Память Пыли

Тишина, ощущавшаяся в помещении, накалялась. Обыск на наличие сокровищ и других предметов не принёс фактически ничего. Разобрать написанное в свитках не удалось, а горы корляписа и монет уж тем более не знают, каким способом вернуть Гео Архонту память. Это с каждым часом всё больше и больше печалило. Направляясь сюда, к, пожалуй, единственной стоящей улике, ожидаешь совсем другой исход событий. Но этот обыск не был бесполезной тратой времени. По крайней мере, Чжун Ли стал выглядеть более расслабленно. Он часто возвращал своё внимание на статую Гуй Чжун, разглядывая черты. Образ ушедшей сестры приводил мысли, которые в последнее время гигантской кучей скопились в голове, в порядок. Страхи, гнев и беспокойство, бушующие внутри, окончательно растворились, мягко расползлись по организму, образуя совсем иные чувства. Когда все документы об истории Ли Юэ были просмотрены в пятый раз, а груды механизмов напоследок окинуты грустным взглядом, Тарталья положил ладонь на плечо Моракса и похлопал пару раз. — Мы обязательно найдём выход. Нет такого яду, на который ещё не придумали противоядие, — неловко приподняв уголки губ, Фатуи ожидал реакцию собеседника. Властелин Камня выдал некое подобие улыбки и тепло посмотрел на Чайлда. Тот ощущался таким родным и успокаивающим, что было уже плевать. Хотелось бы, конечно, получить свои воспоминания, узнать о подобных приятных моментах (и, наверняка, неприятных было больше), но нужно было готовиться к худшему. — Всё в порядке… — оглядев напоследок гробницу ещё раз, Архонт глубоко вздохнул. — Нам нечего тут делать. Стоило рассмотреть катализатор лучше, или вообще попытаться его открыть… Подниматься по ступеням было намного тягостнее, чем спускаться. И не потому, что мужчины не блистали хорошей физической формой, напротив. Просто неудачное обследование и фактический провал давил на плечи непосильным грузом. Пытаясь немного отвлечься от неприятного осадка на душе, владелец гидро глаза решил поддержать разговор. — Открыть? — Да. Гуй Чжун была той ещё выдумщицей и любительницей поиздеваться над другими. А лучший способ одержать над кем-то превосходство без силы — стать гением по уму, не оружию. Тарталья тихо хмыкнул, но продолжал внимательно слушать бога, который спокойной походкой шёл за ним следом. Длинные разговоры из него никакой магией не вытащить уж точно. — Моя сестра придумала этот катализатор как игрушку. Вещицу, коя скрывала в себе не только магию, но и сложную логическую загадку. — То есть, этот предмет — своеобразная головоломка? — Почти. Память о Пыли слишком сложен для такого понятия как «головоломка», — мысли вернулись в ещё более дальнее прошлое, заставили немного нахмурить густые брови. — Гуй Чжун давала мне этот ужасный предмет пыток, чтобы поиздеваться. Один раз она на меня обиделась, потому что я запульнул его от злости. Пришлось потратить почти неделю на поиски, между прочим! И всё ради кивка и «сам виноват». Даже жалкого «спасибо, дорогой старший братец» не получил! Смешок, вырвавшийся из приоткрытых губ, эхом звонко прокатился по каменным плитам помещения. Землю начало немного потряхивать, с потолка посыпалась почва с грязью. Ноги, крепко державшие тело до этого, резко подогнулись в коленях. Чайлд почти расплющил своё веснусчатое личико, поцеловавшись с не особо привлекательным полом, если бы его не подхватили сзади крепкие руки. И, несмотря на некую опасность происходящего, внизу живота тут же разлился томный жар. — М-да, я знал, что мой смех довольно громкий, но чтоб аж вызвать землетрясение… — Ты тут ни при чём, — задумавшийся Рекс Ляпис поставил человека обратно на ступени, только вот ещё пока что не отпускал. На всякий случай. — Эта сила исходит даже не от земли. Совсем другая энергия. Вибрации