и дыша так загнанно. Руки по обе стороны от туловища вдавливаются в гладкую поверхность машины, служа единственной опорой. Чонгук напирает своим возбуждением, заставляя старшего сесть. У него такой тёмный взгляд, он оказывается всё ближе, также упираясь руками в капот и выгибаясь в спине, чтобы быть одного уровня с Кимом. Он встаёт у него между ног. Тэхён обнимает ногами его поясницу, притягивая ближе к себе. Чон опускается губами на чужую шею, начиная страстно её целовать, а Тэхён задирает голову, тихо выдыхая. — Тэхён, — шепчет Чонгук словно в бреду, — мне нужны твои губы. Ким открывает глаза, смотря на младшего затуманенным взглядом, и припадает к его губам, затягивая в поцелуй. Он сразу же проникает языком в его рот, проходится им по нёбу, забирая стон младшего, и отстраняется. Чонгук причмокивает губами, снова целуя и напирая, заставляя Тэхёна лечь на спину. Ким делает так, как он хочет, располагая руки по обеим сторонам от себя, двигаясь всё дальше к лобовому стеклу и ложась на него тоже. Ноги парень разводит, ставя на капот. Чонгук забирается в образовавшееся пространство и встаёт на колени, опираясь на кулаки и подаваясь вперёд, чтобы снова целовать Тэхёна. Их губы соединяются, причмокивая, а глаза закрываются. Ким окольцовывает чужую талию ногами, бёдрами подаётся вперёд и не отстраняется, а вертит ими в форме восьмерки, слыша стоны Чона. Чуть позже раздаётся звук бляшки ремня и молнии на джинсах, которая расстегивается. Чонгук отстраняется, вставая на колени и спуская штаны с боксерами. Тэхён смотрит на него снизу вверх, хитро улыбаясь, его губы красные от поцелуев, даже при плохом уличном освещении это заметно. Ким тоже тянется к своей ширинке, освобождая себя от преград. Он спускает штаны до колен, оставаясь в боксерах. Чон срывает их с него, снова нависая сверху. Тэхён отнимает его руку от капота, беря в свои. Он подносит её ко рту и берет один палец, затягивая губами и оглаживая языком. Чонгук тихо постанывает, морщась и закрывая глаза, а Ким наблюдает за ним, быстро отстраняясь и беря в рот теперь два пальца, проделывая то же самое, а затем помещает туда все три. Он выпускает их с чмоком, руки свои убирает от чонгуковой, разводя ноги шире и ставя их на поверхность. Чонгук входит в его анус сразу двумя пальцами, Тэхён шипит, но быстро успокаивается, когда задевают его простату. Парень постанывает с каждым разом всё громче и слаще. Когда его дырочка уже разработана, Чон добавляет ещё один палец, трахая старшего уже тремя и смотря на его реакцию. Ким часто дышит, запрокидывая голову назад. Чонгук резко приближается к уху и начинает медленно постанывать, входя. Тэхён мычит и морщится. Чон толкается бёдрами вперёд, а капот под ними немного скрипит. Вообще всё равно, если придётся купить новую машину. Ради хорошего секса можно пожертвовать чем угодно. Темп младшего становится всё быстрее, а толчки всё увереннее. Он каждый раз попадает по простате, а старший сходит с ума, мыча от удовольствия и вскидывая бедра наверх, подаваясь ему навстречу. Чонгук стонет на ухо, а по коже бегут мурашки. Тэхён прижимает его за спину ближе к себе, чтобы их кожа терлась друг о друга. Ночью так тихо. Слышится лишь скрип капота, горячие стоны парней и хлопки. А после раздаётся рев мотора. Ребята вдруг испуганно переглядываются. — Мы продолжим во что бы то ни стало, — кряхтит Чонгук, морщась и толкаясь лишь быстрее. Тэхён начинает стонать уже в голос, царапая ему спину, а затем кончает им на животы. Чонгук тоже изливается внутрь старшего и обессиленно падает на него, отворачивая голову чуть в сторону. Они лежат друг на друге, восстанавливая дыхание.

