Побори свой страх.

В дверном проёме показалась фигура девушки, что, словно перо грациозного лебедя, опустилась на рядом стоящий стул со своим напитком и приветливо улыбнулась испугавшемуся пареньку, нервно перебирающему кружку в тонких, гибких пальцах. — Доброе утро, Юн Бум! Как ты себя чувствуешь? Погода сегодня дождливая, ты не хочешь прогуляться как-нибудь со мной, - девушка подняли брови, - а? Наверняка, сидеть в заточении дома слишком скучно. Да и тем более ты, прости, что напоминаю, жертва насильника, тебе нужно чаще выбираться наружу! Юн неловко улыбнулся в ответ и отвёл взгляд в сторону, обжигая руки об сосуд, из которого до сих пор вылетал лёгкий пар, словно парящая балерина на сцене. — Доброе утро, я... В порядке, наверное. Похоже, что и ты тоже. Знаешь, я крайне благодарен тебе за то, что ты разрешила остаться у тебя на некоторое время. Не знаю, что бы я делал без тебя. Мне крайне неловко. В дом дяди возвращаться не хочется по личным причинам, да и бабушку отправили в дом престарелых. Я бы хотел отблагодарить тебя чем-нибудь... Ты ведь не против? Как раз выберусь, как ты и сказала, куда-нибудь. — Да ладно тебе, Бум! Расслабься, ты и так пережил много чего ужасного и тебе, наверняка, больно по сей день. Это я должна тебя благодарить. Как-никак, я рада, что ты простил меня за мои проступки в прошлом. Но и ты повёл себя довольно глупо. Однако, у нас много чего общего, правда? Наше прошлое довольно суровое, так хорошо, что всё осталось позади и теперь мы можем спокойно выдохнуть полной грудью. — Кажется, ты сейчас права... — Не кажется, а так и есть! И так, как ты хочешь начать свою новую жизнь? Мне было бы интересно послушать. Юн Бум задумался. А ведь и правда. Не будет ведь он всю жизнь висеть на шее у своей одноклассницы, только потому, что та приютила его. Ему нужно быть благодарным, а потом начать свою жизнь, однако... С чего же? Как бы он не старался, как бы он не хотел - это невозможно. Он полностью сломанный человек, помощь которому доставляет одни головные боли и проблемы. Помимо того, что настоящая отличалась поддержкой, ему хватило и одного человека, который всегда мог находиться рядом. И сейчас этого человека заменяла его подруга юношества, а не О Сану, который до сих пор мелькал перед глазами, когда он с грустной миной смотрел в собственный напиток. — Думаю, я найду работу и буду снимать квартиру, это единственное, что я могу сейчас сделать. Всю жизнь меня контролировали родители. Это будет тяжело устроить. — М-да, такие себе мыслишки. Но это ведь только начало! Уверена, господин полицейский окажет тебе помощь. Вы с ним сдружились. Как ты считаешь? — Господин Ян Сонбэ и правда хороший человек. Это прозвучит странно, но... Не могла бы ты дать мне деньги на такси, пожалуйста? Мне срочно нужно отъехать. Сама ведь понимаешь, что машину я у тебя взять не могу, да и не смогу вовсе, даже ездить нормально не научился... Юн понял, что попросил об этом через чур неосторожно и неожиданно, уже готовясь услышать отказ, ведь, если поразмыслить логически, кем он являлся его подруге, чтобы доверить ему хороший автомобиль, ведь её обладательница была даже не в курсе о его водительских навыках? В смущении парень вспоминает, когда Сану насильно посадил его за водительское место, предупредив о том, чтобы он не попал в аварию. И он не станет трусить как в тот раз, боясь занять деньги даже на такси до больницы, в результате чего допустил огромный пробел в своей жизни. До него дошла неловкость ситуации только спустя время, и, уже собираясь извиниться, что ему как раз не позволили сделать, девушка, встав из-за стола, выскакивает из комнаты, словно её и не было, оставляя Юн Бума в полном одиночестве. После чего слышится звук побрякивающих ключей, который заставил поднять голову в сторону источника звука. И ему не послышалось. В руках девушки находились ключи от авто, вскоре оказывающиеся и у Бума, что с особой осторожностью принял их и, тихонечко поблагодарив, смутился. — Поедем на машине. Мне надо будет купить некоторые продукты и съездить по делам. Не то, чтобы я тебе не доверяла, раз уж не в силах отпустить одного, нет, ты не подумай. А проблемы с полицией нам совсем не нужны, как вспомню тот день, когда тебя в палате обнаружила, так сразу не по себе становится. Или ты что-то скрыть от меня пытаешься? Ладно, шучу, потом разберёмся. Просто, взамен на предоставленную помощь, будь добр, помоги мне с приготовлением обеда. Я буду очень благодарна. Девушка миловидно улыбнулась и потрепала того по голове, словно мама провинившегося ребёнка. С одной стороны это больше всего пугало. Ведь сейчас она напоминала Сану, представляющего Бума на месте собственной матери. Считал его другим человеком, а значит, и относился к нему с наигранностью, подобно прославленному актёру. Парень