Подарок Феникса

Гермиона сидела перед зеркалом в одной из спален Принц-мэнора, пока Астория вплетала в её вьющиеся локоны бусы из жемчуга. На гриффиндорке было надето воздушное платье без рукавов с глубоким декольте. Персиковый цвет как никогда подчёркивал её бледную кожу. — Безупречно, — прошептала Астория. — А совершенством ты станешь на свадьбе. — Спасибо, Тори, — Гермиона не узнавала себя в зеркале, но понимала, что это она. В дверь раздался стук, и после вошёл Джеймс. Он улыбнулся девушкам, а слизеринка сразу же насторожилась. — Поттер? Гермиона закатила глаза. Всё-таки Астория не могла избавиться от той привычки, которую выработал Драко Малфой, когда обращался к Гарри по фамилии. Та же презрительная недовольная интонация, но Джеймс будто не слышал этого. — Я могу поговорить с Гермионой? До начала церемонии ещё десять минут, я успею. — Только попробуй ей испортить настроение, — шикнула Астория, выходя прочь. Джеймс тяжело выдохнул, когда гриффиндорка встала. Юноша подошёл к ней и улыбнулся, а затем взял её руки в свои, целуя каждую. — Гермиона, я понимаю, что мои слова прозвучат эгоистично, но прошу тебя выслушать. Я тебя люблю, — ореховые глаза парня просверливали карамельный взгляд девушки, и пока она не выдернула руки, а тело только учащённо начало дышать, Джеймс продолжил.— Помнишь, ты рассказывала, что Снейп… то есть Принц, пронёс свою любовь к Лили через всю жизнь? — Гермиона сглотнула, боясь пошевелиться. — Твоё перемещение во времени сделало то, чего я не ожидал: ты спасла сердце Снейпа и поработила моё. Наверное, судьба убила меня так рано, зная, что я влюблюсь в подругу собственного сына, — Джеймс тяжело выдохнул и сделал шаг ближе, не оставляя между ними пространства. — Я никогда не попытаюсь сделать тебе больно. Если ты выбираешь Принца, значит, так решило твоё сердце, и я не вправе лезть в ваши отношения, — плечи девушки тут же расслабились, что не утаилось от Поттера. — Но! Если эта сальноволосая росомаха тебя обидит, я порву его на кусочки. Ты плакала из-за него уже дважды. Если ты заплачешь третий раз, я за себя не ручаюсь. Я женюсь на Лили ради Гарри. Возможно, мы заведём двух детей, не больше, но ты никогда не уйдёшь из моего сердца, слышишь? Двери моего дома всегда будут открыты для тебя: день или ночь, торжество или будний день, я брошу ради тебя все дела и окажу помощь. Я желаю тебе счастья. И если твоё сердце светится возле Северуса, что ж, я смирюсь. Я люблю тебя, Гермиона, очень-очень сильно. Будь счастлива, малышка. Джеймс нежно поцеловал её в щёку и отстранился. На глаза Гермионы нахлынули слёзы, и она крепко обняла парня. — Прости меня, Джеймс. — Я счастлив, Герми. Не вини себя ни в чём. Сириус и Лили, скорее всего, встречались тайно в твоём времени, и, пока они хотели тянуть до выпускного, Эванс, наверное, полюбила меня, поэтому никто так и не узнал об их связи. Она любит меня. Это главное. — Ты заслужил право на любовь, Джеймс. — Спасибо. Возможно, мой сын или моя дочь полюбит твоё дитя, и это будет самым лучшим днём в моей жизни, — девушка засмеялась. — Позволь мне сопроводить тебя? Гермиона кивнула в знак согласия, снова обнимая друга. Девушка очень сильно изменила историю, но главное то, что Гарри родится, Джеймс будет жить, а Сириус не сядет в Азкабан. Это было самым важным в её миссии. Когда Джеймс вывел девушку в главный зал мэнора, то Северус затаил дыхание. Она была прекрасной, и он до конца считал себя недостойным юной девы. Он вспомнил наставление деда, пока ждал девушку в зале. И пусть сегодня Северус был только в чёрной рубашке и таких же брюках, от него веяло силой и