Дыхание [архивный вариант]

Следующим утром Сергей шагал под проливным дождём, засунув руки в карманы и натянув на голову капюшон. Погода, мягко говоря, отвратительная. Порывы ветра то и дело кидают холодные капли в лицо, грязь чавкает под ногами. Спасибо хоть, что снег не пошëл. Хотя уже поздняя осень, ноябрь, со дня на день должен пойти. Чтобы найти нужный дом, пришлось долго плутать во дворах, обходя здания в поисках номера. В конце-концов Сергей не выдержал, спросил у кого-то из прохожих. Подходить к нужному подъезду он не торопился, оглядывался вокруг, пробежал взглядом по окнам дома напротив. Тишина и благодать, действительно, спальный район. В подъезде было тепло и сухо. Ковалëв со вздохом облегчения снял капюшон, кое-как отряхнул куртку от капель и только собрался подняться по лестнице, как сверху вдруг донëсся знакомый голос: - Ну ëб твою мать, Серый, ты хоть когда-нибудь вовремя приходишь? Я тебя заждался уже. Сергей поднял голову. Вверху, на лестнице, стоял Марецкий с сигаретой в зубах, облокотившись на перила и довольно ухмыляясь. Да, пожалуй, чего-то такого Ковалëв и ждал. - Опа-на, какие люди. - осклабился в ответ Сергей. - Мы не договаривались о времени, так что без претензий. Когда пришëл, тогда пришëл. Скажи спасибо, что вообще появился. Какого хуя ты тут забыл, кстати? - А ты будто сам не знаешь, что девчонки никакой нет и не было. - отозвался Андрей, прищуриваясь, как довольный кот. - Или я в тебе ошибся? Ты чë, серьёзно купился? - Я? Купился? На такое? - Сергей поднял брови. - Ты плохо обо мне думаешь. - Ты, ты. Не я же побежал с утра в ебеня по настолько подозрительной наводке, что даже школьник бы понял, что здесь что-то неладно. Ковалëв поднялся по лестнице, приблизившись к Марецкому. Тот выпрямился и выдохнул облако табачного дыма. - Я твою наводку сразу раскусил, поверь. - Ну да, ну да, конечно. Теперь ты будешь убеждать меня, что всë с самого начала знал. - усмехнулся Андрей. Сергей вдруг схватил его за воротник, зажимая в угол. - Во-первых, я тебя убеждать не собираюсь. Во-вторых, какого хуя ты делал у Оскара? Это он заказчик? - Я же сказал, что про заказчика ни слова. Может быть, он, а может, и не он. - взгляд Марецкого мгновенно стал колючим. Сергей вдруг получил удар под грудь, от которого перехватило дыхание. Противник вывернулся из его хватки и начал отступать вниз по лестнице к двери. - Не знал, что ты с такой швалью, как Оскар, работаешь! - презрительно сплюнул Ковалëв. - Да ещё и на побегушках у него служишь. Совсем, видать, форму потерял. - Откуда тебе знать, работаю я с ним или нет? - огрызнулся Марецкий. - А хули ты в его конторке ошивался? Чë тебе там надо было, а? - Тебе какое дело? Хотел и ошивался! Завали ебало со своими допросами, если не хочешь огрести! - Это ты сейчас по ебалу отхватишь, ясно?! Киллер, блять, хуев, выëбывается тут! "Твоя смерть назначена на послезавтра", блять! - передразнил его Ковалëв. Сергея чертовски злила вся эта ситуация. Мало того, что его убийца будто бы насмехается над ним, так ещë и выясняется, что он работает на Оскара - тупицу, у которого ещë молоко на губах не обсохло, а он уже мнит себя криминальным авторитетом. Правда, тут уже Сергей злился скорее на себя - слишком недооценил этого мальчишку. Или его окружение, ведь вряд ли такие умные мысли приходят в голову Оскару сами по себе... - На себя посмотри. Не сумел договориться с каким-то пиздюком и трусливо сбежал. - покачал головой Андрей, криво усмехаясь. Это было, пожалуй, последней каплей. Ковалëв двумя прыжками слетел вниз и с ходу заехал кулаком в чужую челюсть. Марецкий в долгу не остался. Завязалась драка, которая продолжалась до тех пор, пока откуда-то сверху не послышался дребезжащий старческий голос: - А ну брысь отсюда, а то ментов вызову! И у меня ружьё! На улице свои разборки устраивайте, развелось тут ворья всякого да алкашей! Марецкому, может, и плевать было на это предупреждение(что им сделает какой-то дед?), но Сергей за шкирку выволок его на улицу, во двор, и припечатал к стене. Андрей зашипел, ударившись затылком о бетон. - Пошёл ты нахуй, сука! Ковалёв почувствовал, что