"Нужён"

Их болтовню прерывает звонок Стаса Шасту. Ему то ли скучно, то ли он таким образом сливается от каких-то заданий Дарины, но именно сейчас ему вдруг становится очень нужно поговорить с Антоном по поводу Команд и поездки в Воронеж. У Шаста нет благовидных предлогов, чтобы отказаться от этого разговора, да и это их общее дело, и у них на самом деле всегда есть что обсудить, так что он и не ищет никаких предлогов, чтобы самому слиться с разговора со Стасом. Арс это прекрасно понимает и старается вести себя очень тихо, но в какой-то момент, как это обычно и бывает, срабатывает закон подлости, и у него резко возникает желание чихнуть. Он понимает, что не успеет встать и смотаться в ванную, поэтому зарывается лицом в подушку и чихает. Звук получается глухой, но его все равно слышно. Шаст от неожиданности замолкает и зачем-то прикрывает свой рот ладонью. - О, Антох, ты не один, - моментально реагирует Стас. – А чего не сказал… - он типа делает многозначительную паузу. – Что занят? – продолжает с усмешкой. - Да я… - Шаст тоже делает паузу, решая, как сейчас себя вести, и после секундного раздумья решает не переубеждать Стаса, что он не один, а наоборот, подтвердить его слова и дать понять, что это уже более или менее постоянное явление в его жизни. – Стас, мы можем поговорить. - Да? - Да. - Ну я надеюсь, ты мне расскажешь, кто она? – Стас чуть понижает голос. – Не сейчас. Завтра? - А нечего рассказывать, - Шаст говорит это специально, чтобы заинтересовать Стаса сильнее. - Угу, понятно, - усмехается Шеминов. – Она рядом. - Нет. Она ушла в ванную, - Шаст смотрит на лежащего рядом и уткнувшегося в подушку Арса и едва сдерживает улыбку. – Мы пока просто встречаемся. На самом деле встречаемся и расходимся. - Ничего серьезного? - Ну почему… - Шаст представляет, какое любопытство сейчас раздирает Стаса, не сдерживается и все-таки улыбается. – Жениться точно не собираюсь, по крайней мере, пока, но начинать со свиданий мне понравилось. - О как! – Стас неподдельно удивляется. – Ты это тщательно скрывал. Я уж начал подозревать страшное, - говорит, ухмыляясь. - Что же? - Что ты на мужиков переметнулся, - Шеминов продолжает ухмыляться. – Вон, с Арсом вы в последнее время особенно близко общаетесь. - Стас, пошел ты нахуй! – Шаст начинает раздражаться. – Это вообще при чем? - Да ни при чем, ни при чем, - бурчит Стас. – Я пошутил. Я в тебе не сомневаюсь, Антох. А с кем он спит, меня мало волнует. Я тебе уже это говорил. Главное, что с тобой у него шансов нет. Шаст, будь все-таки поосторожнее. Не давай поводов думать, что тебе его внимание нравится. - Какое, блядь, внимание?! – Шаст уже конкретно раздражен, но это раздражение от понимания, что Стас реально может догадаться об их с Арсом отношениях, и это точно будет полный пиздец. - Антох, ты не бесись, - спокойно говорит Стас. – Ну я понимаю, вы нашли общий язык, тебе с ним интересно общаться, но у него к тебе всегда был какой-то повышенный интерес. Ты ж все, что он говорит, подхватываешь. Может, он почву прощупывает, так сказать. - Стас, не неси хуйню! Если он нас не посвящает в свою личную жизнь, это еще не значит, что она у него отсутствует, и его интересы вертятся вокруг меня! - Антох, не заводись. Пожалуйста, - Стас продолжает говорить спокойно. – Да я рад, что у вас у каждого своя личная жизнь. Мне нахер не надо, чтобы он меня посвящал в свою личку. А ты мне в любом случае небезразличен. Ты вот до сих пор обвиняешь меня из-за Иры, но поверь, я никогда не хотел тебе чего-то плохого и… - Я не обвиняю тебя, - перебивает его Шаст, справляясь с раздражением. – Эта тема уже закрыта. Но просто больше не лезь в мою личную жизнь. Я сам разберусь со своими отношениями и с тем, какими они будут. - Да я и не собирался. Антох, просто голову на плечах имей и все. Помни, что у тебя есть официальная девушка. И знаешь, на данном этапе ее лучше не менять. Сейчас такая шумиха