"Нужён"

Минут десять они едут молча, Арс просто смотрит в окно, отмечая, что они на самом деле направляются куда-то скорее всего за город, а Шаст следит за дорогой и периодически посматривает на навигатор, явно боясь пропустить какой-нибудь поворот или съезд с дороги. Но в итоге его первого это молчание начинает не то чтобы как-то тяготить, но просто он не понимает, о чем сейчас думает Арс, и он хочет знать ответ на этот вопрос. - Арс, - все-таки нарушает тишину Шаст. - А? – тот поворачивает к нему голову и вопросительно смотрит на него. - Ты чего молчишь? - А ты? - Я за дорогой слежу, - Шаст бросает очередной взгляд на навигатор. - А я тебе не мешаю, - говорит Арс, улыбаясь. – Я вижу, что ты за дорогой следишь. И ты явно боишься пропустить какое-то место на этой дороге. Да? - Угу, - кивает Шаст. – Нам с этой дороги нужно свернуть на другую, иначе придется далеко объезжать потом. А ты чего не спрашиваешь, куда я тебя везу? - Ну так это же наверняка какой-то сюрприз, - усмехается Арс. – Зачем мне его портить вопросами? Если ты ответишь, а ты, вообще-то, сказал, что я увижу, и объяснять мне еще раньше ничего не стал… Так вот, если ты ответишь, то это уже будет не сюрприз. А не ответишь, значит, я опять услышу, что все увижу, нужно только подождать. Ну а раз я все в итоге увижу, пусть уж это будет для меня сюрпризом, который я подожду по доброй воле и без твоих указаний. - Блин, да тебя так можно в лес вывезти, убить и закопать, ты даже сопротивляться не будешь, - подначивает его Шаст, смеясь. – Буду знать на будущее. А то мало ли что, нужно будет убрать тебя как свидетеля. - Шастик, - говорит Арс чересчур мягко, что у того сразу вызывает подозрение о совсем не мягком продолжении, - ну ты же понимаешь, что я сильнее тебя, и я с тобой справлюсь без особых усилий? Тебе нужен будет подельник, но это ведь тоже свидетель. Тебе совершенно невыгодно убирать меня, даже если я стану свидетелем чего-то, за что убирают. Можно ведь в итоге оказаться на месте жертвы. - И тогда ты меня убьешь и закопаешь? – Шаст включается в эту игру, поэтому задает вопрос с задумчивой интонацией. - Нет, Шастик, - точно так же мягко продолжает Арс, - в этом нет никакого смысла. - Сдашь меня правосудию? - Нет. В этом тоже нет никакого смысла. Тебя посадят, и я тебя не увижу минимум лет пять. Зачем мне это, когда я хочу видеть тебя каждый день? - И что же ты сделаешь? – Шаст не выдерживает и прыскает от смеха. – Арс, ты сейчас напоминаешь маньяка, запугивающего свою жертву. - Хорошо, что ты догадался, - Арс продолжает играть свою роль. – Ты и будешь моей жертвой. Это сейчас я всеми силами стараюсь контролировать свои желания, но потом ведь меня уже ничто не остановит. Ты сам дашь повод. Я утоплю твою машину в какой-нибудь реке, двери открою, пусть думают, что ты пытался выбраться, но утонул, увезу тебя в какой-нибудь а-ля лесной домик с надежным, но обустроенным подвалом, и буду держать тебя там в сексуальном рабстве всю оставшуюся жизнь. - Да ты просто маньячина! – деланно удивляется Шаст. – А притворяешься интеллигентным человеком! - Ну, по статистике большинство маньяков как раз были вполне себе интеллигентными людьми, - пожимает плечами Арс, глядя на него так, что Шасту в этом его взгляде действительно видится какая-то сумасшедшинка. – Я – не исключение. - Ты – исключение, - Шаст наконец-то замечает нужное место и сворачивает на другую дорогу, которая напоминает больше проселочную. – Для меня. Ты сейчас реально выглядишь как маньяк. Но с тобой у меня уже точно не сработают никакие инстинкты самосохранения. Похуй на них, если мне с тобой хорошо