продолжались. Они не утихали, наоборот, только возрастали, заставляя крепче держаться на своём месте. Обычное землетрясение давно бы поумерилось, так что это невероятно настораживало. Идея стоять так дальше и ждать успокоения природного буйства уже не казалось хорошей. Перехватив талию удивившегося Предвестника, Моракс закинул его себе на плечо и резко ускорился, попутно крикнув снежнянину прикрывать голову. Стены, потолок, пол и, казалось, ещё и сам воздух раскалывались на части. Но это были лишь ощущения от земной коры, передающиеся сквозь толстые, древние поверхности. Все чувства, обострённые до самого предела, реагировали ужасно ярко на каждый минимальный сдвиг почвы. Землетрясение отзывалось в сердце, било по голове, ушам. В нос бросились удушающая влага и разъедающий слизистые острый как наилучшие ножи Инадзумы, славящейся своей сталью, заточкой и кузнями, ветер. Чем ближе был выход из сокровищницы, тем гуще становился тот смрад, что дразнил навострившегося дракона. И объяснить происходящее было только сложнее. Коридор кончился, остался позади, но под ногами всё равно всё жутко трясло. Если бы не чудовищная мощь, таящаяся в драконе, он, как и ближайшие деревья, сейчас давно бы упал. Вековые стволы самых слабых из них раскололись на части. Повсюду валялись ветки, опавшие листья, и в воздухе, наполненным пылью и песком, метались туда-сюда всевозможные предметы: от камней и обломков деревьев, до крупных кусков развалившихся местных домов, построек. Когда рядом со входом в подземелье пролетел ветхий соломенно-веточный сарайчик, Гео Архонт напрягся, избавившись от оцепенения. — Ахуеть, — выдал развернувшийся к выходу из гробницы Гуй Чжун Тарталья. — А говорили, климат в Ли Юэ сейчас в самый раз. — Это не обычное природное явление. В нём стойкое присутствие магии, причём очень знакомой. Разве вы мне не говорили что из Архонтов осталось лишь семеро? — В смысле? — Так это же вихрь. Такой смесью водного и воздушного элементалей может руководить лишь Осиал. Потуплено уставившись на разразившуюся бурю, Фатуи слегка съёжился. Промозглый ветер хлестал по лицу и открытым частям тела, а кожа, спрятанная под одеждой, стремительно теряла тепло. Чайлд тихо попросил опустить его на ноги — неловкость за счёт такого положения была неприятной — и, почувствовав под ступнями дрожащую почву, он чуть посмурнел. На поверхности землетрясение не ощущалось так отчётливо и явно. Источник был явно под землёй, где-то на достаточной глубине, но всё равно являлся неестественным. Если это и вправду был Архонт Вихрей, что имело место быть, то ситуация принимала довольно плачевное положение. Особенно если учесть, что его удалось заточить год назад с немалыми усилиями Адептов и Цисин вместе с Путешественником. Наблюдая за практически чёрным небом над архипелагом небольших островков Облачного Моря, Предвестник недовольно сжал губы. Каменный лес Гуюнь, хорошо просматриваемый с выхода из гробницы, явно и был местом, откуда разливались эта густая энергия и буйство стихии. Видимо, придётся совершить исследовательскую прогулку чуть дальше, чем планировалось изначально. Этот внезапный вихрь точно неспроста — тут нельзя было сомневаться. — Ты уверен, что идти в центр урагана — лучшая идея? — Если учитывать, что эта идея единственная в принципе, то конечно да! — держа на готове водяной клинок, Тарталья с ухмылкой уворачивался от очередного дерева, которое, пролетев ещё немного по пляжу, снова поддалось ветряному потоку и устремилось вверх. Он отбросил мокрую чёлку назад, прищурил глаза и посмотрел на абсолютно чистого и нетронутого непогодой бога. — Хэй, с щитом нечестно! От сокровищницы Гуй Чжун было совсем недалеко до магического телепорта, чем и воспользовался Фатуи. Подобными точками телепортации могли