Medicine for magic / Лекарство для магии

«Ловушка» — это было первым, что мелькнуло в голове у Гермионы, когда она увидела, как чёрная фигура обернулась и посмотрела прямо на то место, где стояли они с Джинни. Будто этот человек точно знал их местоположение. А когда рядом появились остальные и незнакомец подал голос, обращаясь непосредственно к девушкам, её сердце и вовсе сделало кульбит. Он знает. Мерлин, он знает! Она протянула руку вбок, касаясь локтем груди рыжеволосой, будто бы загораживая ее собой и сделала аккуратный шаг назад, призывая ту, отступить вслед за ней. Кто-то из пожирателей, словно отзеркаливая их жест, сделал шаг навстречу. Его серебряная маска сверкнула в лучах, просачивающегося сквозь битые стекла, солнца. Он сделал вид, что пошатнулся и вот-вот упадет, затем схватился за живот и рассмеялся. Это была издевка. Толпа подхватила его смех и залилась хохотом. Голоса были мужские. Грейнджер нервно сглотнула подбирающийся к горлу комок и громко вскрикнула.  — Бежим! Джинни тут же схватилась за рукав подруги и взмахнув волшебной палочкой послала в сторону пожирателей какое-то ослепляющее заклинание в надежде, что оно отвлечет их, а сама ринулась поскорее уносить ноги, вслед за Грейнджер, по уже знакомому маршруту. Звуков погони не было и это показалось Гермионе слегка странным, однако она не намеревалась останавливаться. Они почти добежали до расщелины в кирпичной стене, как вдруг из нее показалось еще две высоких фигуры в темных мантиях. Вот, дьявол. Девушка резко остановилась, от чего Джинни, чуть ли не врезалась в неё, а затем метнулась в тёмный коридор и завернула за угол.  — Нужен другой план. Они нас поймают! — пролепетала Джинни.  — Какой? — Гермиона обернулась через плечо, чтобы убедиться, что за ними нет хвоста.  — Нам нужно стереть друг другу память.  — По твоему — это план? — девушка нахмурила брови и тут, послышались шаги, — Стой! — она шикнула, прижалась спиной к стене и начала прислушиваться.  — Если мы окажемся в плену, сама-знаешь-кто захочет залезть в наши головы и узнать, где остальные. Нам не нужно стирать всё. Только…  — Хочешь, чтобы я стёрла воспоминания о том, где находится лагерь? Джинни, поджав губы, одобрительно кивнула. Она права. Они не могут так рисковать. Если их поймают, на карту будут поставлены не только их собственные жизни, но и жизни бывших членов Ордена, включая всё семейство Уизли.  — Я верю тебе, Гермиона, — она схватилась за кисть подруги и поднесла кончик ее волшебной палочки к своему лбу, — пожалуйста, сделай это. Девушка глубоко вдохнула и медленно выдохнула через рот, складывая губы трубочкой, пытаясь сосредоточиться и четко произнести нужное заклинание.  — Обливэйт. Она крепко обхватила рукоять палочки и медленно потянула ее на себя, словно пыталась поддеть нужное воспоминание крючком и выловить его из памяти Джинни. Спустя несколько секунд, от лба девушки за концом палочки потянулась маленькая, светящаяся голубоватым цветом нить. Как только Гермионе удалось извлечь ее полностью, нить растворилась в воздухе и исчезла.  — Помнишь, где был наш лагерь? — спросила гриффиндорка, слегка потрясывая рыженькую за плечо.  — Нет, я не помню. Голова болит, — девушка скривилась, потирая ладонью свой висок.  — Это нормально. Сработало. Теперь твоя очередь. Уизли сосредоточилась и повторила все тоже самое с разумом Гермионы. Когда они убедились, что нужный фрагмент памяти удалён, снова послышались чьи-то приближающиеся шаги.  — Миледи, вы только что почтили нас своим присутствием и тут же сбегаете? Это не вежливо, так быстро уходить, не попрощавшись. Вы так не считаете? — произнёс незнакомый голос. Джинни зажала рот рукой, боясь издать какой-нибудь звук, а Гермиона задержала дыхание, прижимаясь к пыльной стене. Из глубин тёмного коридора показались два огонька.  — Выходите, кисы, и может быть тогда мы не сделаем вам больно. Ага, как же. С каждой секундой шаги в коридорах становились всё ближе и ближе. Напряжение нарастало. Кровь стучала в висках, а сердце, казалось, вот-вот покинет грудную клетку. Гермиона закрыла глаза, пытаясь успокоиться, нахмурила брови и нервно сглотнула. Создавалось ощущение, словно девушка и стенка, к которой она прижималась, стали одним целым. И тут, внезапно, наступила полная тишина. Джинни вопросительно взглянула на подругу и, боясь издать лишний звук, кивнула в сторону коридора, откуда несколько минут назад доносились топот и мужские голоса. Гермиона пожала плечами, не уверенная в том, что им следовало делать. Совершенно очевидно то, что нужно было уносить оттуда ноги, вот только наступившее затишье вызывало подозрение. Но деваться было некуда. Нужно было как-то выбираться. Они всё также молча, на цыпочках, одна за другой скользнули в дверной проём и вышли в тёмный коридор. Воспользоваться волшебными палочками для того, чтобы осветить себе путь было слишком рискованно. Их могли заметить. Они обе это понимали и шли практически вслепую, опираясь руками о стенку. Откуда-то сзади раздался раскатистый стук. Девушки синхронно оглянулись. Позади них появилось двое пожирателей, которые спешно направляли в их сторону палочки.  — Потерялись, кисы? — один из них, судя по тембру голоса — усмехнулся и вознёс свою палочку для применения заклинания, — Остолбеней!  — Протего! — рыжеволосая среагировала молниеносно и отразила заклинание противника. Между девушками и этими двумя завязалась битва. Они то и дело применяли защитные чары, в попытках сдержать оборону, посылая в ответ пожирателям обезвреживающие заклинания. Стоит отдать должное, обе стороны прекрасно сражались и искусно владели своей магией, однако, это не могло продолжаться бесконечно.  — Бомбарда максима! — Гермиона замахнулась и взрывное заклинание полетело прямо в стенку рядом с пожирателями, буквально разнося её. Обломки со штукатуркой и кирпичами полетели прямо на них, а ударная волна была такой сильной, что девушки отлетели в сторону и саданулись об соседнюю стену. Гермиона начала вставать, опираясь локтями об пол. Её лоб пронзила режущая боль. Она коснулась его пальцами и на коже остались следы крови, но сейчас это мало волновало её. Она огляделась. Те двое пожирателей лежали без сознания на полу, их тела были припорошены строительной пылью и бетонными обломками. Она облегчённо вздохнула. Одной проблемой меньше. Но где Джинни? Послышался женский вскрик. Гермиона подняла свою палочку и побежала на голос подруги. Она завернула за угол и в ужасе увидела, как кто-то волочет Джиневру за волосы, (которые начинали постепенно рыжеть и принимать свой истинный облик), вслед за собой. Девушка хваталась за руки пожирателя, в попытках ослабить его хватку, но это было бесполезно. Гермиона атаковала заклинанием, но парень в маске отразил его и лишь усмехнулся.  — И это всё, на что ты способна? Смешно. Джинни схватила половинку кирпича, валяющуюся неподалёку, и с силой ударила ей по кулаку пожирателя, сжимающего её волосы. Тот вскрикнул от боли и инстинктивно разжал кулак.  — Вот же сука! — взревел он обхватывая свою ладонь.  — Посмейся ещё, — выплюнула Гермиона и направила палочку на него, — Депульсо! Тело в маске отлетело в сторону, Джинни тем временем пыталась нащупать на полу свою палочку, как вдруг, откуда не возьмись, появилось ещё два чёрных капюшона. Господи, сколько же их здесь? Один из них схватил Джинни и вжал её грудью и лицом в стенку, схватил за запястье и произвёл захват руки за спину. Девушка простонала. Сопротивляться в таком положении было больно. Вторая рука пожирателя поднесла к её шее палочку.  — Сдавайся, или твоей подружке не поздоровится, — процедил парень сквозь зубы, продолжая прижимать её к стене. Тем временем, как его напарник направлял палочку на Гермиону.  — Не слушай его, Ге… Ах!!! — девушка вскрикнула и её глаза закрылись, а тело резко обмякло. — Убери от неё, свои грязные руки! Ты!.. — Экспеллиармус! — напарник отчеканил заклинание и палочка Гермионы вылетела у неё из рук. — Тихо-тихо, моя хорошая, — прошептал парень подхватывая тело Джинни на руки, закидывая его себе на плечо. Она была готова поклясться, что эти голоса казались ей знакомыми. Но сейчас было не самое подходящее время думать об этом. Гермиона не собиралась просто так сдаваться. Она рванула с места и побежала прямо на пожирателей, в попытках предпринять хоть что-то. Как вдруг из дверного проёма высунулась чья-то рука и обхватила её за шею, толкая назад. Спустя долю секунды, девушка ударилась затылком об землю и оказалась вжатой в холодный пол. Голова раскалывалась, а в глазах начало темнеть. Жгучая боль пронзила то место, где с силой сжималась рука незнакомца. Гермиона прилагала все свои силы, чтобы разжать и оттолкнуть её, но все попытки были тщетны. Последнее, что она запомнила, прежде чем погрузиться во тьму, это серые глаза с голубой крапинкой и несколько прядей светлых волос, выглядывающих из-под серебряной маски Пожирателя Смерти.