любовью. «Северус, мальчик мой, послушай старика. Никогда не сомневайся в Гермионе. Она слишком сильно тебя любит. Такой любви в этом мире очень мало, она такая редкая, что можно позавидовать. Люби её, принимай её такой, какая она есть, и никогда не сомневайся в её преданности!» Джеймс отступил назад, передавая руку Гермионы Северусу, который тут же сжал её и нежно поцеловал кончики пальцев. Поттер встал возле Лили, Ремуса, Питера и Эммелины. Нарцисса, Астория, Барти и Регулус стояли со стороны Принца. Минерва не сдерживала слёз счастья, а Тибериус искренне улыбался. Старик знал, что не застанет свадьбы внука и этой прекрасной девушки, которая ему так нравилась, но сегодня два рода дадут согласие на будущий союз влюблённых сердец. Люциус смотрел на светящиеся глаза друга и Гермионы, вспоминал свою помолвку и невольно загрустил. Его помолвка была не такой. Глаза Нарциссы не сияли, как и его, но с недавних пор между ними проснулась страсть, а после и любовь. — Люциус, всё в порядке? — шепнула на ухо мужу женщина. — Наши дети поженятся с теми, кого полюбят. Даже если это будет маггл. Нарцисса искренне улыбнулась и нежно поцеловала его в щёку. — Ломаем традиции? — А кому они, собственно, нужны, Цисси? Ты как Блэк должна быть довольна. Альфард, Андромеда и Сириус не побоялись своего мнения. На меня тоже больше не давит Абраксас Малфой. У Дореи и Драко, так ведь ты решила сына назвать через пару лет, — блондинка согласно кивнула, — будет выбор. Леди Малфой просияла от счастья. Сейчас они любят друг друга, но всё могло быть иначе, если бы не появилась Гермиона. Дочери у них вообще бы не было, а сын вырос бы тем ещё засранцем. — Мы сегодня собрались, чтобы провести обряд помолвки между любящими сердцами, — начал говорить Дамблдор, заставляя затихнуть все разговоры. — В присутствии глав рода, — Минерва и Тибериус переглянулись, улыбнувшись друг другу, — в присутствии свидетелей, — Сириус и Люциус сразу выпрямили спины, ведь быть свидетелями — это почётно, — в присутствии друзей мы обручаем Северуса Тибериуса Принца и Гермиону Викторию Росс. Взмахом палочки Дамблдора золотая нить обвила руки влюблённых, где они соединялись, такие же нити появились на руках глав родов и свидетелей. — С благословения Магии я объявляю вас помолвленными, и пусть в скором времени состоится Магический брак! Можете поцеловаться. На этих словах Директор хитро прищурил глаза, а Северус притянул к себе девушку за талию и нежно накрыл её губы своими. Нить обвила два тела с головы до ног, и когда поцелуй закончился, свет исчез, а на безымянных пальцах левых кистей у обоих появились руны в виде колец. Минерва первая бросилась обнимать внучку с Северусом, а уже после все остальные. Фуршет был шикарным. Все легко общались, а Тибериус и Люциус даже успели о чём-то договориться. Северус был рад сделке, что говорило о том, что молодой глава Рода уже начинал вживаться в новое положение. — Питер, а как твои дела с Эйвери? — прищурив глаза, спросила Гермиона. — Я объяснил ему, что он мой друг и что я предпочитаю девушек. Он согласился. Надеюсь, он однажды встретит парня, который его полюбит. — А ты встретил девушку, которая бы полюбила тебя? — спросила Эммелина Вэнс, потягивая шампанское. — Мне нравится одна девушка, но вряд ли такая умная и сдержанная красавица посмотрит на меня, — на выдохе прошептал Петтигрю. — Не узнаешь, пока не попробуешь сделать первый шаг, — ответила Гермиона. — Все мы обжигаемся, поверь. Гермиона отошла от друзей к Северусу, который пригласил её на медленный танец, а после заметила, что Питер уже танцует с Эмми. Джеймс засмеялся, видя, как