так, как ни с кем никогда не было. - Шаст, остановись на секунду, - просит Арс, замечая, что дорога и впереди, и сзади абсолютно пустая. - Ты решил меня прям отсюда увезти в свой подвал? – шутя, спрашивает его Шаст и останавливается на обочине. - Нет, - Арс поворачивается к нему корпусом, обнимает одной рукой за шею и целует невероятно мягким и чувственным поцелуем. – Шастик, мне не просто хорошо с тобой, я тебе уже говорил, с тобой я живу. И мне похер, куда ты меня везешь. Главное, что ты едешь туда со мной. Ты можешь увозить меня куда угодно и делать со мной что захочешь. Я твой, Шаст, - говорит, отрываясь от его губ и переводя дыхание. - Мой, - тихо шепчет Шаст и снова закрывает его рот поцелуем. Они сидят в темной машине посреди совершенно неизвестной дороги и целуются. Ни у того, ни у другого ни с кем другим ничего подобного не было. Нет, речь не о поцелуях в машине, они были и у Шаста, и у Арса, не было вот этих чувств абсолютной правильности и гармонии, которые они испытывают, находясь друг с другом. Это действительно жизнь, и они оба чувствуют, что живут. Им хорошо, им кайфово, и они счастливы. Счастливы не только в данный конкретный момент, а вообще. Потому что у каждого из них есть свой человек. Любящий и любимый. Свет фар приближающейся машины заставляет их разорвать поцелуй и вообще отпрянуть друг от друга, но это совершенно никак не сказывается сейчас на их настроении. Они оба улыбаются и усаживаются ровно на своих сиденьях. У обоих мелькает мысль, что они ведут себя как влюбленные подростки, и это у обоих вызывает смех. - Ты чего ржешь? – спрашивает Шаст, стараясь все-таки принять более или менее серьезный вид. - А ты? – Арс даже закусывает губу, стараясь не заржать в голос, потому что предвидит следующую его реплику, и она только подтверждает то, что они ведут себя сейчас как влюбленные и слегка придурковатые подростки. - Я первый спросил! – выдает Шаст именно то, что Арс и предвидел, и он все-таки утыкается ртом в кулак и смеется, но хотя бы стараясь не делать это громко. Конечно, они одни на дороге, машина, которая светила фарами, уже давно проехала, но ему почему-то не хочется нарушать вот эту атмосферу, которая сейчас вернула их обоих в те чувства и ощущения, которые присущи подростковой беззаботности и… Нет, не глупости. Скорее, отсутствию опыта прожитых лет и совершенных за эти годы ошибок. - У тебя что, истерика? – язвит Шаст и берет бутылку воды. – Если не прекратишь и не скажешь, чего ржешь, я буду приводить тебя в чувства с помощью этого, - он машет бутылкой перед его носом. - Шастик, - Арс забирает у него бутылку и кидает ее на заднее сиденье, я мог поставить все, что у меня есть, на твой ответ мне. Я так и знал, что ты скажешь, что ты первый спросил. Это смешно. Потому что мы ведем себя сейчас как два пубертатных подростка, которые только-только вступили в отношения. - Я подумал примерно о том же самом, - Шаст усмехается. – Глупо, да? Со стороны мы явно выглядим как идиоты. - Нет, - Арс отрицательно машет головой. – Мне похуй, как мы выглядим со стороны. На нас некому смотреть откуда-то со стороны. И мне вообще нравится это чувство. Шаст, мне сейчас так кайфово. Весело и кайфово. Я ни о чем не думаю, ну, в смысле, я сейчас не нагружен никакими мыслями, я с тобой еду куда-то, и мне похер, куда ты меня везешь. Нет, мне интересно, но я готов просто вот так кататься в машине всю ночь. Я не знаю, как тебе объяснить то, что я хочу сказать… - он на пару секунд задумывается. – Нет, не знаю, - пожимает плечами, показывая, что так и не нашел подходящих слов. – Я просто надеюсь, что ты меня