вокруг тебя ни к чему. Или ты хочешь уже дать понять, что свободен? - Мне все равно, - Шаст старается говорить безразлично, потому что на самом деле ему не все равно, и его абсолютно устраивает, что его считают парнем с долгими и постоянными отношениями, потому что ему никого не сватают и не лепят ему имидж искусственно. – Ире не надоело? - Ну, она же молчит. В любом случае до поездки в Воронеж вы не должны расставаться. А там решим. Да? - Угу. - Ладно, Шаст, не буду больше мешать, давай до завтра, - сворачивает Стас разговор, все-таки помня, что Шаст не один. - До завтра, - бросает тот трубку и отключается от разговора. – Ты живой тут? – спрашивает Арса, касаясь губами его затылка. - Угу, - мычит тот, не поднимая головы. – У меня не получилось сдержаться. Извини. - Да херня, - Антон целует его в шею. – Зато теперь Стас думает, что у меня кто-то есть. В ближайшее время можно не париться по этому поводу. Классно же. - Классно, - без какого-либо энтузиазма соглашается Арс. - Ты чего? – Шаст ложится набок и тянет его за плечо, давая понять, чтобы он повернул к нему голову. – Арс, что случилось? - Ничего, Шастик, - тот отрывает лицо от подушки и встречается с ним взглядом. – Все нормально. На самом деле, Арса задел этот разговор Шаста со Стасом. Он прекрасно понимает, что это очень глупо, ведь Антон просто играл свою роль, и он не сказал ничего обидного в его адрес, но от понимания, что Шаст периодически обсуждает со Стасом его личную жизнь и его самого, Арс испытывает какие-то неприятные чувства. И он даже сам не может понять, что его задевает. Поэтому посылает подальше все эти мысли, ведь Шаст на самом деле сейчас все сделал правильно, так что Арс просто смотрит на него, чуть заметно улыбаясь, вспоминая его оладушки и снова начиная испытывать чувство кайфа от понимания, что все это происходит на самом деле. - Арс, точно все нормально? – Шаст притягивает его к себе и касается губ мягким поцелуем. – Я просто воспользовался моментом и не стал разубеждать Стаса, что не один. Ты же сам говорил, что нужно будет как-то убедить его, что у меня кто-то есть. - Ты все сделал правильно, - говорит Арс, отвечая на поцелуй. – Просто бесит, что это в принципе нужно делать. Что ему есть дело до твоей жизни. - Ну ты Стаса что ли не знаешь? Забей, Арс, - Шаст продолжает мягко целовать его. – Ну сейчас же все получилось как нельзя кстати. Мы все равно не сможем его изменить, и ему будет дело до всего. Просто мою жизнь он больше никогда не будет устраивать. Забудь уже о нем. - Забыл, - Арс закрывает его рот поцелуем, мысленно посылая куда подальше Стаса с его любопытством и желанием устроить жизнь Шаста так, как он считает правильным. В конце концов, Шаст сам сделал выбор, который именно он посчитал правильным, и этот выбор – Арс, а все остальное на самом деле не имеет значения. И ни для кого не секрет, что у Стаса с Шастом довольно близкие отношения, которые изначально были за рамками деловых. И в эти их отношения Арсу лезть не стоит. Шаст сам прекрасно уже понимает, насколько он готов позволять Стасу вмешиваться в свою жизнь. И сейчас он четко дал ему понять, чтобы он не вмешивался в его отношения. Так что про Стаса на самом деле лучше уже забыть, тем более, обстановка этому способствует. Арс не замечает, но каким-то образом получается так, что уже не он целует Шаста, не давая ему дальше хоть что-то говорить, а наоборот – Шаст целует его. Без страсти, без желания заткнуть ему рот, а просто желая близости и ласки. Это про чувства, и от понимания этого Арсу сейчас становится очень хорошо и абсолютно спокойно. Похуй на Стаса и вообще всех, пока у них с Шастом есть свой вот этот мир, где они вдвоем, и где Арс чувствует себя по-настоящему нужным, желанным и единственным. Шаст возится, укладывает его на спину и сам пристраивается сверху. Делает все это, не отрываясь от его губ, и дальше продолжает целовать, нежно лаская его плечи