Золото, подсолнухи, серебро и канон

Замок за спиной сияет тревожными огнями. Кажется, там наконец обнаружили их исчезновение. Она не оглядывается. Эти огни обжигают ей спину, оставляя кровоточащие ожоги - как у Зуко, лежащего без сознания на руках Айро, как у маленького мальчика, посмевшего возразить своему отцу, как у маленького принца страны Огня, посмевшего возразить Лорду Огня. И получившему за это жестокий урок. Только её ожоги - исключительно в её голове, это всё ей кажется-мерещиться-глюк, а ожог Зуко настоящий, и если не сделать что-то прямо сейчас, он, скорее всего, умрет... Или ослепнет. Вот только они бегут, а если остановятся, сбежать не смогут никогда, а её наверняка убьют. Умирать совсем не хочется. Хочется набить морду Озаю. И спать. Кое-как она заставляет воду, которой окутывает ужасающий ожог Зуко, сиять. Видимо, исключительно на страхе, ведь раньше этого ни разу не получалось. Не то чтобы это сияние сильно помогало, но, по крайней мере, мальчишка больше не выглядел так, будто сейчас умрёт. Их лодочка маленькая, маленькая настолько, что ноги Айро слегка свешиваются за борт, и он смешно фыркает, когда они в очередной раз касаются ледяной воды. Вокруг - километры моря, до ближайшей суши - четыре часа активной гребли назад и три испуганных человека. Как они вообще оказались в лодке? Почему никто даже не подумал пойти другим путём? Ладно она, но почему Айро поддался на её импульсивное решение плыть, и как можно дальше, а не выждать, пока Зуко не выздоровеет, пока всё не успокоится, пока они не смогут сбежать на поезде, или на чём-либо ещё, что хотя бы чуть более надёжно, чем маленькая лодочка! Нет, она не паникует, но у них на руках раненый ребёнок, совсем нет воды и еды, и они плывут куда-то в никуда, не имея ни компаса, на карты. Когда страх переливается через края, она опускает руку в воду и начинает тихонечко подталкивать лодку вперёд. Она чётко ощущает взгляд Айро на себе, но он не жжётся так, как взгляды тех, кто хотел ей навредить. В его глазах всё ещё цветут подсолнухи, они всё ещё сияют мягким, тёплым светом, и ей почему-то не хочется прекращать ускорять лодку. Даже если он смотрит. Даже если он понимает, кто она. Ей почему-то впервые в этой жизни хочется доверять кому-то. Луна, кажется, подмигивает ей, на мгновение скрывшись за непонятно откуда взявшимся грозовым облаком и тут же вновь появившись. Какая жалость, уже начались галлюцинации. Она слышит тихий фырк от Айро и улыбается в ответ. Голова лёгкая-лёгкая почему-то, и она, засмеявшись в голос, ступает с лодки на воду. И не боится совсем, впервые за долгое, долгое время, что её кто-то заметит - Зуко, забывший от восторга о боли, смотрит сияющими глазами на её неуверенные шаги, и она вскидывает руки. Вода взлетает в ответ. Айро хихикает по-девчоночьи и выплёскивает свой огонь, вплетая его в танцующие потоки. Кажется, начинается шторм. Кажется, лодка разлетается в щепки. Кажется, она удерживает Зуко и Айро на воде, не отвлекаясь от танца. Кажется, они тоже танцуют с ней. Кажется, им тоже совершенно без разницы, что они одни, посреди океана и без какой-либо опоры. Кажется, они все тонут. Наверное, они все умрут. Ну и ладно.