и так понимаешь. - Понимаю, - Шаст наклоняется и касается его губ мягким поцелуем, в котором точно нет даже намека на какую-либо сексуальность, но есть явное желание дать понять, что Шаст с Арсом тоже готов абсолютно на все. – Арс, мне тоже похер, где мы с тобой будем. Я ни на чем не настаиваю, если что. Можем кататься всю ночь по дорогам, а хочешь, вернемся обратно в гостиницу? Или можем съехать с дороги вон туда, подальше, - он показывает рукой в сторону каких-то зеленых насаждений, - остановиться там и оставаться до утра в машине. Или… - Нет, Шастик, - перебивает его Арс, глядя на него с мягкой улыбкой. - Я знаю, что ты ни на чем не настаиваешь, и я знаю, что мы просто можем просидеть несколько часов в машине, забив на то, что ты там придумал и вообще на наши планы на вечер и ночь. Но я не хочу ни на что забивать. Я хочу, чтобы мы продолжили путь и приехали туда, куда ты нас вез. Я не знаю, что там находится, что ты вообще задумал, но я хочу, чтобы мы осуществили эту твою задумку, потому что я знаю, что это очередное что-то особенное, и что для меня это будет сюрприз. - Ну, некоторая неожиданность точно, - Шаст чмокает его в уголок губ, усаживается нормально за рулем и выезжает на дорогу. – Поехали. Тут уже недалеко. К сюрпризам готовятся, а это все-таки экспромт. - Пофиг, - Арс продолжает смотреть на него и улыбаться. – Я уверен, неожиданность будет приятной. - Я не уверен, но я на это надеюсь, - хмыкает Шаст насмешливо. – Ты только скажи, ты как, за небольшой риск и авантюру или за спокойствие и стабильность? - Если речь про деньги, то я за второе, - шутит Арс, прекрасно понимая, что речь совершенно не об этом. – Мы едем в подпольное казино, где можно поиграть и без бабла на симуляторах? - Придурок ты, - смеется Шаст. – Охуенный придурок. Ладно, сейчас приедем, и ты поймешь, к чему я задавал этот вопрос. - Ладно, - Арс видит, что они сворачивают к реке и начинают просто двигаться вдоль берега, где уже нет никакой дороги. – Мы едем купаться? А ты плавки взял? - Голеньким поплаваешь, - язвит Шаст, глядя вперед и явно ища что-то взглядом. – Здесь нет никого. - Могу и голеньким, - легко соглашается Арс. – Вместе с тобой голеньким. - Хрен тебе. Ни я, ни ты в воду не полезем. Она холодная. - Нормальная. Градусов семнадцать-восемнадцать. Вполне можно поплавать несколько минут. - Придурок, даже не думай об этом! – в голосе Шаста слышится явная категоричность. – Не будет тут моржевания! Все, приехали, - он притормаживает и заезжает в пространство между растущими на берегу деревьями. – Выходим. - У нас будет пикник на природе? – Арс вылезает из машины и оглядывается по сторонам. - Почти, - Шаст закидывает рюкзак на плечи и закрывает машину. – Пошли, - он берет Арса за руку и тянет за собой к спуску к реке. - А в рюкзаке у тебя палатка, да? – насмешливо спрашивает Арс, послушно идя вслед за ним. - Угу, - Шаст тоже усмехается, продолжая уверенно идти вперед. - В рюкзаке моём сало и спички и Тургенева восемь томов, - цитирует дуэт «Двое против ветра» из любимой ими обоими комедии «День выборов». - Шедеврально, - Арс прыскает от смеха, вспоминая еще одно выражение из этого фильма, ставшее крылатым. – Шаст, а может, это ты решил меня утопить? Ну, или привести мой план в исполнение, только с точностью до наоборот? Сейчас меня куда-нибудь запрячешь в подвал, а машину утопишь? - Увы, аренду машины я оформил на себя, - Шаст деланно вздыхает. – А так, вполне рабочая могла бы получиться схема. - Не нужно тебе никаких схем, - Арс останавливается, притягивает его к себе и целует в губы. – Я и так твой, Шаст. Если хочешь, в твоем