home

Работать в одиночку было куда труднее, чем предполагал Мацуно. Казутора впервые за все время их совместной работы взял для себя несколько дней отпуска, — появились какие-то планы, — поэтому все дела в их зоомагазине автоматически легли на плечи Чифую. Успеть всё и сразу было физически невозможно, а потому большая часть накопившейся за неделю бумажной работы, которой обычно занимался Ханемия, осталась на самый последний день. А если быть точнее, уже на вечер: когда Мацуно закончил уборку в главном зале, на часах уже было чуть больше восьми. Он отправил на номер Такемичи только короткое смс-сообщение, чтобы не волновать его лишний раз: «Буду поздно, поэтому не жди и ложись без меня. Люблю тебя». А после Чифую уселся на диване в кладовой и со всех сторон обложился бумагами, намереваясь закончить всё хотя бы к утру. Перед своим отъездом Казутора попросил его заполнить кое-какие документы, но Чифую так сильно замотался, что открыл их только сейчас. А так как Ханемия должен был вернуться в Токио уже завтрашним утром, к его смене всё точно должно было быть закончено. По крайней мере, такова была цель Мацуно. Время летело удивительно быстро. Чифую так сильно погрузился в изучение бесконечных отчётов, что даже не обратил внимание на звон колокольчика, на открывшуюся следом дверь кладовой и скорые шаги, после которых вдоль его шеи к груди скользнули родные руки.       — Мы уже закры… — Чифую сразу же замолкает, когда над ухом слышится хорошо знакомый ему ласковый смех. — Мичи, — выдыхает Мацуно. — Ты меня напугал.       — Прости, — улыбается Ханагаки, наклоняясь, чтобы оставить на щеке Мацуно поцелуй в качестве извинения за свое неожиданное появление.       — Что ты здесь делаешь? — откладывая в сторону бумаги, Чифую поворачивается и одаривает Такемичи обеспокоенным взглядом. — Ты разве не прочёл моё смс?       — Ну почему же, я прочёл, — совершенно спокойно отвечает Такемичи. Под всё ещё непонимающий взгляд Мацуно он расстёгивает молнию на своем рюкзаке и достаёт из него небольшой пластмассовый контейнер. — Я принёс тебе ужин. Здесь овощи и рис. Удивительно, но ничего даже не подгорело. Такемичи садится рядом. Чифую с благодарностью перенимает из его рук ещё тёплый контейнер и открывает крышку, с наслаждением принюхиваясь к содержимому. Он, конечно, решает умолчать о том, что из-за работы не успел не то что поужинать — даже пообедать или просто хоть чем-то перекусить. По этой причине разогретая и вкусная пища после столь напряжённого дня сейчас кажется ему самым настоящим подарком богов.       — Спасибо, партнёр, — Чифую берёт из специального отсека чистые палочки и начинает есть, прикрывая глаза и с набитым ртом добавляя: — Боже, как вкусно! Ты лучший, ты знаешь?       — Знаю, — смеётся Такемичи, подпирая щёку рукой и с любовной улыбкой наблюдая за тем, с каким аппетитом Чифую уплетает принесённый им ужин. — Как и о том, что ты ни черта сегодня не обедал. Мацуно почти давится рисом и поднимает брови, удивлённо интересуясь:       — Как ты догадался?       — У тебя такие глаза голодные, что я удивлён, как ты ещё не начал грызть свои дурацкие бумажки, — с укором качает головой Ханагаки. — А вообще я просто в курсе, что мой жених идиот и о нём нужно усердно заботиться.       — Могу сказать о тебе то же самое, — негромко ворчит Чифую. Он знает, что Такемичи ещё не однажды припомнит ему этот забытый обед. — Сейчас доем и отвезу тебя домой. Работы ещё очень много.       — Я не стану ложиться без тебя, даже не думай об этом, — мгновенно прерывает его Такемичи. Он мягко толкает Чифую своим бедром, пытаясь заставить его ещё больше сдвинуться на другую сторону дивана. — Двигай свою задницу, Чифую, я вообще-то пришёл сюда помогать.       — Не стоит, правда, я… — палочка застывает в руках Чифую с зажатыми между ними кусочками овощей, когда он пытается возразить, но Такемичи просто запихивает их ему в рот со словами «жуй молча», заставляя Мацуно оставить никчемные попытки оспорить его решение.       — Так, посмотрим, что тут у нас, — Ханагаки берёт в руки бумаги и начинает внимательно изучать их, сверяясь с напечатанными цифрами. — Ты тут немного не так посчитал, и сумма вышла другой.       — А? Где? — с набитым ртом спрашивает Чифую.       — Вот, в третьей строке. Видишь?       — Получается, наша прибыль в этом месяце выросла не на три, а почти на пять процентов?       — Да, именно так.       — А ты… Ты можешь ещё кое-что перепроверить?       — Да, конечно, — Такемичи добродушно кивает. — Показывай. Вдвоём работа идёт гораздо продуктивнее, и время течет незаметно. Уже очень скоро, значительно утомлённый за прошедшие дни, Чифую откидывается на диван и довольно быстро засыпает. Такемичи усмехается и только подкладывает ему под голову какую-то подушку, следом укрывая Мацуно пледом, который с шумом и грохотом был найден им в одном из многочисленных шкафов.       — Отдыхай, партнер, — он наклоняется, чтобы отвести от его прикрытых глаз непослушную чёрную чёлку, и осторожно прижимается губами ко лбу. Чифую недолго хмурится, прежде чем его брови окончательно расправляются, лицо расслабляется и дыхание углубляется, и сон его кажется крепким и очень спокойным. Ханагаки знает, как усердно Мацуно трудился все это время, поэтому он без лишних вопросов даёт ему отдохнуть. В конце концов, Чифую именно тот, кто всегда заботился о нем — и в плохие, и в хорошие времена, поэтому Такемичи был более чем счастлив вернуть ему эту услугу. Когда он оборачивается, чтобы снова проверить, не разбудил ли он Чифую из-за своей неосторожности, он думает, что это, должно быть, и есть то, что люди зовут любовью. Молчаливая забота друг о друге, которая не требует лишних слов. Маленькие жесты, возводящие фундамент для чего-то большого и очень прочного. Наверное, это именно то, что Чифую имел в виду под «партнёрами». Чтобы ни случилось, они всегда будут опорой друг для друга.       — Чифую, поверить не могу, ты закончил всё это за два дня?! — на следующий день восклицает Казутора, с восхищением перебирая законченные отчёты. — Я два месяца не мог это сделать! Да ты просто монстр!       — Хм? — Чифую сонно протирает глаза. Он просыпается от голоса Ханемии, на диване в их кладовой, услужливо накрытый пледом, но Такемичи рядом с собой почему-то не обнаруживает. Неужели он так заработался, что ему лишь только приснилось его присутствие? Мацуно даже свыкается с этой мыслью, когда вдруг замечает на столике рядом с диваном картонный стаканчик с кофе из кафетерия напротив и упакованную в крафт-пакет свежую дынную булочку. «Люблю тебя. Пожалуйста, не забудь позавтракать». От этого сердце сжимается сильнее, а на лице сама собой расцветает благодарная улыбка. «Такемичи», — думается Чифую. Только лишь это. Родное имя согревает его даже лучше принесённого кофе, и он думает только о том, как сильно соскучился по своей второй половинке.       — Эй, Тора, — Чифую мимолётно окликает копошащегося у клеток Ханемию.       — Да?       — Могу я сегодня уйти пораньше? Сейчас Чифую хочет лишь одного: обнять своего Такемичи как можно крепче.