Nero e macchiato

Тэхен с хорошим настроением идет в сторону дома уже своего омеги. Ягуар котом мурлыкает с этой мысли. Замечательно. С этим омегой Ким готов быть котом, да даже кошкой… Если того Чонгук пожелает, альфе не жалко, лишь бы тот счастлив да доволен был. И нет, Тэхен не согласен с Юнги, который утверждает, что тот подкаблучником стал. Чонгук, вообще-то, каблуки не носит. О нет, нельзя было его представлять на каблуках, альфа же теперь не уснет, а потому старательно отгоняет от себя эти фантазии. Сегодня у него по планам вечер кино, о котором, конечно же, омеге пока что неизвестно. В этом весь сок, своеобразный сюрприз. Несет пакет со всякой вредной, но вкусной едой. Не терпится увидеть младшего, соскучился, и не важно, что, вообще-то, они виделись пару часов назад в университете. Но то было пару часов назад, то есть когда-то тогда… Давно в общем. Для Тэхена. И только он хотел нажать на звонок, как дверь открывает папа омеги, который удивляется столкновению с альфой, но приветливо улыбается. — Здравствуйте, — Ким тепло улыбается, а потом, когда видит и отца Чонгука, то и с ним здоровается. — О, а Чонгук не говорил, что ты сегодня собираешься к нам в гости, — омега хитро щурится. — Да, а он и не знает, — вот точно довольный кот. — Вот как, а ты романтик, — усмехается уже старший альфа. — Еще тот, — соглашается его супруг, — мы уезжаем в гости, вот как раз присмотришь за ним, он у себя в комнате, ты проходи, — омега буквально запихивает его за дверь, и напоследок кидает: — Хорошего вам вечера! — И вам тоже! Что ж, дверь закрывается и Ким вздыхает, родители его омеги замечательные, он это понял еще тогда, несколько месяцев назад, когда впервые с ними встретился. Тогда за ужином атмосфера с самого начала была легкой, никаких угроз и тяжелых взглядов. Старший альфа тогда его еще и до дома подкинул. Замечательные, в общем. Тэхен сразу же направляется на второй этаж, в комнату омеги, ему срочно нужно его увидеть, скучает. И, наверное, он не ожидал, что тот будет спать на своей мягкой постели среди подушек, и все бы ничего, но он спит в обличии своего зверя, своей черной кошечки с белым пятном на левом глазу. — О-о, — тянет Ким фальцетом от умиления. Он впервые видит кошечку Чонгука. Она такая красивая и милая. Пушистая-пушистая, прямо зовет потискать и погладить. Ну какие к черту фильмы, ведь Тэхен аккуратно ложится на постель, и, стараясь не разбудить, нежно-нежно поднимает кошечку, укладывая себе на грудь. Черти, альфа сейчас запищит так же, как сделал это только что ягуар, и останавливает его только то, что он не хочет будить так крепко спящего омегу. И сам медленно проваливается в сон, того и не заметив. Комочек на груди греет, и как не уснуть? Тэхен счастлив, этот момент, пожалуй, один из самых счастливых в его жизни.

***

Смотрят, на него точно смотрят, да так, что, кажется, прожгут. Ну так же хорошо спалось, почему он проснулся? И, наверное, он бы сейчас снова провалился бы в сон, но что-то в области груди кольнуло буквально, из-за чего Тэхен резко распахивает глаза и дергается, когда на свой груди видит все ту же красивую и милую кошечку, но сейчас уже не спящую. А взгляд-то какой пронзающий, брр. — Чонгуки, киса моя, ты чего? Зрачки кошечки расширяются так сильно, что глаза теперь почти что черные. И, наверное, думает Тэхен, что сейчас ему расцарапают лицо, за то, что тот вот так непрошено явился, ведь животная сущность оборотня — что-то невообразимо интимное, что-то то, что не каждому они готовы показать. Ким уже приготовился, даже глаза зажмурил, но открывает их сразу же, как только слышит, что омега мурлыкает, да, и делает он это громко так, что альфа круглыми глазами смотрит на него, а тот только и делает, что добивает: ласкается мордочкой о лицо, подбородок и шею. — Ки-иса, — визжит неестественно для своего низкого голоса. Какой же он сладкий, хочется съесть, сжать в объятиях, ласкать, целовать эту мордочку и не выпускать. — Ты не представляешь, как сильно я сейчас хочу предстать перед тобой в своем зверином обличии, знал бы ты, как ягуар рвется наружу, — Тэхен чешет омегу за ушками и замечает чужой заинтересованный взгляд, Чонгук весь замер и смотрит, смотрит, смотрит. Даже мурлыкать перестал. И Тэхен, кажется понимает к чему это. — Ты реально хочешь? — он смотрит на кошку, что выпрямилась и сидит на его груди. — Киса, люблю тебя. — Ким чмокает пушистый лоб омеги и поднимается с постели, торопливо снимая с себя футболку, и кидает взгляд на омегу, который неотрывно наблюдает за ним. — Даже не отвернешься? — Тэхен хмыкает, а у Чона зрачки только остро сужаются, но он все же отворачивается. Тэхенов ягуар большой, в особенности по сравнению с кошечкой Чонгука. Одна голова Кима больше, чем омега в целом. Чон смотрит восхищенно на зверя альфы, и в голове гордость мелькает, что такой альфа достался именно ему. А ягуар так красив: он черный, но пятна на теле еще темнее, шерсть гладкая, блестит, глаза голубым горят. Такая грация. Альфа забирается на постель и ложится аккуратно, стараясь не придавить одного маленького хищника. Тэхен внутри смеется. Разница в росте в обличии человека просто отдыхает. Чонгук забирается на бок альфы и начинает лизать большую черную морду, Тэхен лижет в ответ, одним мазком всю мордочку, на что омега шипит недовольно и вытирается о чужую шерсть. Была бы у альфы возможность, он точно сейчас заржал бы.