Shattered

Страшно было смотреть на неумолимо приближающееся лезвие, но ещё страшнее было закрыть широко распахнутые в ужасе глаза, что отчаянно подмечали каждую маленькую деталь. Поэтому Мэри не сильно удивилась, когда платформа под ногами вдруг растаяла в воздухе, в мгновение ока лишившись поддержки в виде центрального лунарианца. Клинок пришельца скользнул мимо, отламывая кисть руки и оставляя паутинку трещин на щеке. На лице лунарианца скользнуло удивление, смешанное с досадой. Столько уверенности только для того, чтобы так просто проиграть, Мэри могла бы посочувствовать ему, если бы он сражался на их стороне. Один за другим лунарианцы таяли в воздухе, безуспешно пытаясь достать самоцветы последними стрелами. — Сдаться, — исчезающий пришелец в ещё большем удивлении уставился на Мэри, — значит предать себя самих, забыть всё то, ради чего мы живём. А этого, — альбит яростно замахнулся клинком, — мы никогда не допустим! Лезвие рассекло тело лунарианца, словно его и не было. Тот, растекаясь по воздуху, лишь безмолвно наблюдал за тем, как альбит с глухим звоном упал на землю. Через мгновение от пришельцев не осталось ни следа. Альбит осторожно приподнялся, оценивая ущерб. Ноги растрескались, не выдержав падения, но всё ещё составляли не совсем единое и не совсем целое, левая рука раскололась практически надвое, а рукоять клинка была раздавлена в щепки. Не то чтобы Мэри специально так сильно сжимала оружие, просто тот лунарианец вывел её из себя. — Эндрю? Из травы высунулась рука, несколько вяло помахала ей. Затем из травы приподнялся и сам белый жадеит. Вид у него был тоже неважный : части лица как небывало, а остальная так густо усыпана трещинами, что, кажется, стоит лишь чуть дунуть ветру, и его разнесёт по воздуху, подобно листьям. — Ты как? Эндрю покачал головой, буквально рассыпаясь по кусочкам. — Ноги отбило. Ты..? — Немного лучше, — Мэри натянуто улыбнулась, осторожно вставая. Ноги гневно затрещали, выдавив из себя очередную сеть трещин и расколов. Впрочем, идти можно. Если по пути они не ввяжутся в ещё одну битву, то альбит вполне благополучно доберётся до Красной Церкви на своих двоих. — Ну и досталось же вам, —Кевин выглядел куда лучше, лишь из пары расколов пытался просочиться жидкий обсидиан. — Извините. — Ничего, — Мэри ободряюще положила руку на плечо Кевину, — мы знали, на что шли. Обсидиан чуть улыбнулся этим словам, затем подошёл к Эндрю, склонился над ним. — Ну что, ноги в руки и пошли? Эндрю уставился на Кевина нечитаемым взглядом, но всё же подтянул поближе отколотые ноги и перевязал чулки между собой, чтобы было удобнее нести. — Согласен, не смешно. У кого-нибудь есть лишние перчатки? — Возьми мои, только вторую снимать придётся самому, — альбит аккуратно снял одну перчатку, высыпал осколки в сумку и протянул правую руку Кевину, — Спасибо. Смахнув обсидиановые капельки с рук и надев перчатки, Кевин осторожно, боясь, что Эндрю во всех смыслах развалится, поднял его и, устроив на плече, обернулся к Мэри. — Справишься? — Вполне, — альбит кивнул. — По крайней мере, я так думаю. Подожди, — добавил он, увидев, что обсидиан собирается уйти, — я соберу осколки. — Да, точно. Путь до Красной Церкви был очень долгим. Самоцветы то и дело останавливались, напряжённо всматриваясь в небо или позволяя себе небольшую передышку. В целом, путешествие обратно прошло спокойно, лишь один раз в воздухе расплылось солнечное пятно. Самоцветы мгновенно рухнули в траву, надеясь, что их проигнорируют. Однако пятно лишь вздрогнуло и через несколько мгновений исчезло. Всего лишь пустышка, но каждый раз пугает. Солнце прижалось к зениту, когда они наконец облегчённо устроились на ступенях входа в церковь. Мэри на мгновение исчезла в здании, вернувшись уже с приличных