"Нужён"

Проходит где-то полчаса, а телефон все молчит, и Арс начинает нервничать. Он уже ругает себя за свое нетерпение и это сообщение. Нужно было все-таки потерпеть еще чуть больше пары дней и разговаривать с Шастом в Москве при встрече. Конечно, он в курсе, что Антон с Димой и Стасом вчера и сегодня проводят технички Команд, и сейчас наверняка нянчатся с участниками, потому что впереди у них выступления, и всем требуются и наставления, и советы, и какие-то успокоительные слова, да и просто элементарное внимание от, как ни крути, но реально главных людей всего этого мероприятия. И всем они стараются уделить какое-то время, чтобы никого не выделять особенно и не обделять вниманием, как им будет казаться, намеренно. Головой Арс понимает, что прошло всего полчаса, но это ведь не съемки и выключать телефон нет никакой необходимости. Неужели Шаст за эти полчаса ни разу не взял его в руки? Да он вообще наверняка при нем. Даже если он не может разговаривать, он может послать ответное сообщение. Просто написать, что позвонит позже. Конечно, если захочет звонить. Вот это непонимание – Шаст не хочет или не может с ним разговаривать, и заставляет Арса нервничать и думать о том, что он здесь просто сойдет с ума, если Шаст продолжит молчать и вообще никак не объявится. С одной стороны, будет понятно, что он не хочет разговаривать. Но с другой, если он совсем не хочет, то уж всяко должен дать знать, что Арсу в Москве делать нечего. А если он готов разговаривать только личным общением как раз в Москве, то об этом тоже можно ведь дать знать. Просто написать, что сейчас ему некогда, и они поговорят при встрече. Вполне нейтральный текст, суть которого Арс прекрасно поймет. Попробовать самому набрать его? Хотя бы проверить, включен у него телефон или нет? Если честно, Арсу очень хочется это сделать, но он прекрасно понимает, что делать этого не стоит. Смысл надоедать Шасту, если он сейчас не расположен или не готов к общению? Арс и сам не любит, когда его достают назойливостью. А он сейчас не знает, как отреагирует Шаст на лишние упоминания Арса о себе. Если он не хочет разговаривать, он просто не ответит на звонок. И от того, что Арс поймет, что телефон у него включен, в данном случае ему легче не станет. Он все равно не будет знать точно, занят Шаст, и ему не до телефонных звонков, или же ему только не до телефонных звонков именно Арса. Поэтому единственное, что остается, - это просто ждать. Техничка закончится, и Шаст уж по пути домой или же дома точно залезет в телефон и увидит его сообщение. На самом деле, он сделает это раньше, потому что все равно в течение дня будет его проверять. Всякие сообщения и звонки по работе никто не отменял. Но Арс обозначает время до вечера. Причем, скорее для себя, чем для Шаста. То есть, если и вечером тот никак не объявится, то уже точно будет понятно, что как минимум по телефону общаться он не намерен. Арс засыпает и просыпается часа через полтора. Телефон так и не звонит, но есть пришедшие сообщения. Он очень надеется, что хотя бы одно из них от Шаста. Увы, его надежды не оправдываются. Все сообщения касаются исключительно работы. Он отвечает на них, потом заходит в инсту, выкладывает очередную фотку с рекламой выпуска Импровизации, в ленте видит совместное фото Оксаны и Иры***, которые сейчас, получается, вместе на Командах, засовывает телефон под подушку, закрывает глаза и тяжело вздыхает. На душе становится очень тошно. Он думает о том, что придал слишком большое значение кольцу, которое увидел у Шаста на пальце, что сам себя убедил в том, что тот надел его не просто как подходящее украшение, а как украшение, в которое он сам вложил смысл их связи, и что Арс просто создал иллюзии, которые не имеют ничего общего с действительностью. Шаст с Ирой, и это точно не иллюзия. И это ответ на вопрос, почему он не звонит и не отвечает на его сообщение. Арсу не мешало бы поесть, это написано в рекомендациях по дальнейшему лечению - пару дней соблюдать что-то наподобие диеты, есть легкую пищу, понемногу и четыре или даже пять раз в день, но есть ему совершенно не хочется. Он встает, делает себе чай и возвращается обратно в кровать. Арс не чувствует себя плохо, разве что морально, но ощущение слабости и какого-то легкого озноба присутствует. Он измеряет