Падение

      Ллойд чуть расстроено смотрит на свой табель успеваемости за год. Кай заглядывает тоже, через его плечо, и думает чему там расстраиваться.       Всего одна четверка среди сплошных пятёрок. По физре.       — Учительница сказала, что не может поставить мне оценку выше, потому что я ни разу не занимался. Но ей нравятся мои рефераты, — поясняет Ллойд и аккуратно складывает листок. Он будет висеть на холодильнике ближайшие три-четыре месяца, пока не выдадут новый.       Впереди — всё лето. Пора, когда можно насладиться тёплыми деньками без какой либо школы и домашней работы. Кай очень рад этому. Теперь они с Ллойдом могут больше времени проводить друг с другом и никакие учителя не будут просить их перестать разговаривать и «не срывать урок». Вообще, Смиту по многим причинам нравится лето, но это теперь его любимая.       Что может быть лучше, чем проводить с любимым человеком больше времени?       Кай тоже вполне неплохо закончил этот учебный год. Конечно, не так хорошо, как его парень, но троек было всего две. Математика и история. Ну кто был виноват, что в первом предмете Кай сам по себе полный ноль, а второй вёл слишком консервативный учитель, не оценивший выборочный интерес к темам?       В любом случае, ему есть чем похвастаться перед родителями, которые вернулись из очередной командировки совсем недавно. В этом году он даже выглядел неплохо на фоне Нии (также, с двумя тройками по английскому и литературе — ей лучше даются точные науки). Кай с уверенностью может сказать, что это заслуга Ллойда, который выступал ещё и в роли репетитора.       Чем он только заслужил такого замечательного парня?       Это лето с уверенностью можно назвать одним из лучших, несмотря на то, что оно только начинается.       У Кая уже множество планов: более долгие прогулки с Ллойдом, в том числе как во всяких романтических фильмах, под луной, куча пикников с друзьями и поездка за город, которую так ждёт Ллойд. Она в списке дел стоит самой первой.       Поездка за город назначена на вторую неделю июня, когда будет ещё не слишком жарко. И планируется растянуть её на три дня.       Ллойд с горящими глазами слушает рассказы Кая о том озере, как только начинается месяц, и чуть ли не трясётся от нетерпения. Смит и сам заражается энтузиазмом. Даже договаривается с родителями, которые обещают созвониться со знакомой из небольшого городка, близ того озера, и договориться о ночлеге для них.       Это должны быть лучшие три дня за всю жизнь Кая.       Три дня рядом со счастливым Ллойдом, который горел идеей съездить туда вместе. С Ллойдом, который любит природу и всю неделю чуть ли не трясся, жалея, что они выбрали такую позднюю дату. С Ллойдом, который за два дня до поездки неожиданно пишет, что не сможет поехать.       С Ллойдом, который пропадает на несколько дней, заставляя волноваться ни только Кая, но и всех остальных. Он не заходит ни в одним из месенджеров, не отвечает на звонки, а потом женский голос и вовсе сообщает, что «абонент находится не в зоне действия сети» и просит перезвонить позже.       Кай на грани истерики из-за страха, что с Ллойдом может что-то случиться. Он несколько раз приходит к нему под двери и стучится почти пол часа. Никого. Ния останавливает его от звонков по больницам, потому что, ну, «это глупо и если бы с Ллойдом что-то случилось, то его мама давно бы предупредила их».       Это на самом деле страшно. Не знать, что с твоим близким человеком, где он и в порядке или нет.       Каю начинает кажется, что он слишком накручивает себя. Потому что Ния права. Но от этого особо спокойней не становится. Кай не выпускает из рук телефон, ожидая звонка или сообщения, и дёргается от каждого уведомления. И в конце концов дожидается.       Звонок раздаётся почти в двенадцать ночи, на пятый день отсутствия Ллойда.       Кай, не думая, принимает вызов, как только видит имя. Он по-началу только злиться, потому что, блять, он волновался. А потом начинает беспокоиться, особенно, когда Ллойд молчит несколько долгих секунд.       — Ллойд? Что случилось? Ты куда пропал?       Вместо ответа — тишина, какой-то шорох и судорожные вздохи. —       Чёрт, Кай, прости. Я… я просто…       — Подожди! Ты, что плачешь?       Ллойд, видимо, отводит телефон подальше от лица и снова глубоко вздыхает, пытаясь успокоиться.       — Прости. Я не хотел пропадать… просто… Мой папа сказал, что хочет, чтобы я пожил у него и… и по закону он имеет право. Прости, мне так стыдно, что пришлось отменить поездку и я не знал, как сказать…       — Ллойд…       У Ллойда, можно сказать, нет проблем с отцом. Ну, то есть до этого момента их не было, видимо. Он просто не появлялся в его жизни чуть ли не с самого рождения. Просто исправно платил алименты, а с Днём Рождения или Рождеством никогда не поздравлял. Ллойд хорошо справлялся с его отсутствием в своей жизни и перескочил через этот сложный этап загонов по этому поводу. Внимание отца сполна компенсировала любящая мать, уделявшая достаточно много внимания своему ребёнку.       Всё было хорошо. До этого момента.       — Ты долго будешь у него?       — Не знаю. Он хочет, чтобы я стал наследником его компании или типа того. Не знаю, что хуже, что он появился только сейчас, или что хочет, чтобы я резко стал подходящим для этого.       — Ты можешь высказаться мне. Что он ещё говорил?       — То, что…       Ллойд резко замолкает и Кай слышит, как открывается дверь и следует вопрос почему он ещё не спит.       — Я… мне звонила мама. Я уже укладываюсь, — врёт Ллойд и дальше говорит уже снова в трубку. — Спокойной ночи. Люблю тебя.       И скидывает.       Кай смотрит в потолок и гудкам отвечает:       — И я тебя. Очень сильно люблю. Спокойной ночи.       Он сможет теперь заснуть. С Ллойдом всё более-менее хорошо.       Ну, Кай так думает.

