Shattered

— Так, ты решил, чем хочешь заниматься? Илай задумчиво склонил голову на бок. Он думал об этом, но пока не пришёл к конкретному решению. — Не уверен... Нортон удобно устроился на подоконнике в коридоре, с истинным безразличием игнорируя возмущение местной медузы, очевидно недовольной внезапным соседством, и не менее задумчиво крутил пряди волос в руках. — А там чем занимался? Опал так долго молчал, собираясь с мыслями, что Нортон уже собрался махнуть на это рукой, как вдруг тот всё-таки заговорил: — Всяким, наверное?.. Может, присматривал за медузами, которых вынесло на берег, а может, помогал вести наблюдения за погодой или местной флорой. По крайней мере... По крайней мере, это то, что я помню. Если бы самоцветы могли дышать, они бы дружно вздохнули. Какая же всё-таки несовершенная вещь, эта их память. Как ни пытался, Илай не мог ничего вспомнить, а потому вскоре перестал мучить свою несчастную голову безрезультатными попытками отыскать в остатках памяти хоть что-нибудь стоящее. Единственное, что по-прежнему не давало ему покоя, это разговор с Фионой. Это было что-то очень важное, что-то, что ни в коем случае нельзя было забывать. А теперь всё, что у него осталось, это смутное воспоминание, не имеющее ни слов, ни звуков, лишь прозрачные образы, которые утекали водой сквозь пальцы, стоило попытаться сосредоточиться на них, коснуться их, рассмотреть чуть ближе и чуть дольше. Но, как бы то ни было, это ведь не его вина, верно? По крайней мере, в этом пытался убедить себя опал, едва ли не с головой утопая в чувстве безмерной вины, заботливо предоставленной совестью. Почему из всех остался только он? Почему ему судьба позволила спастись, в то время как остальные вынуждены были бороться и проиграть? Почему- — В патруль когда-нибудь ходил? — А? — Илай уставился на Нортона, пытаясь осознать, что тот только что сказал. — А, н-нет, не думаю. — А хотелось бы? Опал задумался. Он не умел сражаться, по крайней мере, в памяти этого не осталось. Может быть, если бы он тогда взял в руки клинок, всё бы обернулось иначе? Но он тут же мысленно покачал головой. Нет смысла думать об этом, ведь прошлое от этого не изменится. На самом деле, Илай никогда не был в восторге от сражений с пришельцами, да и было что-то ещё, что останавливало его. Жаль, он не мог припомнить, что именно. Однако... Ещё неделю-две назад Илай бы отказался от патруля, но сейчас, взвесив все за и против, он был готов принять ещё один шанс, дарованный судьбой. — Да... Да, я хотел бы..! — Тогда иди за мной, подберём тебе клинок сначала, — Нортон спрыгнул с подоконника и махнул рукой, призывая опал следовать за ним. Через некоторое время он бросил через плечо:— А сражаться умеешь? Опал застыл на месте. — Н... Не помню. Не думаю. Магнетит думал не дольше секунды, прежде чем ответить: — Наиб хорошо обращается с клинком, он тебя научит. Только, я умоляю тебя, — Нортон угрожающе обернулся, — не слушай всю эту чепуху про тактику, которую он будет тебе нести. У него только одна тактика — сдохнуть, забрав с собой как можно больше лунарианцев. Не вздумай повторять за ним. Дождавшись несколько скомканного кивка от Илая, Нортон продолжил путь. По пути он спрашивал о том и о сём, стараясь не раздражаться, когда в ответ часто слышалось тихое "Не помню". В конце концов, потеря рук и ног одновременно всегда приводит к существенным провалам в памяти. А иногда... Нортон внутренне содрогнулся. А иногда и к полному искажению предыдущей личности. Он обернулся. Илай шёл за ним, увлечённо рассматривая старые коридоры и замедляя шаг у каждой миски с медузами, чтобы помахать им. Те, к удивлению магнетита, радостно тянулись щупальцами к опалу, словно тот был их давно потерянным сородичем. Кто знает, может, и от прежнего Илая осталось только имя, но, кем бы он ни был, он хотя бы не создавал проблем, как некоторые. В коридоре было до того пустынно, что самоцветов передёрнуло, когда перед ними вдруг кто-то появился. Нортон чуть слышно прошептал какое-то заковыристое ругательство себе под нос, а Илай едва подавил желание спрятаться за спину магнетита, пока