Падение

      Ллойд справляется хорошо, как подмечает Кай. Хотя бы в первую неделю. Он выполняет каждое задание, которое им дают на дом, и готовится к каждому тесту, которые выдают на уроке, чтобы проверить как много ученики забыли за это лето. Сам же Кай каплю халтурит, списывая домашнее задание или с интернета или у одноклассников перед самими уроками. Некоторые предметы у него общие с Ллойдом и их они делают вместе.       Уроки иногда тянутся очень долго, а учителя говорят что-то заумное и нудное, но Кай честно отсиживает всё, чтобы на переменах скидывать учебники в рюкзак и срываться с места в коридор, на поиски Ллойда. Особенно во время обеда.       Пока тепло они выходят на задний двор все вместе, кто с подносами, кто с едой из дома. Всё-таки, обед это лучшая часть школы. Правда, иногда и на нём Ллойд умудряется достать какой-нибудь учебник, чтобы не терять время. Кай уже давно приспособился пользоваться этим, чтобы любоваться им. Особенно он любил моменты, когда Ллойд либо отрывался от учебника и подставлял лицо ещё тёплым лучам солца, наслаждаясь, либо, когда он отлекается, потому что краем уха услышал какую-нибудь шутку Джея и начал смеяться.       Это просто было время, которое Кай ценил. Как и их посиделки наедине и совместные, прогулки по вечерам и походы в кафе всей компанией. Ему нравилось проводить время, находясь, со своими друзьями. И нравилось при них брать Ллойда за руку.       Они с самого начала не скрывали свои отношения, тем более, когда твоя проницательная сестра встречается с самым болтливым парнем — вероятность того, что в первый же день в общем чате появятся чересчур эмоциональные сообщения, чуть выше. Оба не были против, ведь доверяли друзья. Никто их, конечно же, не стал осуждать, но шуток и подколов, особенно первое время, избежать не удалось. Ллойд также быстро понял, что Каю нравится демонстрировать свои чувства к нему при всех, и усердно боролся со стеснением, стараясь не краснеть, когда Смит прилюдно целовал его в щёки, брал за руку или обнимал за талию.       И иногда Ллойд даже сам не боялся действовать.       Один из самых запоминающихся примеров — середина сентября, очередные выходных. Только-только начинало холодать, но мир вокруг всё ещё оставался зелёным, а днём так вообще казалось, что лето ещё продолжается.       Они гуляли все вместе, сначала по парку, а потом коллективно решили остановиться на одной из детских площадок, которая пустовала полностью к тому моменту.       Главной целью всех стали две качели, до которых особо заинтересованные побежали на перегонки, так как только двое избранных смогут занять сидения.       Кай побежал тоже. И ему повезло занять одну из качелей. Рядом уместился Коул, который, кажись, для победы не сильно пихнул Джея в сторону.       Спокойно подошли остальные. Несколько человек облюбовали скамейку, стоявшую неподалёку, а кто-то карусель рядом.       Ллойд встал рядом с Каем, и Смит спросил:       — Хочешь сесть?       Ллойд кивнул и Кай начал подниматься, но Гармадон не стал дожидаться, когда освободится место и, с некой неловкостью, сел прямо на колени парню. Лицом к лицу. Оба тут же покраснели, ещё и Колу с боку присвистнул. Оба синхронно обернулись к нему, со взглядом аля «не мешай» и Коул понял намёк.       До Джея взгляд не дошёл.       — Ллойд собирается прокатиться на Кае?       Ния тут же закатила глаза и пихнула своего парня в бок, что-то прошептав ему на ухо, и, в общем-то, больше никто не стал ничего говорить по этому поводу. Все просто молча умилялись их взаимодействию.       Кай с Ллойдом немного посидели в неловкой тишине, а потом Гармадон спросил:       — Так ты толкнёшься?       Кай сглотнул и только кивнул. Он знал, что если попробует что-то сказать, то голос будет дрожать.       Перед тем, как начать двигаться, одной рукой Смит обнял Ллойда за талию. Для удобства, конечно же.       Улыбаясь, он оттолкнулся от земли.              Ллойд одним щелбаном повалил ферзя на доску, довольно улыбаясь своей победе.       Кай вздохнул и поставил свою фигуру на место, тыкая пальцем в ладью, о которой все благополучно забыли, а потом срубает ей пешку, загнавшую короля в угол. Гармадон тут же меняется в лице.       — Прими поражение с достоинством! Ну же! Ты же сам видишь, что у тебя максимум два хода.       — Ну уж нет! Я буду биться до конца!       Ллойд скучающе ставит ферзя на клетку ниже, чтобы продемонстрировать, что у соперника остался один ход для короля. В право.       — Ты специально! А ведь мог уже мат поставить. Мы и так почти час играем.       Ллойд улыбнулся. Конечно, специально, это же игра. Кай на это фыркнул. Спустя час напряжённой игры, где просчитывался каждый ход, это и наскучило и раздражало. Не придумав ничего лучше, чтобы закончить игру без оглашения победивших и проигравший (хотя это было очевидно), Кай повалил Ллойда на спину, задевая собой доску и роняя фигуры на пол. Для большего эффекта ещё и начал щекотать его.       Ллойд громко смеялся и хлопал его по спине, пытаясь отпихнуть от себя.       — Так не честно! Нечестно! Пусти меня!       Но задорная улыбка не сходила с его лица. Резко, он перестал сопротивляться и начал смотреть куда-то за спину Кая.       — Снег, — шёпотом.       Кай обернулся.       Действительно. Снег.       За окном всё было белым и, если приглядеться, было видно, что с неба и правда медленно опускаются снежинки. Оба одновременно подорвались к окну, чуть не упав, из-за разбросанных шахматных фигур.       — Как-то рановато для первого снега, — подметил Кай, а Ллойд на это пихнул его в бок, не отрываясь от вида.       — Да понятно, что он растает, ещё ж даже листва полностью не опала.       Сентябрь — действительно рановато для снега, даже если это его конец. Сквозь снежинки был виден ещё рыжий парк, а под окнами у Ллойда так и вовсе росло какое-то дерево, которое еще не полностью пожелтело и даже не начало скидывать листву.       — Красиво, — сказал Ллойд.       — Красиво, — в тон ему согласился Кай.       Снег шёл не долго, а через несколько часов от него не осталось и следа, только кучка луж и грязь, которые Кай старательно обходил, тем временем, как Ллойд чуть ли не прыгал в них, не боясь запачкаться. Смит беспокоился лишь о том, что он может промочить ноги и заболеть, так что уже строил планы, как будет отпаивать его чаем, когда они дойдут до дома. Сейчас, он лишь не слишком навязчиво отводил блондина в сторону.       Ллойд же через чур стремительно пытался не пропустить ни одной лужи. Кай догадывался почему, но хотел, чтобы это были только догадки, чтобы это всегда были только они.       — Обязательно во все лужи залазить? Он пожал плечами и наигранно улыбнулся, отводя глаза.       — Да, это весело.       Иногда Кая сильно раздражало собственное бессилие или через чур апатичный настрой, как будто он совсем не мог ничего сделать, как будто он не хотел этого, что было вовсе не так. И страшно было признать, что иногда его раздражало, что Ллойд был и сам бессилен и апатичен.       Если не прекратить прямо сейчас думать об этом, то он уйдёт в дебри мыслей, не самых приятных и тёмных. Так что, Кай отвлекается и думает, что теперь надо быть чуть повнимательнее.       Ллойд скажет, что даже не заметил, что болеет.