Поймать монстра

      Утром мы поднялись на скалу. Как только оказался на твёрдой поверхности, я начал без остановки зевать. Глаза слипались, а ноги не слушались. Пространство расплывалось в руках, таяло, покрывалось прозрачной ничего не значащей дымкой. Я чувствовал себя потерянным.              — Не спать! — дружески бодрил меня Даниэль слабым хлопком по плечу. Я стряхивал слезинки и шёл.              Морозный воздух окутывал лес туманом, который почти спал к полудню. Мы молча двигались в одном направлении, и Элли сверялась с картами. Точнее, теперь у неё в руках была всего одна карта.              — Идём наугад? — спросил я, поравнявшись с нашей проводницей.              — Я сверяюсь с картой, — нахмурилась Элли и приподняла руки, демонстрируя бумагу. — А, — поняла она. — Ты про другую. Да, теперь всё опаснее. Но, может быть, мы поспешим. Я надеюсь.              Элли ускорилась, сбегая от меня. Я перехватил любопытный взгляд Лью и подошёл к нему, старательно игнорируя Габи и Даниэля, которые о чём-то тихо спорили. Никто не мог им запретить. Мне стоило давно смириться с этой мыслью.              — Что с ней? — спросил я, кивая на Элли. Лью пожал плечами. — Думал, ты знаешь. На твоём месте я бы узнавал обо всём, что с ней происходит.              — Не могу же я следить за ней, только потому что она моя невеста, — возразил непутёвый жених.              — Дам тебе один урок: ты должен за ней послеживать. Информация о цели захвата — это самый ценный ресурс. Заруби это себе на носу.              — Ты не перенабрался от Даниэля?              Я прокашлялся.              — Нет. Не перенабрался. Но если он тебе говорил что-то похожее, это только подтверждает правдивость совета. Так что слушай меня, нас с ним… Нет, его не слушай. Он иногда шутит.              — Я не маленький ребёнок, чтобы не отличать юмор от серьёзности. — Лью глянул на Даниэля. — Даже в его случае. Мне интересно кое-что другое. — Лью посмотрел на меня испытывающе. — Твои советы тебе хоть однажды пригождались?              Вопрос застал меня врасплох. Учитывая, что самые серьёзные мои отношения начались только потому, что из меня выбили признание (что тоже громко сказано), можно было просто промолчать.              — Были у меня подозрения. Думаю, только я могу решить, как мне поступать с Сарой. Но если у тебя есть ещё идеи, я буду очень тебе благодарен. Возможно, мне что-нибудь и пригодится.              Сколько надменности в голосе. Что-нибудь ему может пригодиться. Я очень рад.              — Понятно. — Я поднял руки, сдаваясь. — Твоя взяла. Так как твой цветок оказался бесполезен. — Намеренный укол в самолюбие Лью заставил аристократа скривиться. — Элли трусливая, и это можно использовать. Мы как раз вышли на опасную зону.              — Ты хочешь, чтобы мы специально нашли монстров? Это замедлит нас.              — Нет, я просто указал на слабое место в броне Элли. Просто, если такое случится, беги сразу к ней.              — Я и так сразу бегу к ней.              Шея сразу зачесалась от неловкости. Как-то я даже не подумал, хотя это было так очевидно.              — Моя ошибка.              Я отвёл взгляд в сторону и почему-то опять напоролся на Даниэля с Габи. А они успокоились и теперь что-то спокойно обсуждали. Любопытство подзуживало подойти к ним и подслушать, но кругом пни, деревья, кусты и ветки, и каждый шаг отдавался хрустом листьев.              — Сару нельзя поразить этими дешёвыми трюками.              Невольно согласно кивнул. Для охотников абсолютно нормально стоять за спиной друг друга, и ничего романтичного в этом нет. Я всегда считал это плюсом, но, в случае Лью, это ужасный кошмар. Охотники привыкли не стесняться друг друга, ходить грязными неделями, голодать и холодать. Была ли уместна здесь романтика?              — У меня больше нет идей. Ты хочешь её удивить? Испеки торт посреди леса, это точно её поразит.              — Тебе надо перестать часто общаться с Даниэлем.              — Я просто не выспался.              Возглас Элли прервал наш разговор. Она посмотрела в нашу сторону и громко повторила моё имя, подзывая ближе. Мы с Лью подбежали к пригорку, на котором она стояла, и увидели крутой склон, а вдалеке тёмное облако. Если опять пойдёт дождь, от него надо успеть скрыться.              — Туча, — констатировал я.              Подошедшая к нам Габи почему-то сглотнула и с тревогой посмотрела на тёмный силуэт в небе. Я пригляделся, изучая приближающуюся громадину, и только понял, что́ на самом деле надвигалось к нам с огромной скоростью.              Множество чёрных точек собралось на небе, образуя огромный массив, летящий над лесом. Элли тоже успела понять, что происходит. Она крикнула, и все, кроме меня, начали разбегаться. Я растерялся, и моя заминка не прошла бесследно. Тень от камня скрыла Элли с Лью, Габи неожиданно обратилась в маленькую девочку и скрылась в кустах, а Даниэля я упустил из виду. Рванул в сторону небольшого сооружения из камня с небольшой округлой дыркой. По другую от меня сторону не было стены, и я смог залезть внутрь, оказавшись посреди холода, полу-тьмы и сырости. Сон отошёл на задний план.              