Разбитая тарелка

— Сегодня очередь Феликса мыть посуду, — Чанбин вскакивает с места и бежит в свою комнату с криком: — Удачи — Прости, Феликс, мне тоже надо уйти, я не доиграл, — Джисон уходит в главную комнату, а за ним и другие. Феликс остался один, среди кучи грязной посуды. Даже Хван не остался с ним, хотя Ли понимает, что если они встречаются - это не значит, что Хёнджин обязан сидеть с ним. Пока другие играют, веселятся и смеются, ему придётся стоять и чистить тарелки жёсткой губкой. Он тяжёло вздыхает - надо смириться. Ли потерял счёт времени, но по ощущению, прошло немало, а посуды меньше не становится. Ликс чувствует, что его ноги начинают затекать, а организм требовать сон. Глаза немного прикрываются и тарелка выскальзывает из его рук. Феликс дёргается, сжимая в ладонях уже осколки. Только этого не хватало. С губ срывается тихое ругательство вперемешку с шипением. — Феликс, всё нормально?.. — в комнату заходит, нет, залетает Хёнджин, похоже он услышал звук бьющегося стекла. — Вроде, — Ли давит улыбку, хотя чувствует вину за разбитую тарелку, поэтому сразу извиняется. — Мне жаль. — Да чёрт с этой тарелкой, — парень помогает собирать мелкие кусочки недавнего происшествия, нечаянно замечая кровь на чужих руках. Он касается губами небольшой ранки, останавливая кровь. — Подожди. — Хван находит где-то в ящиках пластырь и ровно заклеивает ранку. Щёки блондина краснеют, а холодильник внезапно становится намного интереснее лица старшего. — Спасибо, — взгляд Феликса не специально цепляется за губы хёна, замечая на них свою кровь. — Это.. Хёнджин проводит языком по нижней губе, слизывая алую жидкость. — Давай закончим, — Ликс качает головой и возвращается к мытью посуды, кидая неловкий взгляд на Хвана. — Давай, — крепкие руки окольцовывают тонкую талию, прижимая ближе к себе. Феликс старается полностью игнорировать парня и его действия, сосредоточившись на своей «работе», ведь тарелки за него никто не помоет. Хёнджин ведёт ладонями вниз, оглаживая пресс, что так хорошо выделялся сквозь тонкую футболку. Ловкие пальцы оттягивают край футболки и вырисовывают узоры на горячей коже. — Хёнджин.. — Феликс ставит вымытую тарелку на подставку, вдыхая полной грудью, когда руки Хвана чувствуются ниже пояса. Джин сжимает полувставший член через ткань домашних шорт и ловит тихий стон, перерастающий в мычание. — Будь тише, — целует мочку уха и водит ладонью по кругу, сам невольно толкается в расслабленное тело и закатывает глаза. Рука минует резинку, касаясь мокрой головки. Феликс цепляется ногтями за столешницу, прогнувшись в спине и опускает голову, позволяя густой чёлке упасть на его глаза. Хван улыбается и оглаживает большим пальцем член по всей длине. Ликс старается дотянуться до следующей тарелки, но холодная ладонь на собственном члене, что сжимает у основания и двигается вверх, заставляет только выгибаться и закусывать губу в попытке сдержать стоны. Хёнджин упирается подбородком в плечо Ли, хмыкая тому прямо в ухо, вынуждая его закрыть глаза. Хван ускоряет движения и взгляда не сводит с профиля Феликса, видит, как он хмурит брови, как дыхание его сбивается, а иногда даже останавливается. — Такой красивый, — останавливается на головке и надавливает большим пальцем. Младший жмётся от того, что очень хорошо и прижимается задом к старшему. Хёнджину нравится, и он решает поиграть: замедляется на основании, ведёт вверх и ускоряется на конце, а потом и вовсе убирает руку. Феликс хнычет и просит быстрее, но не получает то, что просит. Хван делает то же самое ещё несколько раз, пока не замечает слезу, оставляющую мокрый след на красной щеке. — Прости, — он возвращается к быстрому темпу и целует в молочную шею, после не сильно кусает и неаккуратно зализывает. Феликс откидывает голову на плечо брюнета, прося повторить. И на этот раз Хван слушается: мажет языком по тонкой коже и впивается зубами возле пульсирующей венки. Глаза Ли закатываются и он тихо скулит, подаваясь бёдрами вперёд. Хёнджин чувствует, как член в его руке пульсирует, и он убирает ладонь, не дав парню кончить. — Нет, Хёнджин, прошу.. — Феликс опускает голову вниз и пытается не упустить оргазм. Он тихо всхлипывает и смотрит на руку в своих шортах. — Верни.. Хёнджин выполняет просьбу и снова сжимает член, слыша несдержанный стон младшего. Ликс пытается дотянуться до пухлых губ в надежде на поцелуй, но ему не дают: Хван отстраняется, показывая свои белые ровные зубы. Феликс хнычет и притягивает того за волосы, Хёнджин решает отдаться: позволяет блондину коснуться его губ и выпустить язык. Хван сминает мягкие губы, уделяет внимание больше нижней, искусанной губе. Феликс трётся задом о вставший член, вынуждая Джина на хриплое мычание. Его хватка становится сильнее, а движения быстрее. Ликс тянет хёнджинову футболку вниз, потому что слишком приятно. Он смотрит на Хвана через плечо и убеждается в очередной раз: ему безумно идут короткие волосы. Спина выгибается, чувствуя скорый оргазм. Они встречаются взглядами и Феликс с немым стоном изливается в руку старшего. Хёнджин продолжает водить по члену, заставляя Ликса содрогаться в своих руках. Тяжёлое дыхание никак не хочет приходить в норму и тело всё ещё очень слабое. Хван ведёт носом от шеи до линии челюсти, поглаживая всё ещё напряжённый живот Феликса. — Ты кончил, но я не получил того, чего хотел, — Хёнджин невесомо касается веснушчатой щеки и вытаскивает руку, вытирая сперму о живот парня. — Жду тебя в комнате. Джин оставляет последний поцелуй и с тихим, но уловимым для Феликса смешком уходит из кухни. Ликс хмурит брови и опирается о столешницу - ему всё ещё тяжело стоять. Хёнджину не сойдёт это так просто с рук.