***

На тёмной улице волосы обдувает прохладным ветром. Горячее от алкоголя тело и затуманенный разум. Пять дорогущих машин стоят в ряд. Намджун смотрит на часы, ожидая Чонгука и Тэхёна, но эти двое что-то совсем не торопятся. Юнги, задницей оперевшись на капот, курит, безэмоционально выдыхая дым из лёгких. Сокджин сидит в салоне, обтянутом кожей и скучающе смотрит на остальных. Хосок тоже курит и ухмыляется, видя, как двое парней бегут к ним. Стоп, бегут? — Сорян, чуть не опоздали, — выдыхает Тэхён. Он явно запыхался, тоже самое и с Чонгуком, который загнанно дышит, руками упираясь в бока и сморщивая лицо. — Где твоя машина, Тэ? — спрашивает Чимин, который всё это время стоял с Хосоком. — Мы с Чонгуком поедем на одной. — Чимин итак без машины. Пять будет скучно. — Нормально, учитывая то, что максимальная разрешенная скорость в Сеуле — 20 км/ч, скучно нам не будет, — хмыкает Сокджин. — По местам! — Юнги делает затяжку, кидая сигарету на асфальт, а потом идёт к своей машине, выдыхая дым.

hensonn - sahara

Хосок хмыкает, садясь на переднее сидение водительского кресла. Он пристегивается, смотрясь на себя в зеркало дальнего вида. Чимин облизывается, располагаясь рядом. Внизу живота скручивает от напряжения и чего-то настолько непередаваемого. Невероятный, просто животный страх, но с этим же какое-то странное удовольствие. — Чувствуешь это? — хмыкает Чон. Он выглядит таким же возбужденным. В его глазах заметен весь алкоголь, который он сегодня употребил. Зрачки тёмные, во рту пересыхает, а ладони потеют. — Держись крепче, Чимин-а! Пак незамедлительно пристегивается, смотря перед собой. Он пытается расслабиться, но когда они трогаются, все его внутренности сжимаются. Юнги даже не пристегивается, просто делает в салоне глоток из стеклянной бутылки кислотно-голубого джинтоника, а потом медленно разгоняется, давя на педаль. Сокджин головой прислоняется к подушке кресла, выжимая газ на полную. Намджун внимательно смотрит за дорогой, отрываясь с места и хрустя колёсами по асфальту. Чонгук садится за руль, а Тэхён — рядом с ним на пассажирское кресло. Чон языком протыкает щёку, одновременно нажимая на газ и тормоз, разгоняясь таким способом. На спидометре виднеется цифра 10 км/ч, Чонгук ждёт, а Тэхён начинает переживать, так как все уже оторвались с места. Младший же только после восьмидесяти перестаёт жать на тормоз и они, наконец, трогаются. Они все хотят поехать на главную площадь и устроить всё веселье именно там. Превращают дорогу в трассу Формула 1. Дорожки, конечно, узенькие, а движение двустороннее, но их это почему-то совсем не беспокоит. Чимин облизывается, смотря на дорогу перед собой. Жаль, что сам он вести не смог. Он, конечно, бесспорно, имеет много денег и власти, но отец всё же больше, поэтому слушать будут именно старшего. — Не могу, курить хочу, — говорит рыжий. Хосок только хмыкает, сильнее вцепляясь в руль. Чимин видит в окне машину Юнги, который едет быстро, обгоняя их и показывая средний палец. Пак опускает окно, крича в него: — Если победишь, то я тебе отсосу. Мин ничего не отвечает, скрываясь впереди. — А если мы победим? — спрашивает Хосок. — Тогда тебе, — младший рукой ведёт по чужому плечу, спускаясь вниз, на ногу. Намджун врубает музыку на всю громкость и открывает окна, чтобы все слышали. У него играет современный рэп, на басах машина вибрирует, и парень довольно ухмыляется. Одной рукой он рулит, а во второй у него бутылка дорогущего