рабстве, причем, абсолютно добровольном. - Не хочу в рабстве, - шепчет Шаст ему в губы. – Ты мой, - обнимает за талию и продолжает вместе с ним идти по направлению к воде. – Просто мой, Арс, - приостанавливается и закрывает его рот поцелуем. - Угу, - мычит тот, отвечая на поцелуй. Они несколько секунд стоят и целуются, а потом Шаст все-таки разрывает поцелуй, чмокает Арса с нос, обнимает одной рукой за плечи и вместе с ним продолжает движение в сторону берега. Арс наконец-то замечает пришвартованный к небольшой палубе катер. Впрочем, это не самый обычный катер, которые все привыкли видеть на реках, это каютный катер, внутри которого есть все необходимое для жизни, ну, а если уж не для жизни, то для того, чтобы провести в нем ночь. Арс не скрывает своего удивления и пораженно смотрит на Шаста. - Серьезно? – спрашивает все-таки с некоторым недоверием. – Где ты его взял, а главное, как? Мы что, на нем поплывем? - Абсолютно серьезно, - улыбается Шаст во все тридцать два зуба, довольный произведенным эффектом и тем, что не ошибся в своем предположении, что для Арса это будет весьма большая неожиданность. – Взял здесь. Просто попросил. - Просто попросил, - Арс скептически усмехается. – У какого-нибудь росхозтехрыбнадзора типа, да? - Не, - Шаст отрицательно машет головой и продолжает улыбаться. – Да неважно это, Арс. Ты ведь так и не ответил, ты за небольшой риск и авантюру или за спокойствие и стабильность? - В чем заключается риск и авантюра? - В том, что мы на нем поплывем. Я плавал на таком, ну, в смысле, мне давали порулить, но всего пару раз. Ничего сложного там нет, конечно, но штурман из меня, сам понимаешь, какой, с такими вводными. И еще, как ты, думаю, понимаешь, у меня нет прав на вождение маломерных судов. Вероятность, что здесь кто-то нас поймает, стремится к нулю, конечно. Ну, если все будет нормально. Но мы можем просто зайти внутрь и никуда не плыть. - Я за риск и авантюру! – категорично заявляет Арс. – Но только если ты уверен в своих силах и умениях. - Уверен, - Шаст достает из кармана рюкзака связку ключей. - Тогда пошли рисковать и авантюрничать, - он снова берет Арса за руку и тянет его за собой к причалу. - А все-таки, Шастик, - тот вслед за ним осторожно спускается на палубу катера и ждет, пока он откроет вход внутрь, - откуда взялось это чудо? Это не того же самого твоего друга, в чьем лесном домике мы с тобой так охуенно отдыхаем? - Ну, почти, - Шаст открывает дверь и пропускает Арса вперед. – Его семьи. Ну, и его в том числе. Там мама с папой и младшим братом большие любители рыбалки и отдыха на Алтае. Они тут по Бие, Катуни, Телецкому озеру и по Оби совершают своеобразный круиз пару раз в год. А где-то рядом с озером у них еще и какая-то собственность. Они тут были как раз перед нашим приездом. И если честно, то я позвонил просто нашару. Сказал, что мы в Барнауле, и что нам бы хотелось ночью рыбу половить. Арс усмехается, но не говорит ни слова. - Смейся, смейся, - бурчит Шаст себе под нос. - Мне было не до выдумывания правдоподобных объяснений. - Шаст, это самое лучшее объяснение желания свалить из гостиницы ночью, - Арс обнимает его сзади за талию и целует в шею. – И что было дальше? - А дальше я знал, что из родни сейчас никого нет, а катер стоит где-то на приколе. Оказалось, что здесь недалеко. Ну и потом было сказано, что меня могут покатать по рыбным местам, но это уже я сам должен обговаривать условия и оплату с человеком, на что я, опять же нашару, спросил, а могу ли я сам где-нибудь рядом с берегом, с местом, где этот катер можно оставить, поплавать и порыбачить немного. На что