ему в живот упирается пистолет. В наступившей тишине Омут, хрипло и тяжело дыша, щёлкнул предохранителем. - Слышь, ты, крыса... - со злостью начал Сергей, но Марецкий перебил его: - Пошёл. Нахуй. Считаю до трёх, не уйдёшь - стреляю. А завтра добью. - А какая разница?! - рявкнул Ковалëв. - Что так, что эдак, всё равно помирать. Напугал ежа голой задницей! Наступило молчание. Враги переводили дух, глядя друг на друга. Наконец Марецкий поморщился: - У тебя из пасти, блять, воняет. Съебись. - Да и от тебя не розой пахнет, уёбок! Так что завали ебало и не выëбывайся! Неженка, блять, нашёлся. Я ради твоей рожи в какие-то ебеня попёрся с утра пораньше, а ты мне тут чë устроил?! Пошёл ты нахуй! - Сам иди! Тебе там самое место! Сергей молча заехал ему в морду. Андрей со всей силы ударил его пистолетом в живот, заставляя противника чуть ли не согнуться пополам. - Да я тебя щас!... - Серый снова сцепился с Омутом, одной удачной подсечкой опрокинул его на землю и от души пнул по рёбрам. Но продолжить им не дали: внезапно послышалась милицейская сирена. Во двор въехала легковая машина с мигалкой. - Какого хуя?! - со злостью выдохнул Ковалёв. То же злобно-охуевающее выражение угадывалось в глазах Марецкого, который приподнялся на локте, оглядываясь на машину. Спустя час оба сидели в милицейском участке. У ментов, в общем-то, не было совершенно никакого желания возиться с двумя мужиками, которые на все вопросы неизменно отвечали, что у них просто-напросто произошли некоторые разногласия и ничего более. Выписали штраф за нарушение общественного порядка, да и всë. Даже насчёт пистолета Сергей договорился, чтобы не отобрали. - Ну и на кой ляд ты весь этот театр с девчонкой устроил? - наконец со вздохом поинтересовался Ковалёв, сидящий рядом с Марецким в коридоре. - Да так... - тот явно не горел желанием отвечать на подобные вопросы. - Что "так"? - Сергей не отставал. Андрей вздохнул, не зная, что ответить. Не говорить же Ковалëву, что... То, что ему не стоит слышать. Андрей молча перебрал в голове варианты ответа и понял, что отвечать ему нечего. От дальнейшего разговора его спас следователь(в кои-то веки милиция действительно спасает людей), который очень вовремя открыл дверь и сообщил: - Ну всë, братцы-кролики, брысь отсюда. Некогда тут с вами возиться. Двух наëмников долго уговаривать не пришлось. Оказавшись на улице, Марецкий тяжело вздохнул и тут же поморщился от боли. Да уж, рука у Сергея тяжëлая. - Давай по пивку, а? - вдруг предложил Ковалëв. Он уже остыл после недавней драки, понимая, что довольно глупо поддался на чужую провокацию. Подумаешь, трусом обозвали. Что он, мальчишка какой, чтобы кулаками сразу размахивать?... Андрей с опаской покосился на него, потом всё-таки ответил: - Да лучше уж пожрать чего... - Будет тебе пожрать. Я тут одно место интересное знаю. Возражать Марецкий не стал. Только вздохнул ещё раз, уже осторожнее, и пошёл вслед за недавним противником. Ковалёв умело лавировал в городских улочках и наконец вышел к небольшому кафе, из окон которого открывался вид на реку. Он решительно согнал с одного из отдалённых столиков возле окна парочку посетителей гоповатого вида. В роли весомого аргумента был Марецкий с пистолетом. И пару кружек пива Сергей всë-таки заказал, пошутив, что после их драки не грех выпить и окончательно успокоить нервы. - ...Ну так что там насчёт Оскара? Серьёзно на него работаешь? - наконец поинтересовался Сергей, делая глоток из своей кружки. - Мм... - угрюмо отозвался Андрей, который только начал есть. - Настырный ты. Сказал же, что не выдам заказчика. - Да что ты всё заладил? "Не выдам", да "не скажу"... - развëл руками Ковалëв. - Всё равно же убить меня собираешься, почему бы и нет? Марецкий хмуро посмотрел на него, потом опустил взгляд в свою тарелку и вздохнул. - Вот когда буду пистолет у твоего лба держать, тогда и скажу. Ковалёв, пристально глядя на него, подпëр кулаком голову и задумчиво сощурился. Андрей поднял взгляд на своего собеседника и тут же отвернулся к окну, избегая смотреть в чужие глаза. Казалось, его насквозь прожигали взглядом, и это заставляло