краснеет когтевранка возле Петтигрю, а после заметил, как парень нежно коснулся губами щеки девушки. — Я сводница, — гордо прошептала Гермиона. — Я не сомневался в тебе, любовь моя. Хочу сорвать с тебя это платье, — прошептал на ухо ведьме. — Потерпи ещё немного. Не думаю, что они будут гостить до полуночи. — Северус, Гермиона, — Люциус и Нарцисса подошли первыми. — Нам пора. Цисси немного подустала. — Мы всё понимаем, — ответила с улыбкой Гермиона. — Ты ведь станешь крёстной Дореи? — спросила леди Малфой. — Конечно. — Мой вам совет: разгоняйте этот сброд, — прошептал Люциус. — Вам уже не терпится, и только слепой это не заметит. Но можно внаглую просто уйти, — блондин ухмыльнулся, и влюблённые засмеялись. — Хороший совет, Люциус. Наверное, пора им воспользоваться, — заявил Северус. Когда Малфои ушли, то Северус подошёл к деду и что-то прошептал тому на ухо. Старик согласно кивнул, ухмыльнувшись, а Принц взял любимую за руку, и они пошли на второй этаж, не замечая грустного взгляда Джеймса. — Все мы влюбляемся не в тех, — произнёс Сириус, пока Ремус танцевал с Лили. — Однажды я разлюблю Лили. В конце концов столько лет любил, почему это не может быть привычкой? — Согласен, что Лили — привычка, но не Гермиона, Бродяга. Я полюбил насовсем. У тебя ещё есть шанс на светлое будущее. — Ты слишком рано себя хоронишь, Сохатый, — фыркнул Блэк, посматривая на Асторию и Регулуса, которые вместе с Дамблдором уходили к камину. — Думаю, и нам пора. Поттер ничего не ответил, а только подошёл к лорду Принцу, поблагодарил за гостеприимство и пошагал к камину. — Мистер Блэк, присматривайте за своим другом. Надеюсь, он не встанет между моим внуком и мисс Росс? — Джеймс слишком сильно любит Гермиону, чтобы причинить ей вред. Всего доброго! Сириус попрощался резче, чем требовали приличия, но не мог вынести в сторону друга таких слов. Всё-таки Принцы — это диагноз, как и Блэки.

***

Северус запечатал дверь спальни и хищно посмотрел на любимую. В этом персиковом платье она казалось самой невинностью и нежностью. Нежно поцеловав её губы, Принц притянул ведьму поближе и углубил поцелуй. Гермиона не противилась. Всё её естество давно говорило, что она жаждет почувствовать юного лорда. Развязав на спине шнуровку, сбросил платье с гриффиндорки и нервно сглотнул. Под платьем ничего не было. — Негодница! — прорычал волшебник. Жадно припав к шее любимой, затем к соскам, он не заметил, как волшебница расстегнула его чёрную рубашку и заставила её упасть на пол. Северус не удержался и обхватил клитор невесты губами. Девушка задыхалась от ласк любимого, а после отошла от него и села на кровать. Слизеринец ухмыльнулся, приблизился к ней вплотную, и пальчики возлюбленной расстегнули пояс и пуговицы брюк, а ловкие губки вобрали вставший член в жаркий ротик. Лаская головку губами, а ствол и яички руками, заставляла всё тело мага содрогаться. И всё-таки их ласки были сумбурными, потому что оба хотели нечто большее. Северус отстранился от Гермионы, полностью снимая одежду, а девушка прилегла на подушки и поманила любимого пальчиком. Принц подполз к любимой ведьме, поцеловал её губы и сразу оказался на спине. Гермиона насадилась на член парня, и оба застонали. — Мечтала об этом моменте с самого утра, — прошептала девушка, начиная двигаться. — Моя озабоченная девочка получит свою награду, — пообещал парень, пронзая её своим обсидиановым взглядом. В тот вечер Тибериус так больше и не видел внука. Пара не выходила из спальни до самого утра. Старый лорд помнил себя молодым, поэтому только ухмылялся тому, какие ненасытные возлюбленные живут в древнем поместье.

