Смычком по нервам

Утро. Опять печальное и серое. — Холодно… Нужно было закрыть окно, — еще во сне, тихо сказал Федор. Солнце не виднелось из-за горизонта, а старые часы на стене показывали 5 утра. Юноша только проснулся и лежа на спине, всматривался в облезлый потолок. — Холодно… — снова повторил он. И наконец, найдя в себе силы подняться с постели, Федор пошел в ванную. Как обычно, холодная вода не давала долгожданного пробуждения. Веки были тяжелыми, мысли запутанными. Сколько времени нужно потратить на то, чтобы выйти из этого состояния? Мельком Волков взглянул в крохотное, ненавистное ему зеркало, висевшее на стене. Как жаль, что в нем не было отражения его души. В ответ лишь смотрели пустые черно-смоляные глаза, смотрящие ровно и неподвижно. Редкие пряди чёлки чуть закрывали этот глубокий взгляд. Чёрные прямые волосы, густой копной обрамляли шею и лицо, и едва касались плеч. Волосы — то, что отличало Фёдора от других членов его семьи, поэтому это было единственным, что он любил в себе. Приятную, почти женскую внешность, портили тёмные круги под глазами, которые юноша уже не мог скрыть даже пудрой, и худые скулы, добавляющие ему болезненные черты. Лицо было худым и немного бледным и не выглядело живым. И глядя на юношу прохожие обычно видели в нем смертельно больного, из которого болезнь совсем выжила жизнь и радость. Фёдор отвернулся от зеркала и стал аккуратно расчесывать волосы… Позавтракав, он настроил скрипку, проверил её трели и убрал обратно в футляр. После оделся и наконец покинул это унылое здание, которое он уже привык называть домом. Было только 6 утра, а город уже давно проснулся. Торговцы в лавках открывали свои двери, рестораны и бистро также готовились к рабочему дню, а на улицах во все дороги ездили экипажи. Один из которых Волкову удалось остановить. -Куда изволите ехать, господин? — до мерзости приветливый голос извозчика Фёдору явно не понравился. -До музыкальной консерватории имени *** везёте? — не настойчиво спросил юноша. — Конечно, изволите садиться? — Да… Пожалуй. — тихо сказал Фёдор садясь в скрипучую карету. Консерватория где он учился находилась не так далеко от его дома, но все же он не отказывал себе в роскоши добираться до неё на «такси». Глядя в окно юношу понемногу начало клонить в сон. Он решил отвернуться, ибо мельтешащие перед глазами однотипные, как ему казалось, здания и деревья уже изрядно поднадоели. Извозчик ехал молча. Фёдору это показалось странным, ведь обычно всякая поездка сопровождалась расспросами по типу: «А вы там много учитесь?», «А почему вы живёте в бедном районе?» — и все в таком роде. Юный Волков конечно привык игнорировать подобные высказывания поэтому молчание извозчика было для него радостью, но все же поездка в полной тишине потрясло его так, как если бы памятник Великого Петра ожил и начал бы ходить по Петербургу. — Занятно… — шёпотом произнёс юноша, рассматривая свой футляр со скрипкой. Вдруг экипаж резко затормозил. Так резко что Фёдор с размаха влетел головой в сиденье напротив. С улицы послышалось ржание напуганных лошадей и громкая ругань ямщиков, а дверь кареты резко отворилась. — Грабят! — еле слышно вскрикнул Волков, хватая скрипку и крепко прижимая её к себе. Он зажмурился, будто маленький напуганный котенок, закрывая лицо инструментом. А когда открыл глаза рядом сидел какой-то человек, он был очень напряжен и нервно поглядавал то на Фёдора, то на извозчика. — П… Поехали… Трогайтесь…— сказал Волков махнув рукой вперед. Ямщик удивлённо глянул на внезапно появившегося спутника Фёдора, потом молча повернулся, взял поводья и экипаж тронулся. Юный Волков с интересом разглядывал гостя. Это был юноша лет так 20, крепкого телосложения и среднего роста. У него были кучерявые рыжие волосы, каре и изумрудные глаза с короткими редкими