размеров ёмкостью со смолой и инструментами. — Я бы принесла клейстер, но его осталось мало. — Помочь? — А? — Мэри вопросительно подняла голову. — А, н-нет, я справлюсь. Эндрю? Белый жадеит несколько секунд молчал. Затем робко кивнул. — Хорошо тогда, — Кевин взял инструменты и присел перед Эндрю. Несколько минут прошло в тишине, лишь иногда звенели осколки, когда их скалывали и вновь присоединяли. — Кстати, Кевин, — Мэри прикрепила кисть руки обратно и поморщилась от звона. — Как ты это сделал? Я имею ввиду, того лунарианца просто рассекло на две части, но я никого не видела. — Это и есть мой способ. Видишь это? — Кевин встал, чуть не уронив инструменты, и указал на висящую на поясе верёвку. Мэри кивнула. На самом деле, если бы он не указал на неё, альбит бы и не заметил, настолько естественно эта верёвка висела. — Так вот, лунарианцы достаточно мягкие и хрупкие. Если приложить достаточно усилий, их можно разорвать и ниткой. Я лишь охватываю центрального петлёй и пользуюсь собственным весом, лучше всего — сигануть вниз с платформы. Ни один из этих полудурков не переживёт такого. На самом деле, это довольно весело, разве что пришлось приноровиться, чтобы научиться приземляться. — Звучит довольно просто. Но за исполнение, конечно, я бы не бралась. Как ты это придумал? Кевин сконфуженно рассмеялся и отвернулся. — Это была случайность, стоившая мне части гордости. С этими словами он вернулся к Эндрю, помогая ему прикрепить ноги на место. Ещё несколько минут, и жадеит вновь был полностью целым. — Спасибо... — Он едва заметно кивнул, вставая. — Это меньшее, что я могу сделать. Обращайся. Небо начало затягивать мрачными тучами. Цветы в надежде на долгожданную влагу потянулись вверх. — Было круто с вами познакомится, — Кевин какое-то время смотрел на темнеющий небосвод, затем обернулся к Мэри и Эндрю. — Спасибо, что помогли мне выйти из леса, а то я бы там доооолго плутал. — Скоро наверняка пойдёт дождь, ты уверен, что хочешь уйти сейчас? — Мэри с сомнением склонила голову. — Да, сейчас лучшее время. Ну, бывайте! Не теряя времени, обсидиан проскользнул за ворота и направился восвояси. Впрочем, через пару минут он остановился, растерянно оглянулся по сторонам. Обернулся и, судя по всему, топча остатки гордости, пошёл обратно. — Ты передумал? — С удивлением спросил альбит. — Я... Не уверен, в какую сторону идти, — Кевин сконфуженно попытался прикрыть лицо шляпой. — Не поможете ещё разок? Мэри подавила смешок, чтобы не смутить Кевина ещё больше. — Конечно. Но, пожалуй, после дождя. Как хочешь, но пудру неплохо было бы экономить, хотя бы пока пудрянка не созреет. — Ладно, ладно. Спасибо. На сухую землю упали первые тяжёлые капли. Растения неверяще встрепенулись, потянулись навстречу набирающему силу дождю. Самоцветы устроились недалеко от выхода из церкви, слушая перебранку сотен и тысяч капель. Какое-то время они молчали, затем Мэри всё же решила завязать какой-нибудь разговор. — Расскажи о Вечноспящем Городе, а то о нём мы знаем лишь из писем Виктора. — Гранца? Давно его не видел, — Кевин прислонился к стене и чуть прикрыл глаза, собираясь с мыслями. — Не то чтобы было что рассказывать. Типичное местечко, где единственной заботой является патруль. У нас, знаешь, нет ничего, приходится выкручиваться. Мы либо ходим в долгие и опасные походы, либо просим у других. Иногда нам чем-нибудь помогал Майк, там, пудру или смолу притащит... — Майк? — Мэри задумчиво закрыла глаза, успокоенная шумом дождя. — Кто это? — Не знаешь его? Странно, я думал, этот несносный топаз успел со всеми по пять раз перезнакомиться. Забавный малый, но очень легко отвлекается. Потому-то и оказался на Луне. — Извини. — Ничего. Я-то этого не видел, от Вика узнал. А Эдди-то ему часто говорил, что эта его