шампанского, которую Джун то и дело подносит ко рту. Тэхён держится рукой за ручку над его головой. У Чонгука просто дикий взгляд, он высовывает язык, давя на газ, и становится похожим на сумасшедшего. Киму становится немного не по себе. Они обгоняют Хосока и Чимина, подбираясь к Юнги. — Ах вы гады. — хмыкает Чон-старший, — Держись! Чимин облизывается и кивает. Их машина разгоняется очень быстро, Хосок выворачивает руль, правой стороной они прижимаются к машине Чонгука вплотную. Парни подрезают её, в воздухе появляются искры. У Хосока лицо злое, он сжимает челюсти чуть ли не до скрипа в них. Чонгук старается вырулить вправо, но потом решает отомстить соперникам и подрезает их тоже. Чимин, сидящий справа, видит чужую машину, Чонгук сидит к нему пугающе близко. В крови такой огромный прилив энергии. Становится очень страшно, прямо паника возникает, когда Пак чувствует, что справа долбятся в их машину. — Хосок! — кричит он, впиваясь руками в руль и заставляя старшего свернуть влево. — Че ты, блять, делаешь? — кричит на него Чон. Чимин отпускает руль, убедившись, что больше никто им не угрожает и можно ехать дальше. Они уже в городе и направляются прямиком в центр. Тэхён, отъехав вперёд, высовывается в окно, громко крича: — Поцелуйте мою задницу, мерзкие нищеброды! Юнги смеётся, давя на газ сильнее. Он видит кучу людей, идущих по улице. Те же слышат только громкий рёв его автомобиля и смотрят, как тот пулей проносится вперёд, а за ним ещё четыре машины, в одной из которых Тэхён, высунувшийся из окна и снимающий себя на телефон. Джин едет на красный, желая обогнать Мина, который уж слишком обнаглел. Намджун уже, честно говоря, не в себе. Его машина едет пьяными волнами, пока водитель пытается сконцентрировать взгляд на дороге. — Держись, Тэ! — кричит Чонгук, газуя. Он пытается обогнать Намджуна, который всё лавирует по всей дороге. Машины, едущие навстречу, останавливаются, искренне боясь, что обнаглевший сыночек чиновника врежется в них. Тэхён залазит обратно, закрывая окно и смотря получившееся видео. — Пристегнуться не хочешь? — спрашивает Чон, хмыкая. Ким цокает, делая то, что от него просят. — Быстрее! — просит Чимин, тряся Хосока за ногу двумя руками и смотря обезумевшими глазами. — Мм? — Чон смотрит на него сверху вниз каким-то оценивающим взглядом. — Ты, блять на дорогу смотри, а не на меня! — А мне, может, похуй, даже если мы и разобьемся. Младший открывает рот от испуга. — Не буду, — говорит красноволосый. Он убирает руки с руля, но на педаль давит, отчего скорость увеличивается до 150 км/ч. По встречной полосе едет машина, с которой они собираются встретиться бампер о бампер. — Пиздец... Чимин понимает, что это, кажется реальный пиздец, поэтому выруливает вправо. Его сердце просто с ума сходит, когда он всё же спасает их обоих. Чон смеётся так пугающе, а потом снова начинает вести машину. Пак же замирает на месте, пытаясь отдышаться. Он чувствует, как тело приковывает к пассажирскому креслу. Звуки заглушаются, слышно только бешеное биение своего сердца. Чонгук врезается в Намджуна, шипя. Он кусает губы до крови, злясь просто неимоверно. Руль корябает ногтями, впивается в него ими. Ночь мелькает так быстро, что голова кружится. Юнги видит светофор в пятидесяти метрах, который горит ещё зелёным. Ему ещё можно проехать, поэтому парень выжимает до двухсот, желая молнией проскочить мимо. Но тут загорается красный. Зелёный для пешеходов. Два парня переходят дорогу, а