Марецкого нервничать. - Знаешь, такое впечатление, будто убивать меня тебе совсем не хочется. Будто ты жалеешь об этом заказе. Иначе зачем бы ты так искал со мной встречи?... - последний вопрос Сергей задавал будто бы сам себе. Сердце у Марецкого забилось быстрее, и он поспешно сменил тему, сделав вид, что не услышал вопроса: - Я тебе так скажу: мне никого убивать не хочется. Эмоции и желания мешают делу. Может, в порыве злости застрелю кого, но это редко. Это меня ещё довести надо. А заказ - это просто заказ. Рутина. Как тир, понимаешь? - объяснил Омут. - Прекрасно понимаю. - кивнул Серый, не отводя глаз от собеседника. Видел, как тот нервничает, и надеялся вытащить из Андрея какие-то эмоции. Может, если повезëт, какую-то откровенность. - Я ж сам людей убивал, и не раз. Мы с тобой, как ни крути, похожи. - Тут не поспоришь. - Андрей нервно усмехнулся, уткнувшись в свою тарелку. Всë-таки насчëт своего равнодушия к убийствам он наврал. Частично. Заказали бы ему кого угодно другого - он бы прикончил этого человека без лишних вопросов, но Ковалёв?... Оскар, конечно, понятия не имел, каковы на самом деле отношения между официально врагами. Никто не знал, что эти двое вот так просто, почти по-дружески, болтают, сидя вдвоём за одним столиком. Да, периодически подъёбывают друг друга, а как же без этого?... Заказчик, судя по всему, путём несложных умозаключений решил, что один конкурент с радостью убьёт другого, только заплати. И, кажется, не потрудился подумать, с какой стати Омут до сих пор этого не сделал... - Да что ты на меня смотришь, будто дырку во мне просверлить пытаешься? - не выдержал наконец Андрей. Серый рассмеялся. - Да так, задумался о всяком... Это ж сколько лет мы друг друга знаем. Дружба порой столько не длится, сколько наша вражда. Да и враги ли мы, Омут?... Волею судьбы мы оставались по разные стороны баррикад, у нас было столько возможностей пристрелить друг друга, но мы упускали эти возможности одну за другой. Более того, мы столько раз прикрывали друг другу задницы на деле... Знаешь, я жалею, что мы так редко сидели вот так вдвоëм. Марецкий даже есть перестал, бросив на Ковалëва удивлëнный взгляд. - Чего это тебя на философию понесло? Может, не стоило тебе пиво брать? Сергей покачал головой, по-прежнему улыбаясь. - Мне всë-таки помирать завтра. Дай, думаю, напоследок выскажусь. - Перед смертью не надышишься. - проворчал Андрей и кивнул на чужую, почти полную, тарелку: - Поел бы лучше. У него в мыслях крутилась одна-единственная фраза. Несколько слов, которые он очень хотел бы сказать сейчас Серому, пребывавшему в таком меланхоличном, казалось, настроении. Но нельзя. Нельзя. Омут не хотел раскрывать карты до последнего. - Ну что, пойдём? - спросил Ковалёв, когда вся еда была съедена, а пиво выпито. - Пойдëм. - кивнул Андрей. Сергей подозвал официанта и, к молчаливому удивлению своего спутника, оплатил счëт. - Сколько я тебе должен? - спросил Марецкий, уже доставая из карманов деньги. - Нисколько. - широко улыбнулся Ковалëв и подмигнул. - Но... - Это не обсуждается. Я давно хотел так сделать. Андрей только выдохнул, ощущая тяжесть лежащей на его плечах тайны. Как ему хотелось взять и высказать всë Сергею, да только ведь этим он всë испортит. Все его усилия пойдут прахом. Ковалëв, надевая куртку, насвистывал что-то себе под нос. Всë это представление стоило того, чтобы увидеть это растерянное, почти смущëнное выражение на лице Марецкого. Разумеется, настроение Сергея было далеко от печальной меланхолии. Он, скорее, думал, что чем бы грядущий день ему ни грозил, всë выйдет так, как ему надо. - Дела у тебя какие-то есть? - спросил Андрей, когда они вышли на улицу. - Собрался помочь завершить земные хлопоты? Ценю. - усмехнулся Сергей и похлопал его по плечу. - Но я обойдусь. Иди лучше проверь, как там у тебя всё подготовлено, чтобы осечки в нужный момент не вышло. Махнув на прощание рукой, Ковалëв зашагал вдаль по улице. Андрей постоял, глядя вслед Серому, пока тот не завернул за угол, а потом и сам отправился прочь. Где-то на душе было тяжело. Если есть она, эта душа, у всякой мрази вроде Марецкого.