Падение

      Ния хлопает брата по плечу, как только дверь за родителями закрывается. Очередная командировка. Девушка весело улыбается.       — Теперь можешь спокойно приводить Ллойда к нам. Только меня предупреждай.       Кай на это только хмыкает и возвращается в свою комнату.       Он так и не сказал ей, что они уже как две недели расстались. Наверное, Ния бы обновила ему фингал под глазом, если бы узнала, что он сказал Ллойду. По правде, он этого заслужил.       Все профессиональные психологи, чьи статьи он читал, укоризненно говорили ему, что он пиздец как облажался, всплывающими кусками текста в его голове. И скриншотами в галерее. Наверное, они бы тоже были не прочь обновить, или поставить новый фингал.       Заслуженно. Ему и себе самому хотелось врезать. .       Эти две недели были адом.       Ллойд не выходил на контакт, а если разговаривать приходилось, то он отвечал односложно, кивал головой и старался избегать этого. На сообщение он не отвечал, только читал их. Причём со всеми остальными ребятами он продолжал общаться спокойно, но в общем чате выходил из сети, как только Кай начинал что-то печатать. Также он отсел за другую парту, а в столовой больше не садился рядом, если вообще ходил туда. Ллойд, как будто, вообще старался по максимуму исключить пребывание Кая в его жизни, даже не смотрел на него, если они оказывались рядом.       Это было… обидно, после всего, что их связывало.       После всех этих улыбок, звонков, ночных разговоров, поцелуев, объятий и слов. После всех минут, что они были вместе. Кай не мог смириться с тем, что потерял Ллойда после всего. Он слишком долго был влюблен в него и слишком сильно продолжает его любить.       Только вот, сам Гармадон не соглашался на встречи, чтобы поговорить. Это убивало.       Он не мог остаться без своей звёздочки, которая светила ему так ярко, что могла согреть этим.       Ния заходит в комнату через несколько минут, без стука, как она обычно это делает, и садится рядом на кровать.       — Вы всё-таки поругались, да? Наверное, было сложно не заметить, что они с Ллойдом отдалились друг от друга, хотя раньше старались проводить вместе как можно больше времени.       — Зришь в корень проблемы, сестрёнка.       — Я могу больше. Ты ещё в этом и виноват?       Кай кивает, улыбаясь проницательности сестры, и она продолжает.       — Мы тоже с Джеем иногда ругаемся, но всегда миримся. Наверное, это потому что даже я ради него готова уступить. И он. Думаю, тебе тоже стоит попробовать.       — Было бы всё так легко. — Смешок. — Я реально сильно облажался и я пытался помириться, но он, помоему, даже видеть меня не хочет.       — Что ты ему сказал? Кай думает, может ли он рассказать Нии о том случае, всё же Ллойд сам не хотел, чтобы кто либо знал о его проблемах с самоповреждением. Но это ведь Ния. Она умеет хранить чужие секреты, а самому Каю уже тяжело держать всё в себе.       — Я сказал, что меня раздражает как он себя ведёт. И что он ничего не делает, чтобы перестать вредить себе.       Ния замирает на долгую, мучительную секунду, а Кай успевает истерзать себя ожиданием реакции сестры.       В следующую секунду Ния со всей силы даёт ему подзатыльник.       — Ты серьёзно?       — Да. Тоесть, да я так сказал, но я не был просто зол из-за отца и сорвался.       Девушка поджимает губы.       — Уходи вон из квартиры. И не возвращайся пока не помиришься с ним.       — Что? Ты сейчас серьёзно? Я же сказал: «он даже видеть меня не хочет».       — Мне плевать, Кай. Ты реально облажался. Так что видеть тебя не хочу, пока ты не извинишься перед ним. Хотя бы.       — Я уже пытался и это не сработало.       Ния толкает его, вынуждая встать с кровати, а потом смотрит, как он обувается.       Дверь счёлкает, оповещая, что теперь открыть её можно только изнутри. В этот момент Кай понимает, что Ния серьёзно намерена не впускать его назад, пока он не исправит положение.       Кай вздыхает, нажимая кнопку вызова лифта.