тот, кто так неожиданно предстал перед ними, не уйдёт. Впрочем, пришедший, сам Эзоп Карл, тоже отшатнулся и теперь несколько ошарашенно смотрел на них. Через мгновение он взял себя в руки, и, сдержанно кивнув, заговорил: — Кемпбелл, Управляющая хочет тебя видеть. Тот уставился на алмаз, явно не вдохновлённый сей новостью, хотя Илай подозревал, что истинной причиной недовольства был посланник собственной персоной. Впрочем, он не мог винить Нортона. Навряд ли хоть один самоцвет здесь (кроме Эммы, разве что) был бы рад, приди к нему из ниоткуда кто-то, кто по поведению больше похож на двигающийся булыжник, нежели на самоцвет. — Это может подо- — Нет. Нортон снова чуть слышно что-то прошептал, затем обернулся к опалу. — Извини. — Ничего, — тот лишь покачал головой. У них ещё будет время подобрать ему оружие. — Я вернусь чуть позже. С этими словами Нортон направился туда, откуда пришёл Эзоп, но через пару шагов остановился и развернулся. Ему явно пришла в голову какая-то мысль, которая, как вдруг показалось Илаю, не будет принята с восторгом ни им самим, ни, тем более, Эзопом. — Помоги ему подобрать клинок, — затем кивнул Илаю:— Он поможет тебе. Сказав это, он снова развернулся и тактично ретировался, прежде чем Эзоп успеет хоть слово возразить ему. Дымчатый алмаз какое-то время тупо смотрел в том направлении, в котором благополучно скрылся магнетит, словно не мог поверить, что тот имел наглость поручить ему какое-то малопонятное задание. В конце концов, Эзоп обернулся, и теперь с таким же отсутствующим взглядом смотрел на Илая. Тот уже успел несколько раз пожалеть о предложении Нортона, и окончательно потерял всякое желание искать какой бы то ни было клинок. Только не сейчас. И не с ним. — Какой клинок тебе нужен? — Эм... — Опал замялся. Ну почему рядом с ним все мысли испуганно разбегаются? — Н... Не знаю? У меня никогда не было оружия... — И он добавил совсем шёпотом:— по крайней мере, я такого не помню... Эзоп не ответил, лишь оценивающе смотрел на Илая, затем всё же развернулся и направился в ту сторону, куда, должно быть, они с Нортоном изначально и шли. Опал постоял на месте несколько секунд и заторопился вслед за ним, стараясь и не отстать, и не подходить слишком близко. Вдруг вспомнилось обещание, которое он дал жёлтому апатиту. Уж извини, Трейси, но дымчатый алмаз пугает его до дрожи в коленях. Несколько поворотов, и вот они стоят перед одной из многочисленных дверей, точно такой же, как и десяток других, мимо которых они прошли. Дверь покосилась, прогнила в нескольких местах и держалась лишь на добром слове. Сбоку была прибита табличка, гордо гласившая "оружейная" и находившаяся в относительном порядке. За дверью обнаружилось множество разнообразных клинков, кос, парных клинков и пил, что использовали зимние дежурные, и которые уже скоро снова пойдут в ход. Где-то по углам стояли макеты, изображающие копья и луки лунарианцев в натуральную величину. В общем, оружейная внушала благоговейный трепет, особенно тем, кто входил сюда впервые, как Илай. — Выбирай, — Эзоп обвёл рукой комнату и отошёл, останавливаясь возле двери и опираясь на косяк. Опал задумчиво прошёлся по комнате, осторожно проводя кончиками пальцев по лезвиям, пока, наконец, его выбор не пал на относительно небольшой клинок. Он взялся за рукоять, что, в свою очередь, довольно удобно легла в ладонь. Может, этот клинок подойдёт? Илай взмахнул им, чтобы оценить вес. По крайней, он попытался им взмахнуть. Лезвие с грохотом опустилось на пол, застряв меж досок. Сзади послышался сдавленный смешок. Ну в самом деле... — Ох... Вытащить клинок оказалось непосильной для Илая задачей. Лезвие прочно засело в полу, наотрез отказываясь вылазить. В конце концов, когда что-то оглушительно треснуло в районе плеч, Эзоп сам взялся за клинок, выдернув его из деревянного плена с такой лёгкостью, словно это была игла в ткани. Где-то на задворках сознания опала в очередной раз постучалась беспомощность. Алмаз вернул клинок на его законное место и застыл в задумчивости перед остальными. Наконец, выбрал какой-то, с ещё более коротким и тонким лезвием. — Попробуй