томно выдохнул. Нужно не подавать вид обеспокоенности. Ближайший центр находился неподалёку от дома девушки. Юн всё время сидел в машине и не смыкал взгляд с окон, пристально наблюдая за тем, как капли дождя обгоняли одну за другой, играя на выживание, появляясь и вновь разбиваясь вдребезги, напоминая его моральное состояние. Он был буквально заключён в бесконечный цикл, наблюдал за одним и тем же действием много раз, который продолжался долгое время, за которое он успел привыкнуть и перестать бояться, перестал надеяться и думать. И переходить на новый этап жизни казалось нереальным испытанием, которое было невозможно преодолеть. Транспорт останавливается и они неторопливо выходят из машины. Девушка раскрывает украшенный различными цветами и узорами зонт, приподнимая его над уровнем их голов. Бум находился совсем рядом, настолько, что за один единственный вдох мог бы пересказать, чем сегодня занималась его одноклассница, что принимала в пищу, каким шампунем пользовалась в ванной. Да и если бы он сделал это, то от пощёчины точно бы не отвертелся. Он хотел отблагодарить её за предоставленную доброту, которую не испытывал уже долгое время. Сердце стало колотиться чаще, больно ударяя по рёбрам от нахлынувших воспоминаний. И ему становилось легче от одной только мысли, что виновник торжества жив, а это обозначало, что у него оставалась возможность подарить ему то, чего он так усердно добивался столь долгое время. Кольцо. Он мечтал украсить им аккуратный палец О Сану. Юн стоял возле выхода с большими пакетами, набитыми различными продуктами. Девушка, идущая позади, забавно потряхивала зонтиком, неся потяжелевшую сумочку. Она приблизилась к автомобилю и оставила продукты в багажнике. Ливень временно ослаб. Присев в салон автомобиля, Бум обратился к подруге, неловко перебирая крупный пакет у себя в руках, что отдавал соответствующим шуршанием. — Я прогуляюсь немного. — Мне заехать за тобой? — Нет, спасибо, ты и так чрезмерно добра ко мне, думаю, я смогу дойти самостоятельно. Девушка понимающе кивнула и подвезла темноволосого знакомого к месту, которое он указал, после чего оставила его одного, передав зонт, напоследок предупредив о том, что домой она приедет через час. Бум одобряюще улыбнулся. Честно говоря, он не знал, зачем попросил оставить его одного на улице, в дождливую погоду, учитывая его социофобию и неприязнь к общественным местам после одного похожего инцидента, где тогда, на фестивале, среди множества людей, он искал помощи у присутствующих. Парень громко сглотнул. Теперь он находился на улице, не дома, в опасности. Возможно, он просто решил перебороть свой страх, но обстановка противоречила его ожиданиям. В голове что-то щёлкнуло и парень обернулся в сторону центра, из которого они недавно выходили с полными руками продуктов. Парень протаскивает ладонь в карман, нащупывая там деньги. Вспоминает, как просил занять некоторую сумму у этой самой одноклассницы, чтобы сделать подарок любимому человеку, который, взамен, подверг его очередному потоку насилия. Юн Бум закусил губу и помотал головой. Всё это уже позади. Или же нет? Непонятно. Временами он не понимал и собственные чувства. Это подметил и Ян. Видимо, он и правда болен, чего признавать, отнюдь, не хотел. Ведь мыслили оба по-своему. — Сану... Ты только посмотри, чем это всё обернулось. Мы ведь оба не хотели этого, да? Нервничая, проговаривает Юн, протирая кольцо большим пальцем и чувствуя, как к глазам подступают слёзы. Он устал от всего этого. Ему просто хотелось встретиться с этим обезумевшим маньяком и не важно, чем всё окончится, даже если он изобьёт его - парень будет терпеть столько, сколько понадобится, лишь бы присвоить его себе. Бум был готов терпеть все его выходки, быть убитым физически, но никак не морально, и то, что он держал этот предмет у себя в руке, ради которого прошёл через столь многое - уничтожало его целиком. Самая мучительная боль. И, пускай, он послужил образом матери в глазах О Сану, от этого становилось легче. Бум прокричался в сжатую ладонь, воротясь из стороны в сторону и болезненно сжимая одежду на себе. Он наклонился на стену ближайшего здания, с испугом поднимая взгляд на массивные тучи, из которых непрекращаемым потоком лил сильный дождь. Сейчас ему становилось куда больнее, чем тогда, когда он находился в холодном подвале, выслушивая очередную порцию унижений со стороны О. На лице засияла ухмылка. Парень прислонился спиной к кирпичной поверхности, удовлетворённо выдыхая и аккуратными движениями дотрагиваясь до своей груди сквозь материал одежды, успевшей полностью вымокнуть. В этот момент ему не хватало чужих прикосновений. Слишком. Он слишком много времени был один. Отчего и сходил с ума. Страшно. И только внезапные агрессивные голоса издалека приводят парня в чувства.