и ключицы подушечками пальцев. Эти ласки – отдельный вид удовольствия, и Арс отдается ему полностью. Полностью он готов отдаться и Шасту, но он не чувствует его хотя бы намечающегося возбуждения, поэтому просто целуется с ним и кайфует от его ласк и ощущения его тела своим. Он обнимает его за талию и немного сильнее прижимает к себе, чтобы Шаст был еще ближе, и они продолжают просто целоваться. - Арс, - Шаст все-таки разрывает поцелуй, когда тот начинает едва ощутимо поглаживать его поясницу большими пальцами, - а ты уже достаточно восстановленный для того, чтобы трахаться? – спрашивает, глядя на него и улыбаясь. – Ты хочешь? - Я отвечаю однозначное «да» на все вопросы. Если это предложение, то я абсолютно «за», - Арс усмехается. – Но что-то мне подсказывает, что ты не стал бы заходить так издалека. Так что говори уже, что ты хочешь? Ты знаешь, тебе все можно. - Не, наоборот, - Шаст состраивает грустную и в то же время виноватую физиономию. – Я вот вообще не восстановленный. Точнее, я обожратый, и у меня состояние нестояния абсолютно везде. Я уже не могу так быстро восстанавливаться, - слегка ехидничает, припоминая Арсу его слова и намекая на возраст, но тут уже на свой, что он моложе, но это ему вообще никак не помогает. - В общем, от меня нет никакого толку. Пггошу понять и пггостить, - включает режим Александра Родионовича Бородача. - Блядь, Шаст, - Арс прыскает от смеха, крепко прижимает его к себе и утыкается носом в его макушку, - ну какой же ты охуенный придурок. Я тебя обожаю. - Да? – тот прижимается губами к ямочке между ключицами. – Прям обожаешь? - Ага, - Арс довольно улыбается. - За что? - За то, что ты ничего не придумываешь и говоришь правду, за твое доверие, за все то, что я чувствую и испытываю с тобой. Шастик, - он целует его в макушку, - с тобой охуеннно всегда, но вот в такие моменты особенно. Я понимаю, что ты сам не строишь никого из себя, и тебе не нужно, чтобы я соответствовал каким бы то ни было стандартам. И уже в который раз Арс понимает, что таких отношений у него никогда и ни с кем не было. Он действительно с самого детства старался соответствовать каким-то требованиям и стандартам. Это неплохо, он и сейчас задает их сам себе, просто с Шастом он это делает для себя, а не для того, чтобы оправдывать его ожидания, и с ним можно говорить обо всем, и это не будет оцениваться на соответствие каким-то возможностям и ожиданиям. От него не нужно скрывать свои слабости, потому что он их примет, как принимает всего тебя и доверяет тебе. И единственное, что на самом деле нужно, как правильно сказал Сережа, - не убить в нем доверие и не заставить его жалеть о нем. Арс этим займется, но немного позже. - Точно не нужно, - бурчит Шаст, не отрывая губ от ямочки между ключицами. – Это ты сам все хочешь соответствовать каким-то стандартам. Нахуй твои стандарты как минимум завтра. Никакого бега утром или занятий в коридоре, пока я буду спать. - Шастик, ну я после твоих оладушек уже поправился килограмма на два, - Арс вдыхает воздух и надувает живот типа в доказательство. - И чего? – Шаст слегка щекочет его бок, и он тут же выдыхает воздух и втягивает живот обратно. – Это незаметно, во-первых, а во-вторых, сбросишь их другим способом. Завтра у меня точно будет стоять все, что нужно. И печь я точно больше ничего не буду. Вот, - бурчит, щекоча губами кожу. - Шаст, ты не представляешь, насколько ты невероятный, - говорит Арс шепотом ему в макушку. – Делай все, что захочешь, если тебе это не в напряг. И оладушки твои были очень-очень вкусными. Шастик, тебе тоже не нужно соответствовать каким-то придуманным стандартам. И мне пиздец как нравится, что мы с тобой можем обожраться и тупо валяться в постели, как два жизнерадостных рахита. - Ну, в постели сейчас один жизнерадостный рахит, - Шаст возится на нем, прижимаясь своим животом к его. – Угадай с одного раза, кто. Бля, реально такое чувство, что у меня пузо как барабан, и мне даже лень шевелиться. - Аналогично, Шаст, - Арс усмехается. – Но вот честно, похер. У тебя же нет ко мне претензий по этому поводу? - Абсолютно никаких, - Шаст обвивает его своими конечностями и кладет голову ему на плечо. – Мне вот так хорошо. - Мне тоже, - Арс скрещивает руки у него на спине, удерживая в таком положении. Оно вроде бы и не нужно, Шаст явно не собирается ничего менять в ближайшее время, но просто хочется его обнимать и удерживать как можно ближе. – Очень хорошо, Шастик. Они замолкают на какое-то время, потому что становится как-то даже лень разговаривать, хочется молчать, ни о чем не думать и просто побыть в тишине вместе и чисто физически максимально близко друг к другу. Арсу вообще очень нравится эта тактильность Шаста, которая присуща ему и в постели, и за ее пределами. Это тоже форма близости, которая имеет много общего с чувствами, а не только с сексуальным влечением. До Шаста у Арса были отношения, в которых в той или иной мере всегда присутствовали прикосновения, обнимания, поцелуи, но только с Шастом это стало чем-то абсолютно естественным и обычным и без чего уже просто невозможно обходиться. Ну и да, этой тактильности очень много, когда Шаст дурачится. Ни в одних отношениях Арса не было такой непосредственности и легкости. Сейчас Арс знает, что для него это очень важно, и ему этого действительно не хватало. Шаст очень много дал и продолжает давать ему, он лучший, и это факт. - Тебе не тяжело? – нарушает тишину Шаст. – Давай на кровать лягу? - Не-а, - Арс прижимает его к себе и не дает пошевелиться. – Мне классно. Ты такой тепленький, уютный, как пледик. Как раз два метра, как мне нужно, - говорит, явно улыбаясь. - Ну, ты сам это сказал, - Шаст расслабляется и закрывает глаза. – Если я усну, а тебе припрет поссать, как хочешь изворачивайся, чтобы встать, но меня не буди. - Ты хочешь спать? – Арс тоже ослабляет свои объятия и теперь просто обнимает Шаста двумя руками за спину. – Шастик, я серьезно спрашиваю. Если хочешь, ложись. Только давай сначала обработаем твою задницу, а то вдруг ты до утра будешь спать. - Зачем? Все ж нормально. - И как мера профилактики, и как средство смягчения. Шаст, сейчас это на самом деле нужно. - А только мне нужно? Тебе нет? - И мне нужно. Но я сделаю это попозже. Я пока спать не хочу. Шаст, я прошу тебя, доверься сейчас мне. Ладно? Поверь, я думаю о нас двоих, а не только о тебе. И я от тебя ничего не скрываю, - Арс наклоняет голову и чмокает его в переносицу. – Давай сейчас ты доверишься мне, мы оба потерпим некоторые ограничения и немного лишних процедур, а потом будем делать все, что захотим? - Арс, да я тебе уже давно доверился, - Шаст приподнимает голову и касается его подбородка губами. – Просто когда ты сейчас начинаешь говорить обо всех этих вещах, ты говоришь только обо мне. - Потому что для меня это уже просто образ жизни. Я говорю тебе обо всех этих вещах, потому что ты их просто не знаешь. А для меня это все норма. Ну это как почистить зубы, умыться. Я тебе уже не раз говорил, что анальный секс ничего общего с порнухой не имеет. Ну, если только в некоторых случаях, приближенных к реальности. И получение удовольствия от него напрямую зависит от состояния задницы. Любая даже самая незначительная травма, любой дискомфорт не даст его получать в полной мере. Ты сам это прекрасно чувствуешь. Я тебе уже говорил, что когда у меня есть постоянный секс, некоторые вещи становятся просто обыденностью. Шастик, ты не заметишь, как сам придешь к этому, и сам будешь что-то делать, просто ориентируясь на свои ощущения в некоторые моменты, - Арс приподнимает его голову и целует в губы. – Тема раскрыта, вопросы закрыты? - Закрыта, раскрыты, - Шаст скатывается с него на постель. – Ну давай тогда делай что нужно. Я пока спать не хочу, но не факт, что не усну через полчаса. А ты что будешь делать? - Вообще, хотел посмотреть один фильм. Я тут собираюсь на пробы, хочу хоть примерно представлять, какие типажи режиссер подбирает для персонажей, да и вообще, какая игра ему нужна. - И ты молчал? – Шаст тяжко вздыхает. – Арс, почему ты не хочешь рассказывать мне вот об этой части своей жизни? Я же знаю, что тебе это очень важно и нужно. Мне не все равно, Арс. Да, ни нас всех, ни меня это не касается, но это тебя касается. И если у тебя что-то получается, мне это небезразлично, Арс. - Да ничего у меня не получается, Шастик, - тот обнимает его и утыкается лицом в его плечо. – И рассказывать совершенно нечего. То, что я собираюсь на пробы, это вообще ничего не значит в данном случае. «Ну ты приди, а там посмотрим» - такой себе повод для рассказа, согласись. Это ведь даже не приглашение на пробы. Так что «что-то получается» - это в данном случае не про меня. - Пока, - говорит Шаст, касаясь его виска губами. - Пока не получается. Я тебе уже говорил – не постучишься – не откроют. Так что стучись, Арс. Даже вот так. Историю «Ласкового мая» знаешь? - Не особо, - Арс усмехается. – Ну был мальчик из детского дома, ушлый мужик услышал в поезде песню и решил, что на этом можно заработать. Как это ко мне относится? И откуда ты-то знаешь эту историю? - Читал. И это красивая история для публики. На самом деле все было не так. На момент якобы услышанья Разиным песни, группа уже была и давала концерты. Он тогда только к "Миражу" отношение имел. И мужик, который с ним работал, купил кассету, приволок в Москву, но никому не зашло. Типа примитив, бесперспективно. И тут этот мужик знакомится с каким-то партийным функционером, тот дает нужные телефоны. Вот тогда Разин и понимает, что можно рубить бабло. Собирает несколько групп, они дают концерты под фанеру, и только потом, ведь нужно расширять репертуар, едет к настоящему Шатунову, чтобы записать новый репертуар. И не был бы тот на сцене, если бы их руководитель Кузнецов не настоял, что петь должен оригинал. Ну и понеслась волна популярности. Понимаешь, к чему это я? - Не очень. - Арс, ну вот есть красивая история для публики, где у мальчика все получилось сразу, ну сказка такая, что он чуть ли не в один день проснулся знаменитым. А есть реал, где есть просто куча случайных обстоятельств, которые привели уже существующую на самом деле группу, поющую и записывающую песни и имеющую уже определенную популярность в узких кругах, к успеху, и упертость некоторых людей. Вот и ты будь упертым и не думай о бесперспективности. Вот тебе яркий пример того, как ошибочно бывает чье-то мнение. Ну и случайности и стечения обстоятельств не сбрасывай со счетов, – Шаст приподнимает его голову и целует в губы. – Теперь понятно? - Теперь понятно, - улыбается Арс. - Вот и отлично, - Шаст укладывается на живот. – Давай обрабатывай мою задницу, и будем смотреть твой фильм. - Чудо ты, - Арс садится на кровать и стаскивает с его задницы трусы. – Чудесное, - чмокает в ягодицу, берет тюбик с мазью и выдавливает себе на палец небольшое количество. – Готов? - Угу. - Тогда просто максимально расслабься, - Арс проводит пальцем по сфинктеру, размазывая мазь снаружи. – Ты непроизвольно напрягся от моего прикосновения. Это сейчас нормальная реакция, Шаст. Не начинай думать всякую херню. Это пройдет, просто дай себе время. Вот прям с этого момента ты даешь себе время и доверяешь мне и моим словам. Да? - Да, - Шаст растягивается на постели, раскидывает руки в стороны и действительно расслабляется. Арс обрабатывает его задницу релифом, дает ему таблетку детралекса, и потом они вместе устраиваются с ноутом на подушках и начинают смотреть фильм. Шаст где-то на середине засыпает, Арс досматривает фильм, аккуратно встает, идет в ванную, как и говорил, совершает все те же процедуры, что делал Шасту, потом ложится к нему под бок, тот, не просыпаясь, обнимает его поперек живота и прижимает к себе. Арс закрывает глаза и моментально засыпает.