температуру, благо, вместе с лекарствами провожатый, которого ему выделил Игорь, привез и электронный градусник, и понимает, что мерзнет он сейчас не от повышенной температуры, а как раз наоборот, от пониженной. Она едва доходит до тридцати пяти. В целом, это нормально после отравления, но все равно ощущения не из приятных. Он пьет чай, заворачивается в одеяло как в кокон и закрывает глаза в надежде снова уснуть. Ждать ему все равно уже нечего, сделать он ничего не может, да и делать ничего не хочется. А во сне время хотя бы будет идти быстрее, да и, говорят, сон способствует восстановлению. Ведь через пару дней лететь обратно ему все-таки придется. Шаст почти с самого утра мечется между командами, которые не только сегодня участвуют в техничке, но и просто присутствуют как потенциальные участники будущих техничек. У всех куча вопросов, на многие из которых у него нет ответов. Еще здесь присутствует Ира, и Шаст не очень понял, зачем она пришла. Они ведь и так были вместе в Воронеже, зачем еще нужно ее присутствие рядом с ним? Он спросил об этом у Стаса, но тот, занятый еще больше Шаста, отмахнулся от него и сказал, что так нужно. Кому это нужно – вопрос остается открытым. Впрочем, Шасту не до него, как, впрочем, и не до Иры. Ну, раз пришла, значит, пусть сидит, раз ей больше нечем заняться. Еще Шаст сегодня проспал и не успел зарядить телефон. И не выложил рекламный пост нового выпуска с Аней Хилькевич, о чем сейчас Стас ему раздраженно напомнил, потому что ему, вероятно, тоже напомнили, раз не получилось связаться самим с Антоном. Шаст даже не сразу соображает, куда он приткнул телефон на зарядку, но потом вспоминает, что вообще отдал его Окс, чтобы она поставила его заряжаться, а сам помчался к Стасу и Диме, потому что и так уже опоздал на пятнадцать минут. Наверняка там куча пропущенных звонков и неотвеченных сообщений, которыми совершенно некогда заниматься. Шаст матерится про себя, потому что конкретно сегодня ему катастрофически ни на что не хватает времени. Успокаивает лишь то, что если что-то срочное, вот как рекламный пост, то свяжутся со Стасом, а с не очень срочным он сам разберется ближе к ночи. Он находит телефон и на самом деле видит, что абсолютно везде у него куча сообщений и еще с десяток пропущенных звонков. Колеблется секунду, но потом все-таки сначала идет в инсту и выкладывает рекламный пост, и раз уж он там, то заходит и на страничку Арса. Там тоже висит только рекламный пост, на этот раз вместе с гостем, то есть, там Аня, он сам и Паша. Ну, ничего удивительного. Во-первых, не во всех же постах с выпусками ему выкладывать себя с Шастом, а во-вторых, сейчас у него явно нет никакого желания его выделять и что-то ему говорить своими завуалированными посланиями. Разве что послать подальше. Но это он сделает и не через инсту, и не завуалировано. Шаст закрывает инсту, проверяет пропущенные звонки, там нет никого, кому прям очень срочно нужно перезвонить, потом заходит в телегу, не читает сообщения, а просто пробегается по списку и тоже откладывает все ответы на потом, с ватсапом происходит та же история, и в самый последний момент он открывает самые обычные смски. Среди более десятка присланных сообщений он даже не сразу видит, что одно из них от Арса. Но после того, как он пару раз читает имя отправителя, чтобы убедиться, что сообщение именно от Арсения, ему становится очень сильно не по себе. Шаст прекрасно знает, что Арс сейчас находится с дочерью, и они расстались на такой ноте, что просто так он не станет писать, потому что захотел пообщаться, и у него есть возможность это сделать, а это значит, что явно что-то случилось. Это единственное сообщение от него, пришедшее три часа назад. Шасту реально страшно смотреть на текст, потому что если Арс не дождался прилета в Москву, а все-таки решил ему что-то срочно написать, то ничего хорошего в этом сообщении быть не может, учитывая все обстоятельства. И он пока не смотрит, он вообще закрывает все сообщения. Но Шаст все-таки понимает, что и не открыть и не прочитать его он не может. Да и что толку? Можно подумать, от того, что он не будет знать содержание этого сообщения, что-то изменится. Уж если Арс написал ему, то явно хорошо подумав и приняв какое-то решение. Вряд ли это какой-то типа эмоциональный порыв с бодуна. Он