Inferno

      В помещении царил самый настоящий мрак. Девушке, что не отличалась спокойным и уравновешенным характером, было крайне тяжело себя сдерживать, особенно после...       — Несса, можешь... Научить меня? — неловко перебирала края такая желанная Она.        — Конечно. Всё сделаю для тебя. — полушёпотом ответила Осипова, хватая ту за талию и усаживая на себя.        Горячие ладони, крепко держали. Она плавилась как никогда и ни с кем. Эта ночь будет грандиозной. Все эти эмоции были в новизну каждой из них: для кого-то это первый раз, а для кого-то это первый раз с тем, кого она любит по-настоящему. Она была отзывчива, но безумно смущалась под чужим взором. Скромно опускала взгляд, кусая пухлые губы, чувствуя наслаждение.        По истине грандиозная ночь.        

***

      Прошедший месяц выдался трудным для Марии с моральной точки зрения, ибо приходилось полностью менять себя, открывая в себе всё больше нового. А человек, что был рядом каждый день и помогал — стал близким, как бы смешно это высказывание ни звучало. Когда-то она наивно верила, что у неё и у Агнессы будет будущее даже за пределами, но по итогу — ничего. Как бы печально и грустно это ни было, не все мысли и надежды, что когда-то были наивно построены, когда-либо сбудутся. Зато человек, заботившийся о ней в трудную минуту — очевидно беглец. Хоть Пожарская сейчас и старается отстраниться от Бога, чтобы не было слишком больно от воспоминаний, но бросить или предать спасителя не может.        И неожиданная встреча явно не входила в планы.        То, что она увидела перед собой, было мало того, что неожиданно, так более того — нежеланно. Увы, да. Ава честно пыталась сохранить образ друга, который был некой опорой и поддержкой, но вышло совсем не так. Осознание, что её оставили, ударило по голове со всей силы, заменяя добрые воспоминания обидой, той самой, сжирающей. А после она прошла, даже резинка, найденная когда-то под дверью, стала обычной. Если быть откровенной, она выкинула её. Вот настолько ей хотелось жить новой жизнью. И эта улыбка на лице Агнессы совсем не была приятной, а наоборот, вызывала лишь отторжение.        Какого чёрта она тут?       — Я так скучала по тебе, Ава. — та поднялась с места, желая подойти и крепко обнять старую подругу, но реакция девушки удивила всех: Пожарская отошла на два шага назад.        — Это не взаимно, — смотря уверенно в глаза «подруге», произнесла она. — Что она тут делает? — это уже было адресовано ничего непонимающей Катрина.        Корвус всю неделю терзали муки совести за то, что она скрыла от Девы новость о Агнессе. Она чувствовала вину за то, что поддалась искушению и желанию, нагло целуя и почти совершая самый настоящий грех. А теперь, чувствуя ответственность за кое-кого, соглашается на просьбу, если её таковой можно назвать и устраивает им встречу. Она надеялась, что укор совести исчезнет, но видя расстроенный взгляд Марии, понимает, как она облажалась. Хотела сделать как лучше, получилось как всегда.        Но демон, находившийся внутри, бесовал от радости и того, как приятно наблюдать за растерянной Нессой и наконец убеждаться, что Химера не бежит вешаться к ней на шею.        — Я хотела устроить вам встречу, ты ведь... — решила наконец-то ответить та, больше оправдываясь, но сделать ей этого не дали.        — А спросить? — негодовала та, показывая впервые своё недовольство и словами, и лицом. Прогресс. Но какой ценой…       — Я извиняюсь... — начала опешившая Катрина.        — Вы обе меня бесите. — девушка развернулась и пошла в другую комнату, демонстративно хлопнув дверью.        — Мне показать тебе выход? — не скрывая восторга проговорила Катрина, кинув взгляд на дверь, где исчезла Дева.        — Не радуйся раньше времени. — злостно прошипела та, выходя из помещения.        Прямо сейчас она испытывала целый спектр эмоций, каждая из которой была положительной. Произошедшая ситуация приятно отражалась на и без того раздутом самомнении, а сейчас Катрина казалось, что сам Бог решил проявить свою благосклонность к ней. Несколько дней она мучалась, решая в своей голове, как лучше поступить, какой выход из ситуации найти. Она рискованно предполагала, что Дева останется с ней, но все варианты развития событий были негативны. Каждую ночь красочно представляла, что Ава с радостью уходит с тенью прошлого, забывая о ней.        Реальность оказалась приятней.        Но прямо сейчас была другая проблема, а именно — гордая и обиженная Дева Мария, что явно на контакт будет идти не слишком охотно. Пытаясь скрыть улыбку, Катрина острожно вошла в комнату, натыкаясь на рассерженную девушку, агрессивно переключающую каналы.        — Она ушла. — решила настроить диалог девушка.       — Пошла бы следом. У вас хорошо получается действовать вместе.        Катрина честно была рада переменам в Аве, но прямо сейчас пожимала плоды своих деяний. Это было не так радостно.        — Я должна была поговорить с тобой, понимаю. Но блять, я думала, что ты хочешь с ней встретиться! Ты так часто говорила о ней...       — Нет, я не говорила о ней. Я лишь пару дней упоминала про своего друга, а ты привела её к нам! — восклицала та, чувствуя, что зажигается как спичка.        Найти аргумент в свою пользу Катрина уже не могла, потому что та права. Дева искала встреч только вначале, в надежде смотря в окно. А после перестала. Именно Корвус накрутила себя, решая как лучше Пожарской.        Блять.        А ситуация без украс дерьмо.        — Прости меня. — она решилась на первый шаг в сторону маркизы.        — Я была всё это время той, кем управляют и за кого решают. Да, я многим обязана тебе, но почему ты решила, что можешь так вести себя? — закусив губу, прошептала та, смотря почти мокрыми глазами на Катрина.        — Я не знаю.        И правда. Почему она решила, что знает настоящие чувства Марии? Откуда была эта уверенность? Точнее, самообман. Верно, она спряталась за этими мыслями, решив всё сама с собой и ограничивая девушку. Прямо сейчас она была тем, кто в своё время сделал из Девы марионетку, и этот поступок перечёркивает остальные. Она забылась. И это пугало, по-настоящему. Катрина понемногу забирала себе девушку, уже решив, с кем ей будет лучше и как. После чего испугалась и решила действовать необдуманно. Именно Ава находится в неведении и в дерьмовой ситуации.        — Мы целовались в тот вечер. И я пыталась тебя трахнуть на столе в подсобке. — как на духу выдала та, сжимая кулаки.        — Я это вспомнила ещё месяц назад, когда увидела твой засос. — опустив глаза на пол, пробормотала та.        — Но почему ты молчала? — окончательно потеряла связь с реальностью Корвус.        — Потому что ты решила это забыть, а мне говорить о таком стыдно. — сейчас Ава начала нервничать, перебирая край одеяла.        — Ты не сбежала... — отчаянно прошептала та, чувствуя себя идиоткой.        — Я была обижена, но после поняла, что ты смогла остановиться.        — Этому тебя Бог научил?        — Да. — уверенно ответила та, наконец поднимая взгляд и встречаясь с растерянными глазами Катрина.        — Мне жаль. Очень жаль. — с этими словами девушка скрылась, оставляя Деву в полном одиночестве.        