мне было сказано приехать вот сюда и сколько душе угодно плавать и рыбачить в пределах этой заводи. Там на мониторе все размечено, как на навигаторе, - Шаст кладет руки поверх рук Арса и сцепляет их пальцы. - А ключи ты где взял? - Так в гостиницу привезли и оставили на ресепшене. Я даже не знаю, кто. Отдавать буду таким же способом – оставлю на ресепшене и все. - Ты чудо, Шаст, - Арс посильнее прижимает его к себе и продолжает покрывать шею едва ощутимыми поцелуями. – Спасибо тебе за вот это все. Да вообще за все, Шастик. Я беру свои слова про риск и авантюризм обратно. Давай делать так, как тебе хочется, как для тебя лучше. - Тогда, - Шаст разворачивается в его объятиях и обнимает руками за шею, - сейчас мы будем трахаться. Ты меня будешь трахать. А потом сплаваем куда-нибудь недалеко. Согласен? – он касается его губ поцелуем. - На все, - Арс стаскивает с него кофту и майку и бросает их на спинку дивана, служащего здесь спальным местом. - Подожди, - Шаст выпутывается из его объятий. – Давай все-таки сделаем тут хоть какое-то подобие постели. Я сейчас все достану, а ты можешь пойти ополоснуться пока. Вон там, - он показывает рукой в угол, - душ и туалет. Вода должна быть теплой, на нем же плавали сегодня. Держи, - он берет рюкзак и достает оттуда полотенце. - Чудо ты, Шаст, - улыбаясь, говорит Арс, чмокает его в губы и уходит в душ. Пока тот быстро ополаскивается, Шаст точно так же быстро достает матрац и подушку из специального отделения, из рюкзака простынь и наволочку и расстилает постель на диване, предназначенном как раз для этих целей. Эти диваны располагаются с двух сторон и явно рассчитаны, что на них будут спать по одному человеку, но Шаста это совершенно не смущает. Ну и пусть они не больше полки в железнодорожном вагоне, им к этому не привыкать. Да и спать они не собираются. Трахаться на таком пространстве тоже, конечно, не очень удобно, но это лучше, чем на скрипучей кровати или в ванной на унитазе. Впрочем, в ванной на унитазе было кайфово, но если выбирать между ванной с унитазом и катером с пусть и маленьким, но абсолютно полноценным спальным помещением, Шаст выберет второе. Арс, он уверен, тоже. Как только Арс выходит из душа, Шаст сразу же идет туда, чтобы тоже ополоснуться. Все необходимые подготовительные процедуры были сделаны раньше в гостинице, поэтому сейчас им не нужно время на них. И как только Шаст выходит из душа, то сразу оказывается в объятиях Арса, который, целуя его, пятится вместе с ним к дивану, садится на него и усаживает его к себе на колени. Голова Шаста оказывается конечно же высоко, и просто так до его губ не дотянуться, поэтому Арс поднимает руку, чтобы обнять его за шею и наклонить к себе, но Шаст раньше опускает голову и приникает к его губам поцелуем. Они целуются без страсти, это чувственный и долгий поцелуй, который они могут себе наконец-то позволить, не боясь, что их кто-то или что-то прервет. Им не нужно спешить, и они просто наслаждаются прикосновениями, ласками и физической близостью, которой всегда хочется и которой всегда не хватает. Конечно же все это приводит к возбуждению, и когда Арс начинает чувствовать упирающийся в своей живот член Шаста, он отрывается от поцелуя, приподнимает его с колен и усаживает на стол, который находится как раз посередине между диванами и располагается к ним достаточно близко. Арс заставляет Шаста раздвинуть ноги, опускает голову и проводит языком по стоящему члену. У Шаста перехватывает дыхание, он вцепляется пальцами в край стола и закрывает глаза. Ему хорошо, но он знает, что будет еще лучше, поэтому на начальном этапе нужно