Сквозь время

Дверь с грохотом открывается в небольшой домик, он был единственным оборудованным для жизни, в подвале всегда были консервы, чистая вода и топливо, это место не только было пристанищем для жителей поселения, но и для незнакомцев. Завидев записку с надписью «Берите что хотите, оставьте что-то в замен. Можете найти нас здесь» и картой местности с двумя точками, где находится пристанище и община. Но Саймон не искал общину, ему нужно было найти для Теодора место для отдыха и это более чем подходило. Каждый житель поселения по указателям понимал где ближайший перевалочный пункт и часто их это спасало от неминуемой гибели. Подобные места всегда выбирали тщательно, это были подвалы кирпичных или вовсе бетонных зданий, обязательно с кодовым замком или с одним и тем же ключом, в общине есть несколько слесарей и они смогли в некоторых местах сменить замок, а найти одинаковые не составило труда, в специализированных магазинах они никому не нужны. Не часто это были обычные дома, как сейчас, редко можно найти подобный, в округе Сан Франциско такие не строят: плотные, тяжелые стены, прочные окна. Когда разведчики нашли здесь бабушку и дедушку, на смерть охраняющих свою крепость, ребята поняли, что это обязательно должно стать хорошим пунктом. Старики же живут в одном из поселений, там за ними ухаживают и заботиться, оставшись одни они явно бы не прожили столько, сколько уже живут. Младший Минт достает последнюю сигарету и все еще смотрит на пачку, опять заниматься поисками сигарет, все у кого они есть ни за что не отдадут свои запасы, придется отдавать морфий или другой наркотик лишь за одну, даже не пачку. Закуривает. Теодор все еще не проснулся, отрубился сразу же, как топор в первый раз прикоснулся к его руке, не выдержал болевого шока. Саймон все еще надеется, что сделал все правильно, ни разу еще не практиковал отрубание конечности после укуса ходячего, в мирной жизни врача в центре были и свои минусы. Но это Мериор заставил, сказал так уже делал, не себе, очевидно, но легче от этого не становится. Припоминается парень без руки, нашли ему простенький протез в кремниевой долине, потеряли там одного человека, пока пытались найти, но вроде они и не один протез принесли, две пару рук и больше пар ног, Саймон не знает, почему разведчики решили взять больше нижних конечностей и сейчас ему это показалось достаточно смешным. Не настолько смешным, конечно, как нынешняя ситуация, Теодору понадобиться около трех дней, что оправится, а потом приезд в город без руки, будет слишком много вопросов, придется делать рапорт за них двоих, руки то ведь правой нет, Мериор не сможет ничего написать. К тому же еще и заполнять его медицинскую карточку, для апокалипсиса слишком много мороки с бумагой. Саймон садится рядом, на другую сторону кровати продолжает курить практически истлевшую сигарету. Приезд в самое дальнее поселение как новый врач явно была не лучшая затея, особенно последующая поездка за припасами вместе с Теодором, могли же просто отправить кого угодно других за ними, не хватало спокойной жизни ему видимо, раз на заднице смирно не сидится, особенно с ним. Уехал из Центра ничего не сказав, оставив наедине со своими чувствами, Саймон сейчас думает, что надо было бы не отрубать ему руку, а оставить умирать, глядишь легче стало бы. А может и не стало, надо было ему сразу сказать, а то игра с чувствами какая-то выходит, у Теодора пара была, Мартиша хорошая девушка, а он ее взял и оставил. Минт конечно всех подробностей не знает, спрашивать у нее не хотел, выглядит она очень злой и готовой ударить в любой момент тех, кто ей не нравится, а Саймон ей точно не нравится. По слухам в записке кроме как «нам надо расстаться» ничего не было, ни слуху, ни духу от Теодора тоже, начал жизнь как разведчик здесь, сам и напросился с Саймоном вместе, точно знал, что обсуждать будут, точно собирался опять целовать. Последняя затяжка и парень прижимает бычок в пепельницу и оставляет его тлеть, совсем чуть чуть освещая. Одеяла в пунктах всегда были рядом, в ближайшем шкафу, Минт несколько раз встряхнул его и аккуратно накрыл Мериора, на улицу уже спустилась ночь, а камина в доме нет, к тому же если парень очнется первым делом ему не стоит видеть свою руку. Саймон ложится напротив Теодора накрываясь вторым одеялом, смотрит как тот хмурится, то ли от боли, то ли от кошмаров, пару раз махает головой, скорее от кошмаров, и две пряди ниспадают на лицо. Минт аккуратно подносит руку и двумя пальцами поддевает волосы, заносит их за ухо.