Падшие Ангелы

Крики и вопли пробудили отдыхающего Дэрила. Приподнявшись на локте, он повернулся в сторону решеток своих апартаментов. Любопытство, что поделать. Тюремщики привезли женщин – очередные неудачники, которым не повезло оказаться здесь. Хотя с какой стороны посмотреть, он помнил еще, как его содержали в сыром подвале, и то место было в разы хуже. Женщин было четверо и две из них, судя по всему, мать и дочь, причем дочь уводили от матери, а женщина сопротивлялась – от нее-то и стояли эти вопли. Но их быстро оборвали, и стены оглушил лишь крик ее дочери, когда она увидела тело своей матери. - Ну, твою мать, какого хера ты ее прибил? – один из тюремщиков обращается к другому. – У нас же правила есть. - Да пофигу! Все равно бы сдохла. А дальше Дэрилу совсем не понравилось, как прошло распределение. Эту замухрышку, чью мать только что убили, закинули к нему в клетку. Как будто свободных помещений совсем нет. А с учетом проходившего времени и высокой смертности невольных, пустых клеток было очень много. Когда-нибудь обитель падших бы совсем опустела. Мужчины долго тут не задерживались, больше было женщин да детей. Подросших мальчишек, кстати, выставляли против Дэрила. Собственно он чаще был причиной того, почему мужчины тут долго не жили, их путь обрывался на арене. От рук Дэрила. Беспощадно убивающий, он никогда не задумывался о том, что он мог бы и не убивать поверженного. Даже когда применялась пощада для побежденного от зрителей, Дэрил игнорировал их. - Прекрати реветь, не видишь я сплю, - резко бросил он зажавшийся в угол девушке. Безразличие к другим стало его защитой, его стеной между ним и миром. Ему своих страданий хватает. - Эти люди убили мою мать – имею право! – огрызается девчонка. - У тебя тут нет прав, - хмыкнул Дэрил. - Дерьмовый мир. Гребанные люди. - Вот в этом ты права. - Что это за место? - Хотел бы я знать, - вздохнул мужчина. Похоже, тишины он не дождется. - Ты тут живешь и не знаешь? - Меня сюда закинули без особых объяснений. - А нам обещали безопасность… - Добровольно попались им? Ха! Там за стенами этого шлака еще остались доверчивые люди? – его это даже позабавило. - Там лишь смерть, голод и безысходность. Мне было пять лет, когда все это началось. И отчаянье зашло слишком далеко, чтобы отвернуться от безопасности. - Ты прожила так долго – поздравляю, - зачем он с ней вообще разговаривает? – Но лучше бы ты отвернулась, ты тут не протянешь, возможно, и месяца. - Ты давно тут? - Слишком давно, чтобы вспомнить что-то лучше, чем эти стены. - А я не помню то, что было до мертвецов, - всхлипнула девушка. Дэрил закатил глаза и опустил голову на подушки – она заткнется или нет? - Как тебя зовут? - У меня нет имени. - Что, совсем? - Кажется, Дэрил. - Кажется? - Я не помню. У зверей нет имён… - Но ты не зверь… - Ошибаешься. А теперь просто заткнись! - Но… Несносная девчонка! Что она себе позволяет?! Не затыкающаяся особа, которая еще не втыкает, что до того, как она сюда попала, у нее просто была дерьмовая жизнь, а теперь же у нее нет даже такой жизни. Резко поднимается со своего спального места и за пару шагов преодолевает расстояние до девушки. - Хочешь знать, что это за место, что тебя ждет? Что ж я покажу! – горят глаза мужчины, выведенного из себя ее неутихающей болтовней. Все что от нее требовалось, это вести себя тихо, но она не смогла сделать такую простую вещь. Рванув ее на себя, он прижимает к себе эту испуганную девчонку. - Пусти меня! Что ты?.. – затыкает ее говорливый рот своим. Она пытается вырваться, но он держит крепко. Проталкивает свой язык к ней в рот и начинает смело и грубо терзать его. Сопротивляется, но для него это все равно, что красная тряпка для быка. Девчонка умудряется укусить его за губу. Он отстраняется и смотрит на нее. Она в гневе и ярости. Слизывает кровь, проступившую на губе. Металлический привкус