***

      Горький вкус поражения чувствовался даже после пяти стаканов виски, повышая ненависть ко всему живому. Её прекрасная Авенька отвергла её, смотря таким незнакомым взглядом, что по телу пошли мурашки. Та невинная и робкая девочка стала другой... И вина в этом на блядской Катрина, что действует на Марию худшим образом. Эта грязная грешница не заслуживает даже дышать одним воздухом с ней, но что-то ей подсказывает, что Корвус не только дышит. К этой мерзкой девчонке Агнесса испытывала лишь гнев и агрессию, максимально неприятная личность, что так и норовит забрать самое ценное в её жизни.        Ава не сразу ей пригляделась. Сначала она не понимала, зачем эта странная монахиня бегает за ней, как-то пытается общаться и явно чего-то хочет. Осипова, что привыкла ждать от людей подставы, не доверяла той, но лишь когда та заступилась за неё, принимая довольно жестокое наказание, смогла попытаться довериться. С того момента у них всё пошло в гору, если можно так сказать. Агнесса ненавидела молитвы, особенно утренние, но ради улыбки Пожарской наступала на гордость, желая радовать ту. И если честно, то веры в Бога у неё не было от слова совсем, а всё, что держало её от побега — Ава. У них завязалась дружба, хоть вслух этого никто не произносил.        Все старшие догадывались о связи между ними, всячески пытались этому противостоять, но каждый раз натыкались на стену в виде Агнессы, что не позволяла причинять боль им. Когда ей исполнилось пятнадцать, она разбила тарелку и, подобрав осколок, пошла к одной раздражающей суке, что терроризировала Марию. Она поклялась Сатане прирезать её ночью, если та ещё хоть раз докопается до неё.       Это прекратилось.        И только после этого она поняла, что за непонятные чувства она испытывает к той. Было трудно, но она произнесла это.        — Я влюбилась. — смотря в своё отражение, произнесла она.        После этого она часто сбегала, чтобы отвлечься. А старшие закрывали глаза, боясь представить, на что способна эта дикарка. Так она начала курить, связалась с не той компанией, впервые занялась сексом. Скрывая это от Марии, что так далека и непорочна. А спустя время к ней подошли и сказали, что она сможет сбежать лишь одна. Это было шансом. В тот момент ей не казался этот поступок предательством, поэтому она пообещала забрать Марию.        Перед уходом она забрала любимую резинку девушки, целуя невесомо на прощание.        А после понеслась сумасшедшая жизнь. И тяжёлые наркотики.        Через знакомого, что пообещал ей быстрый и лёгкий заработок, она наткнулась на Хуана, который откровенно сомневался, нужна ли им настолько импульсивная девушка. Но по итогу Агнесса была слишком убедительной, так ей пришло задание найти слабое место Корвус, пока та на работе, и наткнулась на Марию...       Это было так неожиданно и приятно.        Но идиотка Катрина всё путала, мешая им наконец-то быть вместе. Она ждала момента, когда смогла бы снова побыть с Марией, это важнее. Вот только результат её огорчил. Поэтому она сейчас пьёт в одиночестве, которое прервал звонок.        — Несса, у меня для тебя задание. — лично Хуан связался с ней, неожиданно. — Мне жаль, что тебе пришлось марать руки моей пустоголовой дочерью, но я знаю, как загладить свою вину.       Это звучит интересно.        