постараться успокоиться, чтобы не кончить в первые минуты, когда Арс приступит к своим охуительным и пиздец каким возбуждающим ласкам. Арс дает ему несколько секунд для этого, ничего не делая и просто склонив голову к его члену, а после обводит языком головку и берет ее в рот, он сжимает ее губами и начинает кончиком языка ласкать уздечку, потом берет член глубже и принимается ласкать его, скользя по нему вверх-вниз плотно сжатыми губами. Шаст тяжело дышит и старается не подаваться навстречу, ощущения и без того феерические, и он еще сильнее вцепляется пальцами в край стола. Арс это замечает, выпускает член изо рта и спускается к яичкам, ласкает их языком и губами, а потом легонько толкает Шаста рукой, показывая, чтобы тот откинулся назад и уперся локтями в стол, и когда тот это делает, он выдавливает в рот заранее приготовленный гель, приподнимает его ноги и, удерживая их руками на весу, приникает языком к тугому колечку ануса. Шаст дергается, издает какой-то нечленораздельный звук и закрывает рот одной рукой. Именно в такой позе они никогда раньше этого не делали, задница Шаста сейчас полностью открыта, Арсу даже не нужно раздвигать половинки, чтобы добраться до сфинктера, и это заставляет испытывать своеобразные и охуеть какие приятные ощущения. Арс ласкает его то едва ощутимыми прикосновениями языка, то весьма настойчивыми, он то сосредотачивается исключительно на сфинктере, то на какие-то мгновения возвращается к ласкам яичек и члена, и Шасту кажется, что он кончит только от одних этих ласк. Он останавливает Арса, потому что совершенно этого не хочет. Он хочет трахаться, и он хочет, чтобы Арс трахал его. Арс говорит, что все помнит, и что все будет так, как хочет Шаст. Он заставляет его слезть со стола и улечься на него животом, упершись ногами в пол и раздвинув их. Шаст так и делает, и Арс снова возобновляет ласки и приникает ртом к его заднице. Так они тоже раньше не делали, и это уже похоже на сцену из порно. Шаст представляет, как это выглядит со стороны, и эта картина возбуждает его еще больше. Его член уже просто каменный, он хочет сказать Арсу, чтобы тот прекратил эту пытку ласками, пока он все-таки не кончил только от них, но Арс сам, как и всегда, все понимает без слов. Он стирает салфеткой гель, смазывает сфинктер лубрикантом и проникает внутрь пальцем. Ласкает, растягивает, при этом губами касаясь яичек и члена, позже добавляет второй палец и трахает ими Шаста до тех пор, пока они не начинают свободно скользить в его заднице, и когда Шаст абсолютно неосознанно начинает подаваться навстречу его движениям, он встает, смазывает член лубрикантом и, оставив Шаста в такой позе – животом лежа на столе, приставляет головку к уже податливому колечку сфинктера. - Давай вот так попробуем, - говорит шепотом, наклонившись к его уху и касаясь его губами. – Тебе так может понравиться, но если вдруг что, сразу говори, хорошо? - Блядь, да входи ты, - выдыхает Шаст, толкаясь задом в его пах. – Как угодно уже входи. Я не могу больше терпеть. - Не задерживай дыхание и чуть-чуть потужься, - Арс обнимает его рукой поперек живота, удерживая от движений, и, помогая себе второй рукой, вводит головку в анус. Останавливается, давая привыкнуть, покрывая в это время его шею, лопатки и плечи поцелуями и мягко поглаживая пальцами живот, а потом проникает чуть глубже и начинает двигаться. Сначала медленно и достаточно осторожно, наблюдая за реакциями Шаста, и когда убеждается, что все нормально, и да, в этой немного новой позе Шаст не испытывает никакого дискомфорта, начинает действовать смелее и экспериментировать с глубиной и