во рту распаляет его еще больше. Она непослушная девица: дикая и своенравная. И в нем просыпается азарт и желание укротить ее. Ее ладонь опускается ему на щеку. Кожа горит. - Не делай так больше, - рычит он. Хватает ее за запястья, рвет ее на себя, заглядывает в ее зеленые глаза. Девушка сглатывает. За время скитаний она видела столь дикий взгляд лишь у животных – диких хищников, но чтобы у человека был такой взгляд… Дикие, холодные глаза, наполненные яростью и гневом. Сталь что подчиняет, бушующее пламя голубого цвета. И корка льда безразличия и отрешенности. Она морщится от боли, причиной которой были его оковы на ее запястьях. Дэрил тянет ее за собой, но она продолжает упираться. В итоге девушка оказывается на полу. Тяжело дышит, смотря снизу вверх на Дэрила, который стягивает с себя оборванную в рукавах рубашку. Сглатывает ком в горле, видя его шрамы. У него красивое тело, но шрамы отталкивали и в то же время притягивали. Дэрил имеет несколько татуировок и самую крупную из них девушка замечает, когда он оборачивается, чтобы глянуть в коридор. Два демона на испещренной рубцами спине. Ей становится не по себе. Эти шрамы, он получил их тут? Дэрил оказывается подле девушки, которая начинает сопротивляться ему. Она выросла в мире полном мертвецов и научилась себя защищать, но она не достаточно сильна и ловка для него. Оказавшись на ней сверху, он зажимает ее бедра своими, и, поймав ее руки, пригвоздил их к полу. - Не нужно, - тяжело дыша, просит она, из глаз девушки скатываются слезы. – Пожалуйста… «Пожалуйста», «Прошу», «Умоляю» – эти слова давно потеряли смысл в этих стенах. Они пустой звук, ненужные в языке. Заводит ей руки за голову, соединяет вместе и, удерживая ее запястья одной рукой, другой проводит по ее скуле на лице, большим пальцем вытирая слезы. Потом его рука переходит к ней на шею и ниже, к области ворота ее почти износившейся рубашки. Непрочная ткань рвется, стоит ему дернуть ее на себя и пуговицы, с глухим звуком, раскидываются по полу. Дэрил проводит шершавой ладонью по ее плоскому животу. У нее немного проступают ребра от недоедания, но в целом она очень аппетитна. Облизнувшись, мужчина ухмыляется, видя, что застежка ее бюстгальтера находится спереди. Одно движение, и ее пышная грудь свободна. Его взор затуманивается. Шарит ладонью сначала по одной груди, потом по другой, с силой сжимая ее. Большим и указательным пальцем он сжал сосок левой груди и начал теребить затвердевающую под его пальцами горошину. К правой груди он припал ртом и начал дразнить ее розовый сосок своим языком, втягивать его в себя губами, и чуть покусывать зубами. Девушка слегка дернулась под ним, а с ее губ сорвался судорожный вздох. И когда он чуть сильнее прикусил ее сосок, она изогнулась, и ее тихий стон достиг его ушей. Влажным языком он провел дорожку от ложбинки до пульсирующей на шее девушки венки. Его ладонь больше не держала ее запястья и, лаская ее шею губами, он исследовал обеими руками изгибы ее юного тела. Впившись жадным поцелуем в ее губы, Дэрил понял, что она больше не сопротивляется. Отстранившись от нее, мужчина стал стягивать с нее джинсы. Девушка всхлипнула и, кажется, вновь попросила его не делать с ней ничего. Но ее голосок был таким тихим, что его легко было спутать с галлюцинацией. Поставив ее на четвереньки, Дэрил расстегнул свою ширинку и освободил себя. Он уже давно был возбужден и, чтобы дать себе разрядку пристроился позади девушки, которая была еще не совсем готова его принять. Заставив ее чуть пошире расставить ноги, мужчина пристроился головкой члена к ее губкам и погладил их. До синяков вцепившись пальцами в ее ягодицы, Дэрил направил себя в нее. Узкая и тугая, она не сразу поддалась ему на полное проникновение. Крик девушки и ее плотное окружение его члена призывают мужчину к резким толчкам внутри нее. Дэрил начинает остервенело