пользоваться только владельцы глаз бога, ну и, как оказалось по итогу, Чжун Ли тоже. Это было просто замечательно, ведь иначе перейти с материка на острова было бы намного сложнее. Тем более если учитывать вихрь, не утихающий всё это время. Преодолев расстояние до телепорта в считанные минуты и не получив по башке каким-то летающим булыжником, мужчины тут же попали в портал и уже через мгновение оказались на метавшимся куда угодно белом мягком песке. Вода, бьющая по всему каплями, подобными маленьким острым иглам в этот момент, оказалась не дождём, а вырвавшейся с помощью урагана частью моря. В груди билось сердце в такт дрожи земли. Внутри бурлил интерес, желание узнать, что здесь происходит, и небольшая примесь топящего подобия страха. Страха за что — непонятно, обычно такое чувство не присутствовало даже перед самыми страшными битвами. В последний раз Чайлд мог ощущать страх только в Бездне, в иных случаях его максимальные чувства были переживаниями за семью, только-только появившихся друзей и… за Моракса сейчас. Странно, наверное, бояться за существо, прожившее больше шести тысяч лет. Дабы избавиться от раздражающей нутро кипы мыслей да вопросов, Предвестник предложил на спор дойти до эпицентра буйствующей стихии. Рекс Ляпис с хитринкой в глазах согласился. — Мы, вроде бы, и не договаривались на какие-то условия. Так что всё честно. Ответить на такое было нечем, поэтому Фатуи продолжил уворачиваться от булыжников и прикрывать лицо, дабы в глаза не попал песок. Чем ближе — тем сильнее становился вихрь. Адреналин из-за ситуации разливался по венам с такой же скоростью, с какой и жуткий ветер развевал волосы. Казалось, поток урагана подхватит и унесёт сейчас прямо в небо, но ноги пока ещё крепко держались. Правда, приходилось сгибаться в коленях и удерживать равновесие с особой осторожностью. За скалой, которая, по всей видимости, была одним из копий Гео Архонта, бросившего их в море, располагались дребезжащие под напором бури хижины хиличурлов. Монстры метались из стороны в сторону, прятались под выемки в горе. Они никак не отреагировали на появление на их территории посторонних, им было совсем не до этого. Тарталья, настроившийся на драку, как-то растерял интерес. Но предчувствие скорого — а по ощущению это что-то должно было быть многообещающим — чего-то более опасного и интригующего тут же отбросило лёгкое, надолго не задержавшееся, разочарование. В следующей скале наблюдалась выемка. Со стороны лагеря хиличурлов залезть не представлялось возможным из-за высоты, но появившиеся в золотом свечении колонны, выстроившиеся по типу лестницы, помогли преодолеть расстояние моментом. Чудом не слетев с гео конструкций прямо в вихревые потоки, Чайлд опёрся об холодную стену спиной и прикрытыми веками глазами всматривался в даль. Ничего видно не было — песок и прочий мусор вместе с темнотой царствующей ночи об этом отлично позаботились. — Аура магического влияния тут необычно мощная, — перестав направлять энергию в щит, Чжун Ли оказался окутан его рассыпающимися осколками. Его взор направился туда же, куда смотрел владелец гидро глаза. — Мы в самом центре, источник находится где-то здесь. Голубые глаза оторвались от зрелища царствующего хаоса и оглядели место, в которое Тарталья почему-то решил незамедлительно попасть. Несмотря на непогоду, тут летали золотые элементальные бабочки, которые, медленно махая прелестными крылышками, приближались к богу. Некоторые из них плавно сели тому на голову — пыльца обдала его образ невесомой дымкой, — а другие выбрали плечи, руки; кое-кто беспокойно мотался в воздухе, не найдя себе места. — Да ты, я смотрю, популярный, — прокомментировал милую, на его взгляд, сцену Предвестник. — Конечно, — гордо скрестив руки на груди, ответил Рекс