это. Илай с сомнением взялся за рукоять, почти ожидая, что клинок тут же потянет всем своим весом вниз. Впрочем, он не совсем ошибся: клинок действительно оказался тяжеловат, чтобы качественно использовать его, да и рукоять совсем не подходила ему, но, по крайней мере, он мог удержать оружие на весу. Эзоп смотрел с каким-то не очень хорошо скрытым презрением. — Клинок для новичков не дам. — ... Есть что-нибудь... Ещё? Презрение во взгляде исчезло, осталось лишь прежнее безразличие. Забрав клинок, алмаз через несколько мгновений вручил опалу два коротких клинка, слишком длинных, чтобы считаться кинжалами, но чересчур коротких, чтобы быть полноценными мечами. — Парные клинки, — объяснил он. — Никто ими всё равно не пользуется. Илай взмахнул одним, затем другим. Их вес ощущался, но не так, как в предыдущих. Он вполне мог справиться с этим. — Я могу их взять? Эзоп лишь неопределённо махнул рукой, мол, делай, что хочешь, и подал ножны. — Ах, спасибо, — Илай взял их. И снова застыл в нерешительности: а как их к поясу крепить-то? Одно дело держать их в руках, но не будет же он всегда так их носить? В конце концов, он попробовал закрепить их самостоятельно, так, как был закреплён клинок у Нортона, но его попытка не увенчались ни малейшим успехом. В конце концов, два коротких клинка не равны одному длинному, и крепить их точно так же не имеет смысла. Эзоп наблюдал за этими неумелыми попытками, чуть заметно посмеиваясь. Очевидно, опал никогда в жизни не держал в руках оружия, а если и держал, то только для того, чтобы с разочарованием осознать, что патруль ему не по плечу. Наконец, алмаз всё же сжалился над ним. — Я покажу, как правильно. И в несколько коротких заумных движений прикрепил клинки к поясу опала. Тот несколько недоверчиво и непонимающе смотрел на то, что Эзоп только что сделал, пытаясь мысленно повторить каждое движение алмаза. — Показать ещё раз? — Д-да... Пожалуйста. На этот раз Эзоп действовал медленнее, показывая, что и куда цеплять и где крепить. В третий раз Илай, кое-как, с некоторыми подсказками, справился самостоятельно. Эзоп подошёл к двери и обернулся, осведомившись: — Что-нибудь ещё? Илай покачал головой. — Нет... Спасибо за помощь. Дымчатый алмаз хмыкнул, кивнул и вышел, оставляя опал в гордом одиночестве. Сам опал остался на месте. Не то чтобы он не знал, куда идти, просто он решил дождаться Нортона. Тот, впрочем, не спешил возвращаться. Наверное, Управляющая поручила ему какое-то задание. Взгляд невольно упал на клинки, теперь покоящиеся в ножнах, прикреплённых к поясу. Интересно, орудовать двумя клинками сложнее, чем одним? Илай не мог припомнить никого, кто носил бы парные клинки, а у кого-то, вроде той же Трейси, и вовсе не было оружия. Где-то глухо взвыл ветер, предвещая уже очень близкую осень. Совсем скоро самоцветы начнут собирать плоды дикой розы, смолу, да и в принципе готовиться к зиме. Интересно, как зимуют здешние медузы? Насколько помнил опал, в Приозёрной Деревне их просто выпускали обратно в озеро, позволяя им самим спрятаться от холода и льда. А что насчёт зимнего дежурства? Сам Илай никогда не участвовал в этом потому, что было непонятно, как его тело отреагирует на сильный холод, но, судя по тому, что он видел и слышал, зимними дежурными бывали все по очереди. Здесь так же, или есть кто-то, на кого эта обязанность возлагается каждую зиму? — Эй, долго ждёшь? Нортон бесшумно вынырнул из-за угла. Опал отрицательно покачал головой. — Нет, не очень. Что-то серьезное случилось? — Нет, всё в порядке. Мы просто обсуждали следующий патруль. Хочешь пойти с нами? — А... — Илай встрепенулся. — А можно? — Ну... — Нортон задумчиво прислонился к стене. — Конечно, тяжело координировать действия, но, думаю, мы справимся. Ты можешь положиться на нас. Он на мгновение умолк, рассматривая выбранное опалом (или, скорее, волей случая) оружие. — Парные клинки? — Ага... Ничего же страшного, верно? Какое-то время Нортон обдумывал ответ, затем осторожно произнёс: — Всё должно быть в порядке. Ладно, — он наконец отошёл от стены и кивнул Илаю, — пойдём, введу тебя в курс дела.