вколачиваться в ее горячее тело, порой оставляя синяки на тех участках тела до которых дотрагивался, сжимая их. При очередном рывке в сладостную глубь, мужчина подается вперед и прикусывает ее плечо, сильнее, чем следовало, но сдерживать себя он не может. И не умеет. Намотав ее спутавшиеся волосы себе на руку, он начинает еще яростнее вторгаться в нее. Девушка кричит, стонет, даже пытается увернуться от него, что способствует частому выскальзыванию Дэрила, но он все равно продолжает и дальше проникать в нее. Чуть замедлившись, почти остановившись, его рука проскальзывает к ее клитору, который он начинает ласково теребить. В процессе этого, девушка сама двигается навстречу ему, окутывая член мужчины своими сокращающимися мышцами. Несколько движений и Дэрил достигает пика, изливая свое семя в стонущую девушку. Все еще находясь в ней притягивает ее за волосы к себе, языком проводит по щеке и девушка поворачивает голову, чтобы его губы соединились с ее. Отстраняясь от этой незнакомки, он поднимается в полный рост и натягивает джинсы. Застегнув, их он смотрит на девушку и замечает тонкую струйку крови на внутренней стороне ее бедра. - Я у тебя первый что ли? – неверие сквозит в его голосе. Девушка поджимает ноги и тянется к своим джинсам. Через несколько секунд она кивает и бурчит что-то похожее на «ненавижу». Это ее право – любить себя он не заставляет. Безразлично пожимает плечами – не он, так кто-то другой. А так она даже удовольствие получила… вроде бы. Подходит к решеткам окна. В саду уже отцветают розы Чероки, которые ему напоминали об одной доброй женщине и ее ребенке. Их имена тонули в череде его боли и страданий. Лепестки цветков розы плавно опускаются на траву. Как и та женщина с ребенком – они умирали… Но, в отличие от них, розы расцветут вновь. Взгляд на небо и он видит Ее глаза, которых она лишилась. Дуновение ветра через решетки и Дэрил чувствует забытое тепло той, которую не смог уберечь. Говорили, что она была влюблена в него… Он и сам это знал, но предпочитал игнорировать. Она была особенной, а он всего лишь неотесанный реднек, которого приютил ее отец. Может, не будь он таким упрямцем, все стало бы иначе? - Бет… - опускает он голову, и длинные волосы окутывают его лицо по бокам. Ее имя он давно не произносил, а эта девушка, совершенно незнакомая ему, была чем-то похожа на Бет – ангела приходящего ему во сне и наяву. Он – чудовище и монстр, который прогнулся под своих хозяев. Совсем забыв о том, что у него когда-то была семья, люди, которые его любили и были ему дороги. И этих людей не стало, а он выкинул их из головы – ведь так легче. Меньше боли. И данное когда-то обещание другу забылось вместе с подавлением прошлого. Он не смог… А может быть, так нужно было? Ведь теперь они свободны, в отличие от него – загнанного в угол хищника, чей оскал единственное, что у него осталось. То кем он стал его вина, а им уже не нужно бороться. А ему? До слуха доносится взрыв, подняв голову, он видит, как в небо устремляются густые клубы дыма и вдалеке видно яркое пламя. Он слышит крики на улице последующие за этим. Судя по дальнейшим взрывам, горит склад оружия, которое гребли сюда со всего штата. По слухам этот склад был расположен подле толстой стены, что отделяла живых мертвецов от города. И интуитивно Дэрил чувствует, что этому «Содому» или же «Гоморре» пришел конец. Это место сгорит и наводнится мертвецами, но к тому времени его уже здесь не будет. Игнорируя ничего не понимающую в происходящем девушку, Дэрил подходит к дверям решетки и ждет особо незадачливого тюремщика, которые сейчас пробегают мимо. Ему везет. Рывок руки вперед и он хватает одного из них. Расшибает об решетку голову того, на кого плюнули его так называемые товарищи, и достает ключи от клеток. - Ты идешь? – спрашивает Дэрил у девушки и, получая ее короткий кивок, выходит на свободу.