Ляпис и ухмыльнулся. — Признание моего превосходства — самое очевидное, что нужно сделать. Между прочим, тебе бы тоже стоило признать, что я выиграл. — Эх… Ладно. Но я отыграюсь. Ветер будто поутих. Но на самом деле это не было таковым — просто именно в этом месте создавался некий вакуум, отделяющий буйство стихии и внешний мир от тихого уголка. Стены в мху и древних фресках, частях стен и зданий выглядели по-настоящему завораживающе, тем более когда ослеплялись дивным светом волшебных существ здесь. Послышалось громкое бряцанье. Будто гора камней резко обрушилась с небольшой высоты. Из-за кустов и наваленных обломков раздалось ворчание и рык, а после показалось высокое существо. Гео лавачурл, вставший со своеобразной лежанки, моментально развернулся к прибывшим и грозно зыркнул горящими жёлтым пламенем глазами. — Вот же ж блять… — быстро среагировав, Предвестник встал в боевую стойку и призвал свои клинки. Монстр медленно приближался. Он, ударив себя в грудь огромными кулачищами, призвал гео щит и громко взревел. Смотрящий на него Моракс никак не проявлял беспокойства. Одним взмахом руки дракон призвал несколько колонн, которые тут же окружили врага. От каждой из них раздалось мерное биение энергии, появилось золотое свечение, осветившее всё вокруг. Буквально в считанные секунды появился крепкий щит, начавший уменьшаться со временем. Лавачурл съёжился, зарычал, принявшись остервенело бить по нему, но после, когда оставалось совсем немного места и его уже сдавливало со всех сторон в одну точку, заскулил как паршивый пёс. — Немного… жестоко, не находишь? — спросил Тарталья, растворив клинки в воздухе. — Ох, может, самую малость, — закатил глаза бог и, щёлкнув пальцами, расколол щит на части. — Всего хорошего! Где-то в центре урагана. Под монстром резко завибрировала поверхность, а после резко оторвался кусок камня отскочив вместе с ним за пределы пещеры. Вой, не успевший начаться, сразу же потух в потоках ветра, которые подхватили новый объект и закружили в вихревом танце. Бой так и не состоялся. Опять. Но рыжеволосый мужчина по этому поводу переживал мало. Его внимание привлекло нечто совершенно иное. По двери в подземелье артефактов можно было понять, что мужчины оказались правы, выбрав Каменный лес Гуюнь. Она равномерно мерцала, издавала перелив энергии элементов. Путешественник рассказывал, что ему удаётся активировать такие места, но это было свойственно только ему, как и смена стихии по желанию. Обычные люди подобными умениями не владели. Возможно, умели Архонты, но спросить у Чжун Ли сейчас не имело смысла, для него подземелий вообще не существовало. «Он ведь древнее их всех вместе взятых» — приподняв уголки губ, подумал Тарталья и подошёл к вратам. Они не были похожи на те, что обычно встречали путника, аура чутка изменилась. Если вспомнить рассказы Итера, то местная обитель с артефактами была с гео элементом. Сейчас же это совершенно не чувствовалось. Гиблое дело, тут всё серьёзнее, чем ожидалось изначально. Изменчивость таких мест сродни чему-то из фантастики. Хотя в магическом мире почти всё можно отнести к фантастике, если задуматься. — Нам, скорее всего, нужно сюда. Интуиция не подводит: здесь мы точно получим больше информации, нежели в гробнице Гуй Чжун! — размяв плечи, Чайлд развернулся к Рекс Ляпису. — Несомненно эта затея безумно опасна! — Хах, есть ощущение, что тебя факт опасности лишь радует, — грохочущий смех Властелина Камня разорвал спокойствие бабочек и те, отцепившись, упорхнули. Без лишних слов дракон сам потянулся к двери, распахнув её одним махом. Пространственная магия заволокла внутрь уверенных в себе и своих силах мужчин, а после медленно закрыла дверь. Буря лишь продолжала нарастать, уходя всё дальше и дальше на территорию Ли Юэ.