***

Девушка поёжилась. Её лицо скривилось в гримасе боли, когда она попыталась приоткрыть отяжелевшие веки. Вокруг была тьма. Дышать почему-то было тяжело. Спустя пол минуты, Гермиона поняла — почему. На её голову был надет какой-то мешок. Она приоткрыла губы и принялась глотать ртом воздух, в попытке отдышаться. В ушах стоял шум, а шею продолжала пронзать жгучая боль, словно кто-то плеснул на неё раскаленным маслом. Ей хотелось прикоснуться к ней и понять, в чём же дело. Она задержалась и обнаружила, что её руки связаны за спиной. Вот чёрт. Чёрт. Чёрт. Чёрт! К горлу подступал комок от нарастающего приступа паники. Гермиона понимала, что если она сейчас не успокоится и не выровняет своё дыхание, то просто задохнётся в этом дурацком мешке. Она попыталась сесть, оттолкнувшись корпусом и помогая себе руками сзади. К её счастью, ей удалось нащупать холодную стенку позади неё и опереться спиной. Так намного легче.  — Очнулась! — раздался чей-то мужской голос впереди. Послышались шаги по направлению к ней. Она готова была поклясться, что этот человек уже стоял перед ней.  — Ну что, Блейз, посмотрим, какой у нас улов? Улов? Ну конечно! В момент сражения, обе девушки находились под оборотным зельем. И одному только Мерлину известно, сколько они были без сознания. Логично, что зелье уже выветрилось, возвращая им их истинный облик. Послышался звук стягивающийся ткани где-то сбоку. Шаг к ней, а затем Гермиона почувствовала, как лоскут ткани прошёлся по её лицу. Глаза прорезало от яркого света. Мешок с её головы был снят, она поёжилась.  — Чёрт возьми! — воскликнул Кормак Маклагген, выпучив глаза, — Не уж то сама Гермиона Грейнджер, собственной персоной. И… — он перевёл взгляд на рыжую девушку, сидящую рядом, — Джинни Уизли. Какой сюрприз!  — Могу сказать о тебе тоже самое, Кормак, — скривилась Грейнджер с отвращением взглянув на софакультетника, — Решил в Пожиратели Смерти податься? Знаешь, меня это даже не удивляет. Ты так предсказуем.  — Всё очень просто, Гермиона. У меня был выбор. И я выбрал сторону тех, кто побеждает. Но в отличии от бедняжки Финнигана, решил пойти дальше, — он закатил рукав мантии и продемонстрировал чёрную метку на своём предплечье. Видок у него был такой, словно ему вручили медаль. И от этого девушке стало ещё противнее. Она шмыгнула носом и отвела взгляд. Предатель. Он и раньше-то не вызывал у Гермионы явного восторга. Но этот поступок напрочь отбивал у неё желание даже смотреть на него. Кормак же, словно заметив это ухмыльнулся, и присел рядом на корточки, однако его ладонь потянулась вовсе не к Гермионе, как она ожидала, (даже зажмурила глаза), а к Джинни, приподнимая её лицо за подбородок. Девушка рыкнула и укусила его за запястье. — Ай! — он вскрикнул и отдернул руку. На его коже остался отпечаток от её зубов. Маклагген обхватил её за шею и подставив к ней кончик своей палочки ехидно выплюнул, — Ах ты, рыжая сука! Ты за это поплатишься! — Полегче, Маклагген, — усмехнулся Блейз Забини хватая его за воротник мантии и слегка оттягивая назад, это заставило бывшего гриффиндорца ослабить свою хватку, — Если ты не забыл, это я её поймал. А это значит, она — моя игрушка, а не твоя. — Игрушка?! Пошёл ты, — выплюнула Джиневра, с отвращением взглянув на мулата. Он лишь усмехнулся.  — Поаккуратнее с выражениями, рыжик. Будь на моём месте кто-то другой, твоё прекрасное конопатое личико уже бы не было таким прекрасным. Поэтому, советую выбирать слова, если не хочешь за них ответить.  — Боюсь-боюсь, — саркастично пролепетала Джинни.  — Ребята, это полный джекпот. Участница Золотого трио и… подружка Поттера. Какая прелесть. Тёмный Лорд будет доволен. Гермиона посмотрела в сторону, откуда доносился ещё один голос и увидела темноволосого парня, который стоял, опираясь о стенку и скрещивал руки на груди. Его лицо озаряла довольная ухмылка. Тёмно-карие глаза сверкали любопытством. Он оттолкнулся от стены и тоже подошёл поближе, чтобы хорошенько рассмотреть пойманных девушек.  — Симус Финниган явно кретин, не умеющий заметать за собой следы. Однако, стоит отдать ему должное, если бы не он, мы бы вас не поймали. В голове Гермионы снова появился образ юноши, подвешенного за руки, тело которого было сплошняком усеяно ссадинами и следами побоев. Она зашипела, пропустив воздух сквозь зубы, дёрнула головой в сторону, отгоняя это ужасное воспоминание прочь и поджав губы спросила:  — Что вы с ним сделали?  — А тебе всё скажи, Грейнджер, — Макклаген перевёл взгляд на неё и уголочек его рта приподнялся в кривой усмешке, — Скажем так, ему воздалось по заслугам. Гермиона резко дернулась, ей хотелось двинуть Маклаггена головой в челюсть. Да так, чтоб губа треснула, настолько она злилась. Сердце бешено колотилось в груди, забрасывая в кровь адреналин. Да как они могли? Напасть целой бандой на одного человека и избить его до полусмерти? Парень заметил её маневр и вовремя отпрял, из-за чего гриффиндорка промазала и повалилась на пол, падая на живот и ушибая свою щеку. Девушка зажмурилась от неприятного ощущения и пропустила воздух сквозь зубы.  — Вот вы подонки.  — Эй, выбирай слова, грязнокровка! Малфой вовсе не обрадуется, если вдруг решит, что мы захотели подправить твоё и без того обшарпанное личико без его разрешения, — усмехнулся Теодор Нотт. Он вцепился в плечо Гермионы и усадил её на место. Взгляд его карих глаз скользнул по её лицу и остановился на том месте, куда пришёлся удар об пол, — Допрыгалась. Теперь будет синяк. Надеюсь, ты довольна?  — Знаешь, Нотт, а не пошёл бы ты со своей псевдо-заботой в за… Она не успела договорить, потому как Нотт сжал её челюсть и засунул ей в рот платок, в который было что-то завернуто, за счёт этого Гермиона, при всём своём желании, не могла выплюнуть его изо рта. Она простонала. Теодор закатил глаза.  — Впредь будешь поменьше раскрывать свой грязнокровый рот. Тебя это тоже касается, Уизли. Не советую брать пример с подруги. Так что сидите тихо и не рыпайтесь.  — Значит, её схватил Малфой? Я думал, он на другом задании. Разве он не должен быть на фронте? — задумчиво спросил Кормак. И правда. Гермиона стала припоминать. Светлые волосы. Серые глаза… Когда Забини говорил о том, кто кому принадлежит, гриффиндорка испугалась, что досталась этому придурку Маклаггену. А потом, оказалось, что её поймал вовсе не Кормак, а Малфой! Она присмотрелась. Волосы у Маклаггена были темнее и больше походили на русый, чем на светлый. Радужки глаз имели зеленоватый оттенок, а не металлически-серый. Всё сходится. Вот только одному Мерлину известно, какой вариант был лучше, а какой хуже. Слизеринца она на дух не переносила ещё с первого курса, и следует отметить, что их чувства были обоюдными, тем временем как Кормак напротив, всячески пытался привлечь её внимание и добиться благосклонности. Возможно, она бы и обратила на него внимание, не будь он такого высокого мнения о самом себе. Да и к тому же, его манеры поведения оставляли желать лучшего. Гермиону передёргивало каждый раз от воспоминания о том, как она пошла с ним на рождественский приём к профессору Слизнорту, для того, чтобы насолить Рону. Однако, эта идея вышла для неё боком. Весь вечер Маклагген говорил только о себе, лез к Гермионе обниматься и даже предпринимал попытки затащить её под омелу.  — В последней схватке он получил увечье и его на время отстранили. Но, если бы ты хорошо его знал, то был бы в курсе, что он не любит сидеть без дела. Вот ему и дали занятие попроще, временно побыть «охотником», — вздохнул Блейз и потёр свою переносицу.  — Не считая ранения Драко, фортуна на его стороне, — хмыкнул Теодор Нотт и потянулся к волосам Гермионы. Она попятилась назад, надеясь избежать телесного контакта, но безуспешно, — Да не вертись ты! Спокойно! Он откинул волосы с её плеч и довольно ухмыльнулся, смотря на её шею.  — А вот и свидетельство того, что он первый поймал её. Погляди, Маклагген. Видишь? Это его метка. Гермиона вздернула бровь. Какая ещё метка?  — Вижу. Парень скрестил руки на груди и недовольно закатил глаза. Выкуси. Она повернула голову в сторону Джинни, намереваясь разглядеть на её шее нечто подобное, чтобы ясно понимать, о чём вообще шла речь. Но на ней ничего не было. Никаких следов. Кожа была нетронутой. Ничего, кроме россыпи веснушек и мелких родинок. Так вот почему ей так пекло шею в момент того, как Малфой поймал её? Из-за этого она потеряла сознание. Всё дело в первичном прикосновении. Джинни прижали к стенке и заломили ей руки, значит, её метка никак не могла быть на шее, а должна была находиться где-то в области запястья. Тем временем, как Гермиону схватили совсем иначе. Ей казалось, что она до сих пор ощущает давление грубых подушечек пальцев на своих сонных артериях, перекрывающих ей доступ кислорода. Джинни покашляла.  — Не хочу прерывать вашу «занимательную» беседу, но можете хотя бы ответить на простой вопрос. Где мы? А ведь и правда. С того момента, как девушки пришли в сознание, они даже не успели задуматься о том, куда их доставили Пожиратели Смерти. Гермиона осмотрелась. Вокруг — каменные стены. Окон не было, только небольшие отверстия с решётками под потолком, служащие чем-то вроде вентиляции. Пол тоже был выстелен из камня, в некоторых местах виделась прокладка из железных прутьев. Скорее всего — это водосток для канализации. Воздух пах сыростью и плесенью. Складывая дважды два, девушка пришла к выводу, что они находятся либо в подземелье, либо в подвале, что по сути было одним и тем же.  — В Малфой-мэноре. Спокойным тоном произнёс Нотт, медленно вертя между пальцев свою волшебную палочку. Как вдруг, его лицо скривилось, ноздри слегка расширились от резкого вздоха, а губы дёрнулись. Он схватился за ткань рукава на своём предплечье и сквозь зубы произнес:  — Он здесь. Повисло недолгое молчание, которое через несколько минут нарушилось звуком приближающихся шагов. Дверь в помещение распахнулась и внутрь зашёл человек в чёрной мантии. Его рука потянулась к капюшону и скинула его с головы, демонстрируя присутствующим платиновый цвет своих волос. Гермиона подняла глаза и сразу узнала этого человека. Малфой. Его взгляд прошёлся по лицу Гермионы и тут же метнулся на Джинни. И если бы не его сдержанность, то гриффиндорка наверняка бы прочла в его взгляде удивление. Он медленно приблизился.  — Так, так, так. Вы только посмотрите, кто здесь? Предательница крови и грязнокровка, весьма неожиданно, учитывая что… — его речь прервалась, он склонил голову на бок и усмехнулся, глядя на смятый платок у девушки во рту, — Твоих рук дело, Тео?  — У неё рот не закрывался. Годы идут, а Грейнджер не меняется, так и норовит вставить свои три кната.  — Хватило бы простого «Силенцио».  — Не жалко тратить на неё шёлковый платочек? Маклагген явно всеми силами пытался влиться в уже сформировавшийся коллектив. Однако, это больше выглядело, как попытка подлизаться к кому-то, а вовсе не выразить свое личное мнение. Между ним и этими тремя чувствовалось какое-то напряжение и недосказанность, словно они не доверяли ему. И учитывая обстоятельства, которые сложились с участием Финнигана, их недоверие вовсе не было беспочвенным. Хотя, Гермиона считала, что он идеально вписывался в их компанию. Он был таким же отталкивающим и неприятным человеком, как и все пожиратели.  — А не пошёл бы ты, Кормак? Наплевать! Предпочитаю классику. Да и к тому же, ей так больше идёт. Нотт пихнул Маклаггена в плечо, а затем ухмыльнулся, складывая руки на груди. Видимо, вид Грейнджер с заткнутым платком ртом действительно казался ему забавным. Малфой ничего не сказал, лишь закатил глаза и раздражительно потёр переносицу, мысленно возвращаясь к тому, зачем спустился в подземелья.  — Тёмный Лорд желает увидеть новых пленников. Нам нужно отвести их в главный зал.