углом проникновения. Ему нужно немного времени, чтобы найти то, что приносит Шасту особенное удовольствие, а дальше он уже полностью контролирует свои действия, и Шаст реагирует на каждое его движение то рваным вздохом, то тихим мычанием в кулак, то цеплянием за край стола руками, чтобы удержать себя от встречных движений, от которых Арс его постоянно останавливает. Описывать сейчас свое состояние Шаст ни за что бы не взялся, да ему совершенно и не до этого. Ему просто охуенно, и все его тело испытывает просто какое-то нечеловеческое удовольствие. У него в прямом смысле подкашиваются ноги, и это хорошо, что весь его вес приходится на стол, потому что если бы не эта опора, он бы сейчас просто рухнул на пол. Его член стоит колом и вздрагивает при каждом Арсовом движении, и каждый раз при этом от низа живота вверх словно проходит разряд тока, который задевает какие-то нервные окончания, отвечающие за чувство удовольствия. Это очень кайфово, и он бы хотел продлить это удовольствие, но у него просто нет уже сил терпеть стояк и сдерживаться, чтобы не кончить. При этом он понимает, что как Арс, без прикосновений, он этого сделать не сможет, поэтому все-таки пытается одной рукой дотянуться до своего члена, чтобы помочь себе. Арс убирает его руку обратно, сжимает член в ладони и, продолжая двигаться, начинает дрочить. Шасту хватает буквально десятка движений, он кончает и распластывается на столе, вытянув руки вперед. Арс, почувствовав накрывающий Шаста оргазм, останавливается, давая ему спокойно кончить, потому что в данный момент может сработать принцип – много хорошо – тоже нехорошо, а потом снова начинает двигаться. Он тоже уже на пределе и ждал только Шаста, а теперь отпускает себя и ускоряет движения, но продолжая контролировать свои действия и не входя до самого конца. Он уже на грани и собирается вытащить член из Шастового зада, но тот вдруг заводит руки назад, цепляется за его бедра и несколько раз сжимает и разжимает внутренние мышцы. Сейчас это дичайшая стимуляция, и Арс уже не может себя контролировать. Он несильно сжимает ягодицы Шаста ладонями, слегка упираясь в них руками, чтобы не начать просто вдалбливаться своим членом в его зад, делает еще пару нерезких движений и кончает, так и не выходя из него. Падает на него сверху, обвивает руками его плечи и утыкается лицом ему в затылок. - Шаст, ты придурок, - шепчет осипшим из-за пересохшего горла голосом. - Какой же ты охуительный придурок, - он покрывает поцелуями его затылок и плечи. – Зачем ты это сделал? - Захотел, - бурчит тот чуть слышно. - Дурень, - Арс аккуратно вытаскивает член из его задницы, подается назад и тянет его за собой. Они вместе укладываются на постель, Арс обнимает его двумя руками и прижимает к себе. – Самый охуительный и самый лучший, - он приникает к его губам поцелуем. – Мой самый охуительный и самый лучший дурень, - шепчет, не отрываясь от поцелуя. - Угу, - мычит Шаст, прижимаясь к нему всем телом и отвечая на поцелуй. На какое-то время они отключаются от действительности и просто целуются, но естественная потребность организма избавиться от лишней жидкости в заднице заставляет Шаста разорвать поцелуй и свалить в туалет. Арс дает ему ЦУ, как сделать это правильно, чтобы не нажить проблем лишь из-за кажущегося чувства заполненности кишечника, и пока тот приводит себя и свою задницу в порядок, ему просто не сидится на месте. Чувства порождают энергию, которую хочется куда-то выплеснуть. А выплеснуть ее здесь можно только в одном месте – в реке. Арс выходит на палубу, оглядывается вокруг, не ища лишних глаз, их тут нет, а пытаясь