***

Темнота мерно обволакивала. Где-то в дали ритмично раздавался звук бьющихся о гладь воды капель. Сырость неприятно бросалась в чувствительный нос, неприятно ложилась на кожу. Из-за чрезмерной влажности, духоты и спёртого воздуха одежда липла к телу, заставляя непроизвольно двигаться, дабы избавить себя от дискомфорта. Хотелось пить, вздохнуть чистого, кажущегося сейчас по каким-то причинам необычайно сладким, кислорода. Мыслей в затухшем на время сознании не наблюдалось. Они нервной кучей сложились где-то на подкорках, ожидая, когда их хозяин соизволит пробудиться. В какой-то момент дремлющее состояние надоело организму. Окончательно проснуться помогло что-то мокрое, прилипшее резкой, головокружительной прохладой к щеке. Перед медленно раскрывшимися глазами предстала синяя муть. Не полностью пришедшее в себя тело приняло это нечто за слизня или на крайний случай желе, но, когда ноги охватило такое же ощущение чего-то холодного, стало не по себе. Резко дёрнув руками и ногами, Тарталья попытался освободиться от мерзкого монстра. Только вот, почувствовав сопротивление, существо начало охватывать мужчину с большим усердием и интересом. Быстро оглядевшись по сторонам, Чайлд понял, что находится в какой-то подземной пещере, охваченной голубым свечением. Со сталактитов, свисающих с потолка, капала вода, а на полу лужи постепенно переходили в большое озеро. Нигде не было Чжун Ли. Предвестника охватило пока ещё лёгкое беспокойство. Он не понимал, что происходит и как вообще мог здесь оказаться! После того, как портал в сокровищницу захлопнулся, он по какой-то причине потерял сознание. Заставить Фатуи отключиться невероятно сложно, так что всякие удары по сонным артериям или яды могли и не сработать в принципе. Тренировки распространялись и на такой спектр. Остаётся только одно — магия, которой сопротивляться практически невозможно без нужных артефактов или врождённых способностей. Дело несомненно приняло гадкий оборот. Призвав водяные клинки, Тарталья ударил ими по слизи. Оружие растворилось в монстре без каких-либо лишних усилий, что не могло не заставить забеспокоиться. Скверно. Обычно владелец гидро глаза носил с собой ещё несколько видов ножей, но большинство из них он с собой просто не взял. Единственный, о котором он не позабыл, — тот, что находился в голени сапога. Извернувшись в щупальцах — а это нечто явно обхватывали его щупальцами, — Чайлд зацепился за свою ногу и ловким движением вытащил довольно острый кинжал. — Думаешь, я уступлю тебе? Ты не первый гидро слайм, решивший, что я слабее лишь из-за одинакового элемента! — воткнув лезвие поглубже в тело существа, Предвестник активировал свой глаз порчи. Электро против воды работает гораздо эффективнее, что мужчина сейчас желал с большой охотой доказать этой твари. Но, к удивлению и шоку Тартальи, монстр никак не отреагировал. «Оно» впитало в себя всю силу, которую против него навострили, и та растворилась, прокрутившись внутри прозрачной жижи подобно маленькому урагану фиолетового цвета. Широко разинув рот из-за представшей картины, Предвестник не ожидал, что существо решит воспользоваться этим, засунув одну из своих склизких конечностей туда, затыкая начавшего мычать мужчину. На нежные стенки горла пришлось ужасно некомфортное давление, которое вызывало рвотный рефлекс. Приходилось, сдерживая себя от этого и терпя головокружение, продолжать сопротивление. Не больно удачное, но больше ничего не оставалось, кроме как остервенело мотаться из стороны в сторону, биться об почти морозный камень и наугад бить клинком. Но монстру, по всей видимости, было наплевать на всё: он лишь с увеличившимся интересом продолжал свои игры. Ещё несколько щупалец окольцевали руки и ноги, дабы тело перестало пресекать движения и отбиваться. Самыми кончиками были поддёрнуты пиджак и бардовая рубашка, которые уже насквозь вымокли в жиже существа. Одежда словно по волшебству разрывалась, как будто слизь была