***

      Ллойд больше не пропадает, что уже хорошо, но отвечает едва ли пятью сообщениями за день. И сухо.       Чаще всего это был совсем краткий отчёт о событиях дня, или ответ на какой-то встречный вопрос вопрос.       Да, у меня всё хорошо.       Думаю, скоро вернусь домой.       Ну, заставил читать какие-то документы.       Ага, я тоже надеялся отдохнуть летом.       Несколько раз за месяц с лишним они созванивались. По вечерам, когда у Ллойда больше не было дел. Он особо не распространялся о том, что отец заставляет его делать кроме совсем обыденных вещей, но его голос в телефоне всегда был очень уставший. Иногда было слышно, как он дрожал, или глубоко вздыхал. Однажды Ллойд заснул во время звонка и Кай растерялся от незнания, что должен делать. Ллойд был таким уставшим и измотанным, что даже не отключился. Он просто заснул. Кай слышал его мирное сопение. И не знал, что делать. Может, ему стоило разбудить его, чтобы Ллойд хотя бы поставил телефон на зарядку? Но будить его не хотелось.       Смит порядком десяти минут просто не мог скинуть вызов, или сказать что-то. Он тихо затаился, прижав телефон к уху и слушал.       — Знаешь, я очень соскучился. Не могу дождаться момента, когда ты вернёшься. Думаю, мы ещё успеем съездить на озеро. Там очень красиво, ну ты знаешь, — Кай говорил шёпотом, чтобы случайно не разбудить парня по ту сторону звонка. Он глянул на время. Уже было действительно поздно. Неудивительно, что Ллойд вырубился. — Ладно, мне тоже пора спать, но знаешь, я очень сильно люблю тебя. Даже не могу описать как. Ты для меня, прямо как звезда. Далёкая и очень притягательная. Боже, я не знаю, что говорю. Мне действительно пора спать. Так что, спокойной ночи, Ллойд. Спи сладко. Надеюсь, мы скоро встретимся.       Каю не терпится вновь встретиться со своей звездой.       Для этого приходится ждать чуть ли не месяц с лишним.       Однажды звонок от Ллойда раздаётся не вечером.       Жаркий июльский день, даже кондиционер не спасал в такую погоду. По телевизору синоптики уже второй день обещали дожди, но на небе не было ни облачка. Майя переключает канал.       Звонок раздаётся сначала вибрацией, а потом начинает играть мелодия — саундтрек из какого-то фильма. Кай не ожидал, что Ллойд может позвонить сейчас, едва ли за обед, поэтому берёт телефон в руки не сразу, лениво из-за зноя, но как видит имя тут же подскакивает со своего места на диване и бежит в свою комнату.       — Хэй, Ллойд! Как ты? Ты сегодня рано.       — Привет. Я… я дома. Можешь, пожалуйста, прийти?       Голос у Ллойда странно дрожал и, может, Каю следовало отказаться, но в мыслях этого не было.       — Мм, думаю, минут через десять-пятнадцать буду, сойдёт?       — Да, конечно. Иии, Кай?       — Да?       — Я очень скучал.       Кай не соврал. Он бежал, так быстро, что действительно смог уложиться во время. В лифте он проклинал его, потому что не может ехать быстрее, а перед дверью уже пытался отдышаться и не мог понять: стучит ли его сердце так сильно, потому что он вот вот сейчас задохнётся или от того, что наконец увидит Ллойда. Это волнительно. Очень.       Несколько нажатий на звонок и за дверью слышится шлепанье босых ног по полу и дверь распахивается.       Ллойд тут же кидается на Кая, намереваясь, кажись, задушить его в самых крепких объятиях.       Но тут играет не только то, что он соскучился. Кай, к сожалению, не сразу замечает это и, не разрывая объятий, ковылеят в квартиру, шатаясь из стороны в сторону.       За мыслями о том, как же это приятно, снова обниматься с ним, Смит не сразу понимает, что сам Ллойд дрожит, а футболка, куда парень вжался лицом, начала намокать не только от пота.       Как замечает — впадает в ужас.       Смит отстраняет Ллойда от себя как можно аккуратнее, чтобы заглянуть ему в лицо, опровергнуть догадки. Но нет. У Ллойда правда красные глаза и слёзы вокруг них.       — Ты… так рад меня видеть, да ведь? Ллойд качает головой и поджимает губы, чтобы не зареветь в голос.       До Кая наконец доходит, что всё намного хуже, чем ему казалось.       Он аккуратно доводит его до дивана, придерживая за локоть, и, как только они садятся, Ллойд тут же снова прижимается к нему.       У Кая никогда не было нужды успокаивать плачущего человека, он просто банально не знал, что делать. Даже в детстве, когда Ния плакала, что бывало редко, ему не нужно было её успокаивать, ей это было просто не нужно. Но сейчас Ллойд очевидно нуждался в поддержке, которую Кай не знал, как дать ему.       — Ну же, Ллойд. Скажи что случилось, всё хорошо. Помнишь, я говорил, что ты всегда можешь выговориться мне и я сделаю всё, чтобы помочь?       Ллойд угукает, но плачет ещё несколько долгих минут, пока наконец не отстраняется, натягивая рукава на ладони и вытирая ими лицо.       — Почему он хочет, чтобы я был не собой, а кем-то более идеальным? Ему же всегда было всё равно, так почему?       — Ллойд…       — Почему, Кай?       Ллойд убирает руки от лица, но Кай не смотрит на него. Он смотрит на его рукава серой кофты, где проступают красные пятна.       Пятна крови.       — Ллойд, что у тебя с руками?