там с дочерью и Аленой, а при них он точно напиваться не станет. Шаст снова загружает сообщения и, не давая себе времени на раздумья, сразу открывает Арсово. Оно совсем короткое, Арс просит его позвонить, если он может. И вот тут Шасту становится уже пиздец как страшно и пиздец как не по себе. Он не представляет, что могло произойти такого, что Арс просит аж позвонить ему. Да он вообще не выходит на связь, когда едет увидеться с дочерью, а тут вдруг готов даже разговаривать. Может, конечно, он был готов только в тот момент, в который написал, но это еще хуже. Это значит, что, как ни крути, разговор для него является срочным и важным. Антон берет телефон, сигареты, предупреждает Стаса, что пошел покурить, потому что им всем уже нужен хоть небольшой перерыв, и уходит на улицу. Он выходит на так называемый задний двор – на Петровке они все еще сохранены, потому что старые строения являются памятниками архитектуры, закуривает и загружает ватсап. Пока он сюда шел, понял, что хочет не просто разговаривать с Арсом, а видеть его при этом разговоре. Что бы он там ни собирался сказать, Шаст хочет видеть его самого и все его реакции. Конечно, он может не захотеть разговаривать по видеосвязи, но в любом случае стоит хотя бы попытаться связаться именно по ней. Что из этого выйдет и выйдет ли вообще? Вот Шаст и узнает ответ на этот вопрос. Он набирает Арса и просто ждет, ответит тот или же сбросит его звонок. Арс резко просыпается от вдруг начавшего звонить телефона. Он даже пугается этого громкого и неожиданного звука и не сразу понимает, откуда он идет, но довольно быстро соображает, что это звонит его телефон, хватает его, видит на экране надпись «Шаст» и тут же принимает вызов, в последний момент лишь понимая, что это видеозвонок. Хотя, а что это меняет? Если бы Арс понял это сразу, он бы что, сбросил вызов? Если честно, ему сейчас совсем не хочется общаться по видео, потому что он явно выглядит так, словно все эти дни бухал, но рисковать и сбрасывать звонок он тоже не готов. Да и поздно уже. Шаст его уже видит. - Арс, ты просил позвонить, - начинает говорить тот, пока еще толком не видя его на экране. – Я был за… - он замолкает и испуганно смотрит в телефон. – Арс, что с тобой? Тебе плохо? Опять панкреатит? Или что? Арс… Ты где? Ты один? Ты меня хоть понимаешь? Арс… - Все нормально, - тот прерывает поток его вопросов. – Шаст, я в порядке. Ты меня разбудил, - он старается говорить спокойным и уверенным голосом. – Я просто спал. - Блядь, не пизди! – взрывается Шаст. – А то я не знаю, как ты просто спишь! Что происходит там с тобой?! Ты для чего просил меня позвонить? Чтобы мне пиздеть?! Ты меня дураком считаешь? Или слепым?! Я же вижу, что тебе хуево! Ты не ожидал, что я по видео буду звонить, да? Не думал, что я увижу тебя… - он вдруг замолкает, нервно сглатывает и просто смотрит на него через экран. Арс видит этот полный вины и раскаяния взгляд и понимает, что Шаст считает себя причиной его состояния. И весь его обвинительный запал про вранье иссяк под грузом собственной вины. Он молчит не потому, что ему нечего сказать, а потому, что он считает себя виноватым и не ищет себе никаких оправданий. И еще Арс понимает, что Шасту небезразлично не только его состояние, но и он сам. И как бы ему не было хреново, хотя, на самом деле ему не так уж и хреново уже, это он просто выглядит так, словно немного не дотянул до того света, а обратно на этот возвращался как минимум через парочку кругов ада, но вот это понимание является единственным, о чем он думает и на что обращает внимание. И еще он понимает, что Шасту нужно сказать правду. Переживания Шаста ему на самом деле приятны, но ему не нужно его чувство вины за свое состояние. Он еще не знает, что тот хочет ему сказать и хочет ли вообще. Арс ведь помнит про Иру. И возможно, ему и будет херово из-за его слов и из-за него, но сейчас он совершенно ни при чем, и он должен об этом знать. - Шаст, Шаст, перестань, - Арс ловит его взгляд на экране. - Это не то, о чем ты думаешь. Я просто отравился. - Что-о? – недоверчиво и удивленно спрашивает тот. - Отравился. Шаст, я ничего не выдумываю, это правда. - Чем? – тот продолжает и не доверять его словам, и удивляться. - Водорослями. - Какими, блядь, водорослями?! Ты там бредишь что ли? – Шаст снова