Я ощущал шероховатую поверхность камня. Через круглое окошко-не-окошко проходил тусклый свет, касавшийся моих ног. Руки подрагивали, как и губы. Жмурился, но страх неизвестности тут же заставлял открыть глаза и смотреть через единственную доступную брешь.              Послышалось карканье ворон, и свет зарябил. Я надёжно закрыл глаза, и только слух ещё вникал в происходящее. Карканье, хлопки, вой ветра и шелест деревьев — всё смешалось в единый гул, который звучал сразу ото всюду и проникал в уши, минуя барабанную перепонку и доходя до глубин мозга.              Я приложил ладони к голове, и гул провалился под воду. Теперь не было ни зрения, ни слуха. Только запах сырости и прохлада, проникающая сквозь одежду. Как в пещере, где мы устраивали ночёвку.              Ещё недавно всё было просто. Скала, по которой нужно залезть, кошмар, который обязательно закончится, и разговор. Мелкие неурядицы, ненависть к Габи и сомнения в своей честности. Это было реально, а то, что происходило сейчас, казалось ненастоящим. Впервые мне хотелось, чтобы всё оказалось видением.              Сквозь глухой звук хлопанья вперемешку с криками птиц прорвался шёпот. Я не мог его слышать снаружи и сразу понял, что природа его укрывалась глубоко внутри. Как небольшой звоночек, воспоминание из детства возобновило себя в моём сознании.              — Моряки, боявшиеся мифов, попадали под удары мощных хвостов китов. Волны поднимались над кораблями и топили их, уничтожая всякую возможность спастись, — читал родной голос. — Выходя в море, они верили, что будут жить вечно, но ничто не может жить вечно. И тогда киты сбрасывали людей, топили их морскими волнами. И если кого человек не сможет покорить, так это море. Киты съедят нас всех.              «Это злая сказка», — хотел я сказать так же, как когда-то в детстве.              Воспоминание не отвечало.              Мои глаза открылись. Свет перестал мигать, и я решился выглянуть. Из-за куста торчала макушка Габи в своём обычном облике, а потом птица грома вышла, отряхивая одежду. Показался Лью, потом Элли. Я тоже прополз к отверстию, ведущему из каменной коробки, но вышел, пока не привыкнув к звукам. Сознание не воспринимало чужие слова, и я видел только движения губ.              В голове звучали строчки из книги. «Киты съедят нас всех». Точно не детское чтиво.              — Киты съедят.              Моего плеча коснулось что-то. Даниэль вышел из-за моей спины и вопросительно посмотрел на Габи. Всё разом вернулось: ощущение времени, голоса и осязание.              — Разведка? Птичий патруль типа? — Даниэль, как всегда, усмехнулся. — Мистер Ворона докладывает, — состроил наигранно-серьёзную рожу он, — что надо устранить охотников. Докладывает, докладывет… — Даниэль затих. — Что, совсем не смешно? И тебе?              Он посмотрел на меня, ожидая поддержки, но в голове всё ещё плыли тени китов и бушующих волн. Я мог только растерянно кивнуть, что заставило Даниэля молча сложить руки на груди и слушать.              — За нами следили? — сглотнув, озвучил я пришедший в голову вопрос. Получилось сухо и вымученно.              — Не думаю. — Габи смотрела назад, на удаляющуюся от нас птичью тучу. — Они ищут охотников, потому что знают: после погрома на Совете кто-то должен прийти. Но меня никто не должен был подозревать.              — То есть, ты хочешь сохранить их доверие?              Киты, тени и воспоминания о Саре уплыли. Вместо них я думал о том, какое топливо для моей мести подготовила птица грома. Теперь не нужно было себя судить. Я был прав.              — Некоторым бы это было по душе. — Намёк Габи уловили все. Это было обращение к конкретному человеку.              — Было бы классно, будь ты той, кому можно доверять. — Мой укол не остался без ухмылки в ответ.              — Это получилось бы, не вставляй мне кое-кто палки в колёса.              — Так, всё! — прервала нас Элли. — Давайте обратим внимание на более важные вещи. Габи, ты уверена… почему ты уверена, что никто уже тебя не подозревает? Ты с нами уже долго.              — Не настолько, чтобы это стало проблемой, — возразила Габи. — Мы можем уходить и возвращаться, когда захотим. Никто не посмел бы меня остановить. Я вольная птица, почему я не могу пропасть даже на полгода? Да и, — фыркнула Габи, — буду честна: никто нас не считает. Пропажа одной маленькой птички никого не потревожит, и это можно использовать.              — Обязательно, — не сдержался я.              — Не переступай черту. — Я встретился с отрезвляющим взглядом Элли. — Мы можем придумать что-нибудь, если у нас будет свой человек в их рядах.              — Вас не смущает, что доверие строится на твёрдой уверенности Габи в том, что никто не подозревает её? — Я прошёлся взглядом по друзьям, ища поддержки. Все молчали. — Почему никто не заметит пропажи Габи? Почему никто не подумает, что она перешла на сторону врага.              — Ты не понимаешь нашего склада ума.              — Уже нашего? Ну да, это подкрепляет доверие.              — Всегда́ нашего. Я такая же, как они, и всегда буду.              — Но только это не мешало тебе их предать.              — Скажи честно, тебе просто хочется с кем-нибудь поругаться?              — А ну-ка хватит! — воскликнула Элли. Безапелляционный приказ. — Вы можете не ссорится хоть несколько секунд?! У вас что, капуста вместо мозгов?              — Он первый… — начала Габи.              — Не хочу знать, — поставила точку Элли. — В споре участвуют двое, а значит, и ответственность нести обоим. Научитесь уже общаться без ругани, а то вы раньше друг друга перебьёте, чем мы дойдём до пещер. Нам уже спешить надо. Все вопросы зададим на перевале.              Я промолчал, хотя пару ласковых ещё мог отвесить Габи. Элли не та, с кем хочется спорить, да и смысла никакого. Этой мысли хватало, чтобы закрыть рот и игнорировать Габи. Мы шли по разные стороны, стараясь даже взглядами не встречаться.              Горный спуск привёл к вытоптанной дороге. Мы не думали о том, кто уже мог здесь проходить. Если это не монстры, нам уже ничего не угрожало. Хотя в сложившихся обстоятельствах уже нельзя было это уверенно утверждать.              — Не свежие, — констатировал Даниэль, и мы успокоились.              Вечера становились всё прохладнее, и мы кутались в одежду потеплее ночью. Отчего-то дорога вела нас в тёплую зону, а потом начало опять пробирать до дрожи.              — Мне не показалось? — озвучил я свои мысли.              Все дружно закивали, и Элли опустила Ворону на землю, чтобы та, важно подняв голову, пошла в обратном направлении, а потом выбралась к странному камню, возвышавшемуся над нами. Свет закатного солнца создавал неплохую тень, но вряд ли теплота была следствием этого булыжника.              — Когда жизнь даёт тебе награду, не надо вертеть носом, — пожал плечами Даниэль.              Мы разобрали вещи, разложили подстилки для сна и расположились у камня, дожидаясь, когда выйдет луна. Сегодня костёр нам не был нужен, да и птицы-разведчики всё ещё напрягали. Дым привлечёт ненужное внимание, а значит, с огнём нужно быть поосторожнее.              — У нас достаточно еды? — забеспокоилась Габи.              — Той, что не нужно жарить? Было много. У Сары, да? — Даниэль уже почти заглянул в сумку Элли, но та в последний момент отодвинула свои вещи.              — Личное пространство.              И она сама открыла сумку, что-то перекладывая внутри неё и по одному доставая готовый перекус. В основном вяленое мясо и фрукты, которые мы пустили по рукам.              Элли ойкнула, резко одёрнула палец, и Лью тут же кинулся к ней, как будто бы она не просто порезалась, а наткнулась на ядовитую лягушку и теперь должна была умереть в считанные секунды. Такое могло быть, но на пальце Элли красовалась красная бусинка, свидетельствующая о маленькой царапине, не больше.              Я на миг отвернулся, и со стороны любовников показался свет. Повернувшись, уже наткнулся на целый палец Элли и довольную улыбку Лью.              — Чёртов колдун, — не сдержался Даниэль.              — Ага, — кивнул я. — Ты наконец-то овладел даром?              — Немного, — признался Лью, и его рука отпрянула от Элли, выдавая лёгкое смущение аристократа. — Думаю, пока я вам не помощник, но с простудой разобраться смогу.              — Даже так, — заинтересованно подняла голову Габи, жуя мясо. — Это очень полезно, ты себя не принижай.              — Я не думаю, что это хороший повод для гордости. Простуда и сама проходит.              — Но она замедляет и мешает. — Впервые мы с Габи в чём-то сошлись. — Теперь нам почти не страшны холода.              — Давайте ещё камень унесём с собой, чтобы точно не бояться его. — Габи потянула зубами кусок мяса, и тот растянулся, после чего с лёгким хлопком отделился. Она его медленно переживала.              Стало темнее. Мы хотели расходиться спать, когда луна взошла достаточно высоко, чтобы упасть на растения, окрасив их в голубоватый оттенок. Это не было бы так удивительно, если бы не цветы, которые начали светиться под действием лунного света. Я растерялся. Впервые что-то такое видел.              Цветы же становились ярче. Голубоватый свет отражался в наших глазах, и мы растерянно оглядывали поляну, после перейдя друг на друга.              — Не только я это вижу?              Даниэль ущипнул меня, и я повёл плечом.              — Больше ничем помочь не могу, — покачал он головой.              — Чудесно, — выдохнула Элли. — Нас куда-то приглашают.              Мы увидели ряд цветов, тянущийся двумя параллельными линиями за камень и туда, дальше в лес. Ворона тихонько мяукнула. Спасибо за поддержку, вредное создание.