легкомысленность до добра не доведёт. — Э... Эдди? Кевин чуть улыбнулся. — Эдгар, яшма. Тот ещё номер, но, по крайней мере, куда более благоразумен. Дождь стал сильнее, и самоцветы спешно отодвинулись от выхода, чтобы не намокнуть. — Кто ещё там живёт? — Есть ещё Люка, славный камушек. Я видел однажды, как он избавлялся от лунарианцев. То ещё зрелище, хочу сказать. Только хрупкий уж слишком, поэтому Эдди и настоял, чтобы он перестал ходить в патруль. Были ещё двойники Наир, Хлоя и Вера, но... — Их тоже забрали? — Не совсем, — обсидиан покачал головой, — только Хлою. Видела когда-нибудь, как самоцветы сходят с ума? Альбит отрицательно покачал головой. — Завидую. Жуткое зрелище, должен сказать. Она дни и ночи проводила за пределами города, пытаясь приманить лунарианцев то ли для того, чтобы уничтожить их, то ли для того, чтобы позволить им забрать себя... В те... В те редкие дни, которые она проводила в городке, она иногда останавливалась и начинала истерично смеяться. Она могла в любой момент растрескаться. Она регулярно ломала себя. И всё время шептала что-то вроде "прости, это всё моя вина". В какой-то момент она ушла из Вечноспящего, и, если честно, мы думали, что она уже не вернётся... — Кевин замолчал на какое-то время, устало глядя на образовавшиеся лужи и бесконечно падающие с неба капли, затем заговорил вновь : — Её не было где-то с неделю. Уж не знаю, где её лунарианцы носили, но она вернулась, причём совсем... Другой. Вновь стала спокойной, перестала впадать в истерику по поводу и без. Нет, ты не подумай, я искренне рад за Веру, просто всё ещё беспокоюсь за неё... Стало ещё темнее, словно облака подслушали их разговор и решили сгуститься, чтобы сделать атмосферу более тяжёлой. Возможно, влияло и то, что день потихоньку сходил на нет, уступая законное место вечеру. — Не похоже, что дождь сегодня закончится... Эндрю, у нас есть лишние спальные принадлежности? В ответ послышались шаги, шорох и через минуту-другую едва слышимый голос : — Есть. Кевин оторвался от созерцания дождя, повернулся в сторону Эндрю. — Ах, не стоит, я и так могу ночь провести. На это Мэри покачала головой. — Можешь, но я не позволю. Раз на раз не приходится, знаешь ли, можно и здорово пострадать во сне, а нам это не нужно. Особенно сейчас, — она указала на ноги, на которых, если присмотреться, всё ещё можно было заметить следы недавней стычки. — Твоя правда... Альбит ещё пару минут сидел, погружённый в свои мысли, затем встал. — Не задерживайся долго, ветер может поменять направление, а там и промокнуть недолго. Дождавшись ответного кивка от Кевина, Мэри ушла в глубь церкви, планируя записать произошедшее в дневник, пока совсем не потемнело. Кевин вновь прислонился к стене, уставившись в никуда. Интересно, как там остальные в Вечноспящем? Может, ему всё же стоило остаться, даже если ему там не нравилось? Присмотреть за Верой, мало ли что ей в голову стукнет. Побыть личным психологом Эдгара, который жаловался на всё и вся, особенно после того, как забрали Хлою. Кевин улыбнулся. Даже чароит так много не жаловался, когда забрали его двойника. Верно, он просто начал сходить с ума. Где-то над головой мелькнула молния, на мгновение освещая небо. Вслед за ней раздались оглушительные аплодисменты грома. Будь звук чуть громче, то, возможно, кому-нибудь из самоцветов сейчас неплохо бы так досталось. Наконец обсидиан отвлёкся от своих размышлений, решив, что пора бы уже и идти к Мэри и Эндрю. Не то чтобы ему не хотелось здесь посидеть подольше, просто здесь становилось влажно, да и появившееся смутное желание отправиться спать явно не собиралось исчезнуть в ближайшие минуты. Осталось, впрочем, только заполнить дневник, так, на всякий случай, чем Кевин и решил заняться, отгоняя сонливость.