начинает злиться. – Или меня за идиота держишь?! - Шаст, я абсолютно серьезно, - Арс старается не улыбаться, потому что он ведь прекрасно видит, что Антон бесится из-за того, что нервничает и переживает. Переживает именно за него. – Не веришь? - Нет! - Если загуглишь, то поверишь. Здесь цветут озера, ну, у нас тоже, но у нас я таких отравлений не встречал. А здесь бывают. Когда они цветут, нельзя купаться, потому что водоросли выделяют токсины. Вот я и отравился… - Блядь, середина мая, какие, сука, купания в озерах?! - Здесь почти двадцать пять градусов, а вода в озере восемнадцать-двадцать. Ты бы не искупался? – Арс все-таки не сдерживается и улыбается. - Я что, ебнутый, в такой ледник лезть? – фыркает Шаст раздраженно, но уже хотя бы не злясь. - Ну да, - усмехается Арс. – Что я спрашиваю. Ты бы не полез, для тебя это точно ледник. - Для всех нормальных людей ледник, - огрызается Шаст. – В пизду это твое озеро. Тебе же херово, тебе в больницу надо. Где Алена? Пусть найдет какого-нибудь переводчика. Есть же они там. Кто туристов русских водит, например. И откуда ты знаешь, что ты этими сраными водорослями отравился? Ты это сейчас на ходу придумываешь, да? Чтобы… - Нет! – перебивает его Арс. – Алена с дочкой сразу уехали, как только я начал блевать, потому что мы не знали, что это, вдруг заразно. А в больнице я уже был. Все нормально, Шаст. Это у меня вид, может, и не очень, а состояние вполне уже нормальное. - Не очень? – невесело хмыкает тот. – Хуевый у тебя вид, Арс. И про больницу ты ведь пиздишь? Если ты там был, что ж тебе там ничего не сделали? - Сделали, - вздыхает Арс. – Еще как сделали. Я там был почти весь день вчера и всю ночь. Вчера мне было реально очень херово, сегодня уже нормально. - А тебе какую-нибудь бумагу дали, что ты там был? – явно все еще недоверчиво спрашивает Шаст. - Дали. - Покажешь? - Покажу, - Арс снова вздыхает, берет со стола распечатанный бланк и показывает ему. - И что там написано? - Я не знаю. У меня есть только перевод назначений и рекомендаций. Приеду домой и буду разбираться. - А назначения тебе кто перевел? В больнице через гугл-переводчик что ли переводили специально для тебя? А как ты там хоть что-то объяснил? Или ты вызывал службу спасения, ну или что там у них есть? Да как ты ее мог вызвать-то? Орал "хелп", "хелп" что ли? Шаст настроен все еще скептически, и Арс понимает, что он не очень-то верит ему про больницу и наверняка думает, что все это треп, чтобы он на самом деле считал, что все нормально. Арс не знает, что лучше сделать – что-то придумать или же рассказать правду про Игоря. Он прекрасно помнит последствия вранья, но ведь у них очередные проблемы именно из-за Игоря, правда, эти проблемы создал сам Шаст, и сложно сказать, что он подумает сейчас, когда узнает про его участие в этой истории, но ведь если он вдруг узнает об этом потом, наверное, будет еще хуже. И снова выйдет, что Арс хотел как лучше, а получилось как всегда. Поэтому он все-таки решает сказать правду. Шаст ведь не идиот и должен понять, что он не просто так стал звонить Игорю и просить его о помощи. - Шаст… - Арс снова ловит его взгляд на экране, и когда тот замолкает, продолжает: - Никаким гуглом мне никто не переводил, и я ничего не вызывал, я реально не знаю языка, да и на английском вряд ли толком бы что-то объяснил, мне было очень херово. И тут не особо-то разговаривают на английском… - он буквально секунду смотрит на него и говорит дальше: - Я попросил Игоря помочь. Я ему позвонил. Ты можешь снова думать что хочешь и обвинять меня в чем угодно, но я это сделал только потому, что он единственный, кого я здесь знаю, а сам я уже был не в состоянии искать возможности обратиться за помощью, потому что меня выворачивало наизнанку, у меня была температура, и у меня не было ни одной таблетки даже от головы, а она болела нещадно от интоксикации. - Не буду я ничего думать, - бурчит Шаст, не выдерживает, разрывает их зрительный контакт и опускает взгляд. - Я уже и так достаточно надумал и наговорил тебе. Хорошо, что он оказался там и смог помочь. - Его здесь нет и не было, - Арс смотрит на Шаста и в очередной раз понимает, что хочет быть только с ним. Он признал, что был неправ, и он все прекрасно понимает сейчас. И в этом звонке Арса Игорю он не увидел лишь