***

      Ллойд открывает дверь не сразу. Только, когда Смит повторно нажимает на дверной звонок, разнося его дрель по всей квартире, раздаются шаги.       — Привет, Кай. Я сейчас немного занят, так что-       — Погоди, нам правда нужно поговорить. Ну, то есть мне хотя бы нужно извиниться.       — Хорошо, только, давай не сейчас.       В ногах раздётся звонкое мяу. Генри. Кай хотел опустить на него взгляд, но цепляется за тёмные пятна на рукавах Ллойда.       — Твои руки…       — Не важно, я сам разберусь.       Ллойд хочет закрыть дверь, но Кай ставит ногу и тут же заходит в квартиру. В висках пульсирует. Конечно. Он смотрит на кровоточащие порезы, схватив того за руку и подняв рукава. Ллойд вырывает руку и молчит.       Конечно.       Ситуация кажется просто смешной.       Что он может сделать? А что должен?       После того, что он сказал ему тогда, Кай не имеет права говорить что-то сейчас. Поэтому, он только спрашивает:       — Ты обрабатывал уже?       Ллойд качает головой.       — Ещё нет.       — Я помогу, — и тут же добавляет, — если хочешь.       Гармадон сначала хочет возразить, но не делает этого. Позволяет вести себя сначала в ванную, где порезы промываются проточной водой, а потом в комнату, где Кай проходится по ранам ваткой с антисептиком, дует, чтобы щипало не так сильно, и заклеивает сверху пластырями. В аптечке остались только детские, так что Ллойд выглядит забавно с цветными пятнышками на руках и динозаврами. Тоесть, мог бы выглядеть забавно, если бы не причина.       Когда с последним порезом было покончено, Ллойд говорит:       — Ты псих, Кай.       — Да? И почему?       — Говоришь одно, а делаешь по-другому. — Ллойд говорит как-то отсранённо, параллельно ложась на спину и утягивая Кая за собой, заставляя лечь на себя. И шепчет куда-то в шею. — Переспим?       Кай усмехается, конечно, его телу это нравится.       — Я вообще-то пришёл извиниться.       — Замечательно, — Ллойд стаскивает кофту и Кай старается не отставать. — Так и извинишься.       Не смотря на то, что Ллойд слишком спешит, Кай останавливается и целует его. Ему нужно было это сильнее, чем пища и вода последние недели две. Смит так сильно скучал по этим хорошо изученным губам, что простонал от удовольствия в сам поцелуй. Ллойд же медлить не хочет, извивается под ним, стараясь поскорее избавиться от одежды. Кай даёт ему это, позволяет стянуть с себя нижнее бельё и стягивает сам.       Несколькими ловкими движениями рук, Смит доводит всё до надлежащего состояния.       На пробу один пальце — туго. Они ведь давно не занимались сексом, поэтому растягивать приходится почти заново. Ллойд расслаблен и весь красный, он сжимает бёдра Кая своими коленками и тянет к себе за плечи.       Нет, — на секунду думает Смит. Не этого он хотел, когда шёл мириться.       Но Ллойд тут же целует и голову как будто сносит.       Гармадон толкается навстречу нескольким пальцам и Кай решает, что он готов.       — У тебя остались презервативы?       — Да, с прошлого раз, — Ллойд ненадолго переворачивается и приподнимает матрас, откуда вытаскивает пакетик из фольги.       Кай пользуется этим. Выхватывает презерватив и, перекинув через парня бёдра, раскатывает его по эрегированному органу. Ллойд ойкает и устраивается поудобнее.

***

      Ллойд почти заснул, прижавшись щекой к груди вновь своего парня, пока Кай перебирал его пальцы, растирая костяшки. Гармадон уже давно прикрыл глаза и не видел каким тоскливым взглядом Кай рассматривал пластыри на руках; не видел, как одними губами он шептал извинения, повторяя одно и тоже десятки раз.       Неожиданно полумрак комнаты разрезал включившийся телефон. Кай аккуратно взял его, стараясь шевелиться, как можно меньше, но Ллойд всё равно открывает глаза.       Ния спрашивала собирается ли он домой и, вообще, есть ли у неё причины впустить его.       — Пойдёшь? — спрашивает Ллойд?       — А что? Могу остаться?       Ллойд вместо ответа снова жмётся к нему, обнимая крепко-крепко, словно не хочет больше никогда вставать с кровати и отрываться от него.

«я останусь на ночь у Ллойда»