ресницами. Одет он был не больно богато, но и не бедно. На темно синих брюках были видны грязные пятна, рубашка была застегнута не на все пуговицы так как несколько оторвались, а из кармана помятой, коричневой жилетки виднелась чуть ржавая цепочка карманных часов. — А Вы…— хотел начать Фёдор, но ему тут же ответили. — Григорий Бочаров — сказал парень резко махнув головой. — А что случилось, господин Бочаров?.. — тихо спросил скрипач, с явным страхом. — Вы верно изволили думать что вас грабят, господин… — Волков. — Да, прошу прощения, но на самом деле пострадал я. Видите ли…я работаю в таком месте, где клиенты это твоё главное начальство… И порой от них приходится убегать. Фёдор хотел ответить на расплывчатые высказывания Григория, но ямщик опередил его. — Приехали, господа, — звучно сказал он тормозя лошадей. Юноши спешно вышли из экипажа и пока Волков расплачивался, Григорий хлопал себя по карманам упорно делая вид что ищет деньги, которых у него к слову и не было. Когда же карета уехала Бочаров запустив руки в свои кудряшки вплотную подошёл к Фёдору и ненавязчиво произнес: — А ты что скрипач? — от этих слов Волков поежился и замедлил шаг, больше всего его оскорбил «ты». — А что, Вы, сударь слепы? — съязвил Фёдор, в ответ на что услышал только смех. — Ну, прощай Волчек! Не думал я, что мы с тобой в одном месте учимся, — сказал Бочаров и подмигнув своему спутнику и ускорил шаг. Фёдор опешил от подобной дерзости. «Я его довёз… За свои деньги… Он мне и слова за это не сказал… А теперь я Волчек… И подмигивал мне будто… Будто не зрелой девице!» — он мысленно возмутился. По правде за последний полчаса он разговаривал с кем то больше, чем за неделю учёбы в академии. Волков ещё стоял на небольшой площади перед консерваторией, а когда опомнился посмотрел на часы, было несколько минут до начала урока. Зайдя в аудиторию Фёдор тихо проскользнул на здании парты и достав пару тетрадей начал писать. Вроде профессор даже не заметила его прихода на занятие. В этот день юный Волков думал только о странной утренней встрече. Ему было совершенно наплевать на сольфеджио и историю музыки, о которых он слышал изо дня в день. Нелепую по его мнению болтовню профессора можно было не слушать. На его мысленную идиллию нарушил вопрос: — Фёдор Волков, есть ли человек которого вы не понимаете? Может его самого или музыку, если это композитор…- как и предполагалось вопрос прозвучал от профессора. Резко в сторону юноши повернулись все студенты. И краем глаза, в другом конце аудитории знакомую фигуру. -Бочаров..?-произнес Федор, да бы проверить тот это человек или нет.Вот только своим любопытством он сам себя и подставил. Лицо профессора исказилось в усмешке, а по кабинету прошел раскат смеха . Но спустя пару минут под сердитым взглядом преподавателя все затихли. Объект внимания Волкова оказался истинным Григорием и все время показательно пялился на Федора. Скрипачу стало настолько не по себе что по спине бегали не мурашки , а целые табуны.И как же раньше он мог не заметить настолько странного и не похожего на других человека... После пар, в конце учебного дня, когда Волков собирался прогуляться по мостовой , рыжая персона вновь настигла его. - Да...существовать в обществе наверное трудно с таким навыком общения, верно, Волчек?- с усмешкой произнес Григорий , закидывая чехол с гитарой на плече. -Уходи...- тихо сказал Федор смотря в пол. -А что если нет? - Я начну играть на скрипке,- все так же тихо,но уже более уверенно сказал юноша. -Ахах, нет не нужно прошу,мои уши завянут от твоей игры!- начал язвить Бочаров. Что Федор благополучно игнорировал. Но вскоре Григорию надоело общаться со "стенкой" и он свернул в какой то переулок, оставив Волкова наедине с ночью. А тот в свою очередь, дабы избежать новых встреч, решил возвращаться домой пешком.