***

Сириус и Ремус бродили школой вдвоём. У Питера были «срочные дела» в Выручай-комнате вместе с Эмми, а Джеймс решил не отказывать себе в уединении с Лили в спальне. Всё равно женится на ней, какая разница, когда они снова начнут спать вместе. — Сириус, ты слишком сильно переживаешь. Старый Принц почти труп. Его убивает проклятье. Он просто беспокоится о внуке. — Потому что его внук может натворить дел, а Джеймс окажется рядом? — Возможно. Гляди, снова кто-то в библиотеке после отбоя, — Люпин осторожно открыл дверь и заметил рыжеволосую кареглазую пуффендуйку, которая что-то усердно писала. — Марлин МакКиннон, — заявил Сириус, и девушка тут же дёрнулась. — Ну и что мы тут делаем в двенадцать часов ночи? — Странно, что ты одна. Вы с Амелией Боунс обычно не разлей вода, — удивился Люпин. — После вступления в Орден Амелия стала ещё более параноидальной, — фыркнула девушка. — Староста ведь. Ребят, умоляю, дайте дописать Флитвика. — А завтра никак? — удивился Блэк. — Никак. Брат Амелии завтра устраивает свадьбу, и меня пригласили как друга семьи. Я жутко не хочу идти к Эдгару на торжество! Но наши семьи кумовья, как я могу пропустить свадьбу крестника отца?! — На ком он женится? — спросил Сириус, присаживаясь напротив, и Ремус последовал примеру друга. — Она маггла, зовут Элла. Семьи у девушки нет, так что опасаться раскрытия нашего мира смысла нет, но Эдгар надо мной всегда смеялся. С самого детства. — И чем ты ему не угодила? — удивился Ремус. — Два года назад отказала в отношениях. Так он даже женится на рыжей! Мой отец до сих пор не может мне простить отказа Эдгару. Говорит, что я была бы достойной парой чистокровному Боунсу! А он был бы достойным меня. — Твой отец сторонник чистой крови? — спросил Люпин. — О да! Он ею бредит. Хотя моя старшая сестра вышла замуж за маггла, — засмеялась девушка. — И на тебя теперь давят родители, — догадался Ремус, поглядывая на Сириуса, который уже нервно стучал пальцами по столешнице. — Да. Хотят, чтобы я нашла себе пару. Точнее, они уже нашли — Рабастан Лестрейндж. — Пожиратель? — ужаснулся Ремус. — Отец не верит, что Рабастан Пожиратель. А ещё дошли слухи, что Рудольфус и Беллатриса не могут завести ребёнка. Родители рассчитывают, что мой ребёнок станет наследником одного из древнейших родов. — Самый древний род — это мой — Блэк! — прошептал Сириус. — А приглашение у тебя на двоих? — Да, будто посмеялись вручая. — Я пойду с тобой как твой парень! — ухмыльнулся Сириус. — Все уже наслышаны, что мои родители хотят вернуть меня в род, как только я начну встречаться с чистокровной девушкой. Мы можем поиграть родственниками, ну? — А взамен? — Ничего. Хочу развеяться, — заявил Блэк, ухмыляясь. Марлин восторженно посмотрела на гриффиндорца и, подбежав, обняла его. — Давай мы тебе поможем с Чарами? — предложил Ремус, видя, что девушка сейчас почти перестала соображать от восторга. — Спасибо, ребят. — Орденовцы своих не бросают, — лукаво произнёс Блэк. Сириус как никто знал каково, когда тебя ставят перед выбором или вообще его не дают. Рабастан Лестрейндж был одним из самых ярых сторонников Волдеморта, и отдать на расправу девушку было жестоко со стороны расчётливых родителей. Он поможет Марлин, к тому же её искренняя улыбка и доброжелательность заставляли Бродягу улыбаться, как идиота, что отметил про себя Ремус. Парочка даже не заметила, когда спустя полчаса работы над домашним заданием Флитвика староста школы оставил их наедине.