он не успеет затормозить. Паника. Блять, его охватывает паника, потому что все надеются на его адекватность и то, что он остановится... — Блять, нахуй с дороги! — кричит он. Парни испуганно расступаются, падая на дорогу и давая проехать. Юнги-то проскакивает, но есть ещё другие машины, которые едут за ним нога в ногу. Парни просто убегают куда глаза глядят. Светофор снова горит красным, слышится, как машины сзади врезаются друг в друга. Слышен рев моторов и скрежет тормозов. Мин открывает глаза, видя, что он у цели. Его потряхивает, он нервно смеётся. А потом кричит на всю машину, срывая голос: — БЛЯТЬ! Вскоре приезжают и другие, резко тормозя. Все они в относительном порядке, но главное — живы. Чимин выбегает из машины Хосока с закрытым ладонью ртом. Он сгибается пополам, кашляя, едва успев. Из него выходит абсолютно всё, что было в желудке. Все вокруг морщатся, издавая звуки отвращения. Рыжеволосый же выглядит зелёным, не переставая блевать. К нему медленной и гордой, просто невероятно самоуверенной походкой подходит Мин, хлопая по спине и говоря: — Я победил. Значит, отсосешь? Только зубки перед этим не забудь почистить, — ухмыляется он. — Сука... — хрипит Чимин, вытирая рот тыльной стороной ладони, а потом на него накатывает новый позыв рвоты. — Пиздец, я чуть не кончил, — говорит Чонгук, у него глаза полны восторга, а член приподнят немного. — Извращенец мелкий, — отвечает на это Джин. — Ребята, было охуенно, — кивает Намджун, подходя к нему. Юнги возвращается радостным, потому что он победил. Они между собой никакой приз не обговаривали, но для него это и не важно. Гораздо круче — то, что его отец охереет, увидев гонку, которую устроил сыночек. Ему так и хочется увидеть его взбешенное лицо. Чимин приходит обратно к остальным. Цвет кожи у него зеленоватый, а вид потрепанный. При мысли о том, что он ещё что-то должен Мину, его воротит ещё больше. — Это было так весело! — смеётся Хосок, обычно его трудно чем-то впечатлить. — я думал о прохожих и о том, что было бы... Если бы мы.... — Да насрать на этих прохожих! — отвечает Чонгук, — Тэ, ты же наснимал что-то. Выкладывай в инсту и ставь как можно больше хэштэгов. Можешь ещё написать о том, что повторил бы это снова. — Повторил бы? — удивлённо спрашивает Ким. — А что, нет? — Не знаю. Было классно, но не то чтобы это моё, — Ким-младший жмёт плечами, — думаю, на своей машине было бы круче. — Эй, тебе со мной не понравилось? — возмущается Чонгук. — Прости, но ты средненький. Думаю, с Юнги было бы прикольней. Чон-младший замолкает, осмысляя сказанные слова, а после спрашивает: — То есть, средненький? Что это значит? — Ну... — Тэхён отводит взгляд. — Ты просто ещё мелкий и неопытный. — Что? — хмурится младший. — Типа, а ты, думаешь, такой крутой, да? Чонгук толкает Тэхёна руками в плечи. — Эй, стопэ! — предупреждает Юнги. — Какого хуя вы тут отношения выясняете? Чонгук чувствует себя оскорбленным. То, что сказал Тэхён, прозвучало, словно он средненький во всем. То есть, и в сексе тоже. Это бьёт по самолюбию весьма сильно, учитывая тот факт, что старший ему действительно нравится. Только значит ли это что-то для Кима? — Ладно, давайте решим, что делаем дальше. Не то чтобы нам настолько на все насрать. Полицаи могут приехать, поэтому, думаю, лучше нам по-быстренькому свалить. Все садятся по машинам, давя на газ. Издалека уже слышится полицейская сирена. Сейчас главное просто сбежать, все парни едут на стоянку.