понять, можно ли тут купаться, замечает, что недалеко от причала есть мостик, ведущий к воде, и понимает, что здесь точно купаются люди. Правда, не в середине июня, когда вода еще считается холодной, но для него это совершенно не помеха, и для него она не такая уж и холодная. В Сибири он в такой часто купался. Он ныряет и проплывает несколько раз туда-обратно метров по пятьдесят, потом поднимается на катер и заходит в каюту как раз в тот момент, когда Шаст выходит из душа. - Блядь, Арс, ну ты совсем придурок что ли?! - орет тот, глядя на него как на ненормального. – Вода же ледяная! Ты весь в мурашках. Арс, ты же замерз! - А ты меня сейчас согреешь, - Арс делает шаг к нему навстречу, притягивает его к себе и заключает в объятия. – Ты такой сейчас тепленький, Шастик, даже горячий, - шепчет ему на ухо, улыбаясь. - Сука, блядь, Арс, холодно! – Шаст пытается выбраться из кольца его рук, но у него это не получается, и он оставляет эти попытки. – Идиотина! – он цепляется за его шею руками, подпрыгивает и повисает на нем, обвивая ногами за талию. – Неси меня вместе с собой в душ, придурок, - бубнит ему в губы. – Быстро. - Там же мало места, - Арс улыбается и подхватывает его под задницу, чтобы он с него не свалился. - Похуй. Выкручивайся как хочешь. Тебе нужно ополоснуться, а мне холодно и мне нужно согреться, - продолжает бубнить Шаст, так и не отрываясь от его губ. - Ну, пошли, рисковый ты мой, - Арс чмокает его в губы и действительно заходит вместе с ним в душ. Там катастрофически мало места, но им все равно. Шаст слезает с него, становится на пол и включает воду. Они толкаются, матерятся, ржут, но упорно продолжают находится там вдвоем. Надурачившись и намывшись, устраиваются сидя на постели и закутавшись в одеяло, Шаст достает из рюкзака пару свечей, термос, одноразовые стаканчики и бутерброды. - У нас романтическое свидание с романтическим ужином? – спрашивает Арс, улыбаясь. - Угу, - кивает Шаст, разливая кофе из термоса в одноразовые стаканчики. – Именно. Ты против? - Нет, - Арс отрицательно машет головой. – Я – за. Несмотря на то, что я уверен, что свечи ты взял точно не для романтики. - Свечи, потому что чтобы был свет, нужно либо плыть, либо включить генератор. Я подумал, если мы этого делать не будем, то не сидеть же нам в темноте все время. - Мне это не мешает считать, что у нас свидание, - продолжая улыбаться, говорит Арс. - Первое? - спрашивает Шаст, тоже улыбаясь. - Первое, - кивает Арс. - Теперь Барнаул – официально город нашего первого свидания, - говорит с усмешкой. – И не только свидания. - Иди сюда, - Шаст обнимает его и целует в губы. – Я это запомню. Обещаю. - Я тоже, - Арс отвечает на поцелуй. – Обещаю. Они больше ничего не говорят, а просто снова сидят и целуются. Каждый из них знает, что и без всяких обещаний запомнит эту поездку и этот город. Здесь произошло много событий, о которых они будут помнить всегда. Ну а пока они еще здесь, можно не придаваться воспоминаниям, а продолжить это небольшое приключение, устроенное Шастом, которое они оба признали первым свиданием. Они пьют кофе с бутербродами, потом Шаст все-таки заводит катер, и они где-то с час плавают на нем по заводи, вдвоем осваивая управление, останавливаются возле зарослей камышей и осоки и снова занимаются сексом. Теперь Шаст трахает Арса, и это то, чего оба хотят и о чем даже не договариваются. Ну и уже на рассвете возвращаются на первоначальное место, убирают все за собой, садятся в машину и едут обратно в город в гостиницу. Через три с половиной часа у них самолет в Москву, куда они летят вместе и где проведут еще один день вдвоем.