***

      Хоть Ава и была обижена на девушку, что так эгоистично поступила, но она никак не ожидала, что та уйдёт на целый день. Настроения на изучение испанского не было, как и на то, чтобы заняться хоть чем-то полезным. Весь день до прихода Катрина она провела в раздумьях, пытаясь понять, чем руководствовалась Агнесса, заявляясь в её жизнь вновь. Честно, Пожарская даже допускала факт смерти, настолько хотелось отпустить это. Как-никак она настроена на изменение своей жизни, каждый день Мария совершает шажок навстречу будущему, где не будет никаких кукловодов, лишь она. Пожарская самостоятельно учится жить без указов, сейчас у неё есть право что-то решать в своей жизни от мелочей и до чего-то большего. Но это не значит, что она забыла своё прошлое.        Но всему своё время.        От раздумий её отвлёк звук открывающейся двери, непонятное волнение нахлынуло на неё в этот момент. Катрина наконец-то вернулась. Но идти первой и встречать она не собиралась, наоборот, уселась удобнее на своём месте, делая максимально незаинтересованный взгляд. Лишь почувствовав чужую руку на своей, кинула мимолётный взор.        — Прости меня. Я не имела никакого права решать за тебя, но в тот момент мне казалось это верным выходом. Ты с грустью упоминала о ней, но я была слишком труслива, чтобы рассказать сразу. — она закрыла глаза, опираясь лбом об чужое плечо.        — Ты поступила плохо. — строго проговорила та, кому льстило такое трепетное отношение к себе.        — Верно. Это было по-детски. — тяжело вздохнула та. — Природу этого поступка я не знаю, увы. — лгунья.        Весь день она провела в своих мыслях, осознавая тот факт, что приревновала. Было тяжело, но она посмотрела на истинную природу своих глупых поступков. Ей не хотелось, чтобы та, кто был дорог сердцу, увлеклась кем-то ещё. Она настолько запуталась в этом, что перестала понимать себя, основываясь на лже-фактах. Не нарочито запоминая и отковывая в памяти лишь моменты, где были призраки интереса к другому человеку.       — Почему тебя не было целый день? — с нескрываемой грустью спрашивает та.        — Я снова заставила тебя переживать? — чуть отстранившись, спрашивает та с улыбкой, кладя ладонь на чужую щёку. Слишком ей нравился этот жест.        — Да, я думала тебя украли. — буркнула та, но не предпринимала попыток отстраниться.        — Цыган вроде рядом нет, — усмехнулась девушка, немного отодвигаясь. Бороться было слишком трудно. — Я сделала новое тату, но переоценила себя, — поймав непонимающий взгляд, продолжила. — Плёнку снять не могу.        — Помочь? — воодушевлённо предложила та.        «Господь, я думала, мы договорились» — вновь взвыла к небесам та.        — Тебя это может смутить, — закусив губу, ответила Катрина. — Она внизу.        — Хорошо, пусть так.        Корвус проклинала Бога, когда увидела ёбанную Деву Марию на коленях перед ней, словно Катрина — Иисус, который ждёт молитву от той. Робкие движения вызывали неподдельные эмоции, а точнее — одно контрастное чувство. Она возбудилась. Пиздец как. А вторая ничего не понимает, и это бесит только сильнее, мажет себе, блять, и не догадывается, что лично кинула Корвус в адский котёл.        — Что она означает?        «Ещё смеешь невинно интересоваться?» — завопило всё нутро.        — Это связано с мифологией. — сквозь зубы прошипела та.        — Так болит? — Ава сделала виноватый взгляд, начиная дуть.        Катрина хотела достать пистолет, пугая монахиню, и выстрелить нахрен себе в голову. Эта чертовка убивает её.        «Что нас не убивает — делает сильнее» — подумала Катрина.        На ответ сил не было, лишь на кивок. Корвус ловила покорный взгляд стоящей на коленях Девы, что активно втирает мазь и дует на место ниже живота, не задумываясь о том, что внутри неё прямо сейчас. Столько грязных мыслей она себе ещё не представляла. Когда та поднялась и беззаботно начала говорить о чём-то своём, то Катрина хотела убить теперь её, раз та не замечала состояния девушки. Но случилось чудо и та поинтересовалась.       — Ты, блять, даже не представляешь, через что я прохожу, чтобы сдерживать себя. — прорычала Катрина, желая заставить ту испугаться и покинуть комнату.       — А ты не сдерживай.        «Баста» — последняя адекватная мысль.        Это стало началом конца.        Катрина жадно набросилась на Деву, что чуть сдала под напором той, но Корвус крепко держала её за талию, прижимая к себе. Она не могла больше себя контролировать, а девушка дала зелёный свет, грех не воспользоваться. Отсутствие опыта у Пожарской заставило убавить рвение. Подтолкнув ту на кровать, она села сверху. Катрина отстранилась от той, смотря в помутневшие глаза, что выдавали желание. Она принялась вновь целовать эти податливые губы, но уже с нежностью, желая направить ту. Корвус начинала поочередно сминать губы, иногда оттягивая нижнюю и посасывая. После чего отстранилась и принялась целовать чувствительную шею, иногда проводя по ней языком.        — Что ты сейчас чувствуешь? — горячо прошептала та на ухо девушке. — Скажи мне. — почти умоляла.        — Я не знаю, но внизу приятно тянет.        — Боже, маркиза, ты возбуждена. — уткнувшись лбом в чужое плечо, промолвила она. — Хочешь, я научу тебя справляться с этим?        Корвус желала услышать положительный ответ, поэтому всячески пыталась направить ту: целуя каждый участок шеи и лица.        — Да, хочу.        Бог им судья.