остра как самые наточенные ножи. Толстые слои густой массы давили на кожу в рубцах шрамов, мягко тёрлись об неё и переходили от подтянутого живота к рёбрам и груди. Жар как гигантская волна обрушился на Чайлда. Тот вообще перестал что-либо понимать. Он в какой-то момент поверил, что это очередной его сон — даже пусть эротический, — и надеялся проснуться как можно скорее, но, когда его разум окончательно принялся анализировать ситуацию, её подробность и моменты, понял — это не сон. В его снах, которые приходили очень редко и были нечастыми гостями, он обычно не мог говорить, предпринимать какие-то действия. А сейчас всё было иначе, совершенно по-другому. Только вот никто не позволял ему говорить или действовать долго, быстро нашли способ заткнуть. Приключения хуже, чем это, на практике Фатуи ещё не было. Даже Бездна не могла похвастаться такими существами, которые первым делом пытаются… оттрахать. К сожалению, мужчина быстро понял, что монстр хочет с ним сделать. От полного осознания того, во что он успел случайно, неизвестно как попасть, жутко хотелось потерять сознание снова. Уж лучше так, чем чувствовать всё это. Щупальца стали плотнее на концах, обхватили чувствительные соски и принялись немного жёстко дразниться. Другие конечности существа уже расправлялись со штанами, мягко проходились по ногам, покрывшимися мурашками. Когда отросток во рту начал ритмично вбиваться внутрь, Тарталья прикусил его, но не получил должной реакции — монстр и не почувствовал ни черта. Глаза предательски заслезились, слёзы ещё удавалось держать в себе, только, видимо, это было не надолго. Что-то присосалось к освободившемуся от нижнего белья члену, сразу же оттягивая кожу. Чуть ниже ствола зашевелился другой тентакль, который последовал примеру и, «облизывая» ляжки и ягодицы, перебирал яйца, издавая шлёпающий звук громче, чем остальные. Было мерзотно от того, насколько происходящее возбуждало. Проклиная своё тело, Чайлд сжимался под каждой лаской, доводящей до дрожи. С члена — уже прилично вставшего и набухшего — капало достаточно много смазки, которую существо впитывало в себя с превеликим удовольствием. Уплотнённая слизь тёрла покрасневшую головку какое-то время, а потом, не терпя насытится, медленно проникала внутрь уретры, отчего вызвало испуганный взгляд своей жертвы и новую порцию сопротивления. От тентакля в таком нестандартном месте стало не по себе, распирало слишком сильно и почти до боли, но даже так член не упал, напротив, лишь окреп. Щупальцу, мельтешившему у задницы, надоело так лениво активничать, получая в ответ ничего, поэтому оно тоже решило войти внутрь, но через другой вход. Обмазав хорошо плотное колечко мышц напрягшегося человека, оно резко поступающими движениями входило в нутро, заполняя собой пространство. Отросток нетерпеливо завозился взад-вперёд, помотался в стороны, ища что-то, надавливал на стенки, мягко обводя их. Уперевшись в одну точку, по всей видимости оказавшейся простатой — жертву забило в конвульсиях из-за подобной стимуляции, — тентакль вбивался, переходя с постепенного ритма на быстрый и резкий настолько, что толчки отзывались даже в голове. Смазки и предсемени со слизью было настолько много, что тело буквально тонуло во всех этих жидкостях. Ласки со всех сторон, с разными характерами и скоростью душили, убивали практически весь разум и сознание. Слёзы безостановочно катились по щекам вместе со слизью, и, казалось, даже мозг сейчас трахают — настолько всё било по чувствам. Резко откинувшись, тело в последние разы вздрогнуло, ощутило конвульсии в руках и ногах, а после замерло, расплываясь по полу. Существо впитало все жидкости: от пота и слёз до семени, с интересом продолжило исследовать отрубившуюся жертву. Отростки завозились с ещё большим усердием, когда глубокий, бархатистый голос, словно шум моря, раздался эхом от стен пещеры: — Интригующий малец, хотелось бы поиграть и в другой раз тоже. Только немного иначе…