подтверждения своим подозрениям, хотя, ведь мог бы. Он на самом деле переживает, и ему состояние Арса точно небезразлично. - Я просто ему позвонил и попросил помочь. - А где он? – Шаст слегка озадачен. – Он что, вместо тебя по телефону что ли общался? - Да хуй его знает, где он, - немного раздраженно отвечает Арс, вспоминая оба своих разговора с Игорем. – То есть, его хуй точно знает, где он. А я – нет. Он мне не докладывался. Просто прислал какого-то мужика, который очень даже неплохо говорит по-русски. Он меня отвез в больницу и все там решал, а потом привез обратно вместе с лекарствами необходимыми и бумагой, на которой все написано на русском. Если для тебя важно знать, где он, я могу попробовать это узнать через питерских знакомых. Мне он сказал, что не в Италии, и мне было не до доказательств, что он не здесь. - Мне похуй, где он, и мне не нужны никакие доказательства, что он не там. Арс, ты абсолютно вправе считать меня идиотом, потому что я себя так и вел, но я ж не совсем конченный, чтобы предъявлять из-за помощи. Я абсолютно искренне говорю, что хорошо, что он тебе помог. Арс… - Шаст снова поднимает на него взгляд. – Прости меня… Я все-таки действительно идиот, потому что начинаю видеть и понимать слишком поздно. Прости… - Ну все-таки видишь же и в итоге понимаешь? – Арс понимает, что Шаст говорит о его постах и завуалированном особом внимании к нему, и это снова вызывает у него улыбку, потому что звучат эти слова Шаста как просьба о помиловании. - Угу, - Шаст кивает и тяжко вздыхает. - Тогда хватит об этом, - Арс решает поставить точку в выяснении отношений, а точнее, именно этой ситуации. Его интересует, что их ждет дальше. Он все еще помнит про Иру, которая сейчас вместе с Шастом. - Ладно, - Антон снова кивает. – Арс, а что ты хотел мне сказать, когда написал, чтобы я позвонил? - Хотел понять, куда мне все-таки возвращаться через два дня. Может, нужно поменять билеты на Питер, - говорит тот тихо и все еще явно без уверенности, что этого делать не нужно. - С ума сошел?! – Шаст повышает голос и прикрывает рот рукой, потому что слышит какой-то шорох со стороны арки. – Никакого Питера! – говорит шепотом. – И вообще, поменяй билеты и прилетай уже сейчас. Я тебя встречу, когда скажешь. Ты же там все равно уже один. Ну ее нахрен, эту Италию? - Я б с удовольствием, - улыбается Арс, наконец-то выкидывая из головы мысли об Ире. Ну явно же Шаст не звал бы его вернуться раньше, если бы у него были на нее какие-то планы. – Только, Шастик, я не в состоянии сейчас лететь. Мне нормально, но не для полетов. Так что мне придется остаться здесь, чтобы дооклематься. - А если я к тебе прилечу? – продолжает говорить шепотом Шаст. – Кажется, есть рейс на Рим часов на двенадцать. Ранним утром буду у тебя. - Шаст… - Арс слегка охреневает от этого предложения. Он совершенно не против, но это ведь не из Москвы в Питер сгонять. Именно это он и озвучивает: - Это ж не из Москвы в Питер приехать… - Ну и что? Тебе не до меня сейчас? - совсем тихо спрашивает Шаст. - Отвечай, только честно и быстро. Кто-то идет. - Конечно же нет! – Арс тоже понижает голос. – С ума сошел? Просто это… - Тогда я прилечу. Все, пока, скинь адрес, - перебивает его Шаст и отключается от разговора, потому что видит идущего к нему Диму. Тот говорит, что пора возвращаться, перерыв окончен, нужно снова работать, ведь скоро выходить на сцену. Шаст предлагает выкурить еще по сигарете, а потом уже идти снова трепать свои нервы. Дима соглашается, они выкуривают по сигарете и все-таки возвращаются в клуб, Антон сматывается в туалет, покупает билет до Рима и только потом полностью погружается в работу. Арс сбрасывает Шасту адрес квартиры, в которой сейчас находится, и, размышляя, что нужно обеспечить их едой, идет к холодильнику, чтобы посмотреть, что там имеется из еды и имеется ли вообще. Да и сам он сейчас чувствует, что хочет есть. В холодильнике лежат бумажные пакеты с продуктами, и он понимает, что это тот самый мужик позаботился и о его питании. Ну, наверное, об этом ему сказал Игорь, но да и хрен с ним. Арс искренне ему благодарен, но раз тот не хочет его слушать, он и не будет настаивать. У него сейчас отличное настроение и наконец-то